Любовь и жизнь матери потерянной

- Мисс Фезерли, Мистер Блэк! Вас-то я как раз и искала! - сказала зашедшая в гостиную МакГонагалл, - Что произошло у вас с Вениамином? Он сказал, что вы его чуть не убили. - Он посягнул на мою честь, - грубо сказала Лина, - Это была защита. Он украл мою палочку и уведя от остальных, хотел совершить это. Если бы ни Сириус я не знаю, что бы произошло. - Вот нахал! - воскликнула профессор, - Как он посмел?! - Если бы я знала, - фыркнула Свобода. - Хорошо я всë учту, за спасение мисс Фезерли 10 очков Гриффиндору, а за избиение минус 40 очков. - Ну в принципе не так плохо, - сказала Лина, как только профессор ушла. Вдруг девушка заметила в каком состоянии находилась правая рука Сириуса, почти от локтя до кисти руки лежал огромный глубокий порез. - Во время дуэли? - взволнованно спросила Свобода. - Д-да, но всë нормально. - Я в медицине немного разбираюсь, поэтому чëтко знаю, что это не нормально. - Всë равно мадам Помфри уехала на Рождество к себе домой. - С такой раной я могу разобраться, но учти варить обезболивающее не смогу, поэтому зашивать я буду по-живому. Придëтся потерпеть и не дëргаться. - Хорошо. - Тогда пошли в мою комнату, аптечка там лежит. Девушка быстро увела Бродягу в свою комнату, достав всë необходимое, стала промывать рану. - Почему ты вчера не сказал? - Ты и так была на взводе, не хотел чтобы ты огорчалась и переживала. Сириус поморщился, когда девушка очищала рану. - Слушай, я не хочу, чтобы тебе ампутировали руку, если я оставлю всю грязь и закрою рану. После обработки она взяла иголку и сказала: - Умоляю, не дёргай рукой пожалуйста, хотя бы постарайся. Я конечно буду крепко держать её, но всё же... - Да ладно тебе, всё будет нормально. - Ага, если ты так реагируешь на простую чистку, то что сейчас будет, а? Понимая, к чему клонит девушка, Сириус нервно сглотнул, но дал знак, что готов. Лина несколько часов потратила на эту рану, а Блэк чуть не прокусил губу. После этой пытки, девушка перебинтовала руку и сказала: - Ну всё, можешь вздохнуть спокойно. - Ты такая милая, когда серьёзная, - улыбнувшись сказал Сириус. - А ты у нас теперь великий герой. Кстати шрам останется на всю жизнь, можно будет хвастаться, - сказала Лина усмехнувшись, и спросила: - А что теперь будем делать? - Не знаю, может пойдём погуляем? - Прогулка без беготни и игрищ тебя устроит? - В смысле? - Если швы разойдутся, я тебя убью. - Ясно, рисковать не буду. Но что тогда будем делать? - Сейчас уже поздно так что спать, да и я очень устала. Через два дня в комнату влетела её сова. - О неужели так быстро. Ну ка посмотрим, что там. Письмо было от временной семьи. "Здравствуй, Лина. Мы конечно немного огорчены, что тебя не будет с нами на празднестве, но ты уже взрослая и сама в праве решать как встретить Рождество. Я очень рада, что ты нашла человека с которым хочешь провести этот замечательный праздник. Не хочешь рассказать кто это? Подруг у тебя нет я знаю, так что жду известий о свадьбе До встречи, искренне твоя Сьюзен. P.S. Приезжай только летом, Питер рвёт и мечет." Лина прочитал письмо и закатила глаза. - Сьюзен как всегда в своём репертуаре, - сказала она. - В смысле? - спросил Сириус, который не был посвящён в содержание текста. - Она ждёт нашей свадьбы. - До этого ещё далеко, - сказал Бродяга и самодовольно улыбнулся. - Что будем делать? - Может поиграем в настольную игру? У меня есть с собой. - Ладно, особых вариантов у нас нет. Оказалось играть в настолки не так уж и скучно, но Бродяга всё никак не мог победить возлюбленную. Однако вскоре он набил руку в игре и смог выиграть у соперницы. Лина и Сириус играли не просто так. - Ну, я жду свою награду, - ухмыляясь, сказал Блэк. - Мелкий подлиза, - сказала девушка и приблизившись к парню, поцеловала его. Вдруг как из неоткуда появился дух. - Юная леди, что вы себе позволяете! - Хартред!? Что ты здесь забыла?! - Я увидела, что ты влюбилась в смертного и пришла предупредить. Тебе никто не говорил, но это против всех законов, и если всё вскроется, то его убьют. - Вы не посмеете... - Духам никто не указ моя дорогая. Кроме того ты знаешь я могу отречься от тебя, так что бросай его. - Не на ту напала, - сказала Лина и крикнула, - Я Лина, дочь Хартред, от рождения 16-и лет, по совершеннолетию существ параллельного мира названная духом Безбашенности, отрекаюсь от статуса духа и от своей матери! Да стану я отныне смертной волшебницей и буду жить в другом мире, отличном от Родины! Девушку окутал столб магии и унёс с собой её огромную силу духа. - Да как ты могла!? - заорала Хартред. - По закону теперь ты не имеешь права уничтожать Сириуса или меня. В противном случае тебя истребят светлейшие. - Хорошо, ну вот тогда вам подарок на прощание, - дух ударила волной магии, это заклинание было похоже на Круциатос, но мощнее. - Если ты думаешь, что это конец, то ты сильно ошибаешься, - прошипела Хартред. Через 20 минут дух исчезла. Небольшой срок пытки, но из-за огромной силы для двух подростков этого вполне хватило. Через несколько часов очнулась Лина и стала пытаться разбудить Сириуса. Очнулся он только через два часа. - Ч-что произошло? - На нас напала Хартред. По закону если дух влюбится в смертного, то этого человека нужно уничтожить. Дабы у Хартред пропали рычаги давления надо мной, я отреклась от статуса духа и матери и стала смертной волшебницей. - Ты отреклась от своего родства? - Да, а что? - Подожди ты сказала, что тебе 16, но ты не говорила, что у тебя был день рождения. - Я не праздную этот праздник. Это воспитание духа, ведь для моей матери моё появление на свете, всего лишь ошибка, которую можно просто стереть, исправить если ты её вовремя заметил и не поленился это сделать... - на минуту девушка замолчала, но встряхнув чёрной шевелюрой, спросила: - Как ты себя чувствуешь? - Бывало и получше. - Ничего, скоро пройдёт. На самом деле Лина была вне себя и только скрывала гнев за маской спокойствия. Ладно Хартред мучала её, но Сириус-то за какие грехи пострадал? У матери нет на такое прав, но теперь духи не станут её даже слушать... Но отречение было необходимо, так намного безопаснее и проще для всех... Она убережёт своих близких любой ценой, ведь отныне Хартред не имеет никаких оснований и прав нападать на смертных.