Юнги счастлив, но надолго ли?

— Нет-нет, Наён, здесь нужно решить уравнение. Мы на прошлом занятии с тобой решали парочку. Почему бы тебе не подумать ещё какое бы уравнение ты бы написал? Юнги 24-летний репетитор математики. Он прекрасно понимал, что идти работать репетитором в то время как работаешь бухгалтером в фирме родителей, это ахуеть какая плохая идея. Но что же поделаешь если Мин любит детей, а своих у него нет? Ему нравится чему-то учить, да и терпения у него на такое дело целый вагон. Почему нет? А недавно его попросила коллега позаниматься с её племянником, который отстаёт от программы. Но почему-то эта коллега не предупредила, что у её племянника был просто пиздец горячий отец. Чон Чонгук - отец его ученика Чон Наёна, женат на прекрасном омеге, вроде неплохой отец (по крайней мере, Юнги не замечал, чтобы Чон даже голос повышал на сына), на счёт прекрасного мужа омега не в курсе, но вот любовник он прекрасный. Да, Чонгук и Юнги в отношениях уже как год. Конечно, Мин не хотел разбивать семью, но Чон заверил его, что скоро разведётся и они будут вместе уже не боясь, что кто-то узнает. Только вот терпение у Юнги лопнуло. — Ох, точно..Спасибо, учитель, за подсказку. Наён маленький альфа, которому только недавно исполнилось 7, но он много чего понимает даже будучи ребёнком. Внешностью он вылитый Чонгук, тут даже к гадалке не ходи, да и чувствуется его воспитание: строгое, но в большинстве случаев Чон проявляет свою нежность. Юнги любит Наёна как своего родного сына, но при этом не переходит черту. Максимум, Мин для него наставник, учитель, но никак не родитель. Да и у мальчика есть своя семья, в которую не хотелось бы лезть, но Юнги уже это сделал. — Молодец, ты постарался на славу, Наён. — Юнги ласково потрепал мальчика по голове и уже достал телефон, дабы позвонить Чонгуку. — Можешь собираться, я позвоню твоему отцу, он тебя заберёт, хорошо? — Хорошо. — мальчик убежал упаковывать свои вещи в рюкзак, оставляя Мина одного в комнате. — Алло, Чонгук, наше занятие подошло к концу. Ты можешь забрать Наёна. — Юнги, прости, что мне приходится тебя просить об этом, но Наён может остаться у тебя на ночь? Это был не первый раз, когда Чонгук оставлял Наён у него, но Юнги конкретно удивляло такое поведение альфы. Зачем Гук вот так вот просто оставляет своего сына ему? Хотя, Мин догадываешься конечно, ведь всё же у Чонгука есть свой омега. Может, они просто проводят время друг с другом, но всё же почему Юнги? — Могу, но в чём дело? Почему ты не можешь забрать Наён? — У меня..дел много, да. Я всё объясню позже, хорошо? — Ладно, но обещай мне, что всё завтра же объяснишь — Хорошо, жизнь моя. Я люблю тебя, до завтра На этом их разговор закончился и Юнги почувствовал, как маленькие руки обхватывают его в объятиях. — Наён, отец сказал, чтобы ты остался сегодня со мной. У него много работы. Эта новость конкретно порадовала мальчика, ибо в тот же момент Наён весело вскрикнул и ещё больше прижался к Мину. Уже тогда Юнги должен был понять, что это первый звоночек. — А отец не приедет? — Нет, Наён, он заберёт тебя завтра утром. Может, ты хочешь покушать? Как на счёт риса с кимчи? — Мин присел, дабы ему было удобнее обнимать мальчика и не успел сказать и слова, как его уже крепко обхватывали за шею. — Учитель, почему вы не мой папа? Я бы хотел, чтобы вы были моим папой... — Наён, что ты такое говоришь? — Юнги мягко отцепил от себя маленького альфу, чтобы посмотреть тому в глаза. — У тебя уже есть папа. У тебя есть семья, Наён, которая тебя любит. Так что не говори так, ладно? После того, как Наён поел, Мин уложил его спать и сам пошёл к себе в спальню. Но уснуть получилось только под утро, ибо Юнги всю ночь обдумывал слова Наёна. «Я бы хотел, чтобы вы были моим папой...», это даже в голове никак у старшего не укладывалось. Он обязательно спросит об этом у Чонгука.

