Не верь мечтам

Тэя Человеку со стороны происходящее могло показаться даже забавным. Для меня случившееся было болезненным, если не сказать, трагичным. Уже который раз у меня возникает ощущение, что некая высшая сила издевается надо мной, постоянно проверяя на прочность. Оказавшись в комнате, я позволила себе наконец разрыдаться от обиды, унижения и ощущения, что меня предали, надругавшись над моими чувствами. Единственной свидетельницей моей слабости была Мурка. Да, именно моя кьёри, которую мне, наконец, позволили забрать себе. Исследовав её вдоль и поперёк, именитые маги пришли к выводу — не опасна. А также совершенно бесполезна. С магией не поможет, в бою толку нет. Обычная кошка, предназначение которой — жрать и спать. Сначала хотели уничтожить, но я стеной встала на защиту своей животинки. Не для того она получила свою вторую псевдожизнь, чтобы снова умереть. Тейна, моя соседка, как я и ожидала, не была в восторге, но ей пришлось смириться. И вот уже пару недель мы живём втроём. Окружающие убеждены, что Мурка — тупое и бесполезное существо. Мне же порой кажется, что она даже слишком разумна для кошки. Я сидела на кровати, сжавшись в комок и давясь слезами, а она подошла, мяукнула и заглянула в глаза, будто подбивала высказаться. Ну, я и высказалась. Мурка всё это время сидела молча, не шевелясь, будто всерьёз слушая. После чего потёрлась о мою руку, издала какой-то странный мягкий звук, после чего прошествовала на свой любимый подоконник. А мне удивительным образом стало легче. К моменту прихода Диланы, где-то спустя полчаса, я успела успокоиться и взять себя в руки. Она вещала, мол, не стоит обижаться на дураков. Не со зла парни меня обидели, глупые потому что. И все трое очень сожалеют. Слушала, с трудом сдерживая злые ядовитые слова. Ни к чему. Пока Дилана говорила это, она была искренней. Будто на какое-то время стала канонной Диланой: исключительно положительной, способной на искренние и сильные чувства, в числе которых — сопереживание. Правда, ощущение это было не долгим. — Если бы я только знала, что ты влюблена в Эйна! — вдохновенно говорила она. — Я бы отошла в сторону и даже помогла добиться его расположения. А теперь уже поздно. Ну почему ты молчала, Тэя? Ага. Конечно. Верю. Так бы она и отказалась сама от притязаний на Эйна и стала помогать мне! До сих пор постоянно сверлит его задумчивым взглядом. Врала бы, да не завиралась. Дилана-Дилана. Ну как так-то? Ты же должна быть совсем другой. Не скажу, что сейчас она вызывает у меня антипатию или представляет собой какую-то мерзкую личность, но эта расчётливость и даже ложь… Заверив её, что со мной всё в порядке и никаких глупостей я делать не собираюсь, выпроводила Дилану из комнаты. Ещё попросила передать, что отныне поддерживать общение с кем-то из них не желаю. Своего решения я придерживалась на следующий день. Отдельно садилась на общих лекциях и в столовой. Избегала даже смотреть на бывших друзей. Достаточно было один раз увидеть виноватые взгляды, полные надежды. Нет уж. Хватит. Поиграли в дружбу, и довольно. Наверное, будь мы на Земле, я бы попыталась простить. Дать ребятам второй шанс. Потому что мне их невыносимо не хватало. Одиночество, вернувшееся столь резко, отравляло душу. Забыла я, каково это, быть одной против всего мира. Вроде бы всё намекает: прости, они не со зла. Но! Всегда есть мерзкое «но», которое всё портит. В данном случае я не могла отделаться от