Эта тьма тебя ослепит..

Только закрылись ворота частного дома, как Рики, ничего не ожидая, сам выбрался из машины, побрёл, куда глаза глядят. Ему следует уговорить Бахити на одну авантюру. И если даст добро она... То утром будет, как любит говорить один гоблин – весело. * Раннее утро началось для Гондара неожиданно путано, а ведь он ненавидит, когда что-то находится вне его контроля. Но на кого в таком случае срываться? Гоблин только и может, что возмущённо вслушиваться, как на кухне стучат посудой. Он нервно топчется около дверей, которые почему-то не должен заранее открыть. Ждите, Кандо. Нужно время. Гондар сжимает и разжимает кулаки, мечется перед дверью на кухню из стороны в сторону в нетерпении и непонимании, чтобы хоть как-то скоротать эти бесконечно тянущиеся секунды. Что значит ждать? Чего ему ждать?! И даже когда дверь отворили, и он недоверчиво осматривая всё по сантиметру, с самого порога, крадучись прошёл дальше. У него голова шла кругом от мыслей и разрозненных ощущений, но он прятал все эмоции. Такую ситуацию он встречает впервые, и доверия никакого, кроме разве что Бахити, что наблюдала молча, стоя поодаль. Он прокрался в центр кухни медленно, словно не охотник уже, а какой-то испуганный зверь. Что-то новое, неизведанное его напрягало, и не только психологически. Гондар вскинул напряженный и горящий взгляд, нервно сглотнул, едва не выпустив когти. Он не мог шевельнуться, не мог отстраниться, не мог перейти к более активным действиям. Эта битва бесполезна, сражаться не с кем. Гондар посмотрел на три кружки с неподдельным интересом, подняв одну бровь, даже немного склонился и принюхался к каждой, многозначно одарил Рики странным взглядом. - Я что, должен угадать в котором яд? - Фраппучино, Доппио и Брэвэ с миндалём. Выбирай, я-то не знаю, какие у тебя вкусы, – проигнорировав фразу гоблина, спокойно и даже с неким весельем в голосе проговорил Рики, указывая на каждый из напитков. К сожалению, свежи ещё были воспоминания предыдущего разговора. Так и быть, сыграем в твою игру, козлик. На Фраппучино он посмотрел просто косо, решив, что из двух зол выберет то, что выглядит хотя бы похоже на кофе. Он подтянул среднюю чашку к себе, недоверчиво заглянул внутрь, разглядывая чёрную жидкость, слегка подёрнутую тёмно-коричневой пеленой. Пахло как обыкновенный кофе. Может, специально пережаренный и вероятно горький на вкус, но кофе. Когтик Гондара обернулся вокруг ручки, когда он поднял чашку над столешницей и поднес ко рту. Не сводя взгляда с улыбающегося Рики, он сделал первый глоток, продолжая следить за ним краем глаза. Горькая жидкость хлынула в горло, и Гондара сморщило от неожиданной терпкости. Он с отвращением убрал кружку ото рта и поставил ее обратно на стол. – Ты и впрямь решил меня отравить, – произнес охотник, кончиком пальца отодвигая от себя чашку, словно в ней находилось что-то невероятно мерзкое. Опять обойдя взглядом оставшихся два варианта, выбрал на этот раз кофе посветлей. Попробовал менее смело, чем до этого пригубил Доппио. А вот кружку с Брэвэ забрал, унося к столу и вульгарно усаживаясь, так ничего и не сказав больше. Рики остался стоять, недопонимая, смотрит на оставленный Доппио. Странно… Я думал, что ему грубый кофе придётся по вкусу… Доппио он и сам не сильно любил, даже на запах, а потому решил, что лучше уж вылить, всё равно никому не пригодится… А вот Фраппучино ему искренне жаль. Рики с грустью воззрился на красивый и на самом деле – вкусный напиток. - Вам не нужно это кофе, Господин Рики? – неожиданно спросила Бахити, отчего сатир едва не подпрыгнул на месте, слегка уже позабыв, что не только Гондар на кухне находится, – Вы не против, если я его заберу? - А.. н-нет, разумеется, я не против. Такие завтраки, даже если Рики и боялся себе признаться, на самом деле ему нравились. Не в гробовой тишине, не под пристальным взглядом кровавых глаз, а в какой-то совершенно другой атмосфере. Он не мог сказать точно, разбавляла ли обстановку именно лансера, или же была другая причина, быть может у Бх сегодня хорошее настроение? Но одно он знал точно – хоть и до дружеской беседы далеко, теперь он не ощущает себя как кусок ламината посреди комнаты, оставленный строителями на потом… Сейчас он был что-то наподобие только что приобретённой собачки. Ещё не полноценный член семьи, но имеющий шанс в будущем им стать. При нём больше не молчали, хотя и всего не обговаривали, только что-то по округу и касающееся непосредственно его так или иначе, но даже этого хватало. Как гора с плеч, наконец-то можно было выдохнуть. А ещё его стали спрашивать. Его мнение больше не чёрное пятно на белой скатерти. Но больше всего, что его радовало, его стали слышать. А на вопросы отвечать. - А почему после того раза я больше не видел … Элеонору…? – Рики всё ещё не знал, как правильно и можно ли о таком спрашивать, как называть и множество подобных вещей, которые он раньше бы даже под страхом строгого взгляда не стал бы думать. - Госпожа Элай обучается в частном лицее, требующее постоянное присутствие, исключения лишь выходные дни и праздники, – участливо пояснила рядом сидящая Бахити, по-доброму улыбнувшись Рики, будто искренне радуясь, что он задал именно такой вопрос, – К слову, сегодня и последующие три дня будут выходными, поэтому … - Не приближайся к ней, – равнодушно произнёс Гондар, внимательно наблюдая как тут же поник сатир. Он раздражённо фыркнул, когда Бахити смерила его прищуренным взглядом, - Это просьба Брата… Рики грустно хмыкнул. Звучало как оправдание… Я и так знаю, что меня тут никто не рад видеть… - Я думаю, у него есть все права на это… - как можно безобидней сделал интонацию он, посматривая исподлобья на Гондара, – Я постараюсь больше не попадаться ей на глаза… Гондар поводил по нему взглядом ещё каких-то пару секунд, видимо что-то обдумывая, быстро стрельнул взором по Бахити, и всё же, глубоко вздохнув, проговорил - Если Далии не будет рядом, предполагаю, остальные тоже будут глухи и слепы. Рики ошарашено поднял голову, не до конца понимая, но буквально ощущая, скорее интуитивно, это сейчас была своеобразная “поддержка” с его стороны? Гоблин лишь как обычно спрятал настоящие эмоции под своей привычной ухмылкой, и завершив завтрак окончательно, ушёл, не попрощавшись. * После трапезы как это обычно бывает, Бахити привычно оставляет свои дела, чтобы прогуляться с Рики, по приказу или нет, уже граница давно размылась. Но так как погода была совершенно не прогулочная, холодная, да и в принципе в доме было пусто и уныло, то сатир попросил пройтись по самому зданию, а то чаще всего у него всего три назначения движения – его комната, сад да кухня. А про каждый уголок в доме он даже ни сном ни духом. Рики даже не был в курсе, что под лестницей есть смежная теплица зимняя, и там растит Бахити многие пригодные для блюд и напитков травы. В который раз Рики убеждается, что “простой служанке”, хоть и главенствующей, и не только из-за возраста, ей больно много позволили. Может чего-то в биологии не понимает, но как знает он, лансера и гоблины не связаны даже дальними родственными связями, хотя отдалённо, даже с максимальной натяжкой и схожи строением, те же изогнутые лапы, подвижные ушки, нос, правда цвет кожи граничится от голубых оттенков, в отличии от гоблинов, да и пальцев, по крайней мере на руках больше, и выше гораздо ростом. А может они настолько же “родственники”, как и тролли с дроу? То есть никакие. Впрочем, задавать подобный вопрос он не станет. Ему стало бы так же обидно, как если бы спросили, “а какая разница между сатиром и фавном”? Пройдясь по всей площади первого этажа, увидев, что оказывается у них есть и детская комната специально для Элеоноры, и игральная, возможно для охранников, несколько гостиных, увидел даже мимолётом кабинет, где Бх принимает особо взвешенные решения по контрактам, они пошли на второй этаж. Под фырканье Далии, что “Грязи” нечего здесь делать и заверение Бахити, что она совершенно недавно убралась, они прошли в ту секцию, в которой Рики бывал лишь раз. Естественно показывать комнату консильери и Далии с малышкой ему показывать не стали, оно и ясно, но зато он теперь в курсе, что там дальше по коридору. Почти прямо напротив их комнаты был тот портрет, что Рики в прошлый раз встретил. Всё та же чёрная лента, но теперь букет другой, свежий, видимо меняется время от времени, каждый раз. Сейчас же не надо было воровато оглядываться, боясь, что его схватят и утащат за непослушание, а потому он осмотрел портрет поподробнее, и только теперь заприметил, что у самого уголка была какая то надпись в стихотворном сложении. Бахити так же посмотрела на уголок портрета, вслед за Рики, и вздохнула. - Он хотел, чтобы последние слова его отца были записаны и запомнились для будущего поколения… Мудрые слова, но сложные для понимания некоторых существ. - Но эти знаки… Я не понимаю… Что здесь написано?

Входи, незнакомец, но не забудь,

Что у жадности грешная суть,

Кто не любит работать, но любит брать,

Дорого платит — и это надо знать.

Если пришёл за чужим ты сюда,

Отсюда тебе не уйти никогда.