***

Утром его разбудил настойчивый звонок в дверь. Наён каким-то необъяснимым образом спал рядом, но Мин подумал, что просто мальчику, возможно, было страшно одному. Поэтому лишь укрыл его получше и пошёл открывать дверь тому, кто вероятнее всего живым отсюда не уйдёт. На пороге стоял Чонгук, который как и всегда был одет с иголочки: строгий костюм, укладка, всё как нужно. — Чонгук, что за фигня? Мы с Наёном вообще-то спим ещё. — Мин недовольно фыркнул, но пропустил в дом счастливо улыбающегося альфу. — Вы посмотрите, он ещё и улыбается. — Юнни, я так соскучился по тебе, ты бы знал.. — Чонгук руками залез под свою же футболку, которая была на омеге, нежно поглаживая спину Юнги. Чон прекрасно знал, что Мину такое нравится, всё же они достаточно долго вместе. — Ты прекрасно пахнешь..С ума меня сводишь. — Гук аккуратно, с нескрываемой нежностью, которой он буквально засыпал Мина, поцеловал омегу в губы. Из-за своих дел, альфа уже и забыл как это приезжать к Юнги после работы, делиться с ним чем-то интересным за ужином, а ночью нашёптывать слова любви на ухо, пока сам слушает такие нежные стоны из уст омеги. Чонгук так по этому соскучился. — Чонгук.. — Юнги разорвал поцелуй, но при этом совсем не собирался сокращать расстояние между ними, да и тем более, отталкивать альфу. Как никак, а он тоже скучает по своему таком нежном и ласковом альфе. — Наён дома. Нам нельзя — Как скажешь. — Чонгук убрал руки, ласково поцеловав омегу в лоб. Чону дважды повторять не нужно: нельзя значит нельзя. Да и при сыне действительно не хотелось показывать Юнги насколько сильно он его любит, так что сделает это позже. — Он ещё спит? Видимо, я рано приехал. — Пока он спит ты можешь наконец-то рассказать мне что происходит. И ещё, я хотел бы спросить-... Юнги не смог продолжить, поскольку заметил сонного Наёна, который, кажется, только встал. Мин готов сделать миллиард фотографий маленького альфы и повесить все у себя в комнате, чтобы любоваться им. Этот малыш настолько милый, настолько красивый, что омега готов об этом говорить каждый день. Всё же, Наён выиграл джекпот в виде хороших генов. Юнги никогда не видел мужа Чонгука, но почему-то не сомневается, что тот тоже красив. — Наён, мальчик мой. — Чонгук подошёл к маленькому альфе, который похоже не сразу сообразил кто перед ним, ибо запоздал он со вскриками "Отец!" и объятиями. В такие моменты, Юнги действительно хочется мечтать о том, что они все действительно семья, но Мину явно не место рядом с ними. — Ты слушался своего учителя? — Наён кивнул на вопрос отца, за что получил нежную улыбку альфы и ещё больший беспорядок на голове. — Молодец. Значит, мне не придётся краснеть перед учителем. — Гук повернулся к Юнги и ехидно подмигнул, намекая, что всегда именно он краснеет перед альфой. Естественно, Мин понял намёк, из-за чего же снова покраснел. — Поехали домой, Наён. Мне ещё нужно сегодня заехать на работу, хорошо? Папы дома нет, но я приеду как только смогу. Не волнуйся, ладно? Поговорить им так и не удалось. Чонгук уехал, напоследок снова поцеловав омегу и кинув на последок: «Я приеду завтра вечером и мы поговорим.». Иногда Юнги кажется, что Чонгук чем-то встревожен. В последнее время альфа стал каким-то рассеянным и постоянно поглядывает на телефон, когда Наён остаётся дома, а Гук находится у омеги. Возможно, он волнуется, скажите вы. Но ведь Наён, по словам альфы, дома со своим папой. Зачем тогда волноваться? Вопросов было больше чем ответов.