опасения, что это я, моё присутствие влияет на героев, меняя их, делая не такими, какими их прописали в книге. Вечером пришёл Олан. Выглядел он виноватым. Извинялся. Вроде как, искренне сожалел. Мне хотелось сказать, что постараюсь простить. Что уже скучаю по нашим общим посиделкам и подготовке к экзаменам. Что скучаю по ним. Но вместо этого я спросила: — Как мне теперь вам доверять? Тебе как после этого верить? Он ушёл ощутимо расстроенный, не подозревая, что мне в который раз за два дня хочется заплакать. Ещё один день одиночества. Тоскливого осознания, я снова сама по себе, и понимания, что во многом сама виновата. Чувствовала себя дурой, но страх и обида не давали отступить. Имира вечером я как-то не ждала. Думала, эльфы до извинений не снизойдут. Повторился сценарий беседы с Оланом: извинения, сожаления, чувство вины, которым веяло от светлого эльфа, и мой отказ общаться дальше. — Мне, правда, жаль, что я из-за своего любопытства раскрыл твою тайну, и ещё больше я сожалею, что не смолчал. Хочется верить, что со временем ты сможешь простить, — снова заговорил Имир, когда я уже думала, что он уйдёт. Вот зачем опять? Извинения уже были, и ответ получен. Посмотрела в ответ вопросительно и устало. — Но даже если это не так, возьми, — он протянул мне склянку с жидкостью неопределённого тёмного цвета. — Это зелье на вытяжке десятицвета. На три часа оно добавит тебе сил и ловкости, обострит реакции. Позволит на короткий срок сравниться физически с эльфами и сдать физическую подготовку. Оп-па! А вот это уже интересно. Подобное зелье могло бы спасти меня от провала, потому очень хотелось взять. Только разве я имею теперь на это право? — Бери, не думай, — невесело усмехнулся Имир, вкладывая склянку в ладонь. — Но я должен предупредить — за эту силу потом последует расплата. Зелье активирует скрытые резервы организма, но потом придут боль и слабость на срок от шести до двенадцати часов. Зависит от физического состояния. По взгляду видела: он убеждён, что меня ждёт максимальный срок отката, если не больше. Что же, этого следовало ожидать. Даже в добрых наивных сказках ничего не давалось даром, с чего здесь должно быть иначе? Три часа силы и ловкости, после которых превращусь на половину суток в трухлявую колоду. Но это шанс, боюсь, мой единственный шанс сдать проклятую физподготовку. — Спасибо, — пробормотала, смешавшись. — Тэя, я не имею права снова лезть в это, но… Но не строй иллюзий насчёт Эйна, — тихо произнёс Имир. — Зря потеряешь время. Он парень хороший, но… Вскинула руку, демонстрируя открытую ладонь и прерывая мучения эльфа. — Я изначально не питала никаких иллюзий, и мои симпатии остались бы при мне, не рассекреть вы меня. Так что не мучайся, меня не нужно предостерегать. После данного визита я немного воспряла духом — сдам Корсу экзамен. В остальном ничего не изменилось. Всё также сидела одна на лекциях и в столовой. Одна готовилась к экзаменам. Игнорировала смешки и шипение сплетников. Будто вернулась на несколько месяцев назад. Подбадривала себя тем, что рано или поздно я забуду последние месяцы и заново привыкну к одиночеству. Не такое проходила, я просто обязана справиться. Но было нечто, что особо сильно царапало душу, — Эйн так и не изъявил желания поговорить. После визита Имира я подсознательно ждала его. Зря. Видимо, он решил сделать вид, будто ничего не было, и меня не знает. В чём-то он прав, так легче и проще. Только всё равно обидно.

