Джеймс Поттер - Тёмный Лорд из другой Вселенной

Восточная Германия, Танахайм, среда, 18 ноября 1981 года. В этот день все маги и магглы Германии, как Западной, так и Восточной её частей вспоминали своих павших в боях, как с системой, так и с захватчиком, предков и родственников в общем. Герман Яхтенфельт следовал давно сложившемуся в семье обычаю: каждый год отец и сын шли к памятнику жертв мировых войн, в которых приняли участие немцы и возлагали к нему цветы. Несмотря на возможности аппарации, дарованные им Магией, они проделывали путь от дома до, как в его семье было принято бережно называть, обелиска пешком, чинно, не спеша, траурно, как и полагается в подобных случаях. Герман, воспитанный в духе своей семьи, очень ревностно относился к традициям и обычаям, отчего не пропускал ни одного праздника или памятного дня, хоть как-то связанного с ним самим. Вот и сейчас он бережно взял букет гвоздик, состоящий из десятка цветков и заготовленный за неделю до предстоящего мероприятия, и направился из квартиры прямиком к месту траура германского народа. Родился немец в Танахайме, что располагается в земле Баден-Вюртемеберг на юге страны. И именно здесь, в этом городе, по счастливому стечению обстоятельств, расположился памятник, к которому направлялся молодой человек. Да, Герману ещё не исполнилось и 30 лет, а только 25, и то, на прошлой неделе. Как и полагается в этот скорбнейший, без преувеличения, день, служащий Министерства Магии ГДР рассуждал. И не абы о чём, а именно: о смерти, времени и вечности. "Смерть, - думал Герман - это и не смерть в её классическом понимании. Конец это ведь новое начало. А значит и конец жизни приводит к её новому началу. В вечности окажемся все, и вечность распределит нас по своим местам." Отец-маггл Германа любил философствовать, а его сын подхватил эту любовь и развил её до уровня защиты диплома на философском факультете Дрезденского университета Магии*, благо способности матери к магии передались Яхтенфельту, но, к сожалению для него, в меньших объёмах, чем хотелось бы. В связи с этим его магия проявляется лишь в экстренных ситуациях, например, на вступительном экзамене в магический университет. На философском факультете магия не особо была нужна, но всё же путём подработки Герман заработал на накопители магии, позволявшие использовать магию "через трубочку" - дозируя свои запасы и смешивая их уже в выплеске с окружающей, общедоступной маной, благо, в таком древнем университете последней было в избытке. Так он защитил дипломную работу о Гёте в жизни магов и его влиянии на культуру оных, выпустился из университета, и... не смог найти работу. Тут ему помог университетский товарищ - Топфер. Грета, а именно с ней он познакомился на совместном занятии с менталистами-недоучками, очень выручила его. Пусть должность не самая популярная и высокооплачиваемая, но всё же в Министерстве Магии. Всяко лучше, чем опуститься до торговли в переулках или разбоя в лесах. В конце концов, архивариус тоже нужная профессия... Наверное. Вчера он получил послание от благодетельницы и патронши с просьбой выяснить кое-чего о британской, основной ветви её семьи - Поттерах. В ответ он пообещал, что займётся этим девятнадцатого числа, так как письмо пришло поздно вечером семнадцатого, а восемнадцатое занимало в его жизни гораздо больше места, чтобы просто так взять и забыть о нём. А пока десять гвоздик беззвучно опустятся к памятнику павшим солдатам. *** На следующий день в Министерстве Магии Восточной Германии, Восточный Берлин, четверг, 19 ноября 1981 года Как и всегда, в холле царило неслыханное оживление. Все толкались, роняли папки и портфели, вываливались из каминов, отряхивая пальто по пути к очереди к КПП. То тут, то там раздавались слова на немецком и русском, а также самых разных диалектах и языках Восточной Европы. Средний рост, классическая причёска, вошедшие в моду магловские очки и длиннополые пальто - ничто не выделяло Германа Яхтенфельта, архивариуса Министерства Магии Восточной Германии, из однослойной, казалось бы, созданной под копирку, толпы. Поздоровавшись с охранником, Герман прошёл через детектор ложного облика. Конечно, он знал о том, что это фикция, обманка. Настоящие, но невидимые стоят у всех входов и выходов из Министерства. Даже у каминов стояли уменьшенные копии проявителей. Совет Колдунов Восточной Европы старается над безопасностью сотрудников, не то что там, на западе. Мужчина фыркнул себе под нос. Атриум Министерства был массивен: высокие потолки, украшенные блестящими и сверкающими в полутьме изображениями звёздного неба, широкие стены, составленные из огромных каменных блоков, монолитный пол, выложенный спаянной волшебством мраморной плиткой, и, наконец, аллея из скульптур памятным личностям. Оттон Первый, Фридрих Барбаросса, Альбрехт фон Валленштайн, "Железный канцлер" и многие другие выдающиеся личности, оставившие след в истории обеих Германий - магической и магловской - возвышались на постаментах с описанием их "подвигов", совершённых во имя Священной Римской Империи, Германских княжеств, Рейнского Союза и иных исторических этапов центральноевропейской страны. В дальнем конце аллеи стояли двери лифтов. Простые стальные решётки с местными мотивами раскрывались по первому взмаху палочки. Герман достал палочку и провёл перед створками одного из лифтов вверх. С неприятным скрипом, с таким, с которым открываются только лифты, створки раскрылись, пропуская мага. - Архив, - чётко произнёс он в пустоту кабинки. - Ожидайте, - привычно зашелестел женский голос, запуская механизмы аппарата. Тот дрогнул и неспешно поехал вниз, периодически отдаваясь толчками на полу. - Отдел Тайн, - произнесла неощущаемая спутница. - Простите, это я! Подержите, пожалуйста, лифт. Знакомьтесь, Мария Гершенхольц, известная растяпа и раззява. Мало кому известно, почему она ещё не вылетела. Видимо, так кому-то надо. Знать бы ещё кому... - А, Герман! Опять в свои пылесборники? - спросила она, играя бровями - Да. Точно так же, как и вчера, и позавчера, и позапозавчера, - начал я скучающим голосом - Ой, да всё с тобой понятно. Зароешься в свои бумажки и света белого не знаешь. Ты вообще подозреваешь о существовании витамина D? А то бледный, хихи, как вампир. Да уж, работа в архиве накладывает свои отпечатки. Как психологические - "профессиональная деформация" - так и физиологические. - А ты куда направляешься?- спросил я - О, мне к тебе. По делу. Страшно секретному, - здесь она расширила глаза, - сам Верховный, - показала девушка пальцем наверх, - приказал. Говорит, мол, сходи в архивы да узнай что это за Топфер такой объявился. Ой... Проболталась, - мнгновенно закрыла рот руками - Однако, как неожиданно. Я тоже иду искать информацию, но о Поттерах. Я предлагаю сделку: ты поможешь мне, я помогу тебе. Идёт? - Идёт!- радостно затрясла мою руку она. Вокруг них засиял свет, тем самым показав завершение сделки.- Эй! Что за? Мы так не договаривались?- топнула ножкой волшебница. - Уговор есть уговор.- ухмыльнулся я. - Архив, - всё так же безэмоционально сообщил бесплотный голос - Приехали, - синхронно выдали мы с совершенно разной интонацией. Если я произнёс это как нечто блаженное, ибо уже свыкся с работой архивариуса и даже втянулся в неё, то моя невольная спутница произнесла это мученически-обречённо. Решётки расступились, открыв длинный коридор, едва освещённый факелами. В конце виднелись многочисленные стеллажи. - Приступим, - сказал я , хлопнув в ладоши.