ты моё ромашковое поле

Обнимай меня, как не обнимала; Сердце рвется из пустоты! Обнимай меня, нам еще не мало В жизни выпить горькой воды! Пока возможность есть - не отпускайте рук. Все может умереть, так и не сделав круг. Как птицы ищут даль, - так ищем мы звезду! Нам никого не жаль и все летит в дыру.

Легкий порыв весеннего ветра трепал волосы юноши сидящего за последней партой, ставшим уже таким родным кабинетом. Десятый класс прошёл так же мимолетно, как пролетают летние каникулы в компании друзей. На носу начало лета, ученики появляются в школе под самый звонок, многие с опозданием, но не он. Антон всегда приходит на пятнадцать минут раньше начала урока. Половину этого времени парень сидит, задумчиво всматриваясь в окно, а затем, будто накрывшей волной вдохновения вычерчивает линии в излюбленном блокноте. Он всегда носит его с собой, куда бы ни пошёл, художественная натура юноши не может перестать замечать детали неподвластные взору обычного человека и так же не может перестать их зарисовывать. "Что же ты там видишь?" — этот вопрос мучал Рому уже два года. Вопрос, ответ на который не знает никто, кроме самого художника. В восьмом классе, по причине неизвестной даже самому Пятифану, он пришёл в аккурат с Петровым, на целых пятнадцать минут раньше урока, в это время можно было с пацанами в футбол гонять! Но неведомая сила потянула его в надоевший всем своим видом класс. На своё удивление, Рома увидел лишь Антона, томно смотрящего в окно. Только он хотел поприветствовать своего уже хорошего друга, как волна дрожи пробежала по телу. Как казалось в обычном, ничем не примечательном тихоне-заучке он увидел целую поляну таких нежных, белёсых и манящих к себе ромашек. Страх перед неизвестным чувством окутал все закоулки мозга. «Что со мной такое?» — все пытал себя Рома, но так и не найдя ответа, принял решение тихо понаблюдать за таким ставшим в одно время интересным приятелем. Зелёные, цвета весенней травы глаза Антона смотрели будто и не в окно, а куда-то дальше, туда, куда Рома даже в самых интересных мечтах не мог заглянуть. Белые брови сомкнулись на переносице, очки на первый взгляд с обычной, но дополняющий Петрова оправой сползи чуть ниже положенного им места. Рома не отрывая взгляда наблюдал за ним, таким манящим, таким интересным и загадочным. Как же он хотел уметь читать мысли! Сейчас бы залез в голову Антона, бесцеремонно, не прося разрешения и блуждал в мире, за которым живописец наблюдает каждый день. Неожиданно, до этого не издающий ни шороха одноклассник отвернулся от окна и взяв карандаш в свои длинные, аристократические пальцы начал рисовать. Восхищению Ромы не было предела, он с упоением наблюдал, как блондин выводил только ему известные узоры. Пятифан не знал что такое искусство. Он не видел в нем ничего интересного, разве с искусством можно погонять в мяч? Повисеть на турниках или же покурить где-то на окраине леса? Нельзя, поэтому всё его познание заканчивалось на уроке искусствоведения, который он и так прогуливал, посчитавши того скучным и не требующим его внимания. Но Антон видел что-то, видел не просто линии и черточки, а целую картину и мир который она воплощает. За наблюдением Рома не заметил, как прошли пятнадцать минут в обществе звуков карандаша чиркающего на бумаге и самого обладателя предмета канцелярии. Ненавистный звонок раздался на всю школу, громкий, противный, таким видел его Пятифан как и всю школу в целом. Вот и сейчас, два года спустя Антон все так же смотрит в окно, до начала урока ещё пять минут, этого времени хватит, чтобы нарисовать незамысловатые мысли мальчишки, которые уже стали верными спутниками его жизни. После того дня, дня, когда Рома увидел нечто в лице Антона Петрова брюнет начал приходить пару раз в неделю на десять минут раньше урока дабы посмотреть на него. Божья коровка, за которой Пятифан так отчаянно гнался постоянно улетала в недра ромашковой поляны в лице самого Петрова, туда Пятифану путь закрыт. Тянущее чувство давило на него, при одном лишь взгляде на такое обожаемое, почти фарфоровое лицо он хотел подойти и спросить напрямую — «о чём ты думаешь? Скажи мне», но не мог. Просто не мог, Рома не хотел нарушать идиллию ромашковой поляны внутри Антона, он не хотел внестись вихрем в его мысли и разрушить все цветы, что росли там. Пятифан ждал, уже два года ждёт, а чего же? Надеялся, что Петров сам раскроет ему все секреты своих мыслей? Глупо ожидать такой исход и он знал, но также знал, что надежда умирает последней. Очередной школьный день, оставалось всего несколько суток до конца десятого класса, кое-как Рома написал все экзамены и ему посчастливилось не остаться на второй год, а все благодаря ему, его предмету обожания. «По доброй дружбе» — как выразился сам Антон, отличник предложил подтянуть Пятифана хотя бы до уровня сдачи экзамена, на что Рома немного для вида поломавшись, согласился. И вот так просто, он мог проводить больше свободного времени с ним, с его ромашковым полем. Антон будто и не замечал всех взглядов и намеков что бросал в его сторону Пятифан, или просто делал вид, что не замечает? Рома надеялся на второе. Он же мог любую девчонку подцепить, чего уж там тихого паренька? Но паренёк оказался не из простых, бесконечное количество часов проведённых за наблюдением дали это понять. Его чувства и эмоции глубже чем у других, Рома знал что Петров заслуживает самого трепетного обращения к себе.