Рики поджал зубы, почти до скрипа. Отчего-то эта надпись его перетрусила. Он так мало знает о семействе Гондара. С чего всё началось? Какие моменты были? И возможно ли вовсе считать это его семейством, он ведь отличается… Или не отличается… в мере своей жестокости… Тяжёлый хлопок двери в здании, выполненным в современном стиле отчего-то тех времён, не уступал в резкости выстрелу. Потом взор коснулся самого консильери, и Рики сразу подобрался внутренне - он знал, что могло служить причиной обеспокоенного, недовольного настроения брата Гондара. Внешне это никак особо не выражалось, уверенная поза не источала задумчивой скованности, но в жёлтых глазах гоблина прочёл серьёзное, хоть и плавное шевеление мыслей, а в движениях самую малость угадывалась душевная усталость. Тот лишь слегка обвёл взглядом присутствующих, сощурился, но слова не сказал. Оставил своё мнение при себе, но явно был недоволен встретить Бахити и Рики у портрета, прошёлся мимо, по своим делам. Кажется, на этом экскурсия экстренно должна быть завершена. Вынужденная, но приятная прогулка прекратилась с тоской, в комнате Рики как будто срок отбывал, ожидал чего-то, вплоть до самого вечера, ему запрещены телик, интернет и связь любая с родными. Буянить было бесполезно, остаётся только смириться. Он всматривался в окно, долго наблюдал за перемещениями охраны, наверное, потерял счёт времени, вглядываясь в лесную опушку, но вдруг подумал, особенно странно, что его не позвали на ужин, хотя время настало давно. Очнулся будто ото сна, заприметив неладное. Все будто разбежались и попрятались. Тишина. Не веря себе, он даже окно раскрыл, чтобы впустить прохладу, но так же и попытаться разобраться в странностях. Издали виднелся, будто некий крытый фургон быстро промчался где-то на границе участка, за пролеском. Рики не мог увидеть больше с места, где его комната находилась. Отдалённо слышны выстрелы, но вокруг тишина. Пугающая тишина, пробуждающая дикий страх. Он пробрался к двери, прислушиваясь, но так ничего не расслышал, аккуратно выглянул. Никто его не держит запертым, оттого он и вышел. Бахити рядом не было. Спросить в чём дело не у кого. Рики оглянулся по всем сторонам, разыскивая хоть кого-нибудь, кроме охраны. И раз никого нет. Не пройтись ли в запретную часть этого недолеса на заднем дворе? Рики волновал тот простой факт, что вся охрана как будто испарились, хотя даже в вечернее время они патрулировали в любые погодные условия. Что могло их заставить покинуть свой пост и так просто допустить его до закрытой территории? Он проходил всё дальше, там где лес был гуще всего, столько кустарников и громадных деревьев скрывали едва различимый путь, явно редко используемый. Сначала он учуял запах, резкий, противный. От странного вида не то заброшки, не то некого сарая, чем-то напоминая людские бани, несло бензином. И этот запах забивается в нос, а в мыслях начинают гудеть неприятные размышления, что же там может находиться. Сердце колотится так громко, а голову дурманит, будто Рики снова десять и он со своей любопытностью лезет в дела отца, за которые он позже непременно выхватит. Но тут всё гораздо опасней, и выхватить можно не поучительный удар хвостом, а настоящую пулю. Но подобравшись поближе он огорчённо проходится пару метров туда сюда, не понимая, что же там находится, раз окна заколочены, а входная дверь чисто из стали. Рики недоумённо вперился в стену, как только услышал, хоть и едва заметный, глухой, но всё же он не сомневается, это был именно крик. Решается на немыслимое – обойти и найти хотя бы какой-то намёк на просвет. С другой стороны всё выглядело так же, кроме одного окна. Под углом, как он прокрался, заметно отвисшее перекрытие, давало небольшой обзор, малую щель, и если он прислонится к стеклу, то увидит, что там внутри. Он остервенело оглянулся, не заметят ли его, и поняв, что он один, медленно но верно подобрался к окну, с опаской заглянул в ту щёлочку. И тут его зрачки расширились от ужаса. В комнате, где едва различим свет от одной лампы освещал, как тянули охранники некого вампира. Тот что-то кричал и бился в руках мужчин, но ничего не мог сделать. Один из гоблинов выдвинул вперёд отделение ужасающего металлического стула, и в ту же минуту вампира усадили в него, закрепив. Обнажённый по пояс, он вызывал тошнотворное чувство бессилия, весь в гематомах и кровоподтёках. Рики хотел закричать, чтобы они прекратили так издеваться над живым существом, который возможно сражался за справедливость, раз попал туда, но голос сатира пропал, а в висках больно стучало. Он хотел отвернуться, но не мог. Сгорая от ужаса, смотрел….. Когда пленник был закреплён до такой степени, что не мог и шелохнуться, вперёд вышел Гондар, явно несколько раз задав какой-то вопрос. Вампир лишь рычал, но говорить что-то явно не был намерен. Тогда Бх, успев так быстро облачить руки в перчатки, взял с рук охранника нож, и наставив на пленника, ещё раз что-то спросил. Но в ответ так ничего и не получив, весело фыркнул, резко схватил того за горло, припечатав к стулу, что наверное отметины останутся, и каким-то немыслимым образом раскрыв тому рот, ничего не дожидаясь засунул нож, попав точечным движением в середину премоляра. Судя по всему пленник буквально трясся от боли, кричал, а в это время Гондар продолжал задавать свой вопрос. Кроме крика и вырываний ничего от пленника не добившись, Бх пошёл дальше, как можно медленнее став прокручивать ручку ножа по своей оси. Вампир что есть сил пытался избавиться от пытки, что его даже несмотря на все крепления, уже и оба гоблина удерживали. Рики покрылся холодным потом. Он смотрел на окровавленную, неприятную ухмылку Гондара и сердце забилось в страхе. Ноги тут же стали ватными и он попросту повалился на землю, часто панически задышав. То, что он сейчас увидел… Это его смерть. Он интуитивно отполз от окна назад, но уже понимал, что ему не удастся сбежать сегодня. Рики чуть ли не задыхаясь от страха, часто дыша, едва может сгруппироваться, отталкиваясь непослушными ногами от земли, вскакивает, едва не падая, прочертив носом землю, разворачивается от страшного здания для пыток, бежит что есть сил. Если он остановится – потонет в крови с головой. Остановится и тогда за ним придут уже они. Они всё ближе, он ощущает их своей шкурой, всё ближе, пышут азартом и адреналином. Не утолили пленником жажду крови. Он уже скачет меж кустарников резвыми геометрическими фигурами, словно подстреленный заяц, несётся к самому широкому дереву, цепляется за его кору беспомощно, словно за последнюю соломинку для утопающего. Съёживается у его корней, замирает и ждёт… Предательское сердце мешает расслышать, обнаружили ли его. Зажимает себе рот руками, пытается вдыхать через раз, успокоиться. Здесь всё было куда серьёзнее. Он не мог просто взять и уйти, поэтому, стиснув зубы и собрав волю в кулак, он был обязан вытерпеть и стойко продержаться до наступления определённого времени: прямо как в фильме ужасов. - Ну и далеко мы собрались? Прозвучало сверху, и Рики медленно испуганно повернулся на звук, всё так же зажимая себе рот руками. Воззрился на совершенно не скрывающегося гоблина, который присел на ветке, словно дикий кот, охотящийся за райской птицей, одной рукой опёрся об дерево, второй же прокручивал тот самый окровавленный нож, щурясь, наблюдал за реакцией сатира. Гондар улыбнулся ещё шире, уже явно скалясь и показывая свои клыки, осмотрел его с ног до головы, склоняя голову набок так, что Рики отчётливо видел последние отблески заката солнца в по-звериному расширенных глазах гоблина. От того пахло всё тем же запахом: табак и терпкий парфюм, от которого кружило голову. - Н..не подходи! Монстр! Убийца! - Как будто это нечто новое для тебя... Рики тут же разворачивается, и пытаясь оттолкнуться как можно скорее от земли, и заодно от дерева, на которое только что опирался, старается сбежать. Но его тут же останавливают грубо, лишь спрыгнув с древа и наступив на четверть хвоста. Он обиженно воззрился на гоблина, но тот в свою очередь как обычно прищурив хитро взгляд, ухмыляется во все клыки, но нож всаживает в землю, словно ненужную вещь. - … Серьёзно? Пытаешься удрать? Рики поджимает губы и решается на грубый шаг, пинает копытом ногу Бх, вкладывая в удар всё свое недовольство жизнью. Он понимает, что другого выхода нет, что нужно выживать как-то. Постарается хотя бы для начала убежать в здание. Ему удалось убрать мешающую конечность со своего хвоста, и тут же ломануться, что есть сил. Рики не оборачивается, убегает. Гондар не пытается догнать ускользнувшую жертву, и это пугает ещё больше. В спину вонзается ледяной смех, и фраза, сказанная хриплым голосом: Хочешь поиграть в кошки-мышки? Ну, давай сыграем, принцесса… Играть со смертью в догонялки страшно и опасно. Исход ясен в любом случае. Тело постепенно парализует страх, заставляя замедляться, но сознание отчаянно борется до конца. Он старается, бежит дальше, резко сворачивая направо и чуть не поскользнувшись на откуда-то взявшейся глинистой земле. Если и суждено умереть, то сопротивляясь. Рики ускорился, собирая последние силы, которые, казалось, вытягивались из него под натиском страха, судорожно бегающим взглядом ища, куда можно юркнуть, чтобы спрятаться от преследователя. Впереди были только одни деревья; при