***

Вечер следующего дня: Юнги стоит у плиты и готовит скромный ужин, поскольку альфа оповестил его о своём визите к нему. Омега был на седьмом небе от счастья, даже отменил все свои планы на вечер, чтобы уделить внимание только любимому. Через пол часа послышался звонок, а за ним настойчивый стук во входную дверь. Юнги говорил Чонгуку, что он может свободно приходить к нему и не стучать. Таким образом, Мин хотел показать, что доверяет альфе не только себя, но и свой маленький мирок в виде двухкомнатной квартиры. Но сейчас, такое чувство, будто пришел недовольный сосед, ибо в дверь без остановки стучат. Мин подходит к двери, попутно вытирая руки об полотенце и наконец открывает её. — Чонгук-и, я же говорил, чтобы ты.. — каково же было его удивление, когда на пороге своей квартиры он увидел не Чонгука, а какого-то миловидного омегу, который как-то странно улыбался. Уже тогда Юнги насторожился, ибо вид у незнакомца был мягко говоря пугающий. — Простите? Вы к кому? — Я к тебе. Ты ведь Мин Юнги? Омега тепло улыбнулся, но от этой улыбки у Юнги пошли по телу мурашки. Хотелось захлопнуть дверь и закрыть на 3 замка, ещё и стулом подпереть на всякий случай. — Да, я Мин Юнги. В чём дело? — Можно я пройду? Незнакомец уже хотел было зайти, как Юнги резко ладонь вперёд, останавливая его. Мин даже не знает кто это, а он ещё и просит войти в квартиру? Нет уж. — Простите, но вы даже не представились и не назвали цель своего визита ко мне. Я не могу пустить вас в свою квартиру. — Я Чон Ынхо, муж Чон Чонгука. Думаю, он вам знаком. — омега снова улыбнулся, и опять же своей устрашающей улыбкой. Юнги чуть не выронил полотенце из рук от шока. Конечно, он знал, что рано или поздно придётся столкнуться с омегой Чонгука, но его пугало могильное спокойствие омеги и эта мерзкая улыбка. Будто Ынхо пришёл не к любовнику своего мужа, а к давнему другу, чтобы мило побеседовать. — И с какой целью вы пришли ко мне? Что вы хотите? — Я всего лишь хочу поговорить с тобой, Юнги. Просто разговор. Что-то Юнги подсказывало, что простым разговором это всё не закончится. Но любопытство победило здравый смысл, так что уже через 5 минут омеги сидели на кухне, только вот в абсолютной тишине. Юнги продолжал готовить, а Ынхо сидел за столом, смотря на свои руки. Мин уже хотел было начать разговор, как услышал какой-то шёпот. Аккуратно повернувшись, он увидел, как омега за столом перебирает свои пальцы и что-то шепчет, покачиваясь из стороны в сторону. Вот теперь Юнги конкретно испугался, но ведь и выгнать омегу он не может. Совесть просто не позволит. Хотя, есть ли она у него, если на протяжении года встречается с женатым мужчиной? — Я знаю кем ты приходишься моему мужу, Юнги. Ынхо буквально за секунду поменялся: руки спокойно лежали на столе, взгляд омеги был устремлён на Юнги и снова улыбка., от которой было не по себе. Особенно сейчас. — Знаешь, я давно хотел познакомиться с тобой, но Чонгук запрещал мне даже подходить к тебе. — эмоции Ынхо менялись со скоростью света. Буквально секунду назад он улыбался, а уже сейчас чуть ли не плакал. — Он такой злой, правда? На этот вопрос Юнги совсем не знал, что ответить. Ему вообще было неловко в компании Ынхо, как минимум потому что это муж Чонгука, а как максимум, странный омега, задающий такие же странные вопросы. — Да расслабься, Юнгиша, это был риторический вопрос. — Ынхо хихикнул и махнул рукой, якобы успокаивая, но вот Мин только сильнее напрягся. — Чонгук прекрасный альфа и я думаю, ты такой же прекрасный омега, раз он выбрал тебя. Ынхо выделил интонацией последнее слово и весело захлопал в ладоши. Юнги уже на полном серьёзе хотел попросить его уйти, но хлопнула входная дверь. Оба омеги устремили свой взгляд на выход из кухни, услышав обоим знакомый звук падающих на полку ключей от машины. — Жизнь моя, ты приготовил ужин? Вкусно-.. — Чон показался у входа на кухню, нежно улыбаясь, но улыбка спала за секунду, когда альфа увидел своего мужа. — ...