***

  После всех уроков небольшая компания из Ромы, Бяши и Антона собралась возле такого родного и привычного Повешенного, дабы обсудить планы на лето.    Каждое лето проходит практически одинаково, но это не значит что менее скучно. Купание в озере обязательный пункт в планах парней, поход в платках, куда же без песен у костра и вкусной, недавно выловленной из того же озерца рыбы.    К великому сожалению Бяши в первый месяц лета он уезжал к своей прапрабабке, по которой, как он говорил — «могила пласет, на», но для Ромы это отличный шанс насладиться обществом Антона без смешных, но неуместных шуток бурята. Вот и сейчас он думал, что пора бы отпереть своё сердце возлюбленному и не боясь последствий признаться. Столько времени он держал в себе эти пугающие, но манящие чувства и теперь понял, пора. Но как преподнести ему это помягче, чтоб не спугнуть и не разозлить, Рома не знал.    Как всегда огорченный своим приближающимся отъездом к бабке Бяша предложил завалиться к нему на хату прямо перед началом каникул, пока мамка работает в ночную смену. Без единого сомнения Ромка поддержал эту идею и толкал в плечо Антона, тем самым подбивая тоже согласиться. Конечно Пятифан знал что Петров только за, но его строгую мать никто не отменял, а отпрашиваться Тоша ой как не любил. Как всегда поддавшись уговорам друзей помрачневший Антон начал придумывать план по завоеванию расположения и скором разговоре о ночевке с матерью.    Пока угрюмый Антон, бубня себе под нос ясные только ему отговорки плёлся за парнями, Бяша с Ромкой бурно обсуждали какую выпивку сварганят и какие закуски купят. По обычаю проведя Петрова до дома бурят с Пятифаном пошли покурить на опушку леса. Они уже парни взрослые, поэтому у каждого своя, хоть и дешевая, но пачка сигарет, купленная на потом и кровью заработанные деньги. Они уже не те мальцы, что скуривали одну на двоих.    Роме нравится наблюдать за живностью внутри леса. На первый взгляд, чаща была тёмной и пугающе окутанной сумраком вздымающихся ввысь елей и сосен. Пятифан имеет отличное зрение, поэтому всегда цепляется взором за прыгающих по веткам хвостатым белкам и каркающих воронов, что с гордым видом восседают на кронах самых высоких деревьев. Птицы были так же недосягаемы, как и чувства влюблённого мальчишки до его пассии.      Обсудив с Бяшей все детали ночевой, Рома выкинул окурок в уже приличных размеров кучу таких же, только более ранних. Бурят живёт не так далеко от жилища Ромки, поэтому зачастую они ходят вместе, расходившись только перед самим домом друга. Рома не любит находиться в одиночестве, его начинают съедать мысли о недоступном Антоне. Он лелеет себя надеждами, что Тоша ответив взаимностью, обнимет и приголубит такого потерянного и одинокого Рому. На первый взгляд Пятифана окружала гурьба народу, но из всех, друзьями он может назвать только бурята и Антошу. Лишь эти двое никогда не отворачивались от него какие бы ни были обстоятельства, остальная же свора, лишь завидев проблемы, испаряется будто и не было никогда, а позже приползает с извинениями, мол не могли ничего сделать и помочь.    В их социальной лестнице Роман занимает самое высокое положение и держит всех парней поселка в страхе, но только не его. Рома не хочет показывать Антону эту свою сторону грубую, высокомерную, устрашающую, он желает, чтобы Тоша видел в нем только верного друга с широкой улыбкой и горящими глазами, но никак не угрозу.   Проблем у Пятифана много. То зацепит какую-то шайку бандитов и те полезли с кулаками, то учителя горчат за очередную двойку угрожая оставить на второй год, то любовь не уделяет желанного внимания. Антон и Бяша помогают каждый как умеет. Бурят бок о бок получает тумаков от бандюганов, но никогда не трусит и не отступает, наоборот, обидчики выходят из потасовки с огромными синяками и фингалами. Антон же в свою очередь помогает с уроками. Как заметил Рома, учитель из него прекрасный. Материал рассказывает так, как понимает только сам ученик, лишь благодаря ему Рома переходит в следующий класс и все ещё учится в этой треклятой школе. Но с третьим ему помочь никто не может, поэтому приходится мириться с положением просто друга.   Антон заполнял все мысли Ромы, что тот и не заметил как дошел до дома, такого холодного и мрачного, совсем не приветствующего своего обитателя, полная противоположность Тошиного, где хоть и были ссоры, но он отдавал теплом, как и живущий в нем паренек. Из семьи у Пятифана осталась только мать, отец умер на войне когда меленькому мальчику только исполнилось пять. Из-за постоянной работы Пятифанову старшую видит крайне редко, поэтому с детства был предоставлен сам себе. На замену почившего отца встал его дед. Габаритный мужчина в возрасте, с тяжёлым, будто приковывающим к полу взглядом, хриплым грудным голосом, массивными ручищами и белесой бородой, которая с приходом старости потеряла свою былую живую яркость ставшей седой. На голове старика неизменно короткая стрижка, которую как казалось мальчику, он носил всю жизнь. Маленький Рома часто засиживался у деда Ивана слушая о его молодости, юношестве, взрослой жизни, но больше всего Ромка любил истории про армию. Как дед дослужил до генерала, кто были его братья, что делили одну казарму, все эти истории мальчик слушал с неприкрытым интересом и удовольствием. В глубине души Рома мечтал стать похожим на своего дедушку коим так восхищался, мальчик даже пытался пародировать его голос пока свой собственный не сломался.   Безусловно Рому волновало, что же подумает дед о влюблённости в парня. Иван старой закалки и педиков не терпит, вот и Пятифан не хотел чтобы его пример начал презирать, а того больше ненавидеть его с Тошей. Поэтому еще давно он принял решение не говорить никому о влюбленности и держать свои чувства под семью замками.

***

Оставшиеся дни школы Рома приходил пораньше, чтобы в последние разы окунуться в поляну ромашек в лице беловолосого художника, который как казалось, не замечал взгляд карих глаз на себе, или просто делает вид, что не замечает? Как всегда и бывает, последние дни школы проходят в постоянной суете и разговорах. Скучные и порядком надоевшие уроки никто не хочет слушать, поэтому каждый развлекается как может. Вот Катя, как всегда шушукается с толпой девочек, косо поглядывая на одноклассников, вон Полинка смеясь что-то обсуждает с соседкой по парте, Бяша как всегда активно жестикулируя рассказывает, какой красивый гол забил в очередной игре, а Антон... Антон все с тем же задумчивым выражением лица рисует, в пол уха слушая рассказы бурята, Ромка же не отрывая взгляда смотрит через плечо на задумавшегося одноклассника. Краем глаза он заметил, что же Тоша с таким рвением выводит, может в голову ударила влюбленность, а может так оно и было, но увидел он себя. Выскочив из-за парты и обогнув удивлённого действиями друга бурята, Ромка подлетел к Антону изрядно напугав второго. — Чего рисуем, Тоха? — с обычной ноткой веселья и улыбкой до ушей проговорил Пятифан. — Мамочки! — подпрыгнув на месте вскрикнул Антон от такого резкого появления друга. Судорожно закрывая рисунок ладонями Тоша как ни в чем не бывало улыбнулся и уже спокойным тоном проговорил: — Да так, во сне появился образ, решил запечатлеть. В голове Ромы сразу закрутились шестеренки. То есть он ему снится? Ромка Пятифан собственной персоной появляется во снах Тоши? Конечно, это мог быть просто похожий на него человек, но Рома гнал от себя эти мысли оставляя только самые приятные. С улыбкой ставшей еще шире после слов беловолосого, хулиган бесцеремонно уселся возле Антона и начал канючить показать ему рисунок. — Пятифан, нет и точка. Покажу только когда закончу, — уже серьезным тоном проговорил Антон. По фамилии Петров называет Рому лишь в крайнем случае и только при сильном раздражении, так что Ромка поняв, чем все может закончиться если еще больше будет надоедать, перестал упрашивать. Было принято решение переключиться на что-то другое и в голову как раз пришла свежая новость о школьной вечеринке. — Тоха, а ты пойдешь на дискач в пятницу? — Ты о том, где будет много выпивки, громкой музыки и толпы потных людей? Изволь отказаться, — с напускной вежливостью проговорил Антон, чем очень расстроил Рому. — Ты всегда отказываешься, там не так плохо как ты думаешь. Ну пойдем, ради меня, — почти умолял Рома состроив жалостливое лицо, которое больше никому не покажет, кроме паренька сидящего рядом. — Не смотри так, ты заставляешь меня сомневаться, — отводя взгляд и немного краснея пробубнил Антон, но Рома не остановился, продолжая смотреть с еще большей печалью в глазах. — Ну Тошенька, сходи разок, если не понравится, сразу уйдешь. Тошенька. От такого на первый взгляд невинного слова в сердце Антона пронеслась целая буря эмоций. — Ладно, ладно, схожу, но только потому что это последний день. Да какой там последний день, он его совершенно не волновал в отличие от взгляда Ромы, который в ту же секунду переменился став невероятно счастливым. — Молодец, Тоха! Правильный выбор, ты не пожалеешь, обещаю. — Надеюсь, — уже успевший разочароваться в своей мягкости Антон ответил машинально, не замечая яркого, пылающего и главное направленного на него взгляда Пятифана.