небольшом везении он мог бы спрятаться за одним из них, достаточно широким, чтобы скрыть его за собой целиком. Опять. С прошлым ему это не помогло, но выхода другого попросту и не было. Рики попытался бежать чуть тише, обмануть Гондара, но проклятые копыта выдавали его местонахождение громким цоканьем об мелкие камешки, попадавшиеся на земле. С трудом дыша – даже неясно, от бега или от страха, он завернул за ближайшее дерево. Гондара не было слышно. Да что там, он даже не видел, чтобы за ним кто-то бежал. Хотя, может статься и так, что его собственный топот заглушил чужие шаги. Он зажимает себе рот, чтобы даже дыхания не было слышно. Будто отбивание стрелкой часов секунды, он слышит стук своего сердца, пытается успокоиться, и молится всем богам, чтобы ему удалось скрыться. Но когда смех разносится над головой, Рики почти подскакивает, резко поворачивает голову на гоблина, с интересом опиравшегося об дерево, смотрящего на него сверху вниз. - Долго собираешься прятаться? - в густом молчании голос Гондара звучит слишком громко. Рики не двигается, даже не моргает, но смотрит на него безо всякого страха, что был прежде. Спустя пару секунд всё же отмер, отполз от дерева и поднялся. - Не подходи ко мне, - резко проговаривает сатир и выставляет ладонь чуть вперед, уставившись на Гондара глазами загнанной в угол жертвы - Я… я не хочу видеть тебя, - тише говорит он, медленно отходя назад. - Так что же ты не бежишь, рогатый? Рики не хочет слышать, не хочет видеть. Он закусывает губы, и старается изо всех сил сдержать напрашивающиеся слёзы. Вокруг никого, кто мог бы помочь. Вокруг всеобъемлющая пустота, от которой неизвестно куда убежать возможно. И возможно ли? Но нужно. Он так для себя решил. Смотрит на Гондара и видит, как тот молча кивает на его смехотворную уверенность, взглядом давая сатиру понять, что готов продолжить их маленькую игру в догонялки. В глазах его блестит не просто сладостное предвкушение… Рики каким-то чудом решает двинуться именно в тот момент, когда гоблин без предупреждения рывком накинулся. Он действовал, словно кот, голодный дворовой кот, увидевший мышь – прыгнул вперед, грациозно вытянувшись в прыжке, – и его острые, похожие на когти пальцы вцепились в тело Рики, сжимаясь на его предплечьях, заставляя его замереть. Лицо Гондара изобразило самодовольно ухмылку, но то был лишь привычный жест, чем реальные эмоции – по тому, как расширены его глаза, а в их уголках образовались морщинки, Рики начинает понимать, что гоблин разглядывает добычу и упивается его широко распахнувшимися от ужаса глазами. Но даже в такой ситуации Рики умудрился, ловко вывернулся, ударив при этом в пах, отчего Гондар поперхнулся и слегка болезненно сгорбился, но в глазах лишь полностью чёрные зрачки. Удивительно, но, несмотря на детские слабые формы тела, бил Рики чудовищно болезненно, копыт своих явно не жалея. Взаправду хотел выжить. Он бежал до тех пор, пока страх не хлынул внутрь с новой силой, вместе с облегчением, когда привиделись дорожки, уже почти у самого здания, где должна быть помощь, осталось только добежать, и он невольно оглянулся назад, чтобы взглядом отыскать хотя бы намек на то, где именно сейчас находится охотник. И эта кратковременная оглядка стоила ему не только времени. Возможно, она могла бы стоить ему даже его собственной жизни. Зацепив копытцем торчащий из-под земли корень дерева, Рики рухнул наземь, но быстро поднялся, так как знает превосходно, что промедление стоит дорого. Тихо шипит от вспыхнувшей боли в месте ушиба и оборачивается, вглядываясь во мрак. Уже давно за вечер, и лишь редкий свет фонарей садовых освещает путь, разгоняя тьму. Но из тени его за ногу схватили когти, тут же потянув на себя с такой силой, что он и пикнуть не успел. Гондар быстро оказался сверху, поставив ладони по бокам от рогов, перекрыв любые отходы своим телом. Рики попытался отползти, ведь гоблин был так близко, но ему не удалось, тогда он с ужасом воззрился в глаза напротив, и почти потонул в чёрных кругах посреди кровавого моря. - Зачем я тебе? - тихим плаксивым голосом спрашивает Рики. А в каждом произнесённом звуке безысходность, сжирающая тело и душу. - Весело играть, - прохрипел нехотя Гондар, а сам уже ведёт носом по красивой фиолетовой шее, вдыхая запах перемешанный со страхом, точит зубы, чтобы вонзиться... Рики попытался резко его оттолкнуть. Это жалкое сопротивление срывает крышу. Гондар распаляется, накаляясь до предела. От реагирующего под ним тела, от мелкой дрожи и участившегося дыхания, от тонких пальцев, вцепившихся в плечи с намерением оттолкнуть. Рики окончательно разрушает что-то, рассыпает в эту минуту, переходя черту, после которой обратного пути уже не будет. Гондар рычит, вжимает его в землю, и резко вгрызается клыками в самое незащищённое место. Из сатира весь воздух выбивает укусом, заставляя вскрикнуть от боли и начать дёргаться, в ничтожных попытках ускользнуть. Рики пытался убрать его от себя многими способами, но даже кулаками по спине оказалось неэффективно. Наверное, слишком больно кусается, синяки точно останутся. Сатир всхлипывает, но умудряется подцепить пальцами короткие жёсткие волосы гоблина, сжимая у корней и слегка оттягивая назад, в попытке сделать больно в ответ, но недостаточно. Ни сил, ни духу. Еле оторвался от своей сладкой добычи гоблин, очумело отдышавшись. Рики тут же начал елозить, прикрывая рукой только что появившийся болючий укус на шее. Футболка-поло еле прикрывала бёдра, а если смотреть сзади, так вовсе открывая вид на узкую спину и изогнутые ноги с копытцами. Гондар слегка сместился, пару секунд скользил глазами по хрупкому телу, после чего откинул с лица сатира спутанные волосы около рогов, открывая себе вид на его изогнутые в страхе бровки и то и дело быстро мигающие бирюзовые глаза, с которых стекала тоненькая слеза… Парень выглядел настолько милым и тёплым, напуганным и беззащитным, что гоблин, не сдержавшись, склонился и слизнул тоненький ручеёк и уже более жадно прижался к его шее клыками уже не больно, просто удерживая. Мелкий зажмурился и продолжил отпинываться. Наблюдая и удерживая его сейчас трепыхания, Гондар чувствовал непонятное тепло, расползающееся по телу, а руки сами собой скользнули ниже и сжали упругие рёбра. Рики не знал, что ему делать, метаться он попросту уже не мог, глаза напротив вовсе отражали его самого, и он чисто на инстинктах опять совершил глупость, зажался… Ему почему-то казалось более безопасным обнять, нежели смотреть. - Какой же ты наивный, - выдохнув обжигающий воздух, поуспокоился Гондар. Фыркнув куда-то за ухо трясущегося от непонимания и страха сатира, руки гоблина подсознательно приподнялись, чтоб обнять и прижать парня к себе ещё ближе. В этот раз Гондар присмирел. В этот раз не пытается причинять одну лишь боль… Резко поднявшись, гоблин нависает над сатиром, и тут же поднимается, так же рывком поднимая и Рики за собой. Тащит за рога, в здание, заходя через вход отделения кухни шеф-повара, проходит в основную кухню, усаживает всё ещё страшащегося и то и дело спотыкающегося сатира на высокий стул на углу своеобразного стола. Смотрит на него какое-то время, закладывая свои уши назад, будто раздумывает, а дальше что? Тот пытается выскользнуть, убежать, начинает злиться. И Гондар шикает на него, резко схватив когтями того, вцепившись в плечо сатира, и разворачивая на себя. Рики шипит, поднимая голову, чтобы заглянуть в его кровавые глаза - Я тебе зачем? Будешь пытать меня или что? Заставишь на свою сторону переметнуться? Даже не пытайся, не сможешь. - Мне плевать, на чьей ты стороне. Ты всё равно находишься в моём доме, - говорит Гондар, подняв руку, чтобы коснуться пальцами подбородка сатира, но так этого и не сделав, отходит до полки с алкоголем, выбирая, чем бы загубить вылезшие зачем-то не те мысли…. Как бы Рики ни пытался противостоять, сопротивляться, всё бесполезно и безнадежно. Даже если он помчится или умудрится как-то связаться с братом… Кому от этого будет плохо? Если Рики расскажет правду, то Гондару грозит посмертный приговор. Его щадить никто не станет, если только не откупится. Но в таком случае … Убьют сразу на месте семью Рики, и тогда он окончательно потеряет всё, ради чего пожертвовал собой... Если Рики скроет, то смерть грозит остальным, и скорее всего невинным существам. Он никак не верит, что гоблин мог бы убивать только таких же мафиози и скупщиков… А так же остаётся ещё старший брат, который всё равно будет копать и дальше. Гондар не остановится, равно как и брат. Хуже жестокой правды может быть только разделение себя между двумя баталиями, чашами весов, на одной все страдающие, на другой семья. Как это пережить? Как с этим справиться? Ведь Рики в этой огромной и бесконечной войне лишь жалкая, незначительная деталь, у которой нет власти и сил остановить это. Но и на слёзы больше не было сил. Он измученно поднял взгляд на гоблина, наблюдая за его передвижениями. Зачем…. Кажется, этот вопрос Рики случайно произнёс вслух, хотя ни одного звука так и не прозвучало… Гондар поставил на стол свой стакан, в котором плескался прохладный виски, лишь мимолётно проведя по сатиру взглядом. Пусть в психологии существ он не ас, но сложить два плюс два может. Ему бы обнять сатира, приласкать да пожалеть, ведь именно в этом