Иллюзия любви

      Солнце редко выходило из-за туч, освещая тусклыми лучами не менее мрачную провинцию. Здесь создавалось впечатление нежилой местности, но люди постоянно сновали в разные стороны. Иногда на лицах прохожих мелькала улыбка, будто нарисованная кисточкой. Потом погода менялась по щелчку пальцев, а остатки позитивных эмоций жильцов улетучивались с первым каплями дождя. Объяснить подобные странности было нелегко. Казалось, что создатель отточено выводил каждую линию. Он совершенствовал своё творение с новым человеком, прибывшим в это место.       Кем являлся творец? Зачем создал город, в котором нет начала и конца? Если кто-то из жителей намеревался убежать, то оказывался на прежнем месте. И так всегда. Замкнутый круг, но название у него было не такое пугающее — Тотспел. Значило ли оно что-то? Неизвестно. Как и неизвестны цели создателя.       Селена появилась в этом городе не по случайности. Она стремительно выбежала из церкви, ступая по лужам и пачкая изысканное платье. В этот день девушку едва не затоптал конь, благо, человек вовремя сумел остановить животное. А творец издали внимательно наблюдал за дальнейшими действиями жертвы. Не зря Селена чувствовала на себе вражеский взгляд. Она резко повернулась, но ничего примечательного не увидела. У нее в голове образовался хаос из мыслей. Разве может быть такое в реальности? Это все сон. Но иллюзия не развеялась, а собравшиеся люди продолжали смотреть на девушку слишком подозрительно.       — Что ты наделала?! — возмутилась смутно знакомая женщина, но Селена не помнила, где видела ее в последний раз. — Теперь все на нас смотрят!       Какой сейчас год? Этот вопрос появился совершенно спонтанно, но вынудил девушку остановиться в ступоре, оглядывая внешний вид. Увиденное мало порадовало Селену, да и ощущалось не очень комфортно. Она предпочитала носить брючные костюмы, нежели пышные платья. Волосы всегда были без прочих украшений, уложены в элегантную укладку. Все было на своих местах, а сейчас дисциплина потерялась в шуме Тотспела.       — Нет, — нервно улыбаясь, бросила девушка и побежала в неизвестном направлении.       Виднеющиеся верхушки зелёных деревьев дали Селене надежду, что за ними находится прежняя жизнь. Казалось, что все люди — всего лишь марионетки в чьей-то грандиозной постановке. А она стала очередной жертвой, которая со временем должна превратиться в безвольную куклу, следующую чьим-то указаниям. Такой вариант не привлекал девушку. Не в ее стиле подстраиваться под больных ублюдков, возомнивших себя невесть кем. Бурная фантазия активно подкидывала ей глупые возможности выбраться из клетки. Но ни одна из них не была действующей…       Бежала девушка до тех пор, пока не начала виднеться граница. Линия, отрывающая ее от действительности. Стоило Селене ее пересечь, как она оказалась на прежнем месте. Вторая попытка и те же результаты. И так повторялось большое количество раз. Пришлось смириться, что выхода и правда нет.

