И пусть весь мир подождёт

Ацуши шёл по коридору, постоянно здороваясь с идущими мимо студентами и профессорами. Казалось бы, конец декабря, почти что каникулы, но учёба в учебном заведении всё бушевала и бушевала. Нервозные девятиклассники изо всех сил готовились к экзаменам, не позволяя себе отдых. Девочки-болельщицы каждый день оставались после занятий, репетируя всякие трюки, к тому же танцы, в то время как с другого конца комнаты на них откровенно смотрели накаченные старшеклассники. Театральный кружок также не сидел, ничего не делая. Дети с различных классов, вне зависимости от возраста, изо всех сил зубрили сценарии всяких постановок, стремясь в конце занять почётное место между конкурирующими классами. Но некоторые всего лишь сидели на занятиях. Невзирая на всё это, и у ребят, буквально увязавших в долгах, к тому же двойках, хватало времени на декорирование и подготовку школы к Новому году. Все классы были увешаны разноцветными гирляндами и дождиками, и в главном зале на окнах висели вырезанные младшеклассниками бумажные снежинки. Осознавши, что до начала очередного урока совсем немного, директор участил шаг для того, чтобы вовремя успеть дойти до собственного кабинета. Куча дел, а всё, что Ацуши успел выполнить, так это посмотреть активность студентов и невинность учителей на занятиях. Что ж, уже перейдя на бег, стараясь побыстрее дойти до кабинета, Ацуши не обратил внимание, как врезался во что-то или же в кого-то. Совсем немного пошатнувшись, Накаджима сохранил равновесие. К тому же хотел было ещё извиниться и рвануть дальше, как поднял глядела и с ошеломлением понял, что напротив него стоит его сотрудник Акутагава Рюноске. - Ох, прошу прощения, - сказал директор и посмотрел в глаза учителю. - Да ничего, - ответил учитель и слегка улыбнулся. - Вы куда-то торопились? - спросил Акутагава уже без улыбки, но с интересом в глазах. - Конечно, нет! Раздался звонок. Посмотревши на Акутагаву, Ацуши одарил его тонкой улыбкой. К тому же, посмотрев в очи учителю ещё пару секунд, он проговорил: - Прошу прощения. Мне пора, - подойдя к брюнету, взял и пожал его ладонь. Улыбнувшись опять напоследок, Ацуши в уже более неторопливом темпе, для того, чтобы, небось, ещё раз в кого-нибудь не врезаться, погнал к собственному кабинету, покинувши учителя старших классов стоять в раздумье в холле первого этажа.