Рики остро нуждается, но он так не умеет, Гондар к этому просто не приучен. Грубые руки, испачканные по локоть в крови, лжи и грехах, не приучены к нежности и сочувствию. Он не глядя закинулся напитком, громко стукнув стаканом о столешницу. Прохрипел и закашлял: крепкий алкоголь обжёг ему горло. - Ну, раз уж тебе так интересно, я скажу о своих делах, - улыбается Гондар, облизнув свой клык, - Я устраиваю массовые убийства тех, кто решил, что, не отдав должок, скроются на базе. Схема простая, берёшь огромную сумму – придёт время с процентами эту сумму отдать. Кто не может отдать - разделяются на три подразделения. Одних убиваю просто так, других на отработку иным путём, если не могут иначе, а третьих на продажу. Рики внутренне передёргивает. Он инстинктивно пытается отстраниться, подальше от опасности в лице Гондара. Лучше бы он не слышал этого. Гоблин замечает замешательство и страх на лице сатира и бросает смешок, изогнув бровь. - Я умею распоряжаться любыми существами так, чтобы они приносили пользу, козлик, - объясняет Гондар, потянувшись к бутылке и подливая себе в стакан ещё напитка, - Убийства покажут мою власть и заставят врагов сомневаться в том, стоило ли идти против меня. Отработка укрепит позицию дома - это сила и новые возможности. А Продажа - это деньги. Большие деньги. - Это.. беспощадно, - шепчет Рики, покачав головой и сглатывая болезненный ком в горле. - Они знали, на что шли, были предупреждены.… Не мои проблемы, что они решают избежать больших трудностей, в которые сами с удовольствием влезли. - Мой брат все твои дела вскроет. И посадит тебя за всё, что ты делаешь, – Рики не пытается казаться убедительным, он уже сам ни во что не верит, сжимается, сидя на стуле. Обхватывает себя руками, будто замёрз, когда видит, как Гондар приближается и каким-то уже привычным что ли жестом подносит свои когти к его лицу. - Не встанешь на сторону своего мужа? - низким хриплым голосом спрашивает Гондар, подняв руку и огладив подбородок сатира большим пальцем. Рики замирает, переставая даже дышать, и теряется в глубине глаз напротив. Его окутывает страх, которому он не может дать определение. Не в этот раз. Ощущения непонятные, прежде не испытанные, - Ты был таким послушным…. Делал всё, что я скажу, лишь бы выжить. Что изменилось сейчас? - Ты забираешь жизни, которые тебе не принадлежат. Ты не Древний, чтобы решать, кому умереть, а кому жить! - Подписывая контракты со мной - каждый отдаёт свою жизнь в противовес деньгам. И я их жизнями буду распоряжаться, как захочу…. И если попробуешь осуждать меня за это ещё раз, я сделаю с тобой нехорошие вещи. Как только гоблин договорил эту фразу, по всей кухне разнёсся отталкивающийся от стен звонкий звук отчаянной пощёчины. Внутри разверзлись врата самого Ада, там бушует всепоглощающее смертельное пламя, буйные ветра срывают крышу, а на кончиках пальцев собираются грозовые тучи, электризуя. У Гондара конец света, сумасшествие неизвестного происхождения и безумная жажда перегрызть глотки всем сатирам этого мира. Злость, чистая злость, доставленная из самой преисподней. Тут же с каким-то левым осознанием приходит и затишье, ненадолго. Гоблин мнёт пальцы и поворачивает голову обратно, смотрит на сатира так, словно ничего не случилось за последнюю минуту. Не произошла внутренняя война и не проснулась жажда убивать. Хочется. Безумно хочется. Но…. Рики не может заплакать даже в ужасе. Он сейчас… действительно ударил гоблина… Он это всецело осознаёт. Ему и так дышать становится всё тяжелее от повисшего напряжения, которое высасывает весь кислород. Застрял меж двух огней и даже не представляет, как сможет из этого выбраться и вздохнуть полной грудью. Рики не может даже зажмуриться. Какая-то сила завладевает его телом и лишает контроля. Гондар заставляет захлёбываться в глубине своих глаз, пышущих яростью.. Но они зашли уже слишком далеко, а самое страшное впереди, Рики уверен в этом. Гондар скалится, словно собираясь вонзить в его теплую плоть свои клыки, желваки так и ходят, предвещая беду. Внутри всё кричит, вопит и жаждет чего-то не того, а Гондар словно оглох, ослеп. Он приблизился уже настолько, что касается кончиком своего носа сатира, чувствует его теплое рваное дыхание на своих губах и сходит с ума, как не бывало даже от самого крепкого алкоголя. Рикимару не двигается, как будто боится раззадорить хищника ещё сильнее, но Гондар и так выгорает. Сглатывает тяжело, жмурится, отстраняясь за секунду до того, как губы с губами сатира грозят соприкоснуться. Рики пугается не на шутку, смотрит шокировано, вжавшись спиной в стенку стула и отчего-то тяжело дыша, как будто бежал не один километр без остановки. Не может и слова вымолвить, а в голове всё перемешалось в один несвязный бред. Гондар слегка склонив уши, и с какой-то грустью провёл взглядом по Рики в последний раз, развернувшись, вышел, громко хлопнув дверью. В полумраке, когда черты лица гоблина больше не находятся в этой комнате, а всё окружение немного смазаны, у сатира внутри появляется больше уверенности. Но она тут же слабеет, стоит ему в своей голове вспомнить, как Гондар бросает взгляд и блистает ухмылкой на губах. Рики слегка щипает себя за кожу на запястье и уверяет, что это не сон. Террорист, враг брата и отца, убийца, который… не убил…. Рики задумчиво покусывает губу, рассматривая стену на кухне, обдумывая всё происходящее. Где-то вдали слышатся голоса, приказы Гондара своим гоблинам в том числе. На этот раз Рики не пытается вслушаться и уловить суть разговора, боясь обнаружить ещё один повод для разочарования, страха и боли, что теперь всегда идут у него одним комплектом. Время нещадно течёт, Рики почти слышит, как внутри отсчитывает сам же секунды… До чего? Чего он продолжает высиживать и ожидать? – он сам не в силах ответить… Вокруг тишина. И довольно давно уже… Он на подкашивающихся копытах, всё же сполз со стула, кое-как доковылял до лестницы, будто лань, вслушивался в каждый шорох. Тишина. Окончательно осмелел, понял, что ловить больше нечего, а вечер дня мудренее, пошёл мелкими шажками к своей комнате. Так тихо, что он боялся даже случайно выдохнуть громко, не то мог разбудить кого. Тишина и сумрак были редкими гостями в этом здании, либо он никогда этого не замечал. Перед собственной комнатой он остановился у двери, тяжко вздохнул, ещё раз прислушался. Точно ли его так вот запросто оставили в покое? Не убьют ли во сне? Может завтра он уже проснётся на месте того пленника или вовсе будет мёртв? Рики помотал головой, как бы вытряхивая мрачные ненужные мысли, и зашёл наконец. Заприметил Гондара он не сразу, тот отлично вписался в интерьер, хотя и стоял у окна, ногой упёршись в подоконник. А большие кровавые глаза блестят в свете ночных огней, поселяя в глубине зрачков космос. Сейчас они не такие.…Не тот взгляд, что холодом своим способен убить за секунду, безжалостно засосав в свои чёрные дыры, а грустный, усталый и несчастный взгляд. Рики понимает, что сейчас самое время сказать, хоть и неприятно и в какой-то мере странно, стыдно и страшно от возможного ответа. - Прости… я…. Я не должен был этого делать… - едва слышно шепчет, совершенно не сомневаясь в том, что гоблин и без этого всё слышит, – Извини за то, что дал пощёчину…. Гондар даже ухом не повёл, странно поводил взглядом по сатиру, отвернувшись обратно в открытое окно. Потушил сигару об пепельницу, и тут же доставая новую, поджёг и затянулся, задумчиво смотря на ночные огни города вдалеке. В какой момент он стал прощать непозволительное? Рики всего лишь глупый беззаботный мальчишка, не знающий боли, им движут эмоции. Гондар же слушал всегда разум.… По большей части. И почему разум сейчас молчит, не ответив ни на один заданный вопрос? И он сейчас это отчётливо понимает. Он ощущает это, когда притаившиеся в тени души демоны начали возле Рики смелеть, потихоньку выбираясь на свет и контролируя. Бороться с собой бесполезно, Гондар знает, что всегда выигрывают они, не зная и не видя перед собой преград. Как глупо… Он сейчас и так выстроил охрану, что к козлику и враги не подступятся. А от себя не защитит. Или себя от него… От мыслей отвлекает только звук как открывается дверь ванной, и постукивания копыт останавливаются где-то за его спиной. - Спокойной ночи, Гондар… Тихая, но такая невинная фраза заставила гоблина зайтись мурашки, будто от ветерка, а от удивления выронить на улицу и без того потухшую сигару, и развернутся, чтобы хотя бы в глазах понять мотив… Но увидел лишь спину направившегося к своей кровати сатира. Даже желания выпустить кому-нибудь обойму в рот не возникает. На кончиках пальцев ещё хранится нежный аромат горной свежести и хрупкого, но такого пряного аниса, который Гондар случайно ли или специально собрал... И сейчас сатир просто расслабился, улегшись в постель в позе эмбриона. Едва не накрывшая его истерика лишила сил, не дала побороться, сразу же отправив в царство снов. Как это уже в какой раз случилось, Рики разбудила тишина. Он лежал, уткнувшись лицом в подушку, и сейчас пытался какое-то время осмыслить себя и происходящее вокруг. По привычке он стал прислушиваться к звукам, которые могли бы указать на время и на то, что Гондар дома или же нет. Но вокруг сухая, тяжёлая тишина, шторы зашторены, окна закрыты, и запаха табака не присутствует тоже. Значит Гондар ещё тогда ночью ушёл. Рики почувствовал укол совести и грусти, но тут же одёрнул себя. То, что гоблин отсутствовал было сейчас даже удачей, когда следовало кое-что обдумать и разложить внутри себя события прошедших дней и чувств по полочкам. Он тяжело вздохнув, и нехотя развернувшись, принял сидячее положение и протёр глаза. Первым делом, его распирало изнутри, как хотелось просто поесть, а потом прогуляться по саду в солнечный день. А лучше если совместить это всё с “не очень приятной”, но важной беседой. Вскочив с кровати, как будто с места преступления, Рики быстро засобирался, умыться и переодеться уже для него как привычные вещи, хотя и спешить некуда… Больше нет работы, нет жутких соседей.