admit it, you're obsessed with me

      — Помнишь, как мы познакомились?       — Чего?       Белёсый дым вылетел из чужого рта с этими словами. Выцвевшие голубые глаза окинули суровым взглядом помещение, словно ища что-то.       И они нашли.       Слабое осеннее солнце было единственным источником освещения в квартире, так что в основном тут было темно. Привычная тишина окутала весь дом, единственное, что её прерывало — редкий чужой смех, сопровождаемый почти неслышными шагами. Но Зак всё слышал. Он знал, кто бегает туда-сюда по комнатам, ядовито хихикая, нарочно создавая шум, заставляющий плечи дёргаться, а сердце биться чаще то ли от тревоги, то ли страха.       Он не мог сказать точно, что это было.       — Дэррил, хватит в прятки играть, я знаю, что ты тут, — раздражённо откликнулся парень. Слова эхом пронеслись по квартире, оставшись без ответа.       Вместо этого Зак ощутил неприятный, привычный холодок. Суета в самой квартире прекратилась, теперь виновник шума находился совсем рядом, и он отчётливо мог чувствовать эту улыбку на чужом призрачном лице даже не оборачиваясь к собеседнику. Плечо резко обдало дрожью.       — Дэррил, я не в настроении для твоих игр, — юноша сделал очередную затяжку.       — Ты никогда не бываешь в хорошем настроении, — с наигранной грустью произнёс призрачный голос, отдаваясь в ушах пронизывающим насквозь эхом.       Окурок полетел в пепельницу, а вслед за ней полетела и пустая пачка курева, только уже в мусорку, стоящую рядом. Дэррил хихикнул, оценивая обстановку взглядом, медленно переводя своё внимание на лицо Зака; физиономия хмурая, уставшая. Это слегка настораживает.       — Так ты помнишь нашу первую встречу?       Зак саркастично фыркнул:       — Как такое забыть? После того ритуала ты мне всю жизнь перевернул.       — И всё-таки, с той женщиной было скучно. Она только и делала, что каждый день приводила в дом каких-то священников и дёргалась от каждого шороха!       — Тебе повезло, что это моя работа — избавлять несчастных людей от нечисти в роде тебя.       — Никудышный из тебя экзорцист, вместо того, чтобы в Преисподню изгнать, забрал духа к себе в дом.       — Ты сам за мной пошёл.       — А ты и не прогонял особо, — Дэррил захихикал.       — Как будто у меня был выбор… Ты же знаешь, что я слышу призраков не по свому желанию, а ты только продолжаешь этим пользоваться.       Призрак рассмеялся с некой злобой, разглядывая недавно выкуренные сигареты в небольшой стеклянной ёмкости.        — Разве ты не обещал бросить курить?       Между почти двумя парнями повисла пауза. Зак задумался над этими словами, как предполагал его друг, пока сам не отвлёкся на уходящее за горизонт солнце. Где-то за верхушками елей прятался красивый оживлённый город. Дэррил снова задался вопросом, почему Зак выбрал такое отдалённое от общества место жительства.       — Как видишь, сдержать слово не удалось, — парень потянулся за ещё одной сигаретой в карман, но призрачная рука тут же остановила его.       — Идиот, ты себя прикончить хочешь? — серьёзно произнёс призрак.       — Чего ты так волнуешься? Нормально со мной всё будет.       — Волнуюсь как раз таки за себя. Ты не представляешь, как долго я провёл в полном одиночестве без возможности с кем-нибудь поболтать, а тут ты навернулся. Кому мне ещё мозги выносить по твоему? — сердито протараторил Дэррил, искренне желая выхватить из чужих рук пачку курева.       — Ты ещё назови меня своим принцем на белом коне, — усмехнулся Зак. Он отлично знал реальную причину чужого беспокойства.       Но подвести к этому нужно медленно.       Дэррил уже давно дал понять, что ненавидит искренность. А ещё признавать очевидное, судя по всему. По нему самому было видно, что дело не только в его одиночестве; такой капризный дух вроде него быстро отыщет кого-то другого, на ком можно отыграться. Дураку тут будет понятно, что удерживает призрака кое-что другое.       Но сам он не признается. Главное — застать его врасплох, а дальше правда сама польётся из него. Зак слишком хорошо его знает.       — Ты к чему клонишь, дурень? — косо глянул на него Дэррил.       — Ох, ничего такого… Просто если верить твоим словам, то я и взапрямь твой спаситель, а не только «игрушка». Посуди сам, всё своё время до встречи со мной ты провёл совершенно один, постепенно теряя рассудок без людского общения, а когда пришёл я… — с каждым словом тембр голоса понижался и, казалось, от осознания того, на что намекает юноша, ему становилось только дурнее, — Не может быть такого, что ты всё ещё со мной только для собственной выгоды.       — …Понятия не имею, о чём ты говоришь.       — О, неужели?       Зак неожиданно развернулся к собеседнику, заглядывая прямо в призрачные глаза Дэррила. Как и ожидалось, желаемый результат не заставил себя ждать; взгляд напуганный и выжидающий, губы плотно зажаты в одну линию. От его прежнего дерзкого поведения и след простыл.       — Признай это, ты одержим мной.       Дэррил судорожно выдохнул, не смея отвести глаз.       — Ну же, Дэррил. Ты такой жалкий и одинокий, что имея меня в качестве единственного собеседника ты просто не мог не привязаться. Чего ты как воды в рот набрал?       В ответ тишина. Долгая, неприятная тишина. Кажется, призрак ушёл. Заку это только сыграет на руку.       Однажды он выпытает из него это признание.