Код: классный

– Ну что, любовь моя, как проведём нашу первую ночь? – Подальше друг от друга, зайчик. Спокойно отвечает Антон, в подтверждение своих слов, уходя к комнату. Арсений поднимает с пола два больших пакета с едой, оставляя на сожителя одежду. В квартире ужасная тишина. Телевизор все-таки увезли, не оставляя новым жителям ничего, кроме кухонной техники. Но оно и хорошо. Телефоны парней лежат в квартире Антона. Там же и их одежда, которую парни предварительно сняли, надев новую. Они сбежали из своей жизни, сменили одежду, оставили телефоны, сняли квартиру за тридевять земель от центра и живут вдвоём. Ну чем не сказка о запрещённой любви? Только вот запрещена она только для самих парней, нежели для остальных. – Я в душ. Спокойно проговаривает Антон, забирая из пакета штаны, футболку с бельём и полотенце. – Тебе помочь? – Иди нахуй. Фыркает и заворачивает за угол, пропадая из поля зрения мужчины. Арсений слегка улыбается, убирая оставшуюся еду в шкаф. – На твой? – А вот тут по-подробнее. Голова выглядывает из-за угла, заставляя Попова слегка рассмеяться. Если бы этот придурок не бесил его больше жизни, то он бы, вероятнее всего, может быть, когда-нибудь, если рак на горе свистнет, через сто лет, заинтересовался бы им. Но увы и ах. – Иди давай, потом я. – Присоединяйся. Теперь, видимо, очередь Антона ехидничать. Никто не знает, откуда вылез такой интерес, но, видимо, отсутствие всякого способа вылезти в интернет, подкидывает разные идеи, как провести выходные. – Я ведь присоединюсь. – Жду тебя, сладкий. Разумеется, Антон не будет его ждать, а Арсений не пойдёт, но им нравится эта игра. У Антона нет девушки, а Арсений давно ни с кем не встречается, так что, эта маленькая пошлая борьба немного удовлетворяет их желания. Арсений проходит в комнату и видит два пустых пакета, один лежит на полу, второй на кровати. Открывает дверцы шкафа и слегка удивляется. Их вещи аккуратно разложены по полкам: Антоновы сверху, Арсовы снизу. На самом верху полотенца, в выдвижных полках трусы и носки. Арсений не такой. Ему не особо важен порядок в вещах, да и, в принципе, много в чем. На столе постоянно беспорядок в листах, в шкафу - в вещах, в ванной - в средствах для ухода. Ему человечески все равно на идеальные пропорции сложенной одежды, на красиво разложенных носках, на, по фэн-шую, выставленной посуде. Он привык к лёгкому беспорядку, в отличие от Антона, который сейчас спокойно принимал душ. Они разные. На столько, что лёд и пламя кажутся близнецами. Но в то же время настолько похожи, что близнецы кажутся льдом и пламенем. Херня какая-то, короче.

***

Утро даётся тяжело только одному человеку. Арсений любитель поспать. Разумеется, в рабочие дни он никогда не опаздывал, но в выходные до него не дозвонишься часов до двух дня. И сейчас как раз выходной. Антон встал в девять, успел позавтракать, постоять в планке, поотжиматься, принять лёгкий душ и приготовить обед. А Арсений все ещё спит. И если первые три часа Шастун делал все тихо, чтобы не разбудить коллегу, то в час дня начал подозревать о том, что Арсений и не дышит вовсе. Иначе как так долго можно спать?! В полвторого Антон забыл о том, что он хороший человек, и пошёл будить этого соню. Сначала просто пытался словами, на что получал такие стандартные "Я не сплю", "Ща встану" и "Ещё пять минуточек". Но в два, когда парень перестал даже реагировать на попытки Антона его разбудить, Шастун послал на три буквы доброту и вежливость, и просто столкнул Попова с дивана. Арсений ещё не успел глаза открыть, но уже начал материть коллегу налево и направо, посылая его и на мужской, и на женский половой орган, не забыв назвать всеми видами животных. Но Антону кристально похуй, потому, выслушав злобную тираду мужчины, он лишь спокойно сказал, что обед на кухне и ушёл в комнату. И эта их совместная жизнь. Они не разговаривают друг с