… Хотя именно насчёт соседей, особенно жутких, он бы поспорил… После того, что произошло, отчего-то на душе Рики поселилась.. лёгкая вседозволенность. Словно избежав смерти и самой опасности, то, что ему сошло с рук – всполохнуло в его сердце маленький огонёк бунтарства. Или беспечности, как говорят все в округе. Но так свободно проходить, без помощи Бахити, будто он здесь второй хозяин, он пробовал впервые. Притом, стоящие у лестницы охранники были удивлены, переглянулись молча, но мешать или противостоять не пытались, отошли с пути. Повлияло ли на них то, что Гондар пусть и играючи допустил до своих дел? Рики не стал об этом думать, желая отречься от неприятной темы. Он прошёл на кухню, и троица пар глаз устремились на него тут же. Кого он точно не ожидал встретить, так это Элай, Бахити, хотя Бх нечто ожидаемое. Правда странно то, что для гоблина, который вполне спокойно сидел за столом, и будто демонстрировал всем своим видом, что совершенно ничего не произошло, довольно странно. Рики при виде такого даже попробовал мысленно воззвать к своей совести, но особо зазорливо не стало. Хотя чувствовал себя он не совестно, за то, что произошло вечером, а скорее неловко. Будто нашкодивший щенок, которого обругали, смотрят зло, но который сам не понимает, за что его тыкнули носом. Но собравшись с едва какими-то крохами то ли смелости, то ли глупости, подобрался к столу и занял место около малышки. Она по безобидней будет, всяко лучше, чем бывалый жёлтый кот. Как глупо. Как глупо сейчас себя чувствовал Рики. Особенно под насмешливым взглядом Гондара. И получает сатир то, что заслужил… Ничего кроме будничного наблюдения и пренебрежения. Поток рассуждений не мог прерваться, и перебрав свои возможные прошлые промахи и истерики, Рики пришёл к выводу, что Гондар действительно разочарован в нём. Как бы ничего с его семьёй не сделал… Но отвлечение пришло откуда не ждали. - А правда, что вы можете сделать вкусное кофе? – со вспыхнувшей надеждой во взгляде прощебетала малышка. Рики только боковым зрением заметил, как улыбается Бахити, и понял, что задавать вопрос, откуда Элеонора это узнала, точно не стоит. - Разумеется, – повернулся и мило улыбнулся он девочке. - А мне можно? Пожаааалуйста.. – сделала щенячий взгляд она, будто без этого ей отказали бы. Рики неуверенно переглянулся с Бахити. Он был не уверен только в одном, что разрешают ли родители девочки подобное, но увидев положительный кивок, конечно же без проблем сказал, тут же заставив ответом засиять малышку ярче любой звезды. - А возможно кучу-кучу сливок, будто мороженое … в виде замка!? – погнала пургу фантазии она. - Я попробую такое сотворить – умиляясь, посмеялся Рики. И как только он уже поднялся со стула, девочка повернулась на Гондара, и по-детски показала язык, как будто она спор какой-то выиграла, заставив при этом фыркнуть жёлтого гоблина, и наиграно закатить глаза. Рики не мог предположить даже, что малышка на самом деле такая лапочка. Не мешала работе, спрашивала, как и что и для чего. Вместе с ней он видоизменил пенку Фраппучино до неузнаваемости. Действительно получилось, как замок. Но он не знал, имеет ли он вовсе право находится с ребёнком рядом, к тому же разговаривать или взаимодействовать. Искоса посмотрел на реакцию Гондара. Кажется, он относится к этому… нейтрально? Далия вошла на кухню как обычно своей горделивой походкой, смотря на всё сверху вниз. На неё был накинут приковывающий внимание яркий красный халат, которого Рики у неё никогда прежде не видел. Халат был длинным, из тонкого легкого шелка, от чего при каждом движении полы немного распахивались, демонстрируя обнаженные ноги. А верх слегка приспущен, демонстрируя тонкие ключицы. Рики тут же потускнел на её фоне, и полностью это осознаёт, поэтому решил, что просто лучше продолжит чистку кофемашины после работы… - Мама, смотри какой красивый! Она небрежно обвела взглядом напиток, на который указывала Элеонора, и подставив руку под подбородок и оперевшись на балку, усмехнулась. - Ну, хоть на что-то способен.. Пусть и мне сделает, – обратилась она к Гондару, мотнув головой в сторону сатира, мерзко посмеявшись. Рики вмиг стало так обидно. Он им не слуга, и не собирается потакать… Но ведь при ребёнке как-то неприлично было бы попытаться обидеть её мать… - Сама себе сделай, - подал голос гоблин, даже не глядя в сторону Далии и продолжая разбирать свои бумажки. - Ц, раз уж тебе жалко своего барана эксплуатировать, так бы и сказал, – наигранно разочаровалась Далия, – К тому же техника сама справится, причём намного лучше.. – это явно был камень в один конкретный огород, который Рики конечно же пропустил мимо ушей, – Тебе тоже сделать нормальный кофе? Гондар пожал плечами, якобы сама решай, мне не принципиально. Далия победно отодвинула Рики от кофемашины, тут же настукивая длинным утончённым маникюром по панели сбоку, выбирая режимы, и вкладывая таблетки в специальное отверстие. Рики не сомневается, что эти таблетки стоят, наверное, целое состояние, но не верит, что подобное может быть вкуснее, чем настоящее, вываренное в правильных пропорциях и времени, в заботе и фантазийном творчестве кофе.. Он отворачивается, понурив голову… Бахити тут же, поскольку стояла неподалёку, приободряюще погладила по плечу, поддерживая его. Кофеварочная машина щёлкнула, когда кружка, подставленная под неё, почти доверху наполнилась ароматной, дымящейся темной жидкостью. Далия потянулась к ней, беря ее в руки. – И впрямь, зачем мы его держим? – произнесла она, разумеется, имея в виду сатира, посмеялась лишь взмахами ладони над чашкой убирая пар, – Дорогое это удовольствие. Далия только успела поставить кружку перед Гондаром, сексуально при этом прогнувшись, чтобы грудь было заметно, да хотела присесть на место, что было подле него свободно. Но он положил резко документы, что держал в руке, на это место, при этом отвернулся на другие файлы, внимательно просматривая именно их. Она надулась, но села так уж и быть на стул подальше, всё ещё с печалью смотря на занятое какими-то бумажками “её” место… Гондар так уж и быть, соизволил протянуть когти к кружке кофе, подув какое-то время, чтобы не обжечься, сделал лишь глоток. Состроил такое лицо, будто жабу облизнул, тут же фыркнул, убрал кружку от себя подальше. - Лучше вылей это д… - видимо вспомнив, что напротив него как бы сидит ребёнок, изменил слово, - Дорогостоящее безвкусное нечто.. Выкрутился, гад – подумал Рики, ухмыльнувшись. С одной стороны, ему было приятно, что таблеточный кофе пришёлся Гондару не по вкусу, но с другой стороны обидно… Тот ведь до сих пор не попросил его больше о приготовлении кофе… Значит всё же не понравилось… - Ой да ну и ладно, главное мне нравится, – цыкнула Далия, наслаждаясь своим напитком. - А у меня всё равно вкусней всего, – похвасталась малышка, – И к тому же красивей. Дядя, хочешь попробовать? И даже не услышав ответа зачерпнула подготовленной печенькой, слегка макнув в кофе, но больше набрав “замкообразной” пенки и протянула ему, по-детски наивно ожидая. Только Рики хотел уже сказать, что ему такое не понравится и лучше не пытаться, как Гондар, отодвинув документы и нагнувшись, откусил половину печенья, с расценивающим видом начал пережёвывать. Рики завороженно проследил взглядом за этим действием, казалось, даже рот открыв от удивления… - Правда вкусно? – заулыбалась Элай. - Правда, – одобрительно хмыкнул гоблин, сверкнув своими кровавыми глазами на Рики. Бахити тут же неожиданно подтолкнула Рики в спину, проговорив - Ну что же вы стоите, присядьте, а я сейчас принесу блюда. Слова ему вставить не дали, буквально продолжая утягивать к столу, подвинув даже дальше планируемого. Он испугано воззрился на Бахити, что провела его мимо свободных мест около Элеоноры, подвела к другому краю стола, и оставила стоять там, сама же ретировавшись. Далия издала смешок, заинтересовано скосив взгляд аля Ну а осилишь приблизиться? Рики отчего-то растеряно обернулся, но не найдя поддержки, недовольно глянул на Далию. Сколько можно терпеть? Он приподнял голову, уже не склоняясь, и обошёл её стул стороной, подойдя к единственному, относительно “свободному”. Гондар лишь на секунду скосил на него свой взгляд, тут же вернув на свои документы, но незамедлительно какое-то странно движение совершив, будто ему немедленно понадобились те документы, что он на стул рядом положил, забрал их и переложил на стол. Рики всё ещё неуверенно глядел на стул, что между Гондаром и Далией, и никак не мог решиться, пока не увидел циничный взгляд полуфеи, которая явно