пахнет. — Гук взглянул на Юнги, который помотал головой, показывая, что он сам ничего не понимает. — Ынхо, что ты здесь делаешь? Я, по-моему, ясно дал понять, чтобы ты не подходил к нему. — Чонгук-и, неужели ты не рад видеть своего любимого мужа? — Ынхо резко поднялся со своего места и вцепился в альфу крепкими объятиями. — Я соскучился Юнги даже смотреть на эту сцену не хотел, поэтому отвёл взгляд, кусая губы. А чего он ожидал? Что они с Чонгуком будут вместе? Но ведь Гук так и не развёлся с Ынхо. Значит ли это, что альфа любит только его, а Мин чисто игрушка на время? Но прошёл целый год, а это не 2 недели и не месяц. Снова куча вопросов, на которые ему никто не даёт ответа. — Вам не кажется, что ваши отношения вы должны выяснять не у меня дома, а у себя? — Юнги не собирался терпеть все эти сопли у себя дома. Поэтому таким вежливым образом попросил их уйти. — Ынхо, тебе пора домой. — Чонгук мягко отцепил от себя омегу. — Иди собирайся, я отвезу тебя домой. — Я сам. Повеселитесь тут без меня! — омега хихикнул и весёлой походкой направился к выходу. Юнги отвернулся к окну, глотая слёзы. Сейчас точно не время плакать. Только он более менее успокоился, то почувствовал крепкие, такие родные руки на своей талии. Чонгук поцеловал его в макушку и прижал к себе так крепко, будто прося прощения за то, что ему пришлось увидеть. — Жизнь моя, я скоро буду. Мне жаль, что ты всё это увидел. — Чон поцеловал омегу в шею и убрал руки с талии. — Мне жаль. Чонгук вышел с кухни, и снова такая давящая тишина. Хотелось разрыдаться от той обиды, что копилась такое долгое время. Неужели он не заслужил знать правду? Почему он должен терпеть вот это? Безусловно, Юнги любит Чонгука до дрожи в коленках, но ведь это нечестно. Гук знает о нём всё, а Юнги практически ничего. Из раздумий омегу вывела мультиварка, которая оповестила об уже готовых куринных крылышках. Всё же, Юнги надеялся, что Чонгук за ужином выполнит своё обещание и ответит на вопросы омеги.

***

Приехал Чонгук так же быстро как и уехал. Поужинали они в тишине. Юнги просто наблюдал за таким сосредоточенным альфой, который явно о чём-то думал. Омега мысленно надеялся, что Гук просто подбирает слова для разговора. Первым нарушил тишину Чонгук: — Юнги, прежде чем я начну свой монолог, я бы хотел извиниться. Я поступил с тобой как настоящий мудак и мне жаль. Прости меня. — Чонгук взял Юнги за руку, несильно сжимая её. — Я люблю тебя, Гук-а. И более чем уверен, что у тебя была причина не говорить мне всех деталей. Но теперь, я жду всех пояснений. — Юнги со всей серьёзностью взглянул на Чонгука, давая ему понять, что его терпение закончилось. Ему нужна правда. Чон слегка улыбнулся и отпустил руку омеги. Теперь, ему куда спокойнее, хотя он и так знал, что Юнги поймёт его и не оттолкнёт. Честно, ему и самому хотелось побыстрее рассказать Мину обо всём и сбросить тот груз, который он носит уже год. Он тоже устал. — Начну я, наверное, с того, что мы с Ынхо поженились, когда я только закончил университет. Мы были уверены, что будем счастливы вместе и ничто не помешает нам любить друг друга. Но я узнал, что у Ынхо..были серьезные проблемы со здоровьем. Он утаил от меня это, ибо думал, что всё хорошо и боятся нечего. Я так тоже думал, поэтому и не ушёл тогда. — Чем он таким болеет, что ты собирался уйти от него? — Юнги не понимал такой позиции альфы. Если твой муж болен, то почему ты не можешь поддержать его, лечить в конце концов? Почему сразу уйти? — Ынхо психически больной, Юнги. А вот это уже действительно серьёзно. Теперь Юнги мог объяснить то странное поведение омеги, но не сказать, что ему стало от этого легче. И опять же: почему Чонгук не отправил Ынхо на лечение куда-нибудь? Есть же психологи, психиатры. — И..И как ты узнал об этом? — В один момент я проснулся ночью от копошения в спальне. Я думал, что Ынхо просто пытается на ощупь выйти из комнаты, мало ли чего ему захотелось. Он тогда был в положении, 5 месяц если я не ошибаюсь. Чонгук нахмурился, вспоминая тот день в деталях. Честно, вспоминать не хотелось, ибо было мягко говоря неприятно. Но альфа почувствовал, как Юнги взял его за руку и сцепил их в замке. Гук взглянул на омегу, который улыбался так нежно, что напряжение вмиг пропало. Юнги в своё время своей улыбкой рассеял тот омут, в котором жил Чонгук. Он подарил ему смысл просыпаться по утрам; Чон впервые именно с ним почувствовал что такое дом. — В общем, я особо этому внимание не уделил. Шорохи прекратились, но вместо него я услышал тихий шёпот. И тогда я уже щёлкнул по выключателю светильника, что стоял на тумбочке и увидел как Ынхо стоит у стены, ко мне спиной и что-то шепчет, перебирая пальцами. Ну я подошёл к нему, окликнул его и спросил почему он не спит. А Ынхо только улыбнулся, сказал «Ничего» и вернулся обратно в постель. На следующий день я естественно спросил что это было, и только тогда он мне всё рассказал. — Почему ты не лечил его, Чонгук? — Я лечил. Я нашёл хорошего психиатра, но Ынхо врал мне, что посещает его. Тогда я отвёл его на приём лично, но