другом, не кричат, не дерутся. Они просто игнорируют нахождение второго человека в этой квартире и все. Вся жизнь. И Антону плевать на Арсения, и Попову плевать на Шастуна. Но если первый полный день они провели в разных комнатах друг от друга, то понедельник встречал их не только началом новой недели, но и началом примирения. – Мы же купили разную выпивку, вроде бренди, глинтвейна, виски и всяких газировок к ним? – как бы издалека спрашивает Попов, заходя в комнату Антона, – Может пора их открыть? – Отвали, Попов, – спокойно ответил Шастун, лишь на секунду отрывая взгляд от книги. Помните, Арсений говорил, что ни разу не видел в руках коллеги книгу? Так вот, теперь он хочет забрать все книги у Антона, чтобы на него обратили внимание. Ему скучно, а так уж вышло, что Шастун единственный, кто может его развеселить. И он же единственный, кто отказывается это делать. – Захочешь - присоединишься, я на кухне. И Арсений ушёл. Ушёл, оставив Антона с одной единственной мыслью: "И нахрена я отказался?". Поэтому, не прошло и десяти минут, как Шастун вышел из комнаты, держа свой путь туда, где сидел его коллега, - на кухню. – Ты предлагаешь просто пить? – спрашивает Антон, усаживаясь с краю от Арсения. Попов нарезал сыр и колбасу, все аккуратно выкладывая на тарелочку. Поднимает взгляд на Антона и слегка усмехается, продолжая все нарезать. – Не думал, что ты придёшь так быстро. – Меня призвал алкоголь. Арсений слегка кивает, улыбаясь, и замолкает. Антон молча достаёт из шкафа бокалы, так любезно оставленные хозяйкой, и ставит их на стол, занимаясь открыванием бутылки с виски. На столе двухлитровая бутылка колы, два бокала, бутылка с виски, тарелка с нарезкой и неловкость. Оба молчат, пока Шастун неожиданно не встаёт из-за стола и не уходит обратно в комнату. Арсений пораженно молчит, но ничего не предпринимает, продолжая сидеть и ждать, пока его коллега вернется обратно. Если вернется обратно. Не проходит и двух минут, как Шастун садится обратно на своё место, кладя на стол колоду игральных карт. Но не обычную, с тузом, королём, вальтом. А карты из игры "Правда или действие". Но даже на этом история не заканчивается, ведь в уголке коробочки ярко красным нарисовано чёткое "18+". – Ой, прям как в выпускном классе. – Ага, только в выпускном классе вы кукарекали на столе, а здесь минимум что можно сделать на столе - станцевать стриптиз с продолжением. Фыркает Шастун, открывая коробочку и доставая оттуда карты. Разделяет на две части с разными рубашками и ставит в две стопки, предварительно размешав. Шастун берёт в руки бокал с виски и делает лёгкий глоток, позволяя Арсению повторить за собой. – Кто начинает? – спрашивает Антон, опуская бокал и смотря на коллегу. – Игра всегда начинается с самого младшего. Антон согласно кивает и выбирает правду, позволяя Арсению поднять карточку с нужной рубашкой и прочитать задание. – Какой твой любимый стриптиз клуб? – Не хожу в стриптиз клубы. – Антон, вот игра только началась, а ты уже все портишь, – фыркает Попов, опуская карточку на стол, – Как это ты не ходишь в стриптиз клубы? – Я серьёзно ни разу там не был. Арсений слегка вскидывает брови, удивлённо посматривая на парня, но все же молчит. Убирает карточку в сторону и, со словами "После выходных надо будет тебя сводить хотя бы в один", выбирает правду. – Ты предпочитаешь иметь музыку на заднем плане, или чтобы она была тихой? – Я предпочитаю иметь партнёра, а не музыку, так что, без неё. Антон слегка усмехается и кивает, убирая карточку к той, что положил Попов. Шастун делает еще один глоток горького напитка и выбирает действие, чтобы совсем скучно не было. – Выберите двух человек.... А похуй, нас всего двое, другая карточка, – проговаривает Попов и откладывает картонку в другую сторону, чтобы не перемешать вопросы и действия, – Массаж спины. О, мне нравится. – Ты на ходу выдумал? – Арсений