Дождь

***

— Ох, Россия… что же ты за человек-то такой а? То первые два часа жаловался на ветер, а когда дождь пошёл, то ты решил попрыгать в лужах… — Да, а что такого? — приторно непонимающе спросил русский. — Ну детство в жопе заиграло, бывает. — Ох, Russland… Ты меня в могилу скоро сведёшь… Эти твои спонтанные действия… Это что-то с чем-то… — уставше произнёс немец, снимая с себя промокшую до нитки куртку. Сколько они не знакомы, а Германия всё ещё не может привыкнуть к этому всему. То Россия может прийти к нему домой в два ночи, зная, что немец всё-равно не спит. То он может в тихую подойти к немцу и обнять его со спины. Неожиданно, но терпимо, а потом видя довольную мордашку губы сами расплывались в улыбке.       Естественно, на публике РФ отлично отыгрывает роль «холодного и чёрствого» человека, который отражает погоду зимой, в Сибири. И, наверно, немец был одним из немногих кто знал, что этот, что этот «холодный булыжник» может подолгу обнимать немчуру со спины пока тот готовит в один из его немногих визитов в квартиру русского.       На людях человек нетактильный, а с близкими держался за руку и обнимал. Немцу льстило, что этот «Иван» считал его боле-менее близким человеком, раз позволяет себе такую роскошь — проявлять настоящие эмоции и показывать себя настоящего.       Как русский говорил своей сестре — Беларуси: «Мы с Германией не более чем партнёры по работе и может быть друзья.» Вот только почему-то девушка не очень-то и верила этим словам. На вопрос России «почему?» Белла только пожимала плечами, да косо смотрела на Германию. В чём она его подозревает немец не знал, вернее догадывался, но до последнего отвергал. «Nein… es ist unmöglich… das kann sie nicht wissen…»  — надеялся немец, но эти мысли не покидали его голову. «Aber… nein… weiß sie wirklich etwas?»       Германец ужасно переживал, что однажды один секрет вскроется… Один страшный секрет… Секрет из-за которого все какие-никакие, но дружеские отношения со славянином сойдут на ноль… Хотя, нет, не на ноль, а на минус! То, что Гера знал точно, вот прям на все сто процентов, так это то, что Российская Федерация не гомосексуал и никакой надежды, что Россия вступит в однополые отношения — нет. Вот немец и молчал… Молчал, что русский ему до безумия нравится… Молчал, что его распирает дикое желание поцеловать эти, наверняка, пухлые, мягкие и сладкие губы…