***

Две с лишним недели одиночной подготовки, и вот они — промежуточные экзамены. Уверенность в собственных силах ощутимо пошатнулась после того, как готовиться стала одна. Не было никого, кто бы подсказал в случае ошибки. Оставалось надеяться на собственную соображалку и память. Первым шло целительство. Нервничала я страшно. Несмотря на все старания Имира, у меня с ним было не очень. В основе магии целительства должна быть светлая сила, помноженная на сострадательность, искреннее желание помочь. С этим у меня было туго. Злой или жестокой себя не считаю, но и особой добрячкой никогда не была. А вида крови вовсе боюсь с детства. Мне было жаль пострадавших, но вместо жгучей жажды помочь меня охватывало желание сбежать и не видеть чужой крови и боли. Наверное, поэтому получалось у меня так себе. Искусным целителем мне точно не стать. Заданием экзамена было срастить перелом. Подопытными, точнее, пациентами были животные. У меня волосы дыбом вставали от мысли, что несчастным зверюшкам намеренно ломали кости, чтобы мы, неучи, могли сдать экзамен. Мне досталась коза с переломом передней ноги. Животное жалобно блеяло и косилось на меня с ощутимой опаской. Я её понимала. Мне бы тоже было страшно, попади я к врачу-недоучке. Тщательно припоминая всё, чему успела научиться за эти полгода, потянулась к своему источнику, призывая светлую часть своей магии. Так, первое — диагностика. Обычный перелом. Без осложнений и осколков. Второе — обезболить пострадавшее место. Со второй попытки плетение легло как надо, и животное расслабилось. Третье — направить силу и использовать её как цемент, сращивая кость. Действовать приходилось медленно, чтобы ничего не испортить. К концу пот лил с меня ручьями, но я вроде бы справилась. И заключающий штрих — снять обезболивающее заклинание, зафиксировать ногу эластичным бинтом, который не позволит свести на нет результаты лечения, и выписать магический эликсир, призванный за три для довести лечение до совершенства, исключая риск повторного перелома. Всё. — Неплохо, — вынесла вердикт тера Зеная, — но не идеально. В начале ты потеряла контроль над обезболивающим заклинанием, потом очень долго сращивала кость. Так что итоговая оценка четыре балла. Это хороший результат, Тэя. Поздравляю. Да, тера Зеная заведовала не только лазаретом, но и преподавала магию исцеления в академии. Мне было даже неловко из-за посредственных успехов, ведь эту женщину я искренне уважала. Она была доброй и отзывчивой, какой и должна быть прирождённая целительница. В тот же день был даже не экзамен, а, скорее, зачёт по проклятиям. Удивительно, но с проклятиями я неплохо ладила, и, наверное, вообще не волновалась бы, не будь преподавателем данной дисциплины Морг. У мужика была извращённая фантазия. Он мог бы посоперничать с Корсом в том, кто больше получает удовольствия, издеваясь над адептами. Морг меня не разочаровал. Остался верен себе и на экзамен придумал очередную гадость. Заключалась она в том, что Морг поделил адептов на пары, и каждый должен был сначала проклясть напарника указанным в задании проклятием, а потом снять с себя проклятие, которым наградит сосед. Оценка складывалась из двух составляющих: правильное наложение проклятия и избавление от проклятия. На то, чтобы наложить, давалось десять минут, на снятие полчаса. За каждую маленькую неточность Морг снимал полбалла, за ошибку или если адепт не уложился по времени — целый балл. Моим напарником стал Ёрн. Это вызвало облегчение, боялась увидеть напротив Эйна. Это же было плохо, учитывая, как Ëрн меня «любит». Из желания напакостить он может переврать заклинание и наградить чем-то похуже заданного. Оставалось надеяться на его благоразумие и на то, что у Морга в кои-то веки фантазия окажется не столь больной, как обычно. Мне однозначно повезло, перепутал, видать, листки Морг, но когда Ёрн, который решил не заваливать экзамен ради сиюминутной мести, проклял меня, у меня всего лишь кожа покрылась фиолетовыми пятнами. Они зудели, но было терпимо. А вот Ёрну не повезло, его скрутило от кишечных колик, грозящих перейти в мини-катастрофу, если срочно не снять проклятие. К его чести, он справился. Я тоже. Морг с кислым лицом вынужден