он покусал врача и выбежал из кабинета как ошпаренный. Тогда я нашёл другого, который был куда спокойнее и согласился на сеанс даже узнав о судьбе предыдущего специалиста. Врач выписал таблетки, которые должен был принимать Ынхо. Но он попросту выкидывал их, а мне говорил что пьёт. В итоге, и приём таблеток лёг на мою ответственность. — Я так понимаю, все попытки оказались тщетными? — Нет. Ему стало лучше и я уже подумал, что всё хорошо, но в один день, когда я был на работе, мне позвонил заплаканный Наён и сказал, что папа его ударил. Тогда я наплевал на все совещания и сорвался домой. Уже дома я увидел, что Ынхо спокойно себе смотрел телевизор и как обычно встретил меня улыбкой. Но нашёл я Наёна в шкафу у него в комнате. — Чонгук вздохнул, опустив голову. Видимо, ему тяжело давался этот разговор и если честно, Юнги уже жалел о том, что настоял на этом. — Его руки и спина были в синяках, Юнги. — Чон поднял свой печальный взгляд на омегу, но этот взгляд быстро сменился на уставший. — Тогда я быстро собрал ему некоторые вещи и отвёз к сестре, а сам вернулся домой и поставил Ынхо перед фактом: мы разводимся. — Ты так быстро принял решение о разводе? — Да. Поверь, я в тот момент даже не думал об этом, ибо и думать нечего. Знаешь, может если бы это не коснулось Наёна, я бы стерпел. Но пострадал мой сын. Ынхо позволил себе поднять руку на Наёна, а этого я не стерплю. Ему тогда крупно повезло, что я не убил его. Естественно, Юнги знал, что Чонгук прекрасный отец, но сейчас его уверенность возросла. Но у него никак в голове не укладывалось за что может избить собственного ребёнка? — Почему Ынхо это сделал? — Потому что Наён не убрался в доме. Маленький мальчик не убрал двухэтажный дом. — альфа стиснул руки в кулаки, сжимая их до белых костяшек. — Я бы никогда не подумал, что Ынхо способен на такое. — Ты именно поэтому просил меня посидеть с ним? — Да. С того момента я не оставлял Наёна наедине с Ынхо. Я брал Наёна на работу, оставлял его у тебя, у сестры, у родителей, но точно не с ним. — А где сейчас Наён? — Он у родителей. Они в курсе всей ситуации, так что никогда не возражают этому. — Погоди. Как давно ты подал на развод? Это было до меня? — Да. Я подал на развод где-то полтора года назад. — Тогда почему ты до сих пор с ним в браке? — Я пожалел его. Я ждал когда он добровольно поставит подпись и мы спокойно разведёмся. Ынхо не хотел делать этого, потому что по его словам, я заберу у него сына и разводиться он не планировал. Потом появился ты, и я совсем позабыл об этом. Теперь пазл в голове Мина наконец-то был собран. Честно, ему было даже жаль Чонгука. Он всё это время так нагружал себя, решая куда деть Наёна, бракоразводным процессом, Юнги и работой. И кажется, только сейчас Мин понял как Чон устал. Хотя он согласен с тем, что Чонгук конкретно сглупил, затянув развод. — Мы с Ынхо очень отдалились, и он даже не возражал, что есть ты. Но опять же, не подписывал бумаги о разводе. Но я устал был снисходителен и сегодня понял, что медлить больше нельзя. Пора закругляться с этим. Завтра же придётся напрячь адвоката и решить это дело как можно скорее, даже если мне придётся силой заставить Ынхо поставить подпись. Некоторое время они сидели в тишине, боясь даже дышать. Им обоим было о чём подумать, но Юнги первым обнял Чонгука, пытаясь таким образом сказать "Я рядом, с тобой". Чонгук даже не мог представить за какие заслуги ему достался Юнги: такой любящий, такой нежный, такой ласковый и понимающий, готовый поддержать любимого в любую минуту, который понимающе терпит и ждёт. Между ними такая крепкая связь, что сам альфа удивляется. Он не жалел о встрече с Ынхо только потому что тот подарил ему прекрасного сына, но жалел о том, что был с ним все эти годы. — Я так люблю тебя, Юнги. Прости меня за то, что тебя коснулись мои проблемы. Я не хотел этого и мне так стыдно теперь. — Чонгук крепко обнял омегу, целуя в лоб. Кажется, Гук будет теперь всю жизнь просить у него прощения, хотя сам себя простить не может. Встреча с Юнги - это как глоток свежего воздуха для Чонгука. В такой надоедливой рутинности появился ещё один лучик света, появилось ощущение, что у него действительно может быть счастливая семья. — Чонгук, я хочу быть тем, кто будет помогать тебе. Ты в одиночку пытался справляться со многими делами одновременно, а теперь у тебя есть я. Не забывай об этом, хорошо? Эти слова как бальзам на душу для альфы. В который раз он убедился, что Юнги и Наён - центр его мира. Отныне, они - его семья.