***

Спустя некоторое время…

      Селена научилась жить в Тотспеле, но внутри нее продолжала теплиться надежда: выбраться из города. Она познакомилась с множеством людей, но большинство из них не жаловали ее у себя в доме. Почти каждый адекватный человек остерегался девушки по имени Лилит, которая, как выяснилось, являлась ее двойником в этом мире.       Селена уже не удивлялась чудесам, которые иногда происходили с ней здесь. Свое настоящее имя она не могла произнести вслух. Пыталась написать и показать Лиаму, который оказался неплохим собеседником, но все тщетно. Мужчина видел имя Лилит. Еще у девушки появились галлюцинации, но в большинстве случаев они начинались, когда она останавливалась возле картин в коридоре. На каждом полотне был изображен постоялец «Valle Deliria» — отеля, в котором жила Селена и прислуживала Лиаму и его сестре Жозефине. Нарисованные лица искажались ужасающими гримасами. Люди настойчиво протягивали руки к девушке, жаждав к ней дотронуться. А она в то время стояла неподвижно, не в силах сделать и шага. Истошные крики неизвестных проносились по всему помещению, отдавая неприятной пульсацией в висках.       «Я схожу с ума».       Лилит не хотела привыкать к своему новому статусу. Раздражало, что она — Селена, которая в буквальном смысле выбила себе место в высшем обществе, должна сейчас мыть полы, как служанка. Но человек в мантии требовал от нее смирения. Таролог — так он назвался — порой наведывался к девушке. Он и являлся создателем тюрьмы, в которой подталкивал грешников на путь искупления. Каждый их разговор с Селеной проходил сумбурно. Она никогда не получала ответы на интересующие вопросы, а Таролог откровенно насмехался над ней. Казалось, что он читал все мысли девушки. А она часто задумывалась: человек ли он вообще?       Единственное, что связывало Селену с прошлой жизнью, — люди, которых она когда-то оскорбила. В их список входили: помощница Амели, Мэри, Жозефина и Роберт Штицхен. Они были лазейкой, которая подала девушке надежду на освобождение. Но реальность накатывала на нее, словно ледяной душ в жаркую погоду, намекая, что это всего лишь глупые мысли, не дающие окончательно поехать крышей. Селена помнила всех людей, но они знали либо ее копию, либо не узнавали совсем.       — Лилит, — послышался голос еще одного человека, который был на ступеньку выше всех других.       Сердце девушки в его присутствии бешено колотилось, грозясь выпрыгнуть из груди. Берт казался не таким, как все. Он мог трезво мыслить и был первым, кто сумел увидеть имя «Селена». Это было для нее глотком свежего воздуха. Мужчина точно не помнил, как оказался в этом городе, но утверждал, что жил здесь всю жизнь. Воспоминания о детстве у него отсутствовали. Были смазанные моменты, не создающие цельную картину. И рядом с Бертом Селене было комфортнее всего. Он был вежлив, заботлив и понимал девушку с полуслова.       Но подвох ощущался слишком отчётливо, не давая Селене окончательно увязнуть в любви этого человека. Мужчина был художником. Он нарисовал немалое количество картин, которые сейчас висели на стенах отеля. Эта тоненькая нить, связывающая между собой Берта и галлюцинации, не давала девушке покоя. Поэтому сейчас она копалась в его вещах, желая найти еще одну зацепку.

flashback

      Девушка медленно двинулась навстречу мужчине. Он поймал ее в свои объятия, обхватывая талию возлюбленной руками. Она искренне улыбалась, в то время как Берт истязал себя мыслями. Больше всего не хотелось рисовать портрет Селены, ибо на этом моменте все бы закончилось. Но мужчина наивно верил, что есть крошечная возможность быть вместе.       — Когда ты меня нарисуешь? — поинтересовалась она, а Берт в ответ криво улыбнулся, качая головой.       — Еще не пришло время, — сказал он, но неведомая сила подталкивала его взять кисточку в руки и начать рисовать. Из-за сопротивления у мужчины появилась мигрень. Но он не мог так с ней поступить.       — Я устала ждать, — властно произнесла девушка, подаваясь вперед.       Берт поймал губы Селены, ласково ими овладевая. Поцелуй, сперва нежный и осторожный, перетекал в страстный и глубокий. Казалось, если ребята остановятся, то потеряют прекрасное мгновенье и яркие воспоминания, которые бы скрашивали их серые будни в Тотспеле. Мужчина настойчиво подтолкнул её к кровати. Он умело справился с шнуровкой на ее платье, не видя со стороны сопротивления. Девушка ни на секунду не сомневалась в своем решении. Она руководствовалась желанием, не осознавая, что тем самым подписала себе смертный приговор.       Селена оказалась на холодной простыне, ощущая, как мгновенно краснеют ее щеки. Нагое женское тело предстало во всей красе перед тонкой натурой художника. Он принялся раздеваться, не сводя с девушки внимательного взгляда. Берт пытался запомнить каждый участок, изгиб обнаженного тела спутницы, чтобы потом в совершенстве передать увиденное на полотно. Ее картина должна была быть особенной.       Селена поманила пальцем мужчину, на что он быстро согласился, нависая над ней. Их взгляды встретились. Это был словно безмолвный диалог, где Берт спрашивал согласия, а девушка несколько раз повторила «да». Губы ребят снова соединились. Тела соприкоснулись, а каждый из них был не в силах терпеть эту пытку. Затем случилась неизбежность, в которой они были полностью уверены.       Дождь отбивал грустную песню о стекла дома, наблюдая за бесценным мгновеньем пары. Молния пронзила небо, а ветер срывал последние листья из сухих веток деревьев. Погода бушевала вместе с ребятами, которые в один вечер решили поддаться искушению. Но последствия говорили, что «долго и счастливо» не стоит ожидать.