не была рада его так близко видеть. В таком случае, он только из-за мести за кофе присядет рядом. Еле взобравшись на “барный стул”, только сейчас заметил, что Гондар держал свою ногу на основании стула, и только успел вцепиться руками в крепкое основание стула, как его, вместе с предметом мебели наглым образом придвинули поближе. Гондар по-собственнически закинул свою левую руку на плечо сатира, как бы приобнимая. Рики тут же непонимающе воззрился на него. Разве он не злится? Но судя по лукавому прищуренному взгляду на него, вовсе нет, и сатир поуспокоился, и даже положил рога на руку, как бы опираясь, а сам почему-то засмотрелся, как лениво двигаются ушки у Гондара. Когда-нибудь он спросит, почему одно ухо покалечено, будто чем-то порвали… Именно в этот момент Рики и очнулся, понимая, что пялится и выглядит ещё большим дураком, чем есть на самом деле. Однако осознание не принесло облегчения, и сердце продолжило бешено колотиться в груди, пульсируя кровью в висках, а собственные уши посинели на кончиках… Благо это смущение, а также неподдельный интерес к нему со стороны гоблина, прервала Бахити, вышедшая из дверцы шеф-повара с подносами блюд. Она с улыбкой поставила блюда перед каждым, и сама села рядом как оказалось всё это время внимательно наблюдающей за их “отношениями” малышкой, отчего поняв это, Рики зарделся ещё больше. Он выпросился на прогулку. Хотя ранее уже и так отвлёк Бахити от дел. Но ему не было стыдно. Она единственная в этом месте, что могла успокоить просто своим присутствием, сопровождением, не говоря уже о том, что заботится и иной раз подаёт дельные советы, к сожалению, не ко всем Рики прислушивается… - Можно задать… личный вопрос? Бахити лишь мотнула головой в знак согласия. - Вы когда-нибудь убивали? - спрашивает отчего-то так спокойно Рики, расхаживая меж кустов роз с ещё не раскрывшимися бутонами. В саду лёгкий, едва уловимый их аромат призраком ползает по каменным тропинкам, разбавляя воздух. - Приходилось, - негромко отзывается лансера, идущая чуть позади, - Порой жизнь вынуждает идти на крайние меры без иного пути из ситуации. Рики останавливается и вскидывает брови в лёгком удивлении, но не подает виду. Разве могло быть иначе? Наверное, вечность будет необходимо себе напоминать, чья это прислуга и на что способна. - И что вы чувствовали? - … Мы несём огромную ответственность, забирая любую жизнь. Я сделав это лишь однажды, долго свыкалась с мыслью… Но зная, чью жизнь оставила взамен отнятой, если бы потребовалось, повторила бы выбор, - отвечает Бахити, слегка пожав плечами. - Простите, что спросил. Это было некрасиво… - Ничего страшного, это было давно, - понимающе улыбается лансера - Ваш интерес вполне логичен. Возможно, вопрос с чем-то связан? - Просто… когда я понимаю, как Гондар легко отнимает чужую жизнь, глазом не моргнув… — тише говорит сатир, остановившись и разглядывая верхушки деревьев в лесу, – Я не … вместо эмоций у него - пустота? - Рики поворачивается к Бахити и вскидывает непонимающий взгляд. - У каждого по-разному. Полная пустота невозможна. Иначе это всего лишь ходячий труп без чувств и эмоций. Но вы хотите узнать точно не это. Не бойтесь, говорите как есть, что вас беспокоит? - Он мог запросто убить меня…. Много раз.. Зачем каждый раз оставляет? Я ведь не слушаюсь, делаю то, что ему не нравится, высказываю не самые лучшие слова о нём, почему я всё ещё здесь? - еле слышно говорит Рики, опустив взгляд. Сил держать всё случившееся в себе больше нет. Пусть Бахити ничего не отвечает, пусть просто услышит, он просто хочет выговориться… - … Я могу сказать… маленький секрет. Может вы предполагали, что он просто убийца, но… У Кандо есть принципы. И скажем так, список причин, по которым он может убить. Это в основном связано либо по работе, либо всё, что связано с ним самим, либо просто с теми, кто предаёт или пытается узнать о его делах. Рассмотреть даже на вашем примере. Случилась, конечно, ошибка, неучтённая, непредвиденная. Но вы вошли в список из пункта – свидетель методов работы, то есть в живых вас изначально бы не оставили, но по этому же пункту была сыграна игра в Удачу. Ранее никому не везло, честно признаюсь… Потом, конечно, Кандо с чего-то придумал, что вас можно задействовать иначе… Но результат будет одним. Никуда вы не денетесь, так как перешли в пункт - Собственность, но и убивать вас никто не в праве. Наказаны можете быть, если решите, что вам теперь всё дозволено, но убитым – нет. Рики слегка хмурится, но ничего не говорит, понимая, что ему сейчас поведали тайну, которую бы никогда не сказал Бх…. Пусть ему ничего не грозит, но семью это никак не сберегает… Но всё же на душе становится немного легче. И дышать тоже. Наверное, стоит иногда выговориться. Почему-то вспомнился момент, когда гоблин отвёз к родителям. Об этом даже стыдно вспоминать, но Рики почему-то ни с того, ни с сего начал спонтанный вопрос: - Когда мы были у моей мамы… Мне… мне показалось, будто.... Нет, наверное, показалось... - Что же вам привиделось, Господин Рики? - Будто.... Гондару .... Ну, он... Как будто ему хотелось бы, ну... Чтобы его погладили... – Рики тут же хлопнул себя по лбу, - Нет, глупость какая-то. Бахити заинтересовано повернула набок голову, оценивая что-то, и неожиданно спросила: - ... А вы бы осмелились попробовать? - Что? Нет... - Почему? - Меня убьют тут же самым болезненным способом... Ну не убьют, но точно покалечат! Бахити отчего-то по-доброму расхохоталась, вмиг прервав смех, мило сообщив: - А вы попробуйте, может результат вас удивит? * Его беспокоило это. Рики сидел на кровати, оперевшись в короткую спинку на изголовье, и думал об этом битый час. Да это просто… нелепость… Щелчок в замочной скважине. Гондар наконец-то пришёл домой. Оставляет треклятую папку, ненужную уже, на полу и расплывается на диване. Очередной день отработан. Однако отдохнуть у него не получится, никогда не получалось. Только взяв обратно смартфон в руки, он завис, осмотрелся и не понял, как оказался в комнате, в которую не собирался заходить. Наверняка заработался в конец… А ещё на сиё действие надо что-то ответить не менее удивлённому сатиру. - Что уставился? – не нашёл, что сказать лучше Гондар, всё равно не признает, - Ты не должен сейчас гулять? - Да уж нагулялся, - с подозрением проговорил Рики, зачем-то взял подушку, прижав к себе, и поднялся с кровати, прошёлся по комнате, крадучись, и присел на край дивана. Гондар многозначно приподнял бровь, не совсем понимая, что эта напыщенная “смелость” сатира значит, да и по какому поводу бы ей явиться? Просить собрался о чём-то быть может? А Рики сидел, вперившись в гоблина взглядом, не то испытывал, не то ожидал чего-то, да и подушку эту сжал сильней, словно она была для него щитом от невзгод. Как будто могла защитить, если бы гоблин захотел его разорвать на части. - Жалости не проси, - с подозрением прищурился Гондар. - Я не собирался, - невольно отводит взгляд свой Рики, становится неловко. - Тогда что те.. – но договорить не успел, смартфон затрезвонил противным звуком, который скорее напоминал сигнализацию, чем какую-то мелодию, - Что? … Быстро же тебя раскрыли… Нет, обратись к Лорлину. Да, скажи, что от меня. У него неоплаченный должок. Тот разговаривал уже в полную силу с кем-то, видимо по работе, от сатира полностью отвернувшись. Рики сглотнул ком.. Раз сейчас гоблин как раз к нему спиной. Быть может..? Сатир неторопливо, трясущейся рукой тянется к нему, медленно, но верно подбираясь к волосам, боясь зацепить уши. И вот, когда его сердце готово вырваться из груди, насколько ему страшно, он мягко дотрагивается до надшёрстка, легонько проводя, пригладив. Гондар тут же будто вжимает голову в плечи, даже сатир почувствовал, как у него волосы встали дыбом, резко поворачивает голову. Рики отдергивает руку, как только встречается взглядом с полностью сузившимися алыми глазами. - .. потом наберу, доложишь.. Только выключив телефонный разговор, выкидывает смартфон куда-то подальше, и бросается на Рики, будто зверь. Тот не успел и пикнуть как на него навалились, а острые когти оказались в опасной близости к горлу. - Ещё раз посмеешь так сделать, я тебе все пальцы отрежу! Слышишь?! Рики впервые не испугался, то ли по глупости, то ли по "храбрости", оцепенев, просто лупал своими глазами, смотря буквально в лицо своей смерти. Он заметил, что гоблин смотрел на него пусть и зло, но его уши были прижаты, а нос дергался, как будто он часто-часто принюхивался. Нервное что ли? Гондар скользит по сатиру взглядом, по которому ничего не прочесть, не понять. Неизвестно, что спрятано за непробиваемой стеной стеклянных бирюзовых глаз Рики. Но, в отличие от Рикимару, Гондар говорит взглядом всё. В отражении его глаз сатир уже видит, как гоблин растерзывает его прямо тут, и заставляет кричать, вновь и вновь выпивая его добровольно отданную душу до дна. - … Дождался. Всё, – поставил точку Гондар. Вздёрнул сатира с кровати, будто пушинку, и потащил за собой на улицу. * Только машина остановилась у единственного до боли знакомого Рики дома, он медленно, умоляюще посмотрел на ухмыляющегося во все клыки Гондара. - Зачем? – лишь мог прошептать он. - Что такое, козлик, страшно стало? – вышел как ни в чём не бывало, да подойдя с другой стороны, раскрыл дверь