***

Уроки прошли быстро в веселой компании друзей, Антон даже не заметил как скоро опустел класс и они остались втроём ожидая, пока художник соберёт немногочисленные вещи в рюкзак. Трио приняло решение погулять, обязательно захватив с собой младшую сестрёнку Тоши — Оленьку. Все мальчишки души в ней не чаяли, постоянно приносили сладости и брали на прогулки. Оля — вылетая копия старшего брата, только активнее раз в пятьдесят. Белые, шелковые волосы постоянно заплетены в два милых хвостика, которые так привык делать Тоша по утрам. Глаза большие – большие и сияющие как самые дорогие драгоценные камни, маленький носик и постоянная улыбка на лице. Ради этой улыбки Тоша мог горы свернуть, их с сестрой связывает нечто большее, чем кровь, они настоящие друзья поддерживающие друг друга в самые тяжелые времена. Вот и сейчас парни неслись в местный ларек, дабы купить жвачек с конфетами и преподнести Оленьке как великий дар. Потратив большую часть денег, что парни носят с собой, обедневшие за то счастливые, с целыми портфелями сладостей шуровали к Тошиному дому. Постучавши в дверь, мальчики услышали топот ножек и тонкий голосок, что кричал через весь дом: — Да, да, уже бегу! На пороге стоят счастливые, с улыбками до ушей мальчишки и всовывают все три рюкзака в руки девочки. Привыкшая к такому жесту Оля сразу начала расстёгивать молнию, смотря содержимое. Радостные визги заполнили дом, да так, что компания закрыла уши руками, дабы не оглохнуть. Вне себя от счастья к подарку Оля запрыгнула сначала на шею Антона не забыв чмокнуть в щёчку, а потом уже дошла очередь до Бяши и Ромы, но без поцелуя. — Оленька, ты разбиваес мне сердце целуя только Антона, — с напускным разочарованием проговорил Бяша, не забыв состроить лицо великого страдальца. — Бяшенька, Тоша мой братик, это мой долг как младшей сестры целовать его в щёчку, видишь, как он светится? А тебя ещё рано меня целовать, сначала колечко на безымянный пальчик, а потом уже целовашки, — с очень важным видом проговорила Оля, пока парни, открыв рот слушали, переваривая сказанное. — Оля, ты где таких фраз то нахваталась? — удивленно спросил Антон, подбирая рюкзаки с пола и закрывая входную дверь. — Мне папа сказал так говорить всем мальчикам, которые захотят моего поцелуя, — вздернувши нос, проговорила с настолько важным видом, на какой только Оля способна. Парни сразу залились смехом, такого от девочки никто не ожидал. Дом сразу наполнился жизнью и разговорами. Антон решил, что без выпитой чашки чая гулять они не пойдут, так все и оказались за обеденным столом, где вовсю обсуждали предстоящую дискотеку. Оленька больше всех интересовалась, что же будет на той, как она выразилась «взрослой» вечеринке. Из слов девочки, мальчики узнали, что и у младшеклассников будет праздник, но вместо дешевого алкоголя лимонад и сок. Наконец допив содержимое чашек, Оля по-хозяйски собрала все кружки со стола и быстренько перемыла, Антон же помог протереть посуду от влаги и поставить на высокую полку, куда сестра не доставала, что очень огорчало низкую, для своего возраста девочку. Бродив по вытоптанной лесной дорожке и кушая купленные ребятами конфеты, от сладости которых сводило челюсть, в Олену головушку пробралась интересная мысль, какую она сразу же и озвучила: — А может, сходим на озеро? Мне хочется водичку потрогать, — состроив щенячьи глазки начала выпрашивать Петрова младшая. — А сего бы и нет, на, — с явным энтузиазмом поддержал идею бурят и теперь они вдвоём с огнём в глазах смотрели на идущих сзади Антона и Рому. — Думаю это не плохая идея, все же не зима, да и погода хорошая, пошли, Тоха. Наконец оторвавшись от блокнота с ранними зарисовками весеннего леса и дорожке по которой они гуляют, Антон посмотрел на друзей и решил что это действительно хорошая идея незамедлительно ответил: — Хорошо, только долго в воде не играть, она еще холодная, — как всегда заботливый брат давал наставления, они же не хотят заболеть перед самыми каникулами. От накрывшей волны счастья Оля запрыгнула на спину бурята и они вместе помчались на озеро, попутно обсуждая в какие игры с водой будут играть. Звонкий смех Антона разнёсся, как казалось по всему лесу, улыбка на его лице так прекрасна, что Рома позабыв обо всём любовался ею, стараясь запомнить всю красоту этой эмоции на не менее прекрасном лице его любимого Тоши. Наверное, он засмотрелся ибо беловолосый повернулся к нему с немым вопросом во взгляде. Быстро среагировав Рома выдал самое глупое оправдание на которое только был способен: — У тебя оказывается такие толстые линзы у очков, вот и подумал, не тяжело ли тебе их носить, — Рома готов взорваться от стыда за ересь, что только что произнёс, но Антон на удивление отреагировал спокойно. — Первое время было тяжеловато, а потом привык. Тебе же тоже поначалу было сложно на турниках подтягиваться, а теперь за подход больше двадцати раз можешь, — поправив съехавшие окуляры, Антон слабо улыбнулся. Вроде такой обыденный ответ тронул Ромку до глубины души. К его даже столь глупому, но вопросу отнеслись с уважением и вот так просто ответили, не высмеяли за незнание как делали учителя с одноклассниками. Именно это нравилось Роме в Антоне. Тоша видел в нём личность, видел настоящего Рому и принимал его таким, какой он есть. Местами глупый, иногда грубый, но все же Рома. Пребывая в раздумьях Пятифан не заметил, как они уже подошли к озеру и застали там во всю плескающихся в воде Бяшу с Олей. Антон, быстро снял вьетнамки принялся брызгаться с ними, ещё не прогретой, майской водой. Опомнившись, Рома начал разуваться, неуклюже прыгая на одной ноге, чем вызывал смех у его друзей. Наконец покончивши с обувкой, подросток влетел в воду, подняв еще больше волн до этого неспокойного озера. Время летело незаметно и вот они, мокрые с ног до головы собирают хворост для костра, чтобы согреть онемевшие от холодной воды конечности. Антон, сидя на корточках и не забывая причитать сестре что та, несомненно заболеет если еще хоть на минуту просидит с замерзшими ногами, растирал стопы Оли беззаботно сидящей на камне. У самого зубы стучали, но здоровье сестры для него куда важнее. Он то сможет перетерпеть простуду, коих было немало в детстве из-за слабого иммунитета, но Оленька непривыкшая так часто болеть будет тяжело переживать хворь. Бяша с Ромой принесли хворост и принялись разжигать небольшой костёр. Опыта в походных делах было много, поэтому без особых усилий мальчишки смогли зажечь искорку оранжевого, согревающего пламени. В поисках камней или брёвен, на коих могли посидеть ребята бурят наткнулся на два здоровенных булыжника, которые общими усилиями с Ромкой смогли перетащить на место отдыха. Тоша тоже хотел помочь, но ему приказали отогревать Олю. Только Антон хотел присесть возле сестры, как Бяша пожаловался, что ему неудобно рядом с Ромкой из-за его габаритов и быстренько уселся возле поющей вполголоса песенку Оли, Тоше ничего не оставалось кроме как сесть в неловкой близости с Пятифаном. И вот ребята уже с вытянутыми к пылающему огню ногами грелись, обсуждая как же весело было и летом надо обязательно захватить Оленьку с собой в очередной поход к воде. Заметив, как Антона клонит в сон и он уже еле как держится, чтобы не упасть на плечо приятеля сидящего рядом, Бяша принял решение быстро ретироваться, дабы оставить этих двоих наедине. Как бы невзначай он заметил, что костер начинает догорать. — Пацаны, мы сходим с Олькой в лес собрать еще хвороста, а то скоро без света останемся, на, — в привычной манерой речи проговорил бурят и уже собирался встать, как Петров заговорил. — Только не отпускай Олю далеко от себя и не своди с неё глаз, — скомандовал Тоша сонным голосом. — Та без проблем на. Ты се знаешь, надёсней меня никого нет, — Антон тихо просмеялся на важный тон друга и прикрыл глаза, слушая потрескивание сухих палок в жарком пламени. Пока Антон не видит Бяша подмигнул Ромке дав знак к действию. Он давно заметил, что его лучший друг неровно дышит в сторону Тоши, поэтому рад возможности оставить их наедине. Рома сильно удивился действиям товарища, но решил времени зря не терять и дождавшись пока друзья скроются в лесной чаще аккуратно положил голову Антона себе на плечо. Удивлённый от резкой смены положения Тоша приоткрыл глаза, но завидев знакомое, дарившее тёплую улыбку лицо, расслабился, устроившись поудобнее на плече Пятифана. Тихий треск дерева вместе с шумом воды убаюкивали, заставляя в блаженстве погрузиться в дрему. — Звезды красивые, — шёпотом проговорил Рома боясь разбудить Тошеньку. Привычный запах горящего дерева навевал воспоминания о проведённых летних ночах под открытым небом, стрекоты сверчков ненавязчиво дополняли идиллию момента, а мягкий песок под ногами нежно окутывал ступни, будто пытаясь согреть. На удивление Ромы в ответ он услышал четкое «да» и опустил голову дабы убедиться, что Антон не спит. Большие глаза за толстыми линзами смотрели прямо на Рому, будто ожидая чего-то. Пятифан готов смотреть в них вечно, каждый раз заглядывая в любимые глаза, он оказывался в поле, бескрайнее и вечно зелёное, рвался рассмотреть поближе, будто увидев ближе, почувствует запах травы, услышит дуновение ветра и редкое пение птиц. Парень желал узнать, есть ли другой цвет в этих глазах, может, где-то там спрятался иной оттенок зеленого, или совсем отличный от него, он хотел узнать это, поэтому приблизился настолько близко, что мог слышать ровное дыхание Антона. — У тебя прекрасные глаза, — юноша говорил тихо, надеясь, что Петров не услышит случайно брошенные слова, Рома замер расслышав такой же, почти неслышный ответ. — Твои тоже так красивы, что не могу оторваться смотреть на них, — прошептал Антон и вмиг покраснев до кончиков ушей, отвернулся. Сердце забилось в бешенном ритме. Оно отдавало гулом в ушах не давая разобрать другие звуки. Ему не послышалось? Эти слова правда сказал Антон, что никогда лишнего взгляда на него не бросал? Все казалось сном и Рома вот-вот проснется, но нет, это реальность, самая настоящая. Пока он вслушивался в собственное сердцебиение, не заметил, как с большой кучей хвороста подошли Бяша с Олей. — Тошенька, ты чего? Тебе плохо? — бросив немногочисленное количество сухих палок, сестра подбежала и взяла в ладошки лицо Антона. — Да ты весь красный! Заболел что ли? Тошенька, не надо болеть, пожалуйста, — уже изрядно напуганная сестра трогала лицо брата дабы проверить нет ли у того температуры. — Оленька, все хорошо, просто стало немного жарко, — поспешил заверить о своём состоянии Тоша, ведь не хотел пугать сестру ненастоящей болезнью. Пока семья спорила о состоянии здоровья Антона, бурят подошёл к Роме и пихнул локтем в бок. — Молодец, Ромео, — с улыбкой на лице проговорил Бяша поддерживая друга. — Иди ты, — не со зла, а с радостной ухмылкой ответил Пятифан. Вот уже наступило время идти домой, Оленька тихо посапывала на коленях Бяши, Рома и Антон тушили песком догорающий костер, бросая неловкие взгляды друг на друга. Пока бурят поднимал девочку на руки, мальчишки старались тихонько обуться, уважая сон Олечки. Домой шли в тишине. Только взмахи крыльев птиц и шуршание деревьев прогибающихся под дуновением ветра разбавляли приятное безмолвие. Дорога пролетела незаметно и вот Бяша передает Олю в руки брата с тоской во взгляде. Кивком головы Антон благодарит, одновременно прощаясь с приятелями. Они всё понимают, только когда входная дверь закрылась и мальчики убедились в сохранности Тоши с Олей побрели по домам не забыв выкурить пару сигарет. Так и закончилась одна из самых приятных и запоминающихся ночей для всей компании, но для Пятифана с Антоном она стала особенной, эта ночь положила начало.