конец flashback'а

      — Что ты делаешь? — недоуменно спросил мужчина, а по телу девушки прошлись мурашки. Ее так глупо поймали с поличным!       — Я хотела подготовить тебе рабочее место, чтобы ты начал мой портрет, — Селена резко повернулась, натягивая на лицо милую улыбку.       Берта вполне устроил такой ответ. Он начал медленно надвигаться на девушку, а она интуитивно отступила назад. Взгляды ребят были направлены друг на друга. Кого-то съедало чувство безысходности, а кто-то вёл ожесточённую борьбу с собой. Еще шаг навстречу. Это было похоже на игру кошки-мышки, но мышка наконец угодила в ловушку кота. Бежать было некуда.       «Я должен был это сделать раньше», — повторял мужчина словно мантру в мыслях.       — Лилит, — спокойно произнёс Берт, протягивая руку к Селене. Настоящее имя спутницы он также не мог вымолвить. — Завтра же начнем. Выбери самое красивое платье.       «Он что-то скрывает», — промелькнула догадка в голове девушки, но она мгновенно улетучилась, стоило мужчине наклониться и поцеловать ее.       Внутри Селены зародилось плохое предчувствие, которое подсказывало бежать без оглядки. Но также здесь был маленький нюанс, который не позволял сделать ей задуманное. Она любила этого человека. Счет времени сбился, сколько они с ним вместе в этом мире. Благодаря Берту клетка под названием Тотспел стала для Лилит родным домом. И она была согласна остаться с ним здесь навсегда, наплевав на прежнюю жизнь.       На следующий день девушка вышла в город. Волнение охватило каждую клеточку ее тела, но объяснений, чем обусловлено такое состояние, не находилось. Она встретила незнакомца, который испуганно искал убежище, бросаясь к каждому прохожему.       — Помогите, — прохрипел он, хватая Селену за предплечья. — Он хочет меня контролировать. Он всех контролирует, потому что иначе не может. Но ты…       Но сбивчивая речь молодого человека оборвалась так же внезапно, как началась. На его лице не было прежнего ужаса, теперь там красовалась улыбка.       Таролог впервые допустил непозволительную ошибку. И тому виной был только он, потому что не сумел вовремя исполнить миссию.       — Можете повторить все, что сказали? — тяжело сглотнув, спросила девушка.       — Сегодня погода лучше, чем вчера. Мэри меня пригласила к себе, поэтому вынужден попрощаться с тобой, Лилит, — сказал незнакомец и ушел.       «Чертовщина какая-то», — пронеслось в ее мыслях.       Селена поспешила домой, намереваясь достучаться до правды. След из хлебных крошек привел ее к Берту. Человеку, который был замешан во всем сумасшествии по уши. Впервые девушка не избегала картин и решила рискнуть. Она остановилась напротив, рассматривая Таролога. Его изображение стояло во главе всех. Мертвый холодок прошелся по телу Селены, и она отчетливо ощутила чье-то присутствие. Женщина в белом платье стояла рядом с Лилит. Она улыбнулась и протянула ладонь. Стоило девушке боязливо дотронуться к ней, как все воспоминания умершей передались ей. Иногда перед ее глазами мелькала прошлая жизнь. Удивительные механизмы, высокие постройки и очень много людей. Шум мегаполиса и запахи, смешавшиеся между собой. Но потом все резко сменилось. Тотспел предстал во всей красе, и Селена увидела его. Берт рисовал женщину, а ее мысли менялись, как ему было угодно. Он словно контролировал ее. Таких особенных было несколько, и их портреты сейчас висели на стене, словно трофей.       — Это он с тобой это сделал? — задала вопрос девушка, на что женщина кивнула. — Но зачем?       «Искупление… Искупление… Искупление…» — повторял чужой голос в голове Селены, а затем все внезапно растворилось в пространстве.       