Не мой конёк.

— Как колено? — спросил Арсений, когда его подопечный возвращался с разминки. — Хорошо, о великий тренер, — отшутился Антон, выходя со льда и одевая чехлы на коньки, — Не бери в голову, правда. Всё хорошо. — Как скажешь. Пожалуйста, будь аккуратен. Не хватало, чтобы тебя ещё раз положили под нож с этим твоим мениском, — всё же причитал Попов, когда они направлялись в зону ожидания. Шастун лишь хмыкнул в ответ. Он был той ещё занозой в заднице и упёртым как баран. Ну а как по-другому? Он не один приехал завоевать олимпийское золото. Антон был на прошлых олимпийских играх, но там сыграло на руку волнение, и он не взял ни одной медали. И теперь, уверенный в себе, он хотел всем показать на что способен. Короткая программа была откатана идеально, и по баллам давала ему небольшое преимущество. Но юноша был не из тех, кто расслабляется. Перед прошлым чемпионатом Европы на тренировке он получил травму: разрыв мениска, из-за чего был отстранён на шесть недель от спорта. Но после того как закончилась реабилитация, он первым делом побежал на тренировку. Попов тогда старался его не нагружать, но тот оставался на льду с утра до вечера не давая себе отдыхать, потому что впереди были олимпийские игры, и тренеру оставалось только сочувственно вздыхать. Так и сейчас он сидит весь в предвкушении, чтобы поскорее выйти на лёд.

***

— И последним на лёд приглашается участник из России Антон Шастун. Зал аплодирует, пока Арсений вырывает несколько секунд и кладёт руку подопечному на плечо. — Я верю в тебя, — слегка сжимая и похлопывая, говорит тренер. — Ага, спасибо, — отвечает Шаст, снимая защиту с коньков. Он спускается на лёд, выезжает на середину, и встаёт подняв руки и голову вверх. *Вдох-выдох* Звучать первые аккорды и юноша отдаётся песне. Всё сливается в органичном танце. Точно отточенные движения: рёберные и зубцовые прыжки, дорожка шагов. Всё идёт как по маслу. Он заходит на тройной аксель, вращение проходит идеально, но при выходе из элемента травмированное колено отдаёт болью, и не успев сориентироваться, падает на лёд. Зал заходится в сочувственных вдохах. — Блять, — выругиваеться Шаст, хватаясь за больное место, — Сука. Через тридцать секунд он говорит, что готов и продолжает программу. Превозмогая боль спортсмен докатывает выступление без ошибок. Зал взрывается аплодисментами, на лёд летят мягкие игрушки и цветы. Антон, широко улыбаясь, кланяется и с тянущей болью в ноге уезжает со льда. Арсений его встречает чуть ли не готового прибить на месте, лишь голубые глаза выдают сильную обеспокоенность. — Антон, ты вообще орхенел? Это что сейчас было? Ты перед кем мужишься? Не стоит твоё здоровье этих наград! Свалился на мою голову, — не переставал ругаться Арсений, взяв юношу за локоть, — не дай бог у тебя там что-то серьёзное. Я тебе на пол года запрещу приближаться ко льду. Ты понял меня? — закончил свою триаду тренер, ведя и придерживая подопечного, пока они направлялись в зону kiss&cry для ожидания баллов от судей. — Ага, правда круто откатал? Все элементы чистые, ну кроме … — Шаст не успел закончить, потому что тренер посмотрел на него так, будто готов застрелить одним взглядом. Они уселись на диванчики, натянули улыбки, посылая воздушные поцелуи и махая, в ожидании результатов. Секунды тянулись как часы. Антона захлёстывали эмоции, и он на время забыл о только что полученной травме. Прислонив бутылку с водой ко рту, юноша не успел сделать и глотка, как из динамиков на весь стадион раздалось: — По результатам произвольной программы Антон Шастун получает 35,17 баллов. Общее количество баллов за короткую и произвольную программу составляет 86,13 баллов, что делает его новым олимпийским чемпионом. Зал вновь взорвался авиациями и радостными криками. Попов повернулся к Антону и обнял его, шепча в ухо: — Я верил в тебя. Парень обнял тренера в ответ, но ничего не успел ответить, так как заглушённая эйфорией боль вернулась с новой силой. Он потерял сознание и опал в объятьях. — Врача срочно! — кричит Арсений, обхватывая навалившееся тело.