автомобиля, нагнулся, оперевшись на ободок, смотря в глаза Рики напрямую, - Запоздал ты страшиться… Надо было думать о последствиях. И вытащил словно безвольную куклу на улицу. Повёл к калитке, звонил в домофон. - Он…Он н… наверное не дома – попытался отвадить беду от брата Рики, уже было развернувшись и потоптавшись обратно к машине, как был остановлен когтиком за кончик рога. - Праавдаа? А у меня информация, что у него сегодня выходной и из дома не выходил… - хитро протянул Бх, подтягивая к забору поближе сатира. - Ну не надо, пожалуйста! Что я такого сделал?! Гондар хищно улыбнулся, тут же показывая клыки, и пригнулся, чтобы угрожающе соблазнительным шёпотом проговорить, - Да много чего… Но на этот раз прощаю, так уж и быть, просто поздороваюсь с шурином. Они ждут, кажется, целую вечность. Всё это время Рики, как сторожевой пес, то стоит, то расхаживает перед дверью. Но вот она отворяется, и старший сатир недоумённо воззрился на прибывших. - Что такое, прокурор, даже не предложишь гостям зайти на кофе? – прервал неловкую тишину Гондар, как обычно нагло ухмыльнувшись. Старший сатир перевёл взгляд на Рики, как бы с ним согласовываясь, но так как тот отводил взгляд, будто извиняясь заранее, ничего не оставалось, как пропустить в свой дом не только брата, но и врага. Рики спокойно выдохнул, как только прошёл в дом брата, Брат немного поправил свою кофту и сел в другую позу. Было видно, что ему всё это не нравится, но он молчал ради своего среднего. Бх хищно наблюдал за каждым движением, за любыми изменениями в поведении Старшего Таллина, насмешливо улыбаясь. Гондар медленно, специально наиграно поглаживал и перебирал когтями волосы Рики, чем только больше бесил сатира постарше. Рики же сидел, как воды в рот набрал, испугано озираясь и замерев. Он не знал, что делать в этой ситуации, а уж тем более как бы прервать гнетущую тишину и неловкость… - Я имею право засадить тебя на три года уже по статье 4.89 - Какое мошенничество, прокурор? Вы можете прийти, я вам выдам все документы, там всё официально, суммы, выданные клиентам, дата выдачи и окончания сотрудничества, и сколько процентов начисляется нашей стороне, всё это под тройную подпись клиента. Ничего незаконного. Эти препирания Рики больше всего и боялся. Оставалось только ждать, либо когда они устанут, либо обратят хотя бы на него внимание. Но тут старший сатир вмиг переменился, взяв откуда-то сбоку подготовленную папку дела. Приподнял бровь, якобы бросая вызов, так и говоря взглядом, а как теперь ты попляшешь? - Наименование “Чёрный кардинал” говорит о чём-нибудь? Гондар на секунду сморщился, дёрнул ухом, но промолчал, пренебрежительный взгляд кинув на старшего сатира. - А также, к сожалению, утерянный, двуствольный удлинённый гравированный револьвер… Уникальная модель. Как же он назывался? Пустынный Ястреб? – не унимался неизвестно отчего-то воспалившийся идеей достать гоблина старший брат. - Ты… прокурор.… Лезешь не в своё дело – прошипел как можно холодней Гондар. - Угроза? - Предупреждение. Рики почесал подбородок, резко сложив всё, что имеется, в одну картину. - А тот портрет... там же изображён пистолет желтоватый такой… Это и есть Пустынный Ястреб? Настала долгая минута молчания. И продолжалась бы и дальше, пока гоблин не фыркнул раздражённо, и только средний сатир слышал, как он с хрустом сжал челюсти. Рики притих, опустив взгляд на руку охотника, достающего из внутреннего кармана небольшую металлическую коробочку. Гондар с щелканьем открыл крышку, расположенную сверху, и быстро в зубы засунул сигару. Старший сатир так же недовольно поморщился, когда гоблин уже отщёлкнул второй отдел, чтобы выудить оттуда зажигалку. - Здесь не курят. Гондар даже не съязвил, лишь фыркнув, убрал портмоне обратно, подёргивая зло ухом. - Что за портрет? - Ну эээ… - Рики исподлобья глянул на гоблина, как бы раздумывая, а стоит ли углубляться в такую тему… - Висит картина в доме, с чёрной лентой… - … То, что ты видел... Вот этот? – достал из дела фотографию. - Да… именно… А кто это? - Тебя случаем не в четырёх стенах держат? Неужто никто не рассказывал? – спрашивает брат у Рики, но смотрит и с явным намерением зацепить за хоть что-нибудь именно Гондара. Средний сатир хотел было сказать, чтобы брат успокоился уже, чтобы не делал хуже и так не очень радужную ситуацию, но ни он, ни прокурор не успели сказать ничего, как упреждая любые вопросы или язвительные умозаключения, совершенно безэмоционально проговорил гоблин: - Сорук. Предыдущий глава и руководитель всех бизнес-точек и продвижения. Убит 10 лет как, своим собственным оружием, и убийцей был Чёрный Кардинал. Старший сатир лишь искоса, с недобрым прищуром посмотрел на него. - О как великодушно, но слишком коротко… Разве это всё, что ты можешь рассказать о своём “отце”? - Этого достаточно для твоих ушей, - Гондар откинулся на спинку дивана, а его рука, всё ещё покоящаяся на голове Рики, переместилась на его рог, погладив украшение на роге. - Достаточно или нет, я вскоре уж выясню! – Ну, разве так надо разговаривать со своей семьёй, дорогой шурин? - Гондар осклабился, рассматривая старшего сатира, – Проявил бы хоть немного доверия.. спустя столько-то недель, как твой братец живёт в моём доме. – Какое может быть доверие, когда речь заходит о тебе? – Прокурор буквально вскочил на ноги, – Ты мне не семья! Как ты смеешь произносить это слово, когда мой брат с тобой буквально каждый день оказывается в смертельной опасности, и все из-за твоих рук! Гондар открыл рот, намереваясь выдать в ответ соответствующую по ярости тираду. Но не успел. Рики всех опередил. Он единственный, кто не готов к разборкам со всех сторон, поэтому он выбрал определённо не лучшую, но самую спокойную сторону… - Ну что ты, брат. Мой муж меня не обижал. У меня есть всё, правда. Даже то, о чём я и не мечтал, со своей то жизнью, – а вот последнее Рики сказал искренне. Даже с поддержкой брата, и если бы он не отказался от колледжа, в который засунул его отец, никогда бы он не пожил в таком шикарном доме, не ел бы каждый день еду от шеф-повара, не бродил бы по своеобразному лесу.. Правда и не испытывал бы опасности и не страдал бы… Но об этом он умолчит… Что брат, что гоблин удивлённо на него повернулись, точно не ожидая таких слов. - Брат послушай… Если там ты боялся, понимаю, среди охраны. Но в данный момент ты в безопасности, и даже если он сейчас что-то выкинет, я могу тебе помочь… Прошу, не бойся, скажи правду! - … но я говорю правду. Разве ты видишь на мне синяки? Или… не знаю.. Порванную одежду? Что-нибудь, почему ты решил, что я вру? - Потому что я знаю, что он опасен! И ты меня не убедишь, что тигр - это тоже кот… Рики обвёл взведённого донельзя брата взглядом, обдумывая это. Если он сейчас не закроет эту тему чем-то мощным, то старший сатир будет возвращаться к этому вновь и вновь… А это будет значит опасность для семьи, от чего Рики пытается их отгородить… Но вопрос остаётся, чем же убедить? Рики переводит взгляд на Гондара, который заинтересовано, но молча следит за обоими сатирами. Он точно здесь не помощник… Легче войну прекратить, чем чего-то добиться от этого непрошибаемого гоблина, который, пока сам чего-то не захочет, не откроется, не сделает шаг навстречу. - Тогда… По твоей логике, если я сделаю хоть что-то, что вот ему не понравится, – Рики мотнул головой в сторону гоблина, - То он меня тут же прикончит? - Рики…. Ты же ничего не задумал? – взволнованно пригнулся старший сатир, на всякий случай подготавливаясь к худшему исходу. - Нет… Наверное – хитро с секунду глянул на Гондара, который изогнул бровь в ответ, - Хотя нет, всё же задумал… Рики аккуратно пододвинулся к тёплому боку гоблина, и старался выглядеть как можно невинней, “белыми и пушистыми” намерениями поглядывал на него исподлобья. Резко вскинув руку, потрепав Гондара по голове, разворошив и без того редкие короткие жёсткие волосы между ушей. И тут же согнулся, как только убрал руку, предчувствуя, что его сейчас погрызут за это. Но вспомнил про присутствие брата, незамедлительно опустил приподнятые в испуге плечи, и уже смело глянул на реакцию гоблина. Того конечно перекосило знатно. Но он сдержался, вобрав в себя, наверное, весь воздух комнаты, и подёргивая носиком нервно выдохнул. Сложил уши назад, а в глазах появилась твердь. Он словно покрылся защитным слоем в попытке уберечь уязвлённые остатки себя. Рики про себя усмехается. Ему оказывается ничего не стоит пробить эту защиту, правда осталось только выжить и остаться целым после подобной наглости. Младший сатир в некоторой степени рад, что шалость удалась, и с такой же детской улыбкой переводит взгляд на своего брата. Рики видит в глазах брата скользкое, еле уловимое, но искреннее непонимание: “Как помочь тому, кто не хочет спасаться?” Хотелось бы ему сказать, что тут спасать надо семью, а не одного единственного Рики, но разве ж брат поймёт… Он искренне убеждён, что в беде именно средний. Окончание “посиделки” завершилось весельем для Рики, и осознанием краха для его брата. Брат с ненавистью во взгляде проводил “гостей” до калитки, ловя прищуренный, насмешливый взгляд Гондара на себе. Но ничего не может поделать… Он покорно отдаёт брата в чужие лапы… Доехали до “дома” они молча. Рики даже в некотором роде был удивлён, что Бх не прокомментировал его