***

      Из мыслей Германию вырвал мягкий голос славянина. — Россия вызывают Германию… Гера… Ау… — А да? Что? — встрепенулся немец. — Ты омлет есть будешь? — поинтересовался РФ, кладя руку на плечо немца. Светло-голубые глаза с некой нежностью смотрели в красные глаза немца. «Es ist, als würde er in meine Seele starren…»  — промелькнуло в голове у немца. — J-ja ja… ich mache ein Omelett…  — быстро протараторил Гера, Россия кивнул и принялся за готовку. Так как этот большой ребёнок несколько минут назад промок до нитки, то сейчас стоял с мокрыми волосами и без футболки ибо посчитал, что в квартире очень тепло, а ему, вдруг, стало жарко. Немец в душе радовался, сейчас он пристально пялился на сильную спину русского, а до этого краешком глаза смотрел на его шикарный пресс. Слава всем Святым, что Россия целиком и полностью был поглощён готовкой и не замечал два красных глаза. Спустя пятнадцать минут омлет был готов. — Герушка… Господи, что сегодня с тобой такое а? — обеспокоенно спросил «Иван», смотря на ничего невидящие перед собой глаза немца. — А? Что? — Германия, что сегодня с вами? Почему весь вечер летаете в облаках? — Я? Не знаю… я как-то даже не замечаю этого… — себе под нос промямлил немец. Голубые глаза продолжали обеспокоенно осматривать германца. Тёплая рука осторожно переместилась на щёку немца, тот посмотрел на неё и осторожно накрыл эту руку своей, неуверенно поглаживая. «И всё-таки… Что же с тобой происходит… М? Немчура ты уставший…» — Садись кушать… Я пойду быстренько душ прийму. — сказал славянин и направился прямиком в ванную. Немец кивнул и принялся уплетать еду, несколько часов без еды давали себе знать. Три минуты и от блюда ничего не осталось. Налив себе чайку, Германия сел обратно на диван и стал ждать.       Терпение лопнуло через десять минут. «Dieser Russe dort, der ein Bad arrangiert hat?»  — недовольно подумал немец, подходя к ванной комнате. Странно, но дверь не была заперта. — Видимо одиночество приелось… вот и забыл что тут ещё кто-то есть… — пробубнил себе под нос Германец и осторожно приоткрыл дверь, из каких побуждений он, ни тогда ни сейчас не знает. За полупрозрачный занавеской находился объект снов Германии, абсолютно голый, ну естественно, а как ещё мыться? Сейчас славянин натирал своё сильное тело мочалкой, глаза были прикрыты, а светлые волосы прилипли ко лбу.       «Господи…» — пронеслось в голове у Германии, он так и стоял за приоткрытой дверью. Глаза судорожно пытались рассматреть всё тело, но это получалось не очень из-за того что занавеска была мутноватая. По телу разнеслось тепло и грозило спуститься ниже. Раскрасневшись немнц тихонько закрыл дверь и пошёл обратно в гостиную. Через пару минут туда же пришёл улыбающийся Россия с одним полотенцем на бёдрах. Капельки воды быстро стекали вниз и впитывались в махровую ткань. — Можете тебе тоже в душ сходить? Хоть освежишься… А то весь красный… — с усмешкой проговорил Россия, открывая окно. — Да наверно… я сейчас схожу… — кивнул немец и быстро прошёл в душ. Рвано выдохнув, Германец включил холодную воду и быстро сполоснул тело. Стало лучше. Одевшись, немец вышел из ванной, прошёл по коридору и сел за стол. Русского сидел напротив и пил чай, не вынимая ложки. Одна из странных привычек России, даже если эта несчастная ложка ему будет мешать пить чай, он её не выложит. — Россия, может тебе одеться? — поинтересовался немец и повернулся к «Ивану». — М? А я вас смущаю своим видом? ~ — Вы меня смущаете своими гейскими шуточками. Юморист хренов… «А знаешь… лучше бы ты снял это полотенце» — за такую мысль Гера мысленно себя начал ругать, так ведь и возбудиться можно, не время ночных фантазий он всё-таки в гостях. — Мда… ты посмотри уже пол одиннадцатого тебе спать пора… — Слушаюсь, родитель… Ты меня ещё уложи, поцелуй в лобик и колыбельную спой… — сострил немец. — А я беспокоюсь, у тебя мешки под глазами такие что в них можно сажать картошку. — У тебя не лучше… Точно такие же мешки. — У меня плюсом бессоница, а из-за чего я не знаю… И снотворное пил, и ложился раньше, и медитировать даже пробовал… Никаких результатов, разве что после медитации тело болело… — тяжело вздохнул Россия, и потянувшись, пошёл в свою комнату. — Спать можешь на диване, он расскладывается. — немец кивнул и через десять минут лежал и пялился на потолок, сон совсем не шёл.

***

      Час… Два… Три… в конце концов Германия вроде как уснул, но через десять минут он резко принял сидячее положение. Сердце колотилось, руки мёртвой хваткой сжали одеяло, а в шортах стало ощутимо тесно. — Чёрт… ну почему сейчас… — уставше прошипел немец, перед глазами всё ещё был тот сон.       В глазах читалось лишь желание… Желание взять его… Немецкое тело изгибалось в сильных руках России. — Herr… Nimm mich… Bitte nimm… Ich will dich so sehr…  — хриплым голосом умолял Германия. Отказать было невозможно… Закинув ноги немца себе на плечи, Россия дорожкой поцелуев стал подниматься. — П-пожалуйста… Россия… не мучай меня… — всхлипнул германец, этими словами он только вызвал смешок у актива. — Конечно, раз вы так умоляете~ — прошептал славянин, прикусывая мочку уха. Послышался очередной стон.

