Солнце ясное влюбилось в луну

      Влюбиться в омегу, пожалуй, было худшим решением в жизни Сынмина. И в этом не было бы ничего ужасного, будь Сынмин альфой или, на крайний случай, бетой. Но Ким сам был омегой, что прелести ситуации явно не добавляло. Однако Сынмин, как человек очень деятельный и инициативный, по этому поводу особо не страдал, позволяя событиям идти своим чередом и доверяясь философии фатализма.       Объект его воздыханий—Феликс Ли—был пареньком с миловидной ангельской внешностью, но с совершенно отвратительным характером. Это Сынмин понял в их вторую встречу, когда Феликс в магазине заявил какой-то девушке, что платье, которое она меряет, ей абсолютно не идёт и превращает и так ужасную фигуру в бесформенное нечто. Ким тогда бесконечно долго извинялся перед оскорблённой девушкой за Феликса, хотя в торговый центр они пришли даже не вместе и до этого момента виделись всего один раз на тусовке.       Избалованный, высокомерный, самовлюблённый, надменный, но от этого не менее прекрасный Феликс покорил сердечко Сынмина очень быстро. Дружба их завязалась почти сразу и развивалась со скоростью света, поэтому через год Сынмин уже сидел в кафе и выслушивал очередной рассказ лучшего друга о тупых наивных альфах, думающих только об одном. Феликс пользовался большой популярностью в кругах последних, что тешило его самолюбие и чем он грамотно пользовался, заводя отношения с самыми влиятельными и состоятельными. Альфы теряли голову от милого парнишки, который сверкал глазками и очаровательно смущённо улыбался на их сальные шутки. Сынмину на эти представления смотреть было смешно, потому что после рассказа о пьяном сексе в подробностях от этого милашки Ким в полной мере осознал, что в Феликсе не осталось ничего святого.       —Минни, ты меня слушаешь вообще? —низкий голос возвращает Сынмина из воспоминаний.       —Слушаю, слушаю. Продолжай, пожалуйста, — парень отпивает свой кофе, настраиваясь на дальнейший диалог. Феликс подозрительно щурится, но рассказ продолжает.       —И понимаешь, всё, что я получил от него в качестве извинений—это его паршивое «прости»! и это после того, как он меня, меня!! променял на какую-то облезлую, малолетнюю, прости господи, шалаву—       —Феликс, не будь таким грубым. Я уверен, что эта девушка не сделала ничего плохого.       —Как не сделала? Она увела моего мужика прямо из-под носа! Как мне это понимать, Сынмин? Я понимаю, если бы она была симпатичнее хотя бы обезьяны, но мартышка по сравнению с ней была бы королевой красоты, понимаешь? Насколько сильно у него упала планка, что сразу после меня он опустился до этой мерзости?       —Ликси, он же тебе всё равно не нравился. Ты настолько очаровательный, что быстро найдёшь себе новый кошелёк, но ещё лучше, —Сынмин накрывает руку Феликса своей и успокаивающе поглаживает, — Этот дурак даже не понял, какое счастье потерял, правда?       Ким заглядывает в глаза друга и мягко улыбается. Каким бы ужасным не выглядел Феликс со стороны, Сынмин любит и подмечает каждую новую черту. Парень знает, что Феликс до ужаса любит собак и помогает приютам, перечисляя деньги и выгуливая животных по выходным, знает, что Феликс не общается с родителями, но души не чает в своих сёстрах. Ли, возможно, не самый хороший человек, и скорее всего плохих черт в его характере явно больше, чем положительных, но Сынмин лично видит в нём собственного ангела.       —Минни, вот почему ты такой хороший? —Феликс улыбается в ответ и двумя руками сжимает ладонь Сынмина, поднося её к губам и оставляя мягкий поцелуй, —Я бы всего тебя зацеловал! Но ты, наверное, себя для одного единственного хранишь, да? —парень хитро улыбается, дразня Сынмина.       «Да, для тебя», — проскакивает в голове у Кима, но он тут же засовывает эту неловкую мысль куда поглубже и лишь отмахивается от Феликса, вырывая руку и бормоча что-то про мерзость и слюни.       —Эх, Сынминни, вот ты же такой красивый, умный, почему у тебя ещё нет альфы? —Ли болтает трубочкой в стакане и делает максимально задумчивое лицо, ожидая ответа от друга.       У Сынмина внутри всё холодеет. Сказать, что не нужны отношения—соврать и угробить все свои шансы, если они вообще были. Наплести, что ещё не встретил того самого—тоже положить конец всему даже не начавшемуся. Уйти от ответа не получится. Значит надо использовать эту ситуацию, как шанс прощупать почву.       —Да я никогда и не хотел отношений с альфами. Понимаешь, вообще к ним не тянет. Все какие-то чересчур маскулинные и агрессивные, что блевать хочется, —скучающе тянет Сынмин, восхищаясь своей гениальностью.       Феликс чуть не давится коктейлем и округляет глаза.       —Так может ты это, по омегам?       —Возможно, я даже не задумывался. Тебя это пугает? —Ким почти начинает жалеть об этой идее, когда Ли приходит в себя.       —Да нет, что ты. Просто ты, Минни, не выглядишь, как тот, кто готов к отношениям с омегами. Не обижайся, конечно, но на тебя смотришь и видишь рядом какого-нибудь альфу-хулигана, который будет тебя от всяких дебилов спасать, понимаешь? Ты же у меня такой ботаник милый, прямо серая мышка, а тебя оказывается на омег тянет.. Честно, я думал, что ты просто свадьбу с истинным ждёшь, —Феликс сопровождает свой монолог активной жестикуляцией так, что на него оборачиваются посетители, сидящие за соседним столиком. Ким лишь смеётся с бестактности и беспардонности друга. Ли всегда был таким—говорил, что думал, и никогда ничего не утаивал, —По секрету, Минни, я тоже иногда на омег засматриваюсь. Они же такие душки! Вот ты, например—       Феликс не успевает договорить, как его прерывает кашель подавившегося воздухом Сынмина.       —Эй, ты чего?       —Прости, просто я думал, что ты только по альфам. Ты же с ними так много встречаешься, —Ким приходит в себя и удивлённо смотрит на старшего.       —Встречаться-то встречаюсь, но понимаешь—       В этот раз Феликсу не даёт договорить звук его рингтона. Ли кидает взгляд на экран и тут же вскакивает с места.       —Ой, я же совсем забыл, что договорился о свидании с Бинни! Чёрт, я опаздываю уже на час! Прости, Минни, я побежал, —Феликс хватает свою сумку и, звонко чмокнув Сынмина в щёку, покидает кафе, щебеча извинения своему «любимому» в трубку.       Ким разочарованно вздыхает, осознавая, что их прервали на самой интересной части разговора. Зато сейчас стало понятно, что его влюблённость не совсем безнадёжная и попытаться хотя бы стоит. Но прибегнуть придётся к крайним мерам. Сынмин долго гипнотизирует заставку контакта с лаконичной подписью «Хван» и жмёт кнопку вызова.       

