Лето в твоих глазах

"я не понимаю.." Испуганные ненавистные взгляды устремляются в сторону скелета небольшого роста, а затем опускаются ниже, с толикой горечи осматривая что-то в руках мальчика. Он следит за их взглядом, с ужасом обнаруживая человеческое тело в руках. Кажется, это была продавщица какого-то магазинчика, которая приблизилась к нему. Он совсем этого не помнит. Монстр отбрасывает тело из рук, начиная плакать то ли от сожалений, то ли от дикого страха, что постепенно окутывает тело всё быстрее и быстрее. - это.. это не я! - вырывается крик изо рта, после чего скелет, утирая с щёк слёзы, внезапно замечает на тёпло-жёлтом свитере красное пятно. Он в неверии проводит по ротовой полости, чтобы почувствовать всё ещё теплую кровь на своих пальцах. Его лицо искажается в шоке, он не может пошевелиться от ужаса, что сковывает его. Что это?.. Это действительно.. сделал он? Поднимаясь, монстр на дрожащих ногах бежит домой. Всё больше людей и монстров начинает скапливаться позади него. Гул страха. Звук больничной сирены. Он запирается внутри своего дома и бежит, чтобы найти своего отца. Отца из-за которого, возможно, всё это и произошло, но ему плевать. Сейчас ему хочется только одного - спрятаться в руках родного человека. - папа? папа! - кричит, бегая словно припадочный, но никто не приходит. К горлу подступает тошнота, ведь шок потихоньку отступил, освобождая место для всего остального, в том числе и для вкусовых ощущений. На языке чувствуется металлический привкус, мясо, застрявшее между острых зубов, жир. Всё это смешивается внутри, заставляя попрощаться с сегодняшним завтраком. Мальчишку, не успевшего добежать до ванной, вырывает прямо на пол. Да, он всегда был монстром, но сейчас он на самом деле ощущал себя монстром. Как так получилось? Он ведь даже ничего не помнит! Каким образом это случилось? Много вопросов роилось в голове скелета, но ответов не было ни на один из них. На все эти звуки прибежал более маленький скелет в красном шарфе, который тот носил круглый год, несмотря на то, что путается в нём. Пусть он и поскальзывался на нём бесконечное количество раз, шарф полюбился скелету, и тот попросту не был готов расстаться с ним. - Санс..? - проговорил тихий голос. Но ранее упомянутый оборачивается так, будто он услышал очень громкий хлопок. Одна глазница горит голубым светом, а сам Санс держит руку у рта. - папс? - запинаясь, выговаривает он. Младший медленно подходит к Сансу, а на его глазах наворачиваются слёзы. Больше от страха за старшего брата, чем из-за него самого. Санс подрывается, обнимая дорогого ему монстра, что сейчас непонятливо плакал вместе с ним. Он не хотел показывать свое собственное состояние, которое было просто ужасным. Костлявая рука удерживает голову, уткнувшуюся в свитер. - где папа? - ему самому трудно удерживать себя в руках, но упёртое убеждение о том, что нужно показывать только самую позитивную и уверенную сторону, не даёт продолжать слезам течь. - Он.. он ушёл после того, как ты ушёл. Санс дышит неровно. Сейчас уже вечереет, на поверхности ночь настаёт очень рано, а у Гастера не должно было быть какой-либо работы. Он никогда не видел, чтобы отец задерживался до столь позднего времени. Сейчас это кажется Сансу очень странным, ударяя осознанием, что он никогда не видел, когда и что делал опекун.

***

Санс чувствует, как об голову прикладывают что-то. Что-то очень твёрдое и большое. Удар. Скелет падает. И падает он лицом внутрь чего-то теплого. Но, не успев сконцентрироваться на этом, монстр чувствует, как его опять ударяют по тому же самому месту, и, он может поклясться, что слышит хруст. Все звуки заглушаются, а монстр кричит от боли что есть мочи. Внезапно он осознаёт то, что происходит. Лицо уткнулось прямо во вспоротый живот. Вспоротый, разъеденный зубами. Светлая шёрстка крольчихи-монстра покрыта кровью вокруг вспоротого живота. Виднеются рёбра, пару из которых были выломаны и вылизаны до чиста. Печень откушена. Санс осознает, что этот кусок прямо сейчас у него во рту. Отвращение переполняет его тело и он старается подняться, для того чтобы выплюнуть его, когда его опять ударяют так, словно хотят вырубить монстра, но тот никак не отключается. Ещё один удар, уже победный. Тяжелый предмет проваливается внутрь сломавшегося черепа, а скелет срывает голос из-за испытываемой боли. Куски черепа попадают на глазницы, одна из которых потухает, из белого цвета становясь полностью чёрной, а вторая заливается кровью.