***

      Германия тихо встал и быстрыми шажками направился в ванну удовлетворять возникшую потребность. Заперевшись на щеколду, немец стал надрачивать себе рукой. С губ слетел тихий-тихий стон. Спустя несколько минут германец излился себе в руку. Потом привёл себя в порядок, вышел из ванной комнаты и сразу встретился с заспанным русским. — Р-россия? Ты чего не спишь? — А ты чего? — вопросом на вопрос ответил славянин и зевнул. — Да не спится просто… — отмахнулся Гера. — Ммм… Да? Тебе не спалось и ты решил подрочить себе? — с серьёзным видом спросил русский. У немца глаза округлились от ужаса. Сглотнув, он поправил растрёпанные волосы. — Т-ты о чём? — Ты сам знаешь о чём… — Ладно… да я себе дрочил… можно подумать ты так не делаешь… — Делаю, не спорю, но не у тебя же… — Извини… мне сон такой приснился ну и вот… — промямлил немчура и помялся на месте. — Ладно уж… пойдём тогда чайку выпьем… Обещаю тебе с коньяком налью~ — улыбнулся славянин и пошёл на кухню. Кивнув, ФРГ пошёл за ним. Спустя некоторое время оба сидели за столом. Один размешивал чай, а второй уже вторую чашку выпил. — Ну поведай мне секрет, дорогой немчура, на кого же у тебя встал? На какую-нибудь девушку из порнухи? — Первый и последний раз ты меня так называешь… И нет… не на девушку… — М? На парня что ли? — слегка заинтересованно спросил русский. — Да вы, ФРГ, оказывается голубой. — Да, ладно, признаю, я гей… — Ну ладно… На меня что ли встал? — улыбнулся РФ, отпивая чай. — А если и на тебя? — Да я серьёзно… — Ну на тебя… — «Чего уж терять… Да и он рано или поздно, но наверное бы узнал…» — русский чаем поперхнулся и пялился на немца глазами по пять рубликов. — Ч-что? — Что слышал… на тебя встал… да и честно… я тебя люблю… уже как пол года люблю… — прошептал себе под нос ФРГ и встал со стула. — Послушай, я не надеюсь на взаимность, но моя любовь не должна как-то влиять на наши с тобой, по крайне мере, политические отношения… Хорошо? — в ответ послышалось тихое «угу». — Вот и хорошо… — Подожди… Можно я кое что сделаю? — неуверенно спросил русский и подошёл вплотную к немцу. Тот слегка занервничал. — Да конечно… Что ты хоч… — не успев дать ему договорить, славянин мягко поцеловал Германию в губы. Охнув от неожиданности, немчура расстерялся и положив руки на плечи, сжал ткань футболки. Дождь за всё это время почти не прекращался, лишь иногда стихал, но потом начинал лить с новой силой.       РФ осторожно сминал немецкие губы и ждал дальнейших действий. Германия всё-таки неуверенно ответил на поцелуй и прикрыл глаза. Немного улыбнувшись, Россия углубился в рот немца, обводя языком острые зубы и играясь с языком Геры. Осмелев, ФРГ прижался поближе, положил свою руку на щёку славянина и стал слегка поглаживать подушечками пальцев. Спустя несколько минут они оторвались друг от друга. Раскрасневшись, ФРГ посмотрел в глаза Российской Федерации. — Т-ты… — Да я… — слегка смущённо кивнул славянин и улыбнулся, а затем снова поцеловал Германа в губы…

За окном всё также лил дождь. В окнах старых домов уже гас свет. Редкие прохожие быстро бежали к себе домой и никто не замечал, как на кухне, при свете люстры, целовались два парня. Видимо это их первый шаг к счастливой жизни.

***