Девушка стояла на том же месте, но никто больше не пытался к ней прикоснуться. Умершие жители отеля выполнили свою миссию — показали ей истину. Селена отрицательно помотала головой. Правда, которая обрушилась тяжелым грузом на её плечи, звучала словно бредни сумасшедшего. Девушка предполагала, что Берт является участником, но не создателем. Он подготавливал ее к неизбежности. К вечному заточению. Но Селена в потайных закоулках души верила, что мужчина объяснит ей ситуацию. Скажет, что она ошиблась в рассуждениях. Поэтому Лилит пошла собираться на встречу с Бертом, желая получить все ответы. Будь что будет.       Мужчина открыл дверь, пропуская любимую в мастерскую. Он прошелся восторженным взглядом по ее телу, тяжело выдыхая. Ему до чертиков хотелось стянуть с Селены всю одежду. Отдаться последнему совместному мгновенью. Но настрой девушки не предвещал ничего хорошего.       — Это был ты, да? — прошептала она, силясь справиться с бушующими эмоциями. — Ты тот, кто держит меня здесь? Тот, кто заточил людей в картинах? Зачем ты это делаешь?       Селена осторожно шагала вперед. Внутри нее поднялась волна злости, которая готова была накрыть волной всех присутствующих. Все их совместные моменты с Бертом теперь казались глупой иллюзией. Игрой разума. Девушка ненавидела себя за то, что так легко поддалась на уловки Таролога. И сейчас она не собиралась молчать.       — Лилит, я не понимаю, — нахмурился мужчина. — Я рисую портреты только тогда, когда меня об этом просит Жозефина.       Но Селена отрицательно покачала головой, улыбаясь.       — Ты врешь. Выпусти меня отсюда, — твердо произнесла она, а первая слеза скатилась по ее щеке. — Я устала быть твоей марионеткой.       Берт удивленно приподнял брови, пытаясь понять эмоции девушки. Она вела себя дивно, но его чутье подсказывало выслушать спутницу до конца.       — Я верила тебе. Смирилась со всеми правилами, думая, что смогу беззаботно жить. Но из раза в раз появлялись галлюцинации, которые пытались мне намекнуть на явные признаки, которые я слепо игнорировала. Все ведь было хорошо, и я даже понадеялась, что нам суждено быть вместе. Но ты приходил ко мне в другом облике. Промывал мозги, говоря об искуплении. Я хочу вернуться в свою квартиру, а не быть подопытной крысой в твоих руках! — срывалась на крик Селена.       — Ты уже дома, — спокойным тоном сказал мужчина. Знакомые слова проходили мимо ушей. — Я искренне не понимаю, о чем ты говоришь. Я волнуюсь, Лилит. Что с тобой происходит? В последнее время ты сама не своя. Ведешь себя слишком странно. Может, нам стоит сходить к лекарю?       Девушка содрогалась от сильного плача, выставив одну руку вперед. Слова мужчины звучали слишком правдиво, что привело к выводу: она ошиблась. Селена осудила себя, что посмела подумать, что Берт причастен ко всему сумасшествию. Он был очередной пешкой в игре Таролога. Девушка вылила на него всю горечь, но Берт не услышал и половину с этого. Он ее действительно не понимал.       — Ты не он. Не создатель, — шептала она. — Картины. Галлюцинации. Искупление…       Берт стремительно приблизился к Селене. Он крепко обнял спутницу, прижимая ее к груди. Она, в свою очередь, продолжала лепетать что-то под нос. А мужчина так и не признался ей, что девушка была полностью права. Это было вопросом времени, когда она догадается обо всем. Вся история звучала с ее уст, словно самая мелодичная музыка. Селена была лучшей марионеткой в его грандиозном спектакле, и ее картина должна стоять во главе всех рядом с его.       — Все будет хорошо, дорогая Лилит, — с ухмылкой сказал он.       И спросите вы, почему осталось столько не раскрытых тайн? Таролог был удивительным человеком, который намеревался поступать верно, но со временем благие цели сменились на желание подчинять. Селена являлась его личной лазейкой. Мир был создан только для одного грешника — Берта. Но он так и не сумел увидеть истину, которая скрывалась в девушке. Очередная жертва, оказавшаяся и впрямь особенной. Спасение было так близко, но иногда люди слепо следуют по указаниям внутренних демонов. И теперь мужчине было суждено навсегда остаться в заточении города Тотспела. В персональном аду.