наглость. Хотя может тот просто не предал этому значения. Выбравшись из машины, сатир опять начал свою излюбленную шарманку. - Я правда рад был повидаться с братом… Спасибо…. Но пожалуйста… Я и так умираю со скуки, дай мне хотя бы поговорить с мамой! По телефону, а не увидеться раз в месяц… - Мы это уже обсуждали. Ответ тот же. Но Рики упрямо схватил рукав одежды гоблина, и уставился на него, не моргая. В прошлый раз он страшился даже попросить. Сейчас это была не просьба, не мольба, это было требование. Раз смерть ему не грозит, и он это всецело осознал, то будет пробовать другие варианты. И кажется, судя по реакции, Гондара это не оскорбило, а позабавило, он как с ребёнком, поёршив волосы, решил поговорить: - Ну и на что ты готов, чтобы услышать свою мамочку? - На многое… Даже на то, чтобы убедить тебя, что можно добыть информацию из пленников без пыток! Гондар было повёл челюстью, хотел ответить как обычно отказом, но что-то заставило его остановиться. Подумать над этим тщательней. Он нагнулся слегка, оказавшись напротив сатира, смотря на него не моргая. - Как интересно… И ты уверен, что сопливыми речами справишься? Бедный мой наивный мааальчик, да ты туда свой хвост не сунешь, тут же свалишься в обморок, не то чтобы начать разговор с жертвой пыток… - А вот и нет! Можно со всеми и по-хорошему... - Тогда сделаем так… Я разрешу тебе когда угодно по телефону разговаривать… - Рики вдался в слух весь, он уже понял, что из себя представляет гоблин, и что за сладкой конфеткой в омут кровавый окунут, поэтому хочет услышать условие, прежде чем сделать вывод… - Но ты добудешь какими-то своими способами мне информацию… - … и всё? - Поверь мне, хвостатый, ты и это не сможешь. Но я хоть повеселюсь. Рики доверительно протянул руку, при этом хитренько улыбнувшись, и удивив этим гоблина, проговорил, – Идёт. Гондар сдержал рвущийся наружу смех, и кое-как пожал руку, принимая вызов. Ему было действительно интересно, до какого момента готов пойти сатир, и насколько же он наивен… От такого веселья, Гондар подготовил всё заранее едва ли не в три раза быстрей, разумеется, предупредив об этом действии сего театра и парочку охранников, на всякий случай. - Близко не приближаешься, освободить не пытаешься. А вот языком чеши – сколько душе угодно, если правда думаешь меня переубедить… - коротко и ясно объясняет Гондар, взглядом дав понять сатиру, что спорить тут не с чем. Он за Рики всё решил, насильно перетянув на свою сторону. Но сейчас тот понимает, что даже пытаться об этом заговорить с Гондаром было глупой идеей. Хотя случается же чудо? Может быть…? Рики едва ступает за порог страшной комнаты. С осторожностью осматривает небольшое помещение с теми редкими окнами, в которые он несколько дней назад по глупости заглянул. Всё вокруг такое же страшное, как и тогда. Рядом с пленником стоит обычная тумба, в углу кресло в котором сидит охранник-гоблин, а у левой стены небольшой стол с неизвестными инструментами. Гондару поставили кресло прямо напротив пленника, в каких то считанных метрах. Другие два гоблина встали по сторонам от мученика, ожидая любых приказов от своего босса. Выдохнув тяжело, с привкусом волнения на кончике языка, Рики сделал шаг ближе. Стены комнаты были металлическими, так же как и пол, и потолок. Пленник сидел на одном из стульев, почти посередине комнаты. На нём была светло-синяя роба, вся разорванная и в кровавых пятнах, ноги были закованы в кандалы, руки соединены со стулом такими же металлическими оковами. Пленник без интереса взглянул на сатира и вновь перевёл взгляд прямо перед собой. - П-послушайте. Я здесь, чтобы вам помочь. Может вы просто расскажите, где будет проходить сделка? В каком порту? Поймите, эти существа в сотни раз страшнее, чем те, за которых держитесь вы. Пленник повёл бровью, но промолчал. Рики вообще совершенно не нравилось, что они находятся не наедине. Как он может заиметь с ним доверительные отношения, если, что Гондар, что другие гоблины наблюдают, угрожающе нависая над пленником? Так просто невозможно работать, как считал Рики. Но стоит отдать должное странному пленному. Он не бесился, не злился, не терял над собой контроль. Он вел себя как вполне нормальный, адекватный, насколько это было возможно. Но это же Рики и напрягало. Не случится ли чего непоправимого? — Я могу вам помочь, больше больно не будет, если вы послушаете меня и просто расскажите. Это ведь не сложно, зачем вы молчите? Они ведь будут вас мучать до самой смерти, всё равно узнают…. У вас же наверняка есть семья, подумайте о них, хотя бы ради них скажите. Пленник всё молчал, но его взгляд изменился. При этом Рики не просто чувствовал, а вздрагивал от ощущения на себе его обжигающего взгляда. Сатир бы мог сказать, что он смотрит на него, как на добычу, но это было не так. Он смотрел на сатира, как на нечто безумно интересное. Как на экспонат в музее древностей…. Думал так Рики, пока не увидел, что тот сощурился, ухмыльнулся, тут же проводя языком по сухим, потрескавшимся губам. Позади послышался щелчок, который был издан когтями Гондара, и за ним последовали действия гоблинов, что стояли по бокам от пленника, тут же, подчиняясь приказу, с размаху врезали пленному, орошая пол кровью. — Остановись! Зачем ты это делаешь?! — повернувшись и почти чуть ли не умоляюще вопрошая начал тараторить Рики, глядя Гондару прямо в глаза. Гоблин же на него не смотрел, свысока наблюдая за избиением пленника, но фыркнув на возмущение сатира, так уж и быть, дал приказ своим парням остановиться. Пленник откашливал кровь, которая теперь разукрасила его лицо как следует. Он, не моргая, уставился на сатира. Из-за тусклого света лампы казалось, что в его глазах пылает огонь. Угол его губ дернулся, выказывая презрение, то ли по отношению к Рики, то ли по отношению ко всем присутствующим. — … Прошу, вам ведь будет ещё больней. Почему сопротивляетесь? Просто назовите место порта. Больше ничего ведь не требуется… Пленник странно стал отхаркиваться, и казалось в одну секунду, что вовсе перестал дышать. Рики было подался вперёд, чтобы понять, в чём дело. Как в эту же секунду, почувствовал мерзкий, липкий, скользкий комок на своей щеке. Он непонимающе стал водить по пленному глазами, в панике не зная, что ему делать. Пленник не просто отказался от его помощи, не собирался говорить никакую информацию по-хорошему, так ещё и бесстыдно харкнул на него сгустком мокроты и крови вперемешку. Рики до глупого обидно, он поворачивается на гоблина, вполне осознавая, что идея была глупой с самого начала, и кроме оскорбления и унижения он не получил совершенно ничего. Гондар раздражённо водит челюстью, по нему было заметно, что он хочет ещё раз щёлкнуть пальцами, чтобы пленник был усыпан новой порцией ударов. Но повременил с этим, мягко подманивая сатира к себе. Неизвестно откуда взяв мокрый платок, стирает противный сгусток с совершенно несопротивляющегося Рики. Тот стоит, как в рот воды набрал, обесценивая свои усилия. — Иногда, козлик, всё не так радужно, — спокойно проговаривает Гондар, выкидывая на пол испорченный платок, уже что-то указывая одному из охранников, — А теперь посмотри, ради кого напрасно старался. Рики неодобрительно косится на подошедшего гоблина-охранника, но, тем не менее, поворачивается обратно, лишь искоса глянув на пленника. Ему передают в руки чёрную папку из искусственной кожи, и ему вдруг становится страшно это открывать. Правда ли он хочет знать, кого защищал сейчас? Глаза бегают по строчкам, и с каждым абзацем любое настроение улетучивается, и появляется тревога, страх, ужас… Он тяжело дышит, сжимая в пальцах дело и быстро моргая, чтобы прогнать это наваждение и не окунуться в ужас, ждущий его там, вновь. На лбу проступили холодные капельки пота, а во рту пересохло. Дальше смотреть просто не было сил. Он поверх папки увидел взгляд, и по глупости своей посмотрел на это…. Рики глядит в омуты напротив, словно олень на свет автомобильных фар, как будто перед самим столкновением. Сейчас случится неизбежное…. Сатир тут же слегка покачнувшись, как напуганный зверек, отскакивает от кошмара наяву, принимаясь убирать всё обратно в чужие руки. Сердце колотится так, что в висках пульсирует, в ушах колоколом бьет, оглушая и не давая прийти в себя. Рики не может сам себе объяснить, что только что случилось. Он словно вновь пребывал в помутнении…. Он действительно пытался помочь…. Такой мрази? Этот … Оно должно здесь находится… И как бы Рики не судил подобных, и как бы не хотел вершить их судьбы, подобную жизнь он отчасти даже рад завершить… Ему нужно на воздух, срочно… Не помня, как открыл дверь, как ушёл из страшного, пропахшего кровью и смертью здания, Рики побрёл куда-то, смотря только на землю под ногами. — Что такое, козлик? Ты же хотел поговорить со своей мамой, уже передумал? Рики устало едва развернулся, поднял на него взгляд, неизвестно что хотел увидеть, но точно не победную ухмылку, разочаровано молча развернулся и пошёл в свою комнату. Сейчас ему не до выпрашивания обещаний… Гондар остался стоять на входе у здания, усмехаясь. В этот раз Рики не буйствовал, не сыпал на голову гоблина проклятия, обещая засадить за все заслуги, на что Гондар обычно лишь довольно хмыкает …. Быть может, похвалить за правильный курс? И Гондар даже предполагает, чем…