Кто я для тебя?

Был глубокий вечер. Весь Париж постепенно засыпал. На улочки и бульвары города постепенно вышли коты, которые вот-вот собирались начать свои ночные серенады. Все эти изящные движения таких благородных животных восхищали девушку. Она шла по дороге, по сторонам которой были высеяны разные цветы. Она смотрела на растения с восхищением. Они были такие разные, один на другого не похож, и луна так освещала все эти цветы, что Маринетт засмотрелась на них и вовсе не заметила как уже опаздывала. На берегу было как обычно причалено все то же судно, освещенное лишь внутри. Девушка аккуратно взошла на борт корабля и протеснилась среди мебели, поставленной по ее мнению несуразно. Она оглянулась и прислушалась. От одной из комнат исходили звуки гитары и чей-то голос, похожий на тенор, но чуть более низкий. Маринетт сразу же узнала в этой манере игры и речи Луку, но вот композиция показалась ей незнакомой, как будто она слышала ее ранее, но точно не в этой жизни. Девушка постучалась в дверь и слегка приоткрыла ее. — Привет, — сказала она очень успокаивающе и мягко, а главное очень тихо, чтобы парень не прерывался, а только осведомился, что она пришла. Лука наконец сыграл последний аккорд и обратил в полной мере внимание на девушку. — Привет, Маринетт, ты как раз вовремя, — парень посмотрел на Маринетт и немного поднял уголок губ, при этом опустив глаза, — я немного заигрался. — Мне стало интересно что это за мелодия, я никогда не слышала ее. — А, это я ушел в фантазии и заигрался, сам посочинял немного. — У тебя очень хорошо получается — сказала Маринетт, прикрыв глаза и почесав затылок. Небольшая улыбка проскочила на ее лице, но тут же Маринетт сосредоточилась и спросила Луку: — Мы начнем? Мне уже не терпится попробовать поиграть на гитаре. Как тут брать аккорды? Какой лад зажимать? У тебя есть баррэ? Я тут нашла ноты одной песенки, давай сыграем. Лука немного усмехнулся, глядя на эту маленькую бестию. — Ну же, спокойно. Давай нормально все разберем. Ты не против если я подсяду. — Нет, не против, садись. Парень присел на кровать и начал дотрагиваться до грифа гитары и рук девушки. Он аккуратно ставил правильно пальцы и в принципе ладонь. Неправильная постановка все могла загубить и пришлось бы переделывать все. Для Луки было важно правильно начать. — Теперь все пальцы и руки расставлены верно. Давай дальше… У меня вроде где-то валялись мелодии для новичков. — Но я хочу посложнее, понимаешь. — Ты попробуй хотя бы с этим разобраться, обычно такое играют только спустя несколько занятий, а ты уже собралась что-то сложное разбирать. — Но я… Ладно, давай посмотрим что ты подобрал. — Вот и хорошо. Лука был рад что все же Маринетт согласилась и уступила место ему в роли преподавателя. Парень встал с дивана и прошел к полкам напротив. Там уже лежал подготовленный сборник, по которому когда-то учился он. Хоть Лука и не говорил Маринетт, что это было подготовлено им специально, но девушка сразу поняла — все было сделано заранее и именно для нее. — А вот и сборник. Давай начнем с первой мелодии, — парень протянул книжку в сторону девушки. Маринетт тут же взяла ноты из рук Луки и начала издавать какие-то непонятные звуки. Парень не мог долго слушать это, и как только девушка закончила свои тщетные попытки наиграть песню, он сел позади нее и скрестил ноги. — Маринетт, это конечно было неплохо, — сказал парень с капелькой сарказма, — но давай я тебе помогу. Надеюсь ты не будешь против, если я немного посижу сзади тебя. — Нет, конечно. Девушка доверяла другу и знала, что он не посмеет сделать что-то подлое и скверное. Лука в свою очередь даже и не мыслил сделать чего-либо с Маринетт. Девушка вновь взяла гитару в руки, но ее тут же поддержал Лука и положил свои руки поверх ее. — Смотри, Маринетт, этот аккорд ставится так. Запоминай, а этот так… Прошло около часа и девушке удалось сыграть около пяти мелодий из сборника. — Маринетт, не хочешь чего-нибудь попить. — Я была бы не против, но прежде хотела бы спросить… Ты сегодня какой-то грустный. Ничего не случилось? — Да нет, я вовсе не грустный, я наоборот рад, что нам наконец-то удалось встретиться. Меня больше волнует твое состояние. Насколько помню, вы с классом сегодня на химии делились по парам… Ты была в паре с Адрианом. — Откуда ты знаешь? — Не забывай, что моя сестра — твоя одноклассница. Так вот… Ты же опять пыталась с ним заговорить? — Да, но это, наверное, не должно тебя волновать. Мы ведь друзья. — Да… мы друзья, Маринетт. Меня это потому и волнует. — Да, Лука, да, ты прав, — из глаз девушки потекли горячие слезы, она подбежала к Луке и обняла его. — Тебе это нужно, Маринетт, не бойся — плачь. — Лука, прости меня, я веду себя так скверно, ты такой хороший, ты такой добрый и понимающий, а я…я меняю тебя на какого-то Адриана, но я не знаю. Ты мне очень дорог, я тебя люблю, но он…он не пускает меня, как будто держит в своих крепких объятиях, — девушка отлепилась от груди парня и посмотрела на него заплаканными и самыми искренними глазами. Лука смотрел на нее, но ничего не делал. Внезапно он стал приближаться к Маринетт и вдруг поцеловал ее самыми горячими от своего личного негодования губами. Он не понимал эту девочку, которая сначала отвергает его, а потом так выказывает свои чувства. — Я прошу тебя, Маринетт останься со мной как можно дольше, я не хочу оставаться без тебя, ты мне слишком дорога. — Прости меня, Лука, я тебя больше ни за что не брошу, я останусь с тобой навсегда. Тут же парень взял девушку за руку и вывел с корабля. Его размеренный небыстрый шаг сменился стремительным бегом и они вместе летели по ночным, освещенным лишь звездами, дорожкам Парижа. Все это мелькало в их глазах. Когда они наконец остановились, Лука еще раз поцеловал Маринетт и взял две ее руки. — Пообещай мне, Маринетт, что ты сдержишь слова, сказанные в моей комнате, обещай прямо здесь. — Да, да Лука! Я обещаю тебе, обещаю, что никогда тебя больше не брошу и буду с тобой до самого конца. Ни за что тебя не брошу. — Спасибо тебе, Маринетт, спасибо за этот вечер, приходи ко мне еще. — Обязательно, мой дорогой Лука!