Мой любимый погребок

Дом, что стоит чуть ли не в самом центре города, не привлекает особого внимания. Совершенно обычная постройка, как и тысячи других, которые стояли рядом. Такие районы обычно выбирают молодые пары с детьми, люди преклонного возраста, те, кто не переносит шума и он. Яркий парень, что выделялся на фоне серых домов, своими волосами, которые каждый раз стараются спрятать под шляпу, делая их менее заметными. «И я выйду в поле на рассвете - На рассвете силы, на закате времени.» Он вновь покидает дом вечером, здоровается с соседями, что вышли насладиться теплым майским вечером, в компании с приятной прохладой, идущий откуда-то с юго-запада. Вновь проходит тот магазинчик, в котором его знали и встречали с фразой "вам как обычно?". Вновь оглядывается на заброшенный театр, который не разбирают уже несколько десяток лет и он стал местной достопримечательностью. Вновь минует ограду, прощаясь с охранником, которого видел чаще, чем кого-то другого. Да, на эту территорию просто не попасть, ведь каждый знал друг друга в лицо, проживая который год своей жизни в загоне. Прутья его были так высоки, что при всем желании не перелезешь. «Выбитую дверь со своих петель И закатана, как в банку с помидорами империи» Он любит это место до глубины души. Тут так тихо, и всем на столько все равно, что происходит в стенах чужих домов, от чего даже становится легко. Нет, тут можно поговорить на улице с приветливой старушкой, обсуждая незамысловатый сериал по телевизору и повышение цен. Можно обсудить погоду с молодым парнем, что вышел покурить на лавочке ранним утром. Иногда попадается случай послушать истории от молодой мамы, как ее ребенок забавно перевернутся в первый раз, пока помогаешь донести сумки из магазина. Тут все говорят на очень отстраненные темы, не задевая ничего личного. —прекрасные духи, как и всегда — Чуя подсаживается уже к знакомой еду девушке, которую знал в районе года. «Знакомство завязалось случайно, в этом же баре, когда Юна долгое время тупила взгляд на полки с алкоголем, глупо улыбаясь, не в силах выбрать. —вам помочь? — Накахара подсел ближе, начиная краткий экскурс по тому, что есть на полках, рассказывая о градусах и вкусах. Только чуть позже выяснилось, что девушка — студентка двадцати лет, которая недавно пережила расставание с парнем. —я ради него поступила в этот дурацкий институт. Мне даже специальность неинтересна, но мне хотелось быть ближе с ним. — напилась Юна быстро, из-за чего буквально сразу выкатила парню свою трагичную историю, как она лишилась в один день лучшей подруги и отношений.» —да, это те, что ты мне дарил. — девушка мило улыбается, пододвигаясь ближе и уже хотела было расслабиться, как в лоб прилетает неожиданный вопрос. —не хочешь сегодня посидеть у меня? Это место порядком наскучило уже. — неожиданный этот вопрос потому что, Накахара никогда не звал в гости. За год общения Юна видела дом парня мельком по фотографиям, которые были сделаны в нем, и понять что-то было сложно. Только то, что обои в спальне черные, а кровать белая с кожаным изголовьем, что создает контраст. Еще мельком она видела фотографию в зеркале, что было во всю стену, когда Чуя хвастался девушке обновкой в виде штанов и рубашкой с объемными рукавами. —а у тебя уютно, хоть и мрачновато немного. — девушка проходит внутрь дома, осматривает интерьер, хотя тут глазу не за что зацепиться. Единственное, что непривычно чисто для холостяка, хотя, по мнению общества, тут должен быть полный хаос. Вот только все наоборот, словно женская рука тут есть во всем. Такая легкая, аккуратная развешивала редкие маленькие картины в зале, на которых изображались мрачные произведения Франсиско Гойя. Легкая женская рука выбирала эти черные обои, которые резко переходили в белые, что были украшены рельефными рисунками этого же цвета. Легкая женская рука командовала, когда дело касалось кухни, сделав ее достаточно компактной, но такой удобной, начиная от кухонных ящиков, которых было мало и заканчивая расфасовкой специй в них. Эта же легкая рука командовала, когда создавалась спальня, что удобно совмещала в себе рабочую зону, где приятно царила чистота. —а ты точно холостяк? — девушка чуть посмеивается, вспоминая свою квартиру, где такой чистоты нет даже после уборки. —абсолютно. — парень опирается о дверной косяк, наблюдая за девушкой, что так яро разглядывает эту чистоту и проводит пальцами по тумбочкам, надеясь увидеть хотя бы пыль, но нет, даже ее нет. «Фундаментальный закон подлости — У всего имеется срок годности» —тут есть еще одна комната, пошли покажу. — Чуя берет девушку за запястье, утягивая за собой в коридор, где сдвигает в сторону большой круглый ковер. —это… Подвал? — девушка смотрит на ручку в виде кольца, что плотно прилегало к дверце и понимает, что даже не заметила этого. Она ожидает увидеть многое: мастерскую, где Накахара тайно рисует; полки, на которых коллекцией стоят дорогие вина; комнату, скрытую от всех, где можно просто побыть в тишине и приятной прохладе, наслаждаясь чтением книг. Только вот пока взгляду предстает тишина и непонятная возня. Возможно, там живет домашний питомец? Девушка не успевает сообразить, как ее толкают вниз и она кубарем летит по ступенькам, счесывая себе все. Дверь захлопывается быстрее, чем она пытается что-то сказать, а свет, что включают моментально, больно бьет по глазам своими холодными тонами, заставляя голову болеть сильнее. Взору предстаёт ужасная картина: избитые, напуганные люди. В углу лежит изуродованное тело девушки, что была уже мертва, а рядом сидел мужчина в слезах, давясь сырой человеческой плотью. Тут собрались такие разные, но такие одинаковые люди, которые осознали не сразу свою ошибку. Это самое осознание пришло во время избиений, когда Накахара, буквально вдалбливал им свои ошибки. Все они — прошлое художника. Кто-то задирал в школе, кто-то в универе, кто-то просто ребенок преподавателя, что яро занижал оценки. Причин было много и все они собрались тут, на двадцать пятый день рождения Накахары. Он заглянет в этот подвал через пару лет, когда люди там помрут от жажды, голода или поубивают друг друга сами. Он заглянет, чтобы насладится запахом гнили, а потом сожжет этот дом дотла. Чуя любит этот район. Тут всем плевать друг на друга Чуя любит этот дом. Тут прекрасно все: от интерьера до моментов, когда он открывает подвал и наблюдает за мучениями других, попивая вино, пока руки измазаны в краске из-за новой работы. «Глупость, ложь, ненависть, злость — Этой мой любимый погребок, погребок».