разворачивает карточку с заданием коллеге, показывая то, что там написано. Антон слегка кивает, но встаёт и подходит к коллеге, кладя свои руки ему на плечи. Мягко сжимает сначала обеими руками, а после одной протягивая руку к колодам, – Что выберешь? – Давай правду, я пока не готов лишиться халявного массажа. Антон слегка усмехается и вытягивает карточку из колоды с вопросами, зачитывая то, что находиться на картонке. – Боже, что за вопросы, – протягивает Антон, но через секунду все же зачитывает вопрос, – Если бы я был привязан наручниками к постели, чтобы ты со мной сделал? – Тебе в красках описать? – спрашивает, поднимая голову к парню, Шастун отрицательно мотает головой, не желая слушать весь рассказ, – Ну для начала, я бы забрал у тебя ключи и хорошенько спрятал, а уже после... – Не продолжай, – громко проговаривает парень и отходит от мужчины, усаживаясь за стол, – Правду. Арсений слегка кивает и берёт в руки карточку, зачитывая вопрос: – Ой, как интересно, – улыбается Попов, усаживаясь поудобнее, – Ты когда-нибудь мечтал о сексе с учителем? – Для начала, я раньше мечтал о том, чтобы увидеть хоть одного настоящего учителя, а не вечных гувернанток, – проговаривает Шастун, желая глоток виски, – И нет, пока не мечтал. – Сделаю вид, что поверил, – улыбается Попов, слегка кивая и тоже делая глоток, – Действие. Антон берёт карточку в руки и быстро читает, округляя глаза. Тихо материться, желая убрать карточку в сторону, даже не зачитывая. – Не-не, что там, рассказывай. – Тебе нужно взять конфету и развернуть упаковку вместе со мной... – начинает на память Шастун, – Используя только губы. Арсений кивает и подходит к шкафу, открывая его. Достаёт пакет с конфетами и берёт оттуда одну, подходя к парню. Говорит тихое "Поехали" и притягивает кончик завертыша к губам парнишки, заставляя того взять его в рот. – Ты... – Не ломайся, Шастун, давай играть, – улыбается Попов, преподнося конфету ещё ближе к губам, – Это же просто действие, тебе же не переспать со мной нужно. Антон неуверенно берёт обёртку зубами, заставляя Арсения сделать то же самое с другой стороны. Лица слишком близко, но все-таки внимание уделено конфете, которая разделяла их губы. Одно резко движение и конфета прокручивается, слегка раскрываясь, но не падая. Арсений бросает мимолётный взгляд на Антона, встречаясь с его зелёными глазами, и на секунду опускает обёртку, заставляя ту глухо шлепнуться о подбородок. Шастун молчит, не потому что в его зубах зажата фольга, а потому что слов нет. Все внимание уделено Попову, который наклоняется к конфете и полностью берёт ту в рот, задевая губами едва колючую кожу лица. Все это настолько глупо и пошло, что хочется кричать, однако они оба молчат. Попов вырывает обёртку изо рта парня и полностью убирает её, оставляя в зубах только конфету. Ближе прислоняется к Антону, зажимая шоколад где-то посередине, и тычется другой стороне в губы парнишки. Шастун молчит, удивлённо смотрит на мужчину и не знает, что от него хотят. Но Арсений просто стоять не намерен. Он слегка проводит кончиком носа по носу парня, заставляя того открыть рот, и откусывает конфету, отдавая половину коллеге. Попов садится на своё место и пережевывает сладость, запивая её виски. А Антон все стоит. В губах зажат шоколад, но он не знает, что с ним делать. Из головы вылетели все мысли, заставляя Шастуна стоять как истукан. Антон просыпается быстро, сразу же зажевывая конфету и усаживаясь рядом, желая забыть это чертового незнамо что. – Правда. Совсем тихо, ещё не до конца отходя от происходящего. Арсений кивает и берёт карточку в руки, читая вопрос: – Когда ты мастурбировал в последний раз? – В пизду эту игру, – фыркает Антона и делает ещё один глоток алкоголя, – Вчера. – Серьёзно? – удивлённо вскидывает брови, смотря на парня. Шастун слегка кивает, закидывая в рот кусочек сыра, – Не могу