Синие и алые языки пламени

Обучение сектантов подразумевает собой не только культурное и простое обучение бою и стратегии, но и умению сражаться в седле. И в этот день было именно такое занятие. На плаце была уже пятая группа, что сражалась в седле, хоть и на деревянном оружии. Анубис не сводил взора сквозь линзы солнцезащитных очков с боев, но сам уже подустал, хоть и был верхом на своем верном Герханде. Его взгляд зацепила парочка, что была верхом на лошадях. Аристарх и Бертхард. Мужчины сосредоточенно сражались, но с их стороны часто слышалась перепалка, из-за чего Исида, его дочь, мягко похлопала своего нового пернатого ездового питомца - химеру Мистерио. Существо, расправив свои раскидистые крылья, взлетело, оттолкнувшись от земли, едва не зацепив Герханда с его хозяином, на что маунт едва не откусил нежный пернатый хвост, но промахнулся и зубы клацнули в воздухе. Химера приземлилась между тяжеловозом с шестикрылым богом и фризской лошадью с вороновой мастью и демоном на спине, сразу складывая крылья. - У нас тут не бои насмерть. Ещё раз будет перепалка или непристойное поведение - будете отстранены от боя! - весьма недовольно произнесла патриарх, как быстро получила ответ от демона Аристарха: - Больше не повторится. Извините, - весьма спокойно произнес тот, а Бертхард лишь кивнул с улыбкой в знак согласия с противником. После этого девушка спокойно вернулась и поправила перышки Мистерио на его шее. Анубис в это время о чем-то говорил с Кармой, но Исида не слушала их и вскоре, похлопав руками над головой, объявила об окончании тренировки. Всем требовался отдых. Ученики начали быстро расходиться, а двое, те самые Аристарх и Бертхард, подъехали к Карме и Анубису соответственно. Девушка устало вздохнула, хотя была видна и печаль в её глазах под оленьим черепом. Только Исида хотела пустить химеру на охоту, как ощутила дикую боль, что пронзила всё её тело.. Изо рта потекла кровь, а боль усилилась, как и крики, вперемешку со всхлипыванием и мольбами о помощи, захлебывающиеся в крови. Она чувствовала как рвалась плоть, органы от неведомой силы, как ломались кости, ломались протезы, что скрепляли ребра. Анубис жутко испугался, чувствуя, как замирало сердце в ужасе, и спрыгнул со спины Герханда и, чуть ли не падая, подбежал к химере, на которой непонятно от чего умирала родная дочка, а Бертхард начал звать хиллеров. Хищник склонился к земле, согнув лапы и расправив крылья. Исида чуть обмякла на спине химеры, как на правой руке отвалились средний и безымянный пальцы. Еще один крик, и правый глаз затек кровью, а два боковых верхних рога с громким хрустом треснули, едва не под корень, и упали перед ней. - Книга! Прочтите последнюю страницу! Где Тин?! - взмолилась та сквозь боль и собственные крики, а из-под плаща с пояса свалился увесистый том. Но сквозь слепоту и черноту она увидела свет. В это время он не мог вымолвить и слова: настолько силен был шок и даже не заметил книгу у своих ног и сидел на коленях, сжав грудь в районе сердца.. Еще немного и он получит инфаркт.. Но Мистерио схватил одной лапой её, однако, что-то будто начало вести божественную сущность, и она дернула за перья химеру, которая сразу же взмыла в небо, взглядом ища хозяина. Но это и не требовалось. Спустя минут 5-10, полных страданий и боли, как ей казалось, в темноте, ведя Мистеро по лучу, который видела одна лишь Исида и вскоре почувствовала, как все пришло в норму, а боль мягко, плавно ушла, да и зрение вернулось к привычному. Они летели над поляной и тут девушка заметила лежащее тело, залитое кровью. Остановив химеру, чтобы та парила на месте, Исида забрала у неё книгу и открыла последнюю страницу, чтобы прочесть, где именно её муж и что с ним, но от прочитанного кровь застыла в жилах. Убрав проклятую книгу в межпространственное кольцо, девушка крепче ухватилась за шею питомца - Снижаемся, быстрее! - взмолилась та и пока зверь приземлялся, спрыгнула с его спины, нервно вскрикнув до боли родное имя.. Подбежав, она пала на колени, осматривая его тело, на котором будто не было живого места, что было ясно по броне, которая была знатно потрепана. Девушка сняла с головы бога шлем и замерла в недоумении. Волосы Тина были длинны, до ягодиц и седы, а местами пряди были словно темная синева, на лице была борода, кожа вся была в ранах, на месте правого глаза была будто кровавая дыра. Ошметки брони залиты кровью, а из груди торчало копье, множество мечей и кинжалов. Понимая, что оказать помощь некому, она начала вынимать оружие, а на глазах стояла пелена из слез. - Потерпи, миленький.. - причитала та в слезах, боясь, что он погибнет. Но достав и открыв книгу, она приподняла голову Тина к себе, параллельно опустившись к нему ближе, зашептав на латыни, читая из книги заклятие, и пока звучали слова, его тело начали пронизывать различные растения, которые стягивали кости, “собирая” их, затягивали органы и саму плоть. Исида встала на ноги, убирая книгу на место и указав Мистерио на уже бессознательного бога, и тот схватил бога за ошметки его брони и потянул в разлом, а следом вошла и Исида. До неё только пришло осознание.. Спасение мужа ей дастся с трудом, но она не хотела терять его. Оказавшись в своих покоях, она с Мистерио уложили бога на постель, сняв с него ошметки брони, и отправилась за хиллерами, но все спали. Вернувшись, она села подле Тина, взявшись за голову и тихо плача, а химера, выйдя на балкон, улетела прочь…