***

Оставшиеся дни школы проходили незаметно и вот наступила долгожданная пятница, приветствуя лучами тёплого, весеннего солнца. Антон, как и все предыдущие дни проснулся под звук трезвонящего над самым ухом будильника. Надев очки сонно, еле переставляя ноги, парень побрёл в ванну почистить зубы и умыться ледяной водой, чтобы хоть немного снять дремоту. По просьбе Оленьки Тоша разбудил её раньше, дабы собраться и быть, как она сказала — «самой неотразимой девочкой на дискотеке», брат аккуратно стал будить сестру легонько хлопая по плечу и шёпотом прося проснуться. Разлепив глаза после долгого сна, Оля сразу выпрыгнула из кровати и начала энергично скакать вокруг брата припеваючи о последнем дне и грядущем веселье. Улыбнувшись поведению сестры, Антон спустился на кухню и стал готовить столь нелюбимую Олей овсянку, но мама строго приказала сыну не поддаваться на уговоры сестры достать сладости, а накормить полезной и сытной едой. Родители Тоши с Олей уезжали на работу рано, приезжая только под самый вечер, поэтому младшая сестра оставалась на попечение брата. Спокойную атмосферу утра прервал стук в дверь. Оля сразу же подорвалась со стула не доевши кашу и под строгий возглас Антона побежала открывать дверь неожиданным гостям. На пороге стоят Бяша и Ромка с прелестным букетом ромашек, который тут же вручили девочке не забывши поздравить с последним днём четвертого класса и переходом в среднюю школу. Светящаяся от счастья Оленька сразу подбежала к брату хвастаясь подаренными цветами и просив вазочку для прекрасного букетика. Тоша в привычной манере потрепал сестру по голове и вручил красивую стеклянную вазу, подаренную на свадьбу родителей. Наполнив посудину ровно наполовину девочка умчалась в свою комнату ставить вазочку на подоконник. Пока увлечённая цветами сестра позабыла о недавно прибывших гостях, Антон закрыл за ними дверь и поставил чайник, наполненный душистыми травами. Спустилась Оля так же быстро как и умчалась. Уселась на маленькую табуретку перед стулом Тоши и принялась подавать резинки уже взявшемуся за её волосы брату. Девочка без остановки болтала, как будет весело провести время с друзьями и потанцевать под любимую музыку. Мальчики внимательно слушали, иногда вставляя пару слов. Наконец закончивши мудрёную причёску, Антон заставил сестру доесть остывшую от долгого ожидания кашу и пойти одеться в недавно купленное платье. Бяша пообещавши помочь застегнуть молнию, умчался наверх вдогонку Оле. В неловкой тишине Петров принялся убирать пустую посуду, но был быстро остановлен и посажен на стул: — Ты и так заплёл такую сложную причёску Оле, руки устали, сиди, я все сделаю, — с обычной для Ромы ухмылкой он принялся повторять движения Антона, что так часто видел когда всей компанией пили чай. — Спасибо за помощь, не думал что ты можешь быть таким внимательным, — лёгкая улыбка тронула губы Антона, ему приятны ухаживания в его сторону. — Тох, ты че? Мне совсем не сложно. Только попроси, я для тебя и луну достану, — немного покраснев, но всё с той же уверенностью и широкой улыбкой проговорил Ромка. Скромный смешок прошёлся по кухне. Атмосфера переменилась став приятно успокаивающей, она окутывала в нежные объятия дарив спокойствие и умиротворение. Так спокойно только с ним.