поверить, что ты ещё тот шалун. – Давай выбирай, шалун, – Арсений быстро делает свой выбор и берёт в руки бокал, делая сразу несколько глотков, – Снимай штаны и сиди без них до конца игры. Шастун быстро переворачивает карточку к мужчине, показывая то, что там написано. После этого недо поцелуя, лишение какой-то части одежды кажется детским лепетом, а потому Арсений даже без смущения снимает брюки с себя, оставаясь в трусах и футболке. – Правда. – Ты же в курсе, что нельзя выбирать правду или действие больше двух раз подряд? – Окей, действие. Арсений ехидно улыбается и берёт карточку в руки, быстро пробегая взглядом по ней. На секунду останавливается и округляет глаза. – Пиздец. – Что там? Антон пытается заглянуть в карточку, но ему и не нужно, ведь Попов сам её разворачивает, позволяя парню зачитать задание. Шастун секунду молчит, а после откидывается на спинку стула, прикрывая глаза. – Окей. – Окей? Антон запускает руку под резинку спальных штанов и обхватывает пальцами член, зажмуриваясь. Арсений пораженно смотрит на его действия, кажется ощущая то же, что и ощущал Шастун, когда Попов издевался над ним с этой конфетой. Антон ласкает себя рукой, тихо поскуливая от собственных действий, и даже не открывает глаза. А у Арсения самого начал подниматься, потому что картина настолько горячая, что сдержаться невозможно. Шастун такой милый в этих спальных штанах, но, господи, что он творит под ними. Чёткий силуэт движущейся руки заставляет Попова представлять то, как Антон, своими длинными, красивыми пальцами обхватывает член и проводит им вверх-вниз, доводя себя до пика. Господи, если бы Арсению можно было бы трогать себя или, тем более, Антона. Его бы здесь не было. Как и Антона. Шастун сидит зажмурившись. И слава богу, что он не видит, в каком состоянии его коллега. Брюнета прям трясёт и он сам готов удовлетворять себя, лишь бы прошла эта гудящая боль внизу. – Кончать при тебе не буду, уж прости. – Давсегоэтоговообщененужнобылоделатьблять. Арсений выпаливает все на одном дыхании так, что некоторые слова Антон даже не понял. Он слегка усмехается, наблюдая за раскрасневшимся лицом мужчины, понимая, что сам не менее красный. Не потому что только что удовлетворял себя, а потому что делал это при Попове. – Думаю хватит играть на сегодня. – Я тоже так думаю, – вторит Арсений, смотря в стол, – Оставим остальное на завтра. Антон согласно кивает и встаёт из-за стола, уходя в свою комнату. Вот и поиграли...

***

Арсений просыпается слишком рано для себя. Смотрит на часы и, первое, что приходит в голову, - мысль о том, что Шастун спит. Почему-то Попову так хочется застать спящего Антона, а потому тот, совсем тихо подходит к комнате парня. Дверь не скрипучая, он знает, да и, тем более, она уже приоткрыта, позволяя парню увидеть немного комнаты. Заглядывает сильнее и видит пустую кровать. Что? Попов слегка хмурится и опускает взгляд ниже, замечая Антона, который молча стоит в планке. На полу часы наручные, на которых секундная и минутная стрелки показывают количество прошедшего времени. И если бы у Арсения было хорошее зрение, то он бы рассмотрел, сколько уже стоит Шастун в такой позе. Но Попов не сильно расстраивается, ведь взамен ему видны все изгибы тела: рельеф идеально подкаченных рук, которые всегда прячутся либо под свитером, либо под кофтой. Антон так уверенно скрывает своё тело, что Арсений даже начинает сомневаться в его умственных способностях. Неужели можно скрывать такие невероятные руки, длинные пальцы, что сейчас зажаты в кулаки. Как можно скрывать такую рельефную спину, на которой перекатываются мышцы. А эти ноги... Боже. Они находятся близко друг к другу слишком долго, раз уж Арсений начал конкретно залипать на этом парне. Невольно засматривается и сам же пугается своей мысли, отходя от двери. Воздух, нужен свежий воздух. Быстро выходит на кухню и открывает