Твоё имя на моём запястье

Прошло уже больше месяца с тех пор как я очнулась после ранения. Я уже практически восстановилась. Конечно, пока применение техник былого уровня было под строгим запретом, иначе только наврежу ещё до конца не восстановившимся каналам чакры, а вот техники среднего уровня мне практиковать никто не запрещал. Да и тайдзюцу и кендзюцу заниматься мне было разрешено. Моё тело было уже здорово, так что физические нагрузки шли лишь на пользу, что подтвердили и медики. Разумеется, сразу к сложным приёмам и навыкам было глупо прибегать, это просто убьёт организм, который недавно пережил стресс. Так что нужно было постепенно усиливать нагрузку и начинать с самых основ. Но я против не была. Мне вовсе не хотелось где-нибудь грохнуться в обморок от истощения или перенапряжения. Если бы подобное случилось, Мадара бы всех на уши поднял, а меня запер бы дома и, пока бы я полностью не восстановилась, держал бы в четырех стенах. Зная его, это вполне возможно. А рисковать своим здоровьем и свободой передвижения как-то не хотелось. Так что я тренировалась крайне аккуратно и под присмотром ирьёнина. Благодаря чему я смогла за это время не только вернуть себе боевую форму, пусть и до прежней ещё пахать и пахать, но и получше изучит своё тело и продвинуться в практике ирьёндзюцу. Но даже так брат все равно продолжал присматривать за мной и всячески старался не нагружать, опасаясь что я упаду в обморок или ещё что случиться. В один день он даже заявился в госпиталь и налетел на Кимико-сан из-за того, что старейшина по его мнению перегружает моё ещё “слабое, после ранения тело”. Правда после того, как Мадара-нии высказал всё женщине, настала очередь главы госпиталя отчитывать будущего главу клана. В итоге вся это крикотня и лекциочтение, которая была слышна и за пределами обители медиков, затянулась на несколько часов, после которых Кимико-сан выглядела довольной, а Мадара выжатым и усталым. Тогда братец зарёкся больше никогда не спорить с этой “ужасной” женщиной. Я ещё никогда не видела своего брата с таким уставшим выражением лица, как в тот день. Мне тогда тоже прилетело от Кимико-сан. На протяжении двух часов женщина читала мне лекцию о важности отдыха в жизни шиноби, а так же чем чревато пренебрежением собственным самочувствием. Взяв с меня клятвенное заверении, что впредь я буду тщательно следить за нагрузкой на свое тело и уделять достаточно времени отдыху, меня наконец выпустили из кабинета главы госпиталя. Сделав глоток теплого чая, я вернулась в реальность. На губах поселилась счастливая улыбка. У меня в кое-то веки выдалась спокойная минутка. И я собиралась ей воспользоваться по полной. С удобством устроившись за столиком, я принялась читать медицинский свиток, который мне передал Акира-семпай. Я сделала очередной глоток ароматного напитка, но царившую гармонию нарушил чужой голос. – Изуна! – в комнату отдыха для медперсонала буквально влетела Ханами. – Срочно в тридцатую палату! – сообщив мне информацию, тёмная макушка молодой Учихи скрылась из виду. – Отдохнула называется! – фыркнула я недовольно. Отложив свиток и ещё теплый чай, я поднялась с насиженного места и рванула в тридцатую палату. «Чёрт! Что могло случиться?»– пока я бежала по коридорам госпиталя, я ощутила странную атмосферу. Что-то было не так. Все ирьёнины словно с ума по сходили. И выражения их лиц мне не нравились. Совсем. Напряжение так и витало в воздухе. Оно было ощутимо на физическом уровне. Но у меня не было времени думать о странном поведении медиков. Я уже была почти на месте. Распахнув двери нужной мне палаты, я ворвалась внутрь. Открывшаяся передо мной картина, шокировала.