***

За суетой последнего дня Антон не заметил, как прошли уроки и пора бы собираться домой. В привычной для Ромы бодрой манере, парень помог собрать одиноко лежащие на парте блокнот и карандаш, не забывая напоминать Антону о скорой вечеринке. Тоша, успевший наслушаться про дискотеку за целый день, лишь монотонно кивал головой, делая вид что слушает, а не пропускает мимо ушей. Вечеринка начинается в восемь вечера, а уроки заканчиваются в половину четвертого. Антон хотел порисовать все свободное время до «бухаловки» как привык называть, но вслух не говорил, боясь обидеть друзей. Естественно Рому огорчила новость отдаления от Тоши, но его желания он уважает, поэтому ничего против не сказал. Проводив отличника до дома, дуэт ушёл слоняться в поисках занятия. У Антона в голове уже строилась композиция рисунка, он решил запечатлеть ту ночь, с которой всё началось. Учащённое биение сердца при виде Ромы, казалось бы непринужденные касания отдавали жаром в груди и растекались приятной волной по всему телу. Когда он начал испытывать такие чувства в сторону своего друга? Давно, ещё во времена средней школы, но помнит ясно и отчетливо момент зарождения теплого, но очень тяжёлого чувства в груди. Зима, темный небосвод сопровождал с утра и до глубокой ночи. Лес в холодное время года становится пугающим, но не менее притягивающим. Что-то тянуло шестиклассника в мрачное сердце темноты, но он знал, нельзя поддаваться его соблазну. Когда бабушка была жива, то говорила маленькому Тоше не ходить в глубину леса — «Затянет и не отпустит, будет держать в хищных лапах» повторяла женщина в возрасте тихим с небольшой хрипотой голосом. Смотря черными, как мгла глазами проговаривала — «лес дышит, он все чувствует и знает какой ты человек», в один из таких вечеров женщина опять твердила предостерегающие слова, маленький Антон, испугавшись скрипов половиц, заплакал горькими слезами. Карина сразу поняла чем пугает его сына мать и строго запретила поднимать тему леса в присутствии Тоши. Как и всегда, рано утром Антон принялся идти в школу через маленькую тропинку на окраине леса. В то время они только переехали из шумного города в тихий, отчужденный, неприветливый посёлок. Маленький, похожий на зайчика мальчик боялся каждого шороха, каждого скрежета и стона издаваемого лесом. В голову лезли слова бабушки, которые Тоша так отчаянно пытался забыть. Вот и сейчас, утонув в собственном страхе, мальчишка не заметил как сошёл с тропки и побрёл глубоко в чащу. Опомнился только когда не завидел знакомых деревьев и кустов, через которые проходил изо дня в день. Страх сковал всё тело, заставляя застыть на месте судорожно оглядываясь. Шорохи доносились со всех сторон, мальчику казалось, что его окружила стая волков, но меж деревьев мелькали только блеклые тени. От безысходности из глаз Тоши полились горькие слёзы отчаяния смешанные со страхом. Мальчик мог стоять целый день если бы не хруст ветки за спиной. Даже сердце казалось перестало биться, медленно повернувшись, в ожидании худшего шестиклассник заметил маленький, оранжевый огонёк. Едкий запах сигаретного дыма ударил в лицо заставляя прокашляться выгоняя того из легких. Из-за дерева вышла фигура в спортивках и сигаретой в зубах, а за ним с недовольным возгласом бежала еще одна, только ниже. Антон сразу понял кто это — местный хулиган Ромка Пятифан и его дружок Бяша. Сначала чувство радости заполонило беловолосого от того что он больше не один, но потом мальчик понял кто эти парни стоящие перед ним, только хулиганов Тоша боялся больше злосчастного леса, поэтому с неприкрытым шоком в глазах принялся отступать делая маленькие шажки назад. Рома казалось и не замечал напуганного мальчишку, но краем глаза наблюдал, что тот собирается делать. — Чё ты ревешь как девчонка? Монстров испугался? — с явной издевкой в голосе плюнул гопник. — Н-не... Эт-то не т-то.. — заикаясь пробубнил мальчик ещё на шаг отступивши. — Так ты сё, на, деревьев испугался? — проговорил второй и загоготал что есть силы. Испуганный Антон так и топтался на месте боясь сделать лишнее движение. Ромка же, отдав недокуренную сигарету Бяше двинулся в сторону Тоши. Пока тот находился в смятении подхватил под локоть и потащил в неизвестном направлении. Мысли путались, что он с ним сделает? Побьет, в лучшем случае, а если того хуже? Заметив блеск лезвия в кармане куртки явно не по размеру её обладателя писк сорвался из уст Антона. — Пожалуйста, н-не убивай, у м-меня маленькая се-се-трёнка дома, — почти ревя, проговорил Антон, надеясь, что хулиган смилуется и отпустит его. Громкий смех разошёлся по всему лесу. Повернувшись лицом к Тоше, Рома неожиданно весёлым голосом и улыбкой Чеширского Кота проговорил: — Ой, Тоха, насмешил меня. Никто тебя убивать не собирается, доведём до выхода из леса и отпустим по твоим очкастым делам, — все с той же весёлой манерой проговорил Рома, без единого намёка на ложь. Мальчишки так и шли в тишине не зная что сказать, руку давно отпустили и Антон молча смотрел на затылок кардинально поменявшего о себе мнение одноклассника. Из леса на удивление вышли быстро, прямо к школе. Кинув быстрое «пока» Антон умчался на урок, боясь получить нагоняй от учителя из-за опоздания аж на десять минут. В тот день маленький огонёк зародился в сердце Тоши, но даже такая незначительная искра может превратиться в непотухающий пожар.