***

      Хёнджин—альфа, выросший в доме по соседству и по совместительству являющийся бывшим лучшим другом Сынмина—был очень рад звонку и сразу же назначил место и время встречи. Но сейчас, стоя на пороге кафе и наблюдая за Хваном через стеклянную дверь, Ким понимает абсурдность идеи и думает о том, что готов хоть всю жизнь провожать Феликса на свиданки с другими, лишь бы сейчас не контактировать с альфой. Сынмин хочет было развернуться, когда слышит своё имя и перед ним мгновенно материализуется Хёнджин, снося своими объятиями.       —Господи, Минни, как ты вырос! Какой же ты милашка! —Хван от переизбытка эмоций несколько раз чмокает Сынмина в щёки, нос и лоб, не выпуская из кольца рук. Ким с трудом вырывается и, низко наклонив голову, чтобы скрыть покрасневшее от стыда лицо от окружающих, тянет старшего вглубь кафе за свободный столик.       —Вот поэтому я и не хотел тебе звонить, Хёнджин-и. Привет, —Сынмин опускается на стул и начинает разглядывать меню.       —Ты разбиваешь мне сердце, малыш, —Хван картинно хватается за левую сторону груди.       —Очень этому рад.       —Всё такой же колючка. Как там тётушка?       —Просто замечательно. Всё ещё упрекает меня в том, что я упустил такого альфу. Она любит тебя больше, чем собственного сына, Джинни. Как у тебя дела? Ты вроде бросил учёбу?       —Да, после первого курса понял, что мне не хочется прозябать в этом заведении свои лучшие годы. Сейчас работаю в цветочном магазине. Я так доволен, ты бы знал! Родители, правда, не оценили. Я уже полгода с ними не связывался, —Хёнджин грустно улыбается, опуская глаза, но сразу же возвращает себе лицо, —А ты зачем позвонил, Минни?       —Неужели я не могу просто соскучиться по хёну? —Сынмин теряется и пробует отвертеться. Рассказывать Хёнджину о Феликсе уже не хочется.       —Не можешь. Выкладывай давай. Влюбился что ли? —Ким отчаянно краснеет, прячась за меню и тихо угукает, —Какая прелесть! Я слушаю, Минни. Кто он?       —Хёнджин, я влюбился-в-омегу-и-мне-нужен-твой-совет, —на одном дыхании выпаливает Сынмин и падает головой на стол. Назад пути нет, и от альфы он теперь не отвертится. У Хёнджина уходит пару секунд на осознание информации, но после он расплывается в широкой ухмылке.       —Всегда знал, что с тобой что-то не чисто, малыш, иначе бы ты точно в меня влюбился. Давай с самого начала.       И Сынмин рассказывает всё, начиная от знакомства и заканчивая тем, какие же у Феликса чудесные веснушки и как вообще в него можно не влюбиться.       —И получается сегодня я узнал, что ему нравятся омеги вроде как, поэтому подумал, что неплохо было бы попытаться… Хёнджин, пожалуйста, что мне делать? —Ким поднимает умоляющий взгляд на друга. Тот серьёзно смотрит и выдаёт совершенно абсурдную вещь.       —Просто поговори с ним, Минни, —замечая в глазах омеги нарастающее раздражение, Хёнджин спешит объяснится, —Нет, серьёзно. Соблазнять в твоём случае вообще не вариант, возможность вывести на ревность ты убил недавно, сказав, что тебя не интересуют альфы. Вам правда лучше просто спокойно поговорить и всё обсудить. Только составь себе речь заранее, а то я знаю, как «красиво» ты умеешь говорить в стрессовых ситуациях.       Сынмин обдумывает слова старшего и приходит к выводу, что такой план ему нравится гораздо больше остальных возможных. Наверное, слова и в правду обладают магией и решат его проблему сразу. Не зря же природа наделила людей речью. Ким кивает своим мыслям и поднимает взгляд на Хвана.       —Спасибо тебе, Джинни. Ты, как всегда, вернул меня в нужное русло.       —Обращайся. Я надеюсь, ты будешь звонить почаще. Я скучал, —Хёнджин грустно улыбается, и Сынмину становится стыдно, что он бросил друга одного в такой сложный период жизни.       —Я обязательно буду звонить чаще. Так часто, что ты будешь умолять прекратить, обещаю. До встречи, Джинни, —Сынмин поднимается с места.       —Пока, Минни. Желаю удачи с твоим ненаглядным!       