окно, пропуская в помещение холодный мартовский холод. На столе все так же разложены карты в том же порядке, в котором их вчера оставили агенты. И все это навевает воспоминания о вчерашнем дне. Господи. – Высматриваешь, не наступило ли резко лето? – Что? Искренне пугается, когда за спиной появляется человек. Но страх был вызван не из-за неожиданности, а из-за того, что его могли спалить. Спалить, за рассматриванием коллеги. – Ты так рано встал, что можно подозревать о начале лета, не иначе. А Шастун смеётся. Он не видел, как Попов за ним подглядывает, но реакция парня до жути прекрасная, чтобы не продолжать над ним насмехаться. – Хаха, как смешно, – фыркает Арсений, закрывая окошко и поворачиваясь к столу, – Продолжим игру? – Прям с десяти утра? – удивляется, вскидывая брови. Видит короткий кивок от коллеги и на секунду задумывается, – А давай. Один достаёт из полки бренди, второй из холодильника закуску. Раскладывают все на столе, сразу же разливая по бокалам и смотря друг на друга. – Вчера заканчивал я, так что, начинаем с тебя, – проговаривает Шастун, смотря на парня. Арсений согласно кивает и выбирает правду, делая глоток алкогольного напитка, – Ты когда-нибудь танцевал стриптиз для кого-то? – Я так понял, наша игра всегда будет начинаться с вопроса о стриптизе? – коротко улыбается Попов, закусывая, – Не танцевал. – Я искренне удивлён, – усмехается Антон, – Давай правду. – Какая твоя любимая прелюдия? Антон слегка пожимает плечами, честно отвечая на вопрос. Он и вправду не знает, так что, и даже скрывать нечего. Попов слегка прищуривается, с улыбкой поглядывая на парня, но решается не выпытывать того. Выпрашивает действия и делает ещё один глоток. – Какой самый быстрый способ возбудить тебя? Спрашивает и сразу переворачивает карточку мужчине, позволяя убедиться в том, что это не вопрос от Антона, а реальная карточка. – Если это действие, я должен показать? – хитро спрашивает Попов, – Отлично. Он встаёт и подходит к парню, слегка отталкивая его к спинке и усаживаясь на колени. Антон хочет уже возмутиться, но руки закрепляются сзади. Попов проводит носом вдоль шеи, задевая каждую выпирающую венку, и слегка щекочет своим дыханием. Шастун закатывает глаза, повинуясь тому, что делает мужчина, и просто тихо дышит. Даже уже не пытается сбросить с себя этого наглеца. А Арсений издевается все сильнее. Ерзает на коленях, оставляет короткие поцелуи на изгибе шеи и ключицах, прикусывая мягкую кожу и следом зализывая. Опускает руки Шастуна и залезает ими под футболку, поглаживая пальцами кубики пресса. Какой он невероятный... Арсений оставляет все больше и больше укусов на шее, чередуя поцелуями и зализываниями. Ласкает пальцами торс, продолжая ерзать на коленях. – Арс, прекрати, – тихо стонет парень, кладя свои ладони на грудь коллеги и слегка отталкивая, – Хватит, – Арс согласно кивает и встает, спокойно усаживаясь на своё место, – Действие. Арсений достаёт карточку и быстро читает её, молча поворачивая к парню. "Прошепчи партнёру на ухо то, чтобы ты хотел сделать с ним на данный момент". Шастун недолго думает и встаёт со своего места, подходя к парню. Усаживается на корточки и подносит губы к уху, томно дыша. – Я бы хотел на данный момент связать тебе рот... – шепчет, опаляя мочку горячим дыханием, – Связать тебе руки, скрепляя их на кровати, – Арсений коротко вздыхает, но продолжает слушать, – И запереть тебя в комнате одного, чтобы ты прекратил свои выкрутасы. – Сделаю вид, что это правда то, что ты хочешь, – улыбается Попов, смотря на Антона. Шастун возвращается на своё место и тянет руку к колодам, останавливаясь, – Правда. – Фраза, которую ты любишь употреблять во время секса? Эта игра издевается над ними, иначе не объяснить, как они так медленно, но верно продвигаются к самому сексу. Но, тем не менее, останавливаться никто не собирается, потому уже через секунду