***

Посидев ещё немного на кухне, парочка решила перебраться уже в спальню. Они оба понимали, что сейчас - самый лучший момент, чтобы прояснить все недопонимания, чем собственно, и занялись. На данный момент они лежат на кровати, в обнимку, и открывают друг другу все свои былые секреты, доверяя настолько, что буквально нечего уже и утаивать. — Чонгук, пообещай, что отныне ты будешь говорить мне обо всём, что происходит. Я не хочу оставаться в стороне. — Юнги обнял альфу за плечи, утыкаясь лицом в плечо мужчины, и вдыхая такой родной теперь запах. Осознание того, что Чонгук полностью принадлежит ему - будоражит. Мин и подумать не мог, что Чон останется с ним, а не с Ынхо. В конце концов выберет семью, а его оставит, но теперь он может спать спокойно, зная, что Гук будет с ним. — Обещаю, жизнь моя. Если что-то случится, я сразу же скажу тебе. — Чонгук пробрался рукой под футболку омеги, медленно водя рукой по спине парня. — Я скучал, я очень скучал по тебе, Юнги. — альфа оставлял нежные поцелуи на шее Юнги, слушая попутно тихие вздохи любимого. Только с ним он может забыть обо всех своих проблемах, только с Юнги может чувствовать себя легко. Этот омега для него - кислород, без которого Чонгук жить не может. — Чонгук-и, мх.. — Мин совсем не возражал на такие ласки, поскольку от одного только взгляда у него коленки подкашиваются. Что уже говорить о прикосновениях и поцелуях. Чонгук заставляет Юнги расцветать каждый день; Чонгук - это забота, поддержка, защита от всех проблем, это бессонные ночи, когда они оба утопают в чувствах друг к другу, это любовь до беспамятства. — Юнги, мне можно?.. — Чонгук всегда просит разрешения. Не важно кто первый полез, Юнги или Чонгук. Альфа всё равно спросит, всё равно сделает всё так, чтобы Юнги было хорошо с ним. — Можно. — тихо шепчет Мин, слегка улыбаясь. Чонгук спрашивает, и Юнги разрешает. Он знает, что Чонгук никогда не причинит ему боль. Сам поставит весь мир на колени перед Юнги и заставит просить прощения, если кто-то посмеет его обидеть. Защитит от любого, даже если ценой будет его жизнь. Чонгук медленно снимает с Юнги одежду, будто наслаждаясь тем, что может прикоснуться к нему. Для него так много значит этот омега, что представить сложно. Чон ещё тогда, год назад, впустил Мина в свой маленький мирок, в своё сердце, которое теперь у него в руках. Чонгук определённо сошёл с ума. Он зависим. Сняв с омеги всю лишнюю одежду, Чонгук на секунду остановился, осматривая такое нежное, податливое тело. Весь Мин Юнги принадлежит ему, как и Чонгук принадлежит Юнги. — Кажется, я никогда не смогу перестать любоваться тобой, жизнь моя. — Чонгук снял свою рубашку, откинув её в сторону. С тумбочки он взял бутылочку смазки, выливая прозрачную жидкость на пальцы. Гук всегда растягивал Юнги настолько, чтобы тот смог принять его без дискомфорта, и тем более боли. Вот и сейчас альфа аккуратно вставил один палец, но заметив, что он вошёл довольно легко, взглянул на Юнги с непониманием. — Всё-таки, я ждал тебя. — прошептал Юнги, слегка морщась от проникновения ещё двух пальцев. — Давай, Чонгук-и, я уже не могу.. — у них так давно не было близости, что Юнги сейчас свободно мог позорно кончить только от длинных и, о боже каких ахуенных, пальцев Чона. Особенно учитывая, что тот специально почаще касался простаты. — Попроси меня правильно, малыш. Давай, как я учил тебя. — Чонгук прикусил мочку уха омеги и специально снова коснулся простаты. Юнги исследован им до каждой частички тела омеги и это заставляло низ живота ныть от желания. — Господин Чон, ах!.. Господи, боже мой, Чонгук, возьми меня уже.. — Мин уже всхлипывать начал, показывая насколько сильно хочет почувствовать член альфы в себе. — Пожалуйста, Гук-а.. Чонгук услышал то, что хотел, поэтому без лишних вопросов вынул пальцы из омеги. Конечно, он обещал себе не спешить, но когда под тобой такой сладкий мальчик, который так отчаянно просит взять его, можно ли сдержаться? Вот и Чонгук не сдержался. Естественной смазки омеги хватило для того, чтобы Чон смог без особого труда войти одним резким движением. Но мимо его внимания не прошло то, что Юнги напрягся, сжимая член Чонгука внутри. — Жизнь моя, расслабься, тебе же будет больно. — Чонгук стал поглаживать ножки омеги и оставлять нежные поцелуи на шее Юнги, чтобы расслабить. — Я буду аккуратен. — Я знаю, Чонгук-а..