***

      После встречи с Хёнджином прошло два дня, и вот Сынмин наконец готов к разговору. Сегодня он пригласил Феликса в парк и сейчас наскоро собирался, прокручивая в голове речь, записанную в заметках.       «Ликси, возможно, тебе покажется абсурдным то, что я сейчас скажу, но молчать у меня больше нет сил. Ты самый прекрасный, невероятный и потрясающий человек, из всех, кого я когда-либо встречал. Мне хватило одного мгновения, чтобы понять, что я хочу быть с тобой. Это осознание укреплялось с каждой нашей встречей. Я влюбился в каждую твою веснушку, в твои сверкающие глаза, в яркую улыбку, которая согревает всё вокруг. Я полюбил твой неидеальный характер, который для меня всегда будет оставаться самым лучшим. Я люблю тебя, Феликс. Пожалуйста, дай мне шанс,»—звучало довольно пафосно, однако Хёнджин оценил и добавил, что расплакался бы, услышав такое.       Сынмин натягивает куртку и выбегает в подъезд в полной уверенности, что сегодняшний день всё изменит.       Феликса он встречает уже у парка, и они вместе отправляются в их любимое местечко. Ли болтает, не затыкаясь, что-то о распродаже и новых кроссовках. Ким откровенно пялится, пропуская мимо ушей всё, что говорит старший.       —Минни?       —Я люблю тебя, —выпаливает Сынмин раньше, чем успевает подумать. Когда осознание приходит, Ким с ужасом замирает на месте, широко раскрыв глаза. Он хочет было оправдаться, но слова не идут от слова совсем. Феликс пару секунд удивлённо смотрит на парня, а потом облегчённо выдыхает.       —Господи, я уже думал, ты никогда не решишься. Жду этого полгода, Сынмин.       Ким, всё ещё не сдвинувшийся с места, лишь открывает и закрывает рот, как рыба, не произнося не звука.       —Ты знал? —выдавливает из себя Мин.       —Конечно, я же не слепой. Ты мне вообще-то тоже нравишься. Но ты тупил сто лет, продолжая влюблённо вздыхать. Не представляешь, сколько раз я пытался вывести тебя на признание!       —Так чего ты сам не признался, если знал?..       —Считай, что это была проверка на решительность, —Феликс замолкает и выжидающе смотрит на Сынмина. Последний, итак ошарашенный происходящим, под взглядом совсем теряется, — Ну чего ты сейчас-то тупишь, Минни?! Ты мне встречаться сегодня предложишь или как?       Ким нервно сглатывает и неловко улыбается.       —Ты будешь со мной встречаться, Ликси?       —Так уж и быть, я согласен, —деловито выдаёт Ли, —Но клянусь, если ты будешь так тупить с первым поцелуем, то—       Сынмин прерывает его своим звонким смехом. Ким успокаивается только спустя пару минут, выпрямляется и берет Феликса за руку, крепко сжимая.       —Я так счастлив прямо сейчас, Ликси.       —Я тоже, Минни, я тоже.       Теперь всё будет хорошо.