был поставить «отлично». По магии воды я едва вытянула на тройку. Точно так же, как любил меня огонь, не жаловала вода. Из кабинета я вышла раздражённая и мокрая, с тройкой, натянутой из жалости. Ветер подчинялся охотнее, но тоже будто приглядывался: стоит ли идти на контакт? Если с водой у меня плохо получалось, потому что она никак не хотела отзываться, то с ветром вышло наоборот. Отклик вышел чересчур сильным, и вместо небольшого ручного смерча я вызвала в кабинете ураган, который с огромным трудом утихомирила. Только потому, что смогла совладать с разбушевавшейся магией, профессор поставил мне «удовлетворительно», вместо ожидаемой двойки. Зато глаза сокурсников так и лучились «добротой», когда они собирали свои пожитки по кабинету… С землёй у меня с самого старта установился нейтралитет. Она неплохо меня слушалась, но особыми успехами блеснуть не удавалось. Твёрдый середнячок, вот кто я в магии земли. Потому вырастить небольшое растение из семечка у меня получилось, но оно было не слишком сильным, да и провозилась я долго. Потому четвёрка. Некромантию сдала легко, и четвёрка — результат предвзятости профессора. После Мурки мой страх и неприятие к данному предмету притихли, мне удалось отстраниться эмоционально, я подняла трупик крысы, заставила её выполнить несколько примитивных команд, после чего упокоила. Больше магических дисциплин у нас пока не было, хотя в будущем ожидались. Та же ментальная магия, прорицание, совмещение сил между собой и работа в паре с другим человеком — это то, что я помню. Может, есть и ещё что. Теоретические предметы, такие как история, политология или расоведение, сдала на «хорошо» и «отлично». За них я особенно и не боялась. И вот впереди маячила моя «любимая» физподготовка, которая должна была закрывать экзаменационную неделю. Утром встала, чувствуя мандраж, которого не ощущала ни перед одним из других экзаменов. Достала склянку с зельем Имира и, гипнотизируя её взглядом, размышляла — стоит ли? Не думаю, что Имир решил таким образом мне навредить или поиздеваться надо мной. Это не в его характере. С другой стороны — характеры ребят отличаются от прописанных им в книге. Вдруг он из благородного рыцаря стал шутником-вредителем? Пить или не пить? Зелье никем не проверено, и мало ли… С другой стороны, сама я точно не сдам. А-а-а-а… Была не была! Откупорив склянку, проглотила неожиданно сладкое зелье и прилегла на кровать, ждать результатов. Или последствий. До экзамена оставалось часа полтора. В какой-то момент я задремала, а проснувшись, запаниковала. Проспала! Корс меня на десяток мини-Тэй порвёт! Нет, хуже. Он сначала смешает меня с дерьмом, потом поспособствует вылету из академии. Заметалась по комнате, одной рукой пытаясь натянуть на себя тренировочную форму, а другой расчесать волосы. На глаза попались часы на рабочем столе Тейны, заставляя остановиться и выдохнуть. Спала я каких-то пятнадцать минут. А главное, в глупом приступе паники не обратила внимания на главное — зелье Имира действует! Пока прыгала по комнате, я ни разу ни на что не налетела, хотя даже когда не спешу, постоянно умудряюсь отбить что-нибудь о стол, кровать или шкаф. В теле ощущалась совершенно изумительная лёгкость и сила. Самой себе я казалась чуть ли не всемогущей. Сдать экзамен Корсу? Мелочи! Я могу куда больше! Фанат физических издевательств над адептами уже ждал своих жертв. В глазах светилось глумливое предвкушение чужих провалов и слёз. На мне он задержал взгляд, видимо, уже воображая, как я буду позориться на полосе. А вот хрен ему! Пройду. Уверена. Ну, а использование магического допинга… Нигде нет ни слова, запрещающего вспомогательные средства. Удовольствие Корс решил оставить напоследок, сначала вызывая тех адептов, в успехе которых был уверен. И не ошибся. Эльфы, оборотни и избранные представители иных рас прошли полосу легко и быстро. Затем шли середнячки. Они пыхтели, стонали и ругались сквозь зубы, но почти все сдали, кроме одной оборотницы. — Пришло ваше время, сопли мои жидкие, — обратился к нам довольный предвкушением нашего грядущего позора Корс. — Сейчас я и все присутствующие оценят всю глубину вашей безнадёжности. Первым позориться пойдёт адепт