Так должно быть (?)

— Арсений, а тебя Антон любит — Чего? — недоуменно вопросил Арсений. — Антош? — он странно покосился на парня, который сейчас был будто в отключке от понимания того, что его сестра только что сказала мужчине о чувствах своего же брата к нему. — Крис, ты… — он замолчал и попытался успокоить бьющееся сердце, которое вот-вот выпрыгнет. — Ты чего вообще говоришь? — он нервно сжимал ткань футболки потными руками и пытался усесться на диване в гостиной. — Какой неудобный… — скидывал своё поведение на якобы жесткую мебель парень. — Как я могу любить… Арсения? — натянутая и очень нервная улыбка выдавала его с потрохами. — Ну, в смысле… Простите… — с этими словами он пулей выбежал из комнаты, закрываясь в ванной. За ним следом побежал и Попов, перед этим попросив Кристину оставаться на месте. — Антон… — он стоял у двери, постепенно скатываясь по ней на пол, и уверен, что мальчик сейчас в таком же положении. — Успокойся, не нервничай. Открой, пожалуйста… — просит он того, слыша тихие всхлипы изнутри. — Не плачь, Тош… — мужчина становится невыносимо милым для Шастуна, когда просит чего-то, а тем более в отношении самого парня, и он знает, что не сможет долго игнорировать Арсения. — Прошу, открой… У меня сейчас сердце разорвётся, — абсолютно искренне говорил он. — Я не могу… — хныча, выдавил из себя юноша. — Можешь, Антош… Поверь мне, можешь, — изо двери он слышит какие-то шорохи, представляя себе, что парень встаёт и собирается открыть замок. Что, собственно, и происходит. Он медленно дергает ручку и впускает учителя, который тут же бросается в его объятия, нежно поглаживая по волосам. Мужчина большим пальцем собирает скатившееся слёзы с щёк Антона и шепчет. — Антоша, ну ты чего?.. — жалостливо смотря на того, произносит Попов. — Почему ты убежал? — Я… — он выдержал небольшую паузу в размышлениях о том, что можно сказать в своё оправдание, но не придумал ничего лучше, чем: — люблю тебя, Арс… — мужчина недоуменно посмотрел на парня. — Ты что? — Люблю… — тяжело выдохнул юноша. — Тебя люблю… Учитель вобрал в себя немного воздуха и медленно выпустил его, складывая пазлы в своей голове. — Антош, ты… — не дав Арсению договорить, Антон взял его лицо в руки и притянул к себе, вжимаясь в губы. Попов подскочил на месте и тихо простонал в поцелуй. Это соприкосновение губ не было нежным или чувственным, оно было неожиданным, а от того резким и напористым, скомканным, непонятным. Парень неровно дышал в учительские губы, прижимаясь к ним и к телу все крепче и крепче. Через пару мгновений мужчина расслабился и задышал спокойно, после чего позволил юркому языку ученика проникнуть в свой рот. Шастун немного пощекотал губы брюнета кончиком языка, а затем просунул его дальше, изучая полость. Попов улыбнулся прямо в поцелуй и приглушённо застонал. Антон, будто выйдя из транса, быстро отпрянул от Арсения, запуганно смотря на него. — Прости, я… — он посмотрел в пол, слизывая со своих губ вкус арсеньевских, и со стыдом принимал поцелуй с учителем (!). Сука, я поцеловал своего учителя! Я поцеловал мужика! Арсения! — Я не должен был… — мужчина, кинув мимолётный взгляд на губы Шастуна, не задумываясь, примкнул к ним вновь. В этот раз поцелуй очень сладкий, чувственный, страстный и весьма возбудимый — для обоих, стоит заметить… Антон закатил глаза от нескрываемого удовольствия и слегка откинул голову, позже ощущая горячий язык учителя на своей шее. Он кусал, оттягивал кожу, сразу же зацеловывая укусы. Шастун гортанно и протяжно застонал, сильно выгибая спину. Мужчина короткими поцелуями переходит на ключицы парня, незакрытые футболкой. Он оставляет многочисленные засосы, проходя по ним руками после. Арсений обводит указательным пальцем контур неровных светло-красных кругов на груди ученика, пристально следя за своими же движениями. И только спустя несколько секунд он заканчивает выводить узоры на коже Антона и бесстыдно смотрит в его глаза. — Антон… — мужчина протянул руку к его щеке, и начал нежно её поглаживать. — Тебе не надо так бояться, поверь… Любить — это нормально. Все любят. Разных людей, в разном возрасте. По-разному. Этого чувства не стоит избегать, пытаться отречься от него или забыть. Это бессмысленно. Любовь — то чувство, которое останется с тобой до конца. Ты никогда не забудешь человека, которого любил даже в самом маленьком возрасте, если ты любил его по-настоящему. Про это можно забыть головой, но никогда — душой.