***

— Афигеть я выспался. Хм, а чем пахнет? Неееет! Только не это! Пожалуйста! Антон открывает глаза. Больница. Это точно не то место, где он хотел бы оказаться после получения золотой медали на олимпиаде. Полежав ещё с минуту с устремлённым в потолок взором, он решает осмотреть палату. Делать всё равно было нечего. Он уже понял что задержится в больнице, так как почувствовал небольшую послеоперационную боль в ноге. Первое, что бросилось в глаза — бесконечное число подарков, буквально, они были везде: на подоконнике, занимали стол, стулья и часть пола, некоторые даже лежали на койке у его ног. Антон, в своей излюбленной манере хмыкнул и улыбнулся. Эти жесты внимания ему были очень приятны. За интерьер палаты особо было и не зацепиться взглядом. Всё беленькое, свеженькое и новенькое. В палате он был один и лежал на довольно просторной койке. Пока Шаст был занят осмотром покоев, к нему пришёл врач. Пока он занимался осмотром пациента и брал анализы, юноша узнал, что лежит здесь уже сутки, что у него снова был разрыв мениска, что снова была операция, и что теперь ему 8 недель нельзя будет заниматься любимым фигурным катанием. –Да ну, блин! Опять эта месиска! – громко возмутился Антон, взмахивая руками и ударяя по койке, – Задолбала разрываться. У вас есть пульт от телика?— кивая на телевизор, спросил он, чтобы дальше не распалятся и перевести мысли в другое русло. Врач принёс ему пульт с заваленного игрушками стола, закончил необходимые процедуры и ушёл, напоминая, что юноше придётся задержаться в больнице на недельку. Поблагодарив врача и показав язык, когда тот уже ушёл, Шаст включил телевизор и принялся переключать каналы. Сразу же найдя сводку новостей олимпиады, он, не отрывая взгляда, стал смотреть прошедшие события. Корреспондент начал рассказывать про фигурное катание, и парень увеличил громкость, улыбаясь во все тридцать два и поблёскивая глазами. На экране показали, как катается Шастун. Корреспондент рассказал, что все элементы были сделаны чисто. Далее репортаж сменился сценой падения, и тут Шаст чуть хмурился. После этого показали кадры с ним и Арсением из зоны kiss&cry, и как их окружили медики. На этих кадрах настроение юноши как рукой сняло, и он, не выключая телевизор, взял свой телефон и открыл диалоги. «Арс, привет, я тут в больничке лежу, опять месиску порвал, не хочешь приехать?»

11:46. прочитано

«Антон, тебе же было сказано: „Будь аккуратным и не выпендривайся!” Ты не послушался. Вот теперь лежи, отдыхай»

11:47.

«Ну Арс, не ворчи, я же больной, и вообще я вопрос задал, ты приедешь?»

11:47.

прочитано

«Ага, особенно на голову.» «Сейчас вообще не могу, нужно закончить организационные вопросы с олимпиадой. Как только найду свободную минуту – пулей к тебе.»

11:48.

«😜» «Жду, принеси что-нибудь вкусное.»

11:49.

прочитано

«Хорошо. До встречи.»

11:50

***

Следующие сутки пролетают незаметно, так как из-за подготовки и усталости организм ослаб, и Антон всё время спал, с перерывами на еду. На третьи сутки его пребывания в этой, как он сам назвал «неимпровизированной тюрьмы», к нему, наконец, пришёл долгожданный посетитель. — Привет, чемпион. Как самочувствие? — спросил тренер, заходя в палату. Антон оторвался от телефона и просиял увидев, кто стоит в дверях палаты. — Какие люди! Я уж думал, ты без меня домой улетел. — ответил Шаст, наигранно обижаясь. Попов рассмеялся и подошёл ближе к койке, потрепав больного по волосам. — Вот ты чудик, конечно, — не переставая смеяться, проговорил Арсений, — Как твои дела? — Тут скука смертная, и кормят какой-то диетой, как будто я и так недостаточно худой, — ответил Шаст, закатив глаза к потолку. — Ну, я все дела закончил, так что теперь не дам тебе заскучать, — так же улыбаясь проговорил Попов, достал из пакета, принесённого с собой, бургер. Антон широко раскрыл глаза и рот в предвкушении и произнёс: — Ну вот так бы сразу и начал. Юноша протянул руки к заветной еде, и с несподающей улыбкой принялся к поеданию, приговаривая, что это лучшее, что он ел. — Ешь, чемпион. Поправляйся, — с такой же улыбкой сказал Арс, присаживаясь на край кушетки, и не отрывая глаз от довольного парня. После того, как трапеза была закончена, мужчина уже серьёзным тоном продолжил диалог: — А теперь давай поговорим, как взрослые люди. Если ты после каждых соревнований будешь попадать в больницу — так дело не пойдёт. Или мы снижаем нагрузки, или я буду вынужден тебя отстранить от следующей олимпиады. Не хочу увозить тебя со льда вперёд ногами. — Да блин, что ты опять заладил. Месиска — это полная фигня, — чуть надув щёки от обиды, проговорил Шаст. — Да, поэтому ты сейчас лежишь в больнице и просишь меня принести тебе вкусностей. Я надеюсь ты меня понял, — всё так же серьёзным тоном закончил мужчина. — Да понял, понял, — подытожил Антон, всё ещё обижаясь. Далее их беседа не была такой напряжённой, они разговаривали о новостях последних дней: обсуждали выступления других фигуристов, жаловались друг другу, как сильно хотят домой, и решали, когда Арсу будет удобно приходить навещать юношу.

***

Попов заканчивал тренировку с младшей группой, как на каток в полном обмундировании появился Антон. — Всем привет, всем здрасьте, — поприветствовал он, махая рукой и широко улыбаясь, — Я готов к тренировкам, — поставив руки в боки закончил он. Арсений обернулся на источник звука и лишь закатил глаза. Он то этого упёртого мальчугана знает, с его нравом бесполезно спорить. Только вчера прошло восемь недель после реабилитации, и тот не откладывая ни на один день, явился на подготовку к следующим соревнованиям. И теперь стоит здесь, улыбаясь и смотря на тренера. — Да что с тобой делать то, Антон, — задался мужчина риторическим вопросом, и тут же продолжил, поворачиваясь к парню спиной, — Ладно. Разминайся пока, я закончу тренировку с младшей группой, потом займусь тобой. Не переусердствуй. Как бы Попов не порицал Антона, он им гордится. Тот никогда не видит препятствий и готов доказывать себе и другим что может больше.