Хери. Щуплый парень, чистокровный человек, с решительной гримасой приступил к выполнению задания. Не сдал. Свалился на землю на предпоследнем испытании, где надо было с раскачивающейся груши перепрыгнуть на вертикально натянутую сеть. За ним провалились ещё двое. Трое, включая Дилану, прошли. Настала моя очередь. — Глиста моя навозная, — ур-р-род! Из-за него та же троица светлых скотов никак иначе меня не называет, — ты готова измерить своим хилым тельцем глубину грязевой ямы? Едва сдержала издевательскую ухмылку. Его ждёт сюрприз. Надеюсь, настроение он ему подпортит. По кругам пробежала, толком их не заметив. Белкой взлетела на стену, после чего танцующей походкой прошлась по канату. Взбежала на горку и, уцепившись за канат, легко перемахнула «пропасть» и миновала бревно с раскачивающимися мешками. Уцепилась за грушу, оттолкнулась, без проблем прыгнула и уцепилась за сетку, взобралась по ней и на руках преодолела три метра планки. Всё. Неужели эта легкотня вызывала у меня столько проблем? — Кхе… Гм… Неожиданно, — выдавил Корс. Он больше не сиял довольством. Был озадачен и подозрительно щурился. Видно, ему хотелось немедленно вытрясти из меня, как я это сделала, но он не мог. Никаких правил я не нарушила. Преодолевать полосу препятствий можно было при помощи любых вспомогательных средств, если они не указаны в запретах. Хоть на крыльях лети, если отрастить сможешь. — Не знаю, как ты это сделала, но экзамен сдан, — процедил он сквозь зубы. Улыбнувшись во все тридцать два, танцующей походкой направилась в кучку сдавших. Внезапно очень сильно, чуть ли не до крика захотелось подбежать к тем, с кем ещё недавно коротала учебные будни. Поделиться своим восторгом. Порыв был таким сильным, что пришлось прикусить до крови щёку изнутри, чтобы немного отрезвить саму себя. Позволила себе едва заметно улыбнуться и кивнуть Имиру, смотрящему с интересом и затаённой надеждой, чтобы, проигнорировав разгорающееся в голубых глазах разочарование, пройти мимо и устроиться в одиночестве за спинами других адептов. Итак, экзамены я сдала. Невероятно, но это так. Впереди ждёт первая мини-практика. Интересно, чего от неё ждать? А главное, с кем я буду её проходить и поладим ли мы?

***

Сначала на практику отправляли старшие курсы. Чем старше, тем опаснее место, куда отсылали команды. Мы, первокурсники, остались на десерт, и нам достались всякие мелочи, с которыми необученные маги должны справиться. Я отлично знала, куда отправят компанию главных героев. Деревушка на окраине Аскарии, где местные жалуются, что какая-то нечисть таскает скот, и даже пропажу пары местных пьяниц валили на него. Руководство академии было убеждено, что местные или что-то путают, или завелось в лесах какое одинокое умертвие. В общем, ничего серьёзного. А на деле… В любом случае, меня это не касается. И думать я должна о том, что ожидает непосредственно мою персону, а не о приключениях бывших друзей. Стоит заметить, пока отчисленных не было, но на сборе курса не хватало более чем трети учащихся. Адепты, которые завалили какой-либо экзамен, отсутствовали. Они должны были остаться на эту неделю в академии и готовиться к пересдаче. Кто не сдаст повторно, распрощается с академией и отправится доучиваться в школу, а кто справится, сможет неделю провести с родными, если захочет. — Поздравляю всех собравшихся с успешной сдачей промежуточных экзаменов, — сам ректор Фаридан почтил нас своим присутствием. — Ваше присутствие здесь уже показатель того, что вы не зря поступили в Академию Всеобщей Магии. Молодцы. Адепты зашумели от скупой, но всё равно приятной похвалы. — Но расслабляться рано. Сейчас вы находитесь в самом начале непростого пути освоения магии, и не все из вас дойдут до конца, как это ни прискорбно. Вам придётся постараться, чтобы получить диплом нашей академии, который является гарантом безбедного будущего. Сейчас я передаю слово куратору первого курса Сатрасу Шедену Малори. Поднявшись на небольшую спешно сооружённую трибуну, куратор обвёл нас взглядом своих янтарных глаз. Тёмные волосы, заплетённые в множество мелких кос, не оставляли сомнений в его расовой принадлежности. Смотрел он снисходительно и покровительственно. Захотелось