***

Каждый день тянулся мучительно медленно, силы постоянно тратились на поддержание жизни мужа и барьера вокруг него, чтобы отец не нашел его. Каждый вечер Исида заходила в гробовую тишину покоев, будто покидая мир живых. Сон стал коротким удовольствием, и то в рабочем кресле, дабы случайно не порвать растения, что залечивали травмы божества. Чуткий и короткий сон измученной девушки был прерван стоном, что был полон боли, а после и какая-то возня. Исида, открыв глаза, встала с кресла и, поправив волосы, поплелась к постели, протирая веки. - Тише, тише дорогой.. - запричитала сонно та и села рядом, целуя в лоб, погладив протезом его по щеке. - Все в порядке, Тин, ты дома, в Ордене Ворона. Её голос звучал ласково, но с нотками беспокойства. Божественная сущность хорошо видела в темноте, так что она видела, как тот попытался сесть и сорвать растения, что обеспечивали ему жизнь. Девушка опередила его и положила на его ключицы руки, предостерегая. - Кто я и где? И ты кто такая? - недоверчиво спросил мужчина, похожий на огромную шарнирную куклу, всё-таки оставшись в лежачем положении, почувствовав, как боль усилилась, на что Исида покачала головой и встав, зажгла на столе свечу и поднесла к тумбочке. - Тише, тише, ты бог шестой луны, Тин Ланиврийский, и ты у нас дома, в Ордене, в моих покоях. А я, - она положила ладонь на ключицу, - твоя жена Исида. И дети спят, так что тише, а лучше давай отдыхай, тебе нужны силы, - спокойно и с улыбкой, но при этом напряжно произнесла, с беспокойством смотря в его лицо, как вдруг в спальню вошел мальчишка лет семи, с пышными волосами до лопаток, глазками чьи зрачки были похожи на песочные часики, сонно потирая кулачком веки и прижимая к себе игрушечного кролика. - Мама, с кем ты разговариваешь? Это папа вернулся домой? - сонно и с надеждой спросил маленький Ларион. Мальчик был точной копией мамы, но при этом с зелёными глазками, кисточкой в цвет хвоста папы, а на голове местами были видны средь бордовых прядей, темно-голубые, почти чёрные. Хвостик обвивал ножку, а рожки были ещё не очень большие, но украшены бронзовыми колечками, а на теле была пижамка - Да, доченька. Папа вернулся, но ему следует отдохнуть, давай утром поговорите, хорошо?- улыбнулась та, подойдя к сыну и, потрепав его по голове, повела в детскую, мысленно радуясь, что её зрение не передалось детям, ведь из дверного проема. Уложив под сладкую песнь детей, она вернулась в спальню, поправив короткое кимоно, которое обнажало ключицы и наполовину плечи, на которых лежали длинные волнистые волосы, закрыла к ним дверь и скрестив на груди руки, требовательно посмотрела в лицо мужа. - Где обручальный перстень? - выгнув бровь спросила та и неожиданно добавила, подходя ближе и зажигая ещё свечей, дабы Тину было лучше видно. - А ну-ка давай свою настоящую внешность, в глаза твои бесстыжие посмотрю, - еще более недовольно произнесла та, будто намекая не на перстень, а на саму пропажу и на появление едва живым, проткнутым множеством оружий в странном облике. Мужчина на это несколько помялся и хмурясь, неожиданно снял свое лицо, что мало того что было странно, но показывая свое истинное "лицо".. Это была светло-голубая жижа, а на ней было около тридцати глаз, что имели чёрный белок и ярко-синюю радужку, а над лицом была парочка маленьких крылышек, белых, словно ангельских вместо ушей. - В какие из? - раздался голос Тина с неким недоумением, как до него неожиданно дошло, ведь он впервые показал ей свое истинное лицо, без предупреждения и ожидал визгов, криков ужаса и зова Анубиса. Но нет. Его жена в ступоре смотрела на него, с некоторым непониманием и, скорее, с шоком, нежели со страхом или ужасом, отвращением. - Ты что, не боишься? - с непониманием спросил бог, в то время как Исида коснулась этой жижи, и его взор пал на её ладонь. - Нет, я в аду и похуже видела.. Но это вообще как возможно.. - изумленно говорила та под своим оленьим черепом, на рогах которого цвели небольшие но пышные белые, розовые и бордовые пионы, переводя взгляд то на лицо в его руках, то на него самого. Ощущения были весьма неприятные. Пальцы будто начало колоть, и бросало то в жар, то в холод при прикосновении со странной жижой меж глаз. Именно поэтому она отдернула руку, извиняясь. Тин покачал головой, закрыв все свои глаза, а далее снял с её головы череп, открывая своему взору лицо, полное шрамов, и что весьма неожиданно, так это татуировки под глазами, что будто языки пламени пылали на нижних веках, скулах и висках, а поверх них пылали небольшие самоцветы, заполненные магией, от которой так и несло энергетикой как самой девушки, так и ада. - Тебе идёт. Встану на ноги и сделаю себе тоже, - хмыкнул тот и хотел было одеть лицо обратно, скрыться под ним, как девушка, обнажив на хвосте клинок, даже не прикасаясь к нему, резко отодвинула от его рук подальше со словами: - Интересно.. Если это твоё настоящее лицо.. Каков ты на самом деле?