***

Сидя за письменным столом, под тусклый свет лампы Антон рисовал чёткие черты лица, вырезы глаз, ямочки на щеках и широкие брови, уделяя особое внимание мелким деталям. Одет с иголочки: парадный костюм, белая выглаженная рубашка и галстук подчеркивающий строгость стиля. Услышав стук в дверь, юноша сложил блокнот в шкафчик старенького, в некоторых местах облезлого стола, в этот вечер он оставит его дома и пошёл открывать друзьям. На пороге как всегда стояли Ромка с Бяшей, одетые в привычные спортивки, они не носили костюмы, считая те неудобными и слишком умными. В их компании Антон выглядел белой вороной, но приковывал взгляд своим подтянутым внешним видом, в том числе и Ромин. Как Антон и думал в здании, где проходит вечеринка душно и воняет потом. Старенькие прожектора светят в глаза не давая возможности нормально видеть. Толпа людей танцует в центре просторного зала двигая телами под ритмичную музыку. Часть старшеклассников сидят на диванах в обнимку с девочками, а кому меньше везет с бутылкой алкоголя. Рома с Бяшей сразу втянулись в толпу пожимая руки и здороваясь с людьми, которых Антон видит первый раз в жизни. Решивши, что на танцполе ему делать нечего Тоша принялся рассматривать ассортимент напитков на эту ночь. Из нормального стоит одинокий пакет сока, которым разбавляют сильно крепкий алкоголь. Тошу воротит от одного запаха спиртового напитка, не говоря уже о вкусе. А яблоко-виноград как раз самым любимым вкусом. Слушая музыку и попивая из пластикового стакана сок, Антон углублялся в атмосферу вечеринки. Проходящие мимо девушки бросали взгляды, а некоторые особо смелые и воздушные поцелуи слали в сторону Тоши. Парень он привлекательный, белые волосы отлично сочетаются с костюмом, а глаза цвета изумруда придают шарма. Ему, конечно приятно внимание, но большое количество глаз направленных на него давят заставляя сутулиться больше прежнего. Заметив неожиданное поредение танцующей толпы, Антон понял — скоро медляк. Школьники уже начали разбиваться по парам, кто-то бежит к своему возлюбленному, а кто-то просто предлагает незнакомому человеку насладиться вальсом вместе. Решив, что скоро и к нему подойдет одна из многочисленных воздыхательниц, Антон поспешил удалиться из зала, дабы — «проветрить голову», как сказал девочкам по пути. Ночной ветер успокаивал, давая мыслям покружить, в известном лишь им одним танце. Ночи становились теплее, но ветер оставался неизменно прохладным, будто прилетал с самого севера и сейчас расскажет, что же видел на своём пути. Закрыв глаза, Антон вслушивался в медленную музыку, что играла за стеной и невольно придумывал сюжет новой картины, как ему на плечо упала чья то рука, вырывая из привычных мыслей. Обернувшись посмотреть кто же нарушил его покой он заметил одного лишь Пятифана неловко чесавшего затылок. — Я заметил что ты куда-то пропал, вот вышел тебя поискать, а ты тут оказывается, — неловко смеясь, проговорил Рома отводя взгляд в сторону. — Душно стало, решил проветриться, — как ни в чём не бывало ответил Антон в спокойной манере. Тишина становилась неловкой, хотелось сказать что-то, но нужные слова вылетели из головы не давая продолжить разговор. Так бы мальчишки и стояли в неприятном молчании, но неожиданно Рома подал руку держа другую за спиной и с серьёзным взглядом, задал вопрос, поставивший Антона в тупик: — Может потанцуем? Удивление застыло на лице Антона. Что надо сказать в этой ситуации? Как повести себя? Его спокойный образ разбился в щепки из-за неожиданного предложения. — Прямо тут? А если увидят? Рома лишь улыбнулся на эти слова, приподнимая руку как бы прося принять её. — Не парься, это будут их проблемы, если появятся тут, — с обычной для хулигана ухмылкой проговорил Рома, заставив сердце Антона пропустить удар. Легко, почти невесомо Антон коснулся руки принимая приглашение на танец. Сильная ладонь легла на талию беловолосого заставляя того содрогнуться от неожиданного жеста, вторая же держала немного согнутую в локте фарфоровую руку. Ладошка Тоши помещалась почти полностью в Ромину, чем вызывала умиление второго. Вторую руку Антон закинул на плечо брюнета, как видел в слезливых фильмах мамы. Рома почти на голову выше Антона, поэтому наклонился ради удобства партнера. Первый шаг дался тяжело. Мальчики не попадают в такт и выглядит все это до смешного нелепо. Решив взять инициативу на себя, Антон аккуратно зашагал по квадрату. Рома сразу понял что делать и неловкость вскоре испарилась, оставляя лишь приятную атмосферу. Тихая музыка доносилась из зала окутывая танцующую в ночи пару. Даже лес затих, внимая движениям юношей, лишь ветер изредка проносился меж деревьев тревожа неподвижные ветки. Луна освещала лица давая наслаждаться друг другом в приятном вальсе. Юноши не могли оторвать взгляда от желанных обоими глаз. Рома вновь окунулся в глубину цветущей ромашковой поляны, а Антон всматривался в очи цвета темного шоколада. Медленно кружась в вальсе, они узнают новые черты друг в друге, слушают прерывистое дыхание и чувствуют прикосновение рук. Казалось, мир затих, оставляя влюблённые сердца в легком, головокружительном, отдающим приятным теплом танце. Антон не пил алкоголь, но сейчас находится в пьянящем вальсировании, которое вскружило голову не меньше крепчайшего напитка. Рома отдавши ведение в руки партнера, слепо следует за движением, полностью доверяя и не сомневаясь в умениях пары. Они отдались друг другу в дивном танце, стали как единое целое и вдвоём грезили о бесконечности момента. Только когда музыка стихла, вновь завыл ветер и лес с новой силой вдохнул, испуская тихое пение, мальчики оторвали руки отойдя друг от друга. Неловкое молчание повисло в воздухе. Каждый думал о своем, не решаясь прервать тишину. Но вот, доселе сцепленные губы Антона открылись и произнесли слова, которые ранили сильнее заточенного ножа: — Мне надо домой. Не иди за мной, — страх, печаль, гнев, стыд и обида разом окутали Рому. Пока Пятифан стоял в замешательстве Антон укрылся в темени ночи и даже луна больше не освещала его силуэт. Оставшийся в одиночестве парень мог стоять до боли в ногах, обдумывая ранившие душу слова, если бы не подошедший с бутылкой браги бурят. Друг молча вложил в руки все ещё перебывавшего в смятении Пятифана напиток и молча удалился лишь бросив напоследок взгляд полный сочувствия. Не долго спиртное наполняло бутылку, быстрыми глотками Рома опустошил её наполовину. Тягостные мысли заполнили голову мальчика — «Я ошибся? Он разочарован во мне. Я виноват в его уходе» — все это давит неподъёмным камнем, сдавливая легкие, отнимая возможность сделать глубокий вдох. Лишь забытье после выпитого алкоголя давало душевное спокойствие и умиротворение. До этого громкая музыка стала ещё сильнее бить по ушам, поэтому Рома оставил пустую бутылку возле двери и покачиваясь будто веточка на ветру побрёл вглубь лесной чащи с надеждой найти покой и тишину. Долго он бродил между высокими деревьями закрывающими ночное небо вздымающихся ввысь кронами. Незаметно для себя парень вышел к реке, хранящей воспоминания проведённого времени с друзьями. Водная гладь покрыта лёгкой рябью зеркальных волн. Медленно перебирая ногами юноша подошёл к воде и смотря на своё отражение вспоминал все приятные моменты с близкими людьми. Воспоминания о недавней ночи, проведённой на этом самом берегу резко рассеяли отчаявшиеся мысли. Тепло окутало израненную душу юноши, будто в нежных объятиях матери, которые он не чувствовал уже очень долгое время, Рома прокручивал слова Антона проговоренные тихим шепотом в ту ночь. Опершись на камень мальчик вдохнул, запах свежести заполнил лёгкие отгоняя тревожные думы. Чувство тревоги и страха отпустили душу давая насладиться тихим шумом волн, песнью ветра и спокойно провалиться в бездну сна.