фыркнуть. За несколько месяцев обучения я ректора видела чаще чем куратора. Не знаю, чем он занимался, но вверенным ему курсом интересовался явно мало. Его заслуги в том, что мы тут находимся, нет. — Рад видеть всех вас тут, — глубоким, чуть рычащим голосом произнёс он. — Надеюсь, во втором полугодии к вам присоединятся товарищи, которые сейчас здесь отсутствуют. Как и ректор, тер Малори вещал о важности стараний при обучении. Какая на нас лежит ответственность, и мы не должны посрамить имя академии на своём первом практическом задании. Говорил долго, с пафосом. Мне же хотелось, чтобы это всё поскорее закончилось. В очередной раз что-то пошло не по сюжету. В книге распределение на команды и направление на практику было на следующий день после последнего экзамена. В реальности почему-то руководство решило поспешить. Причин нам никто не объяснял. Проблема была не в этом, а в том, что меня настиг обещанный откат. И с каждой минутой мне становилось только хуже. Начинали болеть мышцы, ломило кости. Слабость разливалась по телу, требуя принять горизонтальное положение и не издеваться над собой. — Сейчас мы поделим вас на семь команд по шесть человек. Не поняла? Какие шесть человек? По четверо же отправляли. В книге. Похоже, мне пора забыть о книге и быть готовой к любым неожиданностям. Куратор называл номер команды и имена адептов. Довольны распределением были не все. Некоторые открыто возмущались тем, что неделю придётся терпеть неприятных для себя личностей вместо друзей-приятелей. Чем больше становилось сформированных команд, тем сильнее росло нервное напряжение и хуже было самочувствие. — Пятая команда. В неё войдут адепты Имиритиэль, Дилана, Эйнириэль, Олан, Ёрн и Тэмия. Раирон, этот чёртов мир, решил меня доконать. Это шутка какая-то или как? Словно что-то нарочно сводит меня с главными героями, но даёт понять — окончательно своей мне для них не стать. Так ещё и Ёрн, который с радостью удавит меня по-тихому в каких-нибудь кустах за сгоревшую шевелюру. — Куратор Малори, вы шутите?! — возмутился Ёрн. — Я не поеду с этой… этой Тэей! Ладно ушастые, — на оскорбление все присутствующие «ушастые» зашипели, а придурок, не обращая внимания, продолжал, — рыжая и даже библиотечный чудак, но простолюдинка-неуч? Какая ей вообще практика? Да её опасно выпускать за пределы академии! — Адепт Ёрн, ещё слово, и занесу вам первый выговор в личное дело, — вмешался молчавший до этого ректор. — В академии нет аристократов и простолюдинов, здесь есть только адепты, которые все равны. — Простите, тер Фаридан, но… — Разговор окончен, — снова взял слово куратор Малори. — Адептка Тэя многого не знает, ей ещё предстоит многое изучить, но она зарекомендовала себя ответственной и целеустремлённой ученицей. И прикрепить её к команде сильных адептов, тем более, с которыми она дружна, — обдуманное и взвешенное решение. Вы туда, адепт Ёрн, попали тоже не случайно, так как хорошо показываете себя в магии ветра. Вы можете отказаться, но тогда считайте, что практику вы не сдали, и прощайтесь с академией. В глазах слегка плыло, но я видела, как Ёрн покрылся красными пятнами гнева, бросил в мою сторону ненавидящий взгляд и тихо пробормотал извинения куратору с ректором. Окончания распределения, после которого нам разрешили расходиться, дождалась с трудом. С ужасом представляла дорогу в общежитие. Неожиданно рядом оказались Олан, Имир, Далана и даже Эйн тёрся где-то на заднем плане. У меня что-то спрашивали, я что-то отвечала. Вроде, говорила, что мне надо к себе, всё остальное потом. Имир понял, в чём дело, ругнулся, и ноги резко потеряли опору. На руках у эльфов мне бывать ещё не доводилось, но сейчас данный факт волновал мало. Возражать против транспортировки тоже не стала. Меня предупреждали, что будет плохо, но не думала, что настолько ужасно. Меня доставили сначала до комнаты, потом в саму комнату. Когда Имир уложил меня на кровать, Дилана выставила его за дверь и помогла устроиться. В голове крутилось, что оба общежития похожи на проходной двор. Парни спокойно ходят в женское, девушки в мужское. Какой смысл вообще в разделении? Странные и глупые мысли, которые я не успела додумать и погрузилась в сон.