Попов встаёт со своего места и подходит к парню, тихо шепча ему на ухо такую короткую, но сильно возбуждающую фразу. – Давай, сожми меня, малыш. Здравый рассудок послал всех нахер и укатил в ебеня, оставляя этих двоих в жарком огне под названием похоть. Они уже не играют, а выводят друг друга на финишную прямую, проверяя, кто сдастся первым. – П.. Правда. Голос дрожит, сердце гулко бьётся, а в ушах стоит звон, но они не останавливаются, продолжая. На улице начинает темнеть, а значит время близиться к семи часам. И как они так просидели почти девять часов - не понятно. Зато оба уже довольно поддатые и возбуждённые. Игра идёт полным ходом, а карточки и вовсе как-будто не заканчиваются, заставляя парней играть и играть. – В каком нестандартном месте ты бы хотел заняться сексом? – На кухонном столе. Антон знает, что он говорит. Он делает это намеренно. Выводит, заставляет поддаться игре. Что-то должно произойти прямо здесь и сейчас, но что, неизвестно обоим. Арсений заметно сглатывает, начиная дышать ещё громче обычного. Член пульсирует в штанах, отдаваясь пульсацией в висках. Но они играют. – Действие. Арсений даже не сводит взгляда с парня, забывая, что загадывает уже третье действие подряд. Но и Антону все равно. Не они играют, игра играет ими. Их желанием, возбуждением. Но и они не сильно стараются прекратить. Бутылка уже пуста и парни перешли на вчерашний виски, продолжая добивать последние карточки. – Выведи пальцем на моём теле своё имя, – проговаривает Шастун, читая с карточки. Мозг уже настолько затуманен, что он даже не понимает, что, конкретно, читает, – Любая часть тела. Арсений подходит ближе к Антону и задирает его футболку. Шастун готов был поклясться, что тот выведет имя на его животе, но Попов слегка приспускает штаны, не оголяя член, и начинает водить пальцем по лобку. Антон откидывает голову назад и гортанно стонет от того, как близко рука Попова к его органу. Он хочет. Хочет его пальцы на своем члене. Хочет его язык на своих губах. Хочет его тело на своём. Он хочет его. А игра, черт возьми, подливает масла в огонь. – Действие. Арсений не отстраняется от парня, выводя на его лобке не только свое имя, но и имена всей его родословной. Попов берёт карточку, предварительно посмотрев, куда тянет руку, и подносит к лицу. – Замирай, Шастун, на три минуты ты полностью мой. Антон заглядывает в карточку и согласно кивает, действительно замирая. Попов подхватывает парня под подмышки и укладывает на стол, именно на ту часть, которая не заполнена картами. Проводит языком по шее и стягивает футболку, оставляя короткие поцелуи один за другим. Ничего не делать - тяжело, особенно когда с тебя медленно стаскивают одежду. Но Антон послушно лежит, получая свою дозу ласки. Арсений нежен. Мягко проводит языком по груди и ниже, к резинке спальных штанов, да поверить не может, что только вчера наблюдал, как Шастун себя ублажает, а сейчас делает это сам. Проводит языком по члену, намокая слюной бельё, которое все ещё прикрывало его достоинство. Срывает с губ все больше и больше стонов, понимая, что наслаждается и сам. – Скажи уже это. Не просит - требует Попов, покусывая внутреннюю сторону бёдер. Антон скулит, но продолжает лежать, наблюдая, как стрелка часов насчитала уже семь минут. Но, Боже, как же ему хорошо. – Правда или действие? – Правда, – спокойно отвечает Попов, продолжая выцеловывать нежную кожу спортивных ног. – Тебя устраивает размер члена твоего парня? Арсений нагло стягивает трусы с Шастуна, оставляя его полностью обнажённым, и обхватывает плоть рукой. Недолго смотрит на неё, после переводит взгляд на Антона. – Ты не мой парень, но меня все устраивает. Крышу сдаёт, но Шастун все-таки отталкивает мужчину и уходит, подбирая за собой штаны и футболку. Быстро уходит в ванную и закрывается там, оставляя на Попове всю давящую атмосферу. Он сбежал. Антон сбежал.