***

Красный до кончиков ушей Антон позорно сбежал даже не поговорив. Карая себя всевозможными оскорбительными словами, которых нахватался от Ромки, он так же успокаивал совесть что так и норовила вернуться и спокойно всё обсудить, отбросив стеснение. Добежавши до дома, юноша трясущимися руками пытался всунуть казалось такой большой ключ в совсем неподходящую по размерам скважину. Слишком долгая возня с дверью надоела сидящей на кухне с чашкой чая в руке Оле, что она милосердно открыла дверь удивлённому брату. Девочка пришла с вечеринки немного раньше брата вдоволь навеселившись. Попросив Тошу не забирать её, она вернулась домой в компании друзей. Лицо красное, сбитое дыхание, капельки пота на лбу, взлохмаченные волосы и костюм нараспашку. По всем параметрам сестре стало ясно что брат бежал. По хозяйски усадив за стол и ставя перед старшим стакан воды Оля села напротив с выжидающим взглядом. Вдоволь напившись и наконец отдышавшись Антон принялся медленно с постоянно краснеющим лицом рассказывать сестре о произошедшем: — Я сказал ему не идти за мной и убежал, — потупив взгляд в стол будто ожидая выговора, Антон закончил смущающий рассказ. Оля лишь погладила брата по голове, как он всегда делал ей, остановившись за спиной Антона, глубоко вздохнула и тоненьким, но серьёзным голоском проговорила: — Глупый ты, Тошенька, — лишь это она могла сказать в сторону Антона. Он знал что его маленькая сестра, сказала взрослую правду, от которой он так старательно убегал, стараясь переубедить себя в правильности поступка. Поднявшись наверх, юноша решил отразить все свои эмоции и переживания на бумаге. Говорить рисунком у него получается намного лучше чем словами. Листок освещал лишь блеклый, отдающий жёлтым цветом свет лампы. Тоша старательно водит карандашом по бумаге, стараясь не упустить даже малейшую деталь. Черты лица, поза, задний фон и свет луны, освещающий танцующих людей. Все это художник передавал на бумагу вдыхая в неё жизнь момента. Закончил он лишь с восходом солнца. Рома проснулся от теплого луча восходящей звезды, встреча рассвета у реки поднимало настроение, настраивая на прекрасный день. Хозяйка ночи покидала небосвод, забирая с собой неловкость и глупые переживания влюблённых сердец. Яркое пламя утреннего солнца озарило души мальчишек, пробуждая пылающие чувства затуманенные печалью ночного расставания.