Просто я уже отвык от близости и..дай мне время привыкнуть. — Юнги вцепился в плечи альфы ногтями, не сильно надавливая. Ласки Чонгука и правда помогли ему расслабиться, а это подействовало на Чона как зелёный свет. Поэтому альфа стал медленно, не спеша двигаться. Внутри омеги было так узко, будто они первый раз занимались сексом. Долгий год Чонгук растягивал омегу под себя, и всего за две недели все его старания в одно место. — Жизнь моя, ты просто прекрасно принимаешь меня. Молодец, малыш. — Чонгук знал, что Юнги любил когда его хвалят в постели, так что применил свои знания для того, чтобы Мин больше не напрягался от слова совсем. — Я счастлив от того, что ты мой омега. После этих слов Гук внезапно сорвался на быстрый темп. Юнги не ожидал этого совсем, но он соврёт, если скажет, что ему неприятно. Чонгук попадал прямо по простате, заставляя Мина выгибаться струной под ним и срывать свой голос с каждым толчком. А этот шёпот, что заставляет кровь стынуть в жилах, Юнги готов слушать постоянно. — Я люблю тебя, мой маленький мальчик. — Чон вышел из Юнги и перевернул его на живот, ставя в коленно-локтевую. Омега заскулил от чувства пустоты в себе и требовательно завилял попкой, прося альфу снова войти. — Какой нетерпеливый малыш. Тебе так нравится чувствовать мой член в себе, Юнни? Юнги с ума сходит от такого Чонгука: властного и совсем не щадящего. Иногда ему кажется, что этот Чонгук совсем не тот, что был буквально час назад. — Д-да, мне это нравится.. — Юнги почувствовал холодные руки на своей тёплой и от этого контраста у него буквально глаза закатывались. — Что же, я не могу ведь отказать тебе, верно? — Чонгук навис над омегой, накрывая руки Юнги своими, и снова плавным движением вошёл в него. Услышав протяжный стон омеги, Гук понял, что такая поза Юнги нравится куда больше. — Солнце, прогнись немного, тебе будет легче. — Мин сделал так, как сказал Чонгук, и альфа довольно улыбнулся. Ему нравилось, что Юнги так легко ему подчиняется в постели. — Молодец, солнце. Чонгук снова начал двигаться, но под другим углом и куда глубже. Юнги уже буквально хрипел, моля Чонгука не останавливаться, и Чонгук слушался его. Он слышал каждый вздох, каждый стон, каждое слово сказанное шёпотом. Такой Юнги - предел его мечтаний. — Гук-аа..Ах..Я..мх..я с-скоро.. — Я знаю, маленький. — Чонгук сам уже был на подходе, так что альфа решил не медлить. Одной рукой он медленно провёл по торсу омеги, спускаясь ниже к члену Юнги. Только он прикоснулся к нему, Мин захныкал от того, насколько он сейчас податлив. От одного слова этого альфы Юнги готов на коленях перед ним стоять. — Я..не могу.. — единственное, что смог сказать Юнги перед тем как излиться в руку Чонгука. У него дрожали колени, ещё бы немного и он обессиленно упал на постель, но сильные руки альфы придерживали его за талию, за что омега ему благодарен. Гук кончил следом, чувствуя, как у него самого коленки подкашиваются. Он счастлив от того, что этот омега целиком и полностью его и ничей больше. Весь полностью для него. — Ты хорошо постарался, жизнь моя. — Чонгук плавно вышел из Юнги, укладывая уставшего омегу рядом с собой и заключая в объятия. — Отдыхай, солнце. — Чон нежно поцеловал Мина в лоб, поглаживая руками по плечам и спине. Альфа знает, что подобные ласки помогут Юнги быстрее уснуть. — Я люблю тебя, Юнги. — услышав рядом с собой тихое сопение, Чонгук понял, что Юн уже спит и вряд-ли услышал его слова. Ну и пусть. Им слова уже давно не нужны, они и так всё видят и понимают без слов.

***

Утро Юнги началось не так романтично, как это обычно показывают в фильмах: ужасно болела задница, спина и затекла рука от долгого лежания на ней. Что ж, определённо, это не самое лучшее утро, которое могло бы быть. Ещё хуже стало, когда омега обнаружил, что рядом с ним нет Чонгука. Альфа ушёл так быстро? Почему? Обычно, он спит намного дольше чем Юнги. Медленно встав с кровати, омега понял, что нет того липкого и неприятного ощущения потной кожи с утра, постельное бельё тоже новое, везде убрано, будто и не было ничего. Значит, Чонгук встал раньше чтобы убраться? Тогда где сам Чон? Ответ не заставил себя долго ждать: Юнги услышал, как с кухни послышался знакомый звук кофеварки. Теперь понятно где был Гук всё это время. Юнги поспешил на кухню, но буквально застыл за поворотом, вслушиваясь. На кухне был не только Чонгук, но и Наён. — Наён, мальчик мой, мы можем поговорить? — Чонгук сел на корточки перед сыном и взял его за руки. — Это очень серьёзно, поэтому послушай меня Наён поставил мультик на паузу и отложил телефон Чонгука в сторону, показывая, что он готов слушать. Такого серьёзного отца он видит не часто, так что мальчик с такой же серьёзностью решил отнестись к разговору. — Мы с твоим папой решили разойтись. Ты останешься со мной и с Юнги. Как ты на это смотришь? — Пап, почему ты спрашиваешь меня? — Потому что я хочу знать твоё мнение по этому поводу, золото. — Чонгук улыбнулся и одним нежным движением руки заправил волосы мальчика назад. — Помнишь что я говорил тебе? Ты всегда можешь высказать мне свою точку зрения, и мы вместе попытаемся решить это. Тебе не нужно этого боятся. Чонгук никогда не имел права голоса в своей семье, да и в принципе им никогда особо не интересовались как личностью. Поэтому, Наён с малых лет воспитывается как человека, который может не боятся своего мнения; не боятся высказать его людям и тем более родителям; и это нормально, если твоя точка зрения кардинально отличается от остальных. Наён всегда слушался только отца, поскольку Ынхо не особо уделял внимание его воспитанию. И уже в свои 7 лет мальчик мыслит как подросток, что не может не радовать Чонгука. — Пап, я доверяю тебе и твоему выбору. Ты же сам меня учил не осуждать людей за их решения, значит я не буду этого делать. Я стараюсь быть взрослым, пап Чонгук немного опешил от такого высказывания своего сына. Он даже и не успел заметить когда его маленький мальчик стал таким взрослым и понимающим. Гук уверен, что Наён вырастет достойным мужчиной в будущем, но сейчас он ребёнок, поэтому не стоит перегибать палку. — Наён, не нужно стараться быть взрослым. Тебе ещё рано задумываться о действительно взрослых вещах. Ты ещё ребёнок, и не нужно нагружать себя этим, хорошо, золото? Наён кивнул, обнимая отца за шею. Только отец для него по-настоящему родной человек, который внушает доверие. Никому он больше не сможет так довериться, как отцу. — Вот и хорошо. — Чонгук обнял сына в ответ, поглаживая мальчика по спине. — И ещё. Я хочу, чтобы Юнги был частью нашей семьи. Ты не против? — Учитель Мин? — маленький альфа действительно хотел, чтобы Юнги был его папой, но чтобы так скоро? — Значит ли это, что я могу называть его "папа"? — А этого я не знаю. Спросишь у него, но я уверен, что он не будет против Вместе с Наён опешил и Юнги. Он готов был расплакаться от того, насколько сильно любит этих двух альф. — Не буду против. — Юнги зашёл на кухню, вытирая рукавом пижамы слёзы. — Юнги? Почему ты плачешь? — Чонгук уже подумал, что сделал что-то не так, как омега присел рядом с ним, обнимая альфу за плечи и всхлипывая. — Я просто счастлив. Это - лишь маленькое начало их долгого совместного будущего. Отныне, они семья.