***

Лишь под вечер Рома с Бяшей заглянули к Антону напомнить про скорую ночёвку. Пятифан вёл себя как обычно, но старался не смотреть в глаза Тоши, чего тот так же избегал. Суббота прошла быстро, Антон ещё с утра твёрдо решил провести весь день с семьёй, время пролетает незаметно в кругу родных. Петровы посмотрели несколько фильмов, обсудили планы на лето, прибрались в квартире и просто осчастливили друг друга, в приятной атмосфере Карина быстро согласилась отпустить сына к друзьям, но не забыла дать четких наставлений касательно алкоголя. Рома же с утра до вечера занимался спортом отгоняя ненужные мысли ещё одним кругом тренировки. Бяша набравшись смелости, позвал погулять девочку с которой танцевал на вечеринке. Так они и провели день, каждый в своих заботах. Сразу как Рома открыл глаза в голову полезли мысли о ночёвке вместе с Тошей, предвкушая скорое совместное времяпровождение с любимым. Пятифан почти испускал свет яркой улыбкой и не торопясь, выполняя утренние дела. Приятно удивлённая таким поведением сына мать стала расспрашивать что же так осчастливило парня ранним утром. Настроение стало ещё лучше от непринужденного разговора с мамой. Утро Антона началось с ощущения тяжести на груди. Только открыв глаза он увидел сверкающие от счастья лицо сестры, что с самого утро придавало бодрости на весь день. — Тошенька, доброе утро, — быстро спрыгнув с тела парня, Оля побежала к маме извещать о пробуждении брата. Сонно потягиваясь и надевая очки, Антон вспоминал дела на день. Самым важным было поход к Бяше, но так же нужно помочь маме приготовить обед и подобрать Оленьке литературу на лето. Шаркая тапочками по скрипучему паркету ветхого дома Тоша побрёл чистить зубы с мыслями о предстоящей готовке. Наконец долгожданный стук в дверь. Бросив короткое — «я открою» — Антон побежал встречать друзей. Открыв дверь, хозяин поспешил поприветствовать ребят и дать распоряжение идти на кухню, здороваться с мамой, а сам в спешке убежал наверх одеваться. Сумка собрана ещё со вчерашнего вечера, поэтому долго возиться не с чем. Пока Тоша был занят, Бяша с Ромой привычно прошли на кухню где и встретили Карину Петровну. Хоть мать она строгая, но своих детей очень любит. Женщина с теплотой относится к друзьям сына, поэтому встретила тех с улыбкой на лице. — Присаживайтесь, мальчики, я чая сделаю, — уже набирая в чайник воды, сказала Карина. — Не надо, тёть Карин, мы по быстрому забрать Тоху зашли. — Какие торопливые, хорошо, вы же помните? Никакого алкоголя и спать ложитесь до полуночи, — строгим тоном заявила женщина. Она серьёзно относилась к распитию алкоголя несовершеннолетними. — Конечно, конечно. Не беспокойтесь, капли во рту у нас не будет, — незаметно скрестив пальцы за спиной проговорил Пятифан, стараясь не шуметь бутылками в пакете. Конечно они будут пить. Какие посиделки и без алкоголя? — А можно с вами? — с мольбой в глазах просилась Оленька. При других обстоятельствах они бы взяли её с собой, но не в этот раз. — Нельзя, — быстрее самих мальчиков ответила Карина. Слово матери - закон, поэтому Оля больше не предпринимала попыток напроситься. Как раз к концу разговора спустился Антон. Поцеловав мать в щеку и потрепав по голове насупившуюся Олю, компания быстро покинула дом, отправившись в сторону жилища бурята. По дороге мальчишки обсуждали идеи занятий во время ночевой. Самое первое предложение выставлено в сторону карт. Излюбленная игра парней, каждый хорош и каждый ненавидит проигрывать, поэтому все партии идут не на жизнь, а на смерть. Остальные идеи не менее интересные, Бяша предложил поугарать над комедией, а Рома порассказывать страшных историй. Так они и дошли в бурных обсуждениях. Зайдя в дом мальчишки первым делом включили телевизор, чтобы играл на фоне создавая непринужденную атмосферу. Бяшина хата такая же обычной как и остальные дома в их посёлке. Ковры на стене ярких орнаментов вбирающих пыль уже много лет, потёртый диван, находящийся напротив одинокой тумбочки, на которой еще с советских времен стоит телевизор-коробка и конечно большие, достающие до потолка массивные шкафы со стеклянными дверцами. Внутри хранится фарфоровый сервиз, который подарили родственники на день рождение мамы бурята, бронзовые статуэтки и другой антиквариат. Коридор с облезлыми обоями и двери, ведущие в комнаты обитателей дома — всё как у всех. Антон достал карты из рюкзака и парни сели в скромный круг. Самая любимая игра мальчишек это обычный «Дурак», конечно время от времени они играют и в другие карточные игры, но всегда возвращаются к любимой. Неизменное и обожаемое правило Ромки с Бяшей — кто проиграл, выпивает шот. По обычаю первым раздаёт Тоша ведь кого карты — тот и тасует. Началась настоящая борьба, каждый играл, относясь со всей серьезностью, желанная победа придавала сил. Игра быстро набрала обороты, колода опустела и настал один из самых волнующих моментов. У каждого игрока осталось не больше шести карт на руках, все сосредоточено следили за движениями друг друга и вот, битва началась. Громкие хлопки по полу, шуршание карт и спокойное дыхание заполняли комнату. Слова излишни, сейчас только шум карт не мешал продумывать дальнейший ход. Антон любит историю, особенно войны, его захватывают военные походы и тактика боя, поэтому половина перечитанных книжек из школьной библиотеки по этой теме давали свои плоды. Рому же учил дед Иван, он мудрый человек, в карточных играх он ас, многолетний опыт за плечами помогал правильно учить внука. Методом проб и ошибок дед заточил мастерство Пятифана. Бяшка же профессионал в кругу уличной шпаны, кем бы ни был его противник всегда выходит победителем, но с гениями этого мира приходится потягаться. Который круг по счету, в центре лежит туз, кинутый бяшей, Антон с легкостью бьет козырем и оставшиеся две карты одной масти кидает в сторону Пятифана, выходя победителем. Тихо выругавшись мальчишки продолжают бой, но уже между собой, под горделивым взором Антона они хотят занять второе место, главное не последнее. Быстро побитые карты победителя отлетели в сторону и в центр упал козырный туз. Разочарование застыло на лице бурята, он понял, что судьба его неизбежна. Оскал расплылся на лице Пятифана, проигравшему ничего не оставалось кроме как забрать карту оставшись в дураках. Громкий смех мальчишек казалось, услышал весь мир. Разлитая по рюмкам водка быстро оказалась в желудке бурята придавая энергии сокрушить победителей. Потешаясь над лицами друг друга они начали новую, но более непринуждённую игру. В эту ночь мальчики сыграли во множество разных карточных игр таких как: «Переводной дурак», «Девятка», «Подкидной дурак», «Свара» и «Бура». Чаще всего Антон выходил победителем, поэтому был более трезвым нежели его друзья. Бяша уже еле держался в сознании, а Ромка перебывал в дурмане и лёгком опьянении, его организм привык к алкоголю поэтому требовал того в больших количествах. Единогласным решением мальчишки решили посмотреть черно-белую комедию, идущую на одном из немногочисленных каналов. Усевшись поудобнее Антон сделал звук погромче и компания тихо смотрела, находясь каждый в своих мыслях. Громкий храп соседа отрезвил Рому заставляя оклематься после недолгой дрёмы. Бяша уже вырубился и видел третий сон, пуская слюну. Чтобы не мешать другу Антон выключил ящик и укрыл бурята махровым пледом спасая от прохлады майской ночи. Безмолвно кинутый взгляд Ромы на дверь дал Антону понять, что пора выйти на улицу. Быстро закинув на плечо рюкзак с блокнотом Тоша поспешил за другом. Мальчишки стояли на крыльце слушая пение птиц, вдыхая запах свежей травы и смотря на медленно восходящее солнце. Закуривший Рома кидал короткие взгляды на рядом стоящего паренька, заставляя того багроветь. Резкое сцепление рук вывело Рому из утреннего транса, Антон сорвался с места и побежал в неизвестном Пятифану направлении, заставляя выкинуть недокуренную сигарету. Мальчишки бежали, максимум десять минут иногда сбавляя темп, давая возможность отдышаться. Наконец Тоша замедлился до быстрого шага, обходя широкие деревья и кусты парни вышли на неведанной красоты поле. Ромашковое поле. — Это моя тихая гавань, здесь можно остаться в одиночестве не боясь быть потревоженным, — с хрипотой в голосе проговорил Антон повернувшись лицом к удивленному Роме. Он взялся за вторую руку и медленно зашагал в центр поляны, давая лучам утреннего солнца согреть холодные щеки, а высокой траве щекотать голые ноги. Юноши окунулись в золотистое тепло поляны, пригреваясь в её нежных руках. Дойдя до места Тоша остановился, поднял сцепленные руки на уровень груди и заглянул в карие глаза напротив. — Ты мне нравишься, Рома, — последнее слово он проговорил тихонько-тихонько, чтобы только Пятифан услышал, кому адресовано признание. Сердце забилось в бешеном темпе отдавая в висках, но вдохнув полной грудью Рома успокоился и нежно улыбнулся, посмотрев взглядом полным любви проговорил немного посмеиваясь: — А я ведь хотел сказать это первым. Ты мне тоже очень сильно нравишься, Тошенька. Милующиеся птицы запели спокойную мелодию призывая ветер кружиться в окутывающем сердца и знающей лишь природе танце, поляна ожила и аккомпанирует главному танцору — ветру. Лес вдохнул с новой силой, листья зашерудели внимая шевелением природы, казалось все лесные обитатели наблюдали за воссоединением любящих сердец. Восходящее солнце окутывало юнош в ласковых объятиях обдавая жаром и так пылающие сердца Грубые, но теплые руки коснулись щёк Антона, мальчики неотрывно смотрели в любимые глаза отпечатывая в памяти все цвета и оттенки что видели в них. Сердце рвалось наружу в новом порыве, хотелось кричать о любви. Затаив дыхание Рома медленно приблизился, поглаживая большим пальцем манящие губы, оторвавшись от глаз кареглазый перевёл взгляд на приоткрывшиеся уста и нежно накрыл их своими. Поцелуй получился неловким, парни неумело сминали губы, бились носами и в придачу Тошини очки мешались. Резко отстранившись от залившемся румянцем Антона, Рома убрал окуляры и снова прижался к розовым губам. В танце вёл Антон, сейчас же перехватил инициативу Рома. Руки беловолосого сжимали кофту спортивного костюма, а глаза зажмурены. Отдавшись моменту мальчики не заметили как резко стало не хватать воздуха и быстро отстранились друг от друга. Тяжело дыша, но с широкими улыбками они уселись на мягкую траву приминая ромашки. Все ещё красный Антон полез в рюкзак под удивлённый взгляд уже его парня. Достав блокнот он со смущением отвернулся и протянул его в сторону Ромки. — Это тебе, подарок, — забравши блокнот из рук, Рома мимолетом дотронулся до руки Антона от чего у второго пробежали мурашки по спине. — Спасибо, — только успел произнести юноша перед тем как увидел свой портрет на первой же странице. — Это я? — поднявши восторженный взгляд, в ответ получил лишь легкий кивок. На следующей странице его спина сидящая за школьной партой, а дальше он же, но только играющий в футбол с вздымающейся футболкой, на каждой следующей странице было воспоминание из совместных походов, посиделок или же купание в озере. Целые развороты посвящённые определённому моменту из жизни мальчишек, но так же и небольшие зарисовки на одну страницу. Почти в конце парень завидел рисунок, который Антон запретил смотреть в тот день, значить во сне он видел образ именно Пятифана. Долистав до конца Рома увидел последнюю, самую красочную картину. Он и Антон танцевали под светом луны прямо как в ту ночь. Восхищение, недоумение, радость — все эти эмоции отражались на лице Пятифана, когда он в очередной раз посмотрел на Тошу. Аккуратно положив блокнот на траву Рома кинулся вперед с широко раскрытыми руками, уже в следующую секунду повалив и обнимая возлюбленного. — Спасибо, Тошенька! Это самый лучший подарок в моей жизни! — смущенный благодарностью Антон уткнулся в плечо, стараясь скрыть красное лицо. Так они и лежали, обнимаясь и слушая пение птиц с завывающим ветром. Юношей не волновало что могут подумать люди если узнают об их отношениях, не волновали родители и учителя. Сейчас в мире остались только они, лишь два влюблённых паренька. — Ты - моё ромашковое поле, — тихо проговорил Рома вводя Тошу в ещё большую краску.