***

Магический глаз мигает то голубым, то красным, после чего останавливается на красном, который расползается по всему периметру радужки. Взгляд затуманивается, но скелет видит, как вокруг столпились все: люди, монстры. Он видит, как довольно широкий и разозлённый конь-качок наконец отстает от него. Кажется, они встречались с этой крольчихой(?), или, может, были уже женаты(?). Санс отдаленно помнит, как присутствовал на их свадьбе. Затем он видит, как через толпу прорывается скелет, который на голову выше его, вместе с рыбо-девушкой тёмно-синего цвета, расталкивая всех слишком любопытных.

***

- Что с ним? - несдержанно и взволнованно подпрыгивает с места высокий скелет к очередному доктору. Тот глубоко вздыхает. - Кое-что, очень глубоко внутри, влияет на душу вашего брата, переполняя элементами голода и ненависти. Оно абсолютно захватывает контроль над телом вашего брата, и, если ему не помочь, то со временем количество припадков и время, которое он пребывает в этом состоянии, увеличатся, - доктор видит ужас на лице скелета, очень ярко выражающего свои эмоции , но продолжает. - Внутри его души заселено семечко, которое при попытке вырваться, распространяет по всей душе ранее упомянутые чувства, также наполняя безумной силой, в обмен на которую забирает его реальную. Из-за этого, после припадков ваш брат не может колдовать долгое время. Семя возможно извлечь, но это будет стоить приличных денег. Возможен путь лечения с помощью лекарств, но это займёт очень долгое время. Помимо этого его магия притупится ещё сильнее, так как она глушит эмоции, а значит и жизненную энергию. Это делается для того, чтобы семя внутри души не захватывало контроль до конца. Она не убирает все припадки, но дает возможность вашему брату сопротивляться. Дверь, за которой и находилась главная тема всего разговора скрипит, после чего изо неё показывается очень уставший скелет. Почти одна четвертая его черепа сломлена, показывая дыру. По эту же сторону горит красный глаз, с черным просветом посередине. Из переполненной кровью глазницы, он превратился в красную радужку, заполнившую почти всё глазное яблоко. Другой же глаз потух полностью. На Сансе белая больничная рубашка, что пропиталась запахом самых разных медикаментов, создавая отвратительный микс, но это совсем неважно. Папирус смотрит с сомнением и сожалением, которые вообще-то испытывать должен не он, а старший брат. Ведь ему совсем недавно стукнул 21 год, и по закону он официально может жить самостоятельно. Младший же брат ещё учится в школе, и ,они оба понимают, что это значит. Старшему придётся уехать на заработок, если он хочет хоть как-то повлиять на образование младшего брата. Они переезжали уже 14 раз из одной деревни в другую. Младший скелет успел поменять столько же школ, сколько и было переездов. Им еле хватало денег, что им давало правительство.

***

Санс устал. Он откровенно устал от всего этого. В последние пять лет припадки стали происходить чаще, и переездов, соответственно, стало больше. И всё это из-за него. У них совсем нет друзей, нет никого, с кем можно поговорить про это. Хотя почему нет? У Папируса есть. Это Санс не может ни с кем дружить. Как минимум пару таких друзей уже умерли. Он просто тянет своего младшего братишку вниз, и это огорчает его. Хоть Папс и клялся, что всё будет отлично и его это не особо волнует, но он совсем не умеет врать. Младшему очень трудно в свой подростковый период. Он должен изучать окружающий его мир и пробовать что-то новое, а не сидеть в страхе и следить за телефоном в ожидании смс с единственным словом "помоги", после которого ему нужно срываться с места, вне зависимости от того, где он находится и чем занят, и ,отслеживая по уже вечно открытой геолокации, искать своего старшего брата, которого могут убить, стоит всем отойти от шока.

***

- Возьмите мою визитку, вы можете связаться со мной, когда решите, - доктор Маггистон потирает переносицу носа, после чего ставит очки обратно на место, оставляя братьев скелетов за раздумьями. - Брат, ты уверен? Я могу поехать с тобой, правда, я не против переехать отсюда, - с искреннем волнением спрашивает подросток. Они сидят за столом, ужиная приготовленной едой. К счастью, тут в магазинах всё продавалось на развес, из-за чего Санс мог спокойно взять и приготовить им нормальную еду, вместо какого-то быстро заварного дерьма. Старший очень хорошо почувствовал ещё на четвертом месте жительства, что не вариант питаться таким. Они быстро уставали, набирали вес, плюс появлялись проблемы со здоровьем. Особенно у младшего из скелетов. Всё же подрастающий организм как-никак. Конечно, они и сейчас питаются не как богачи, но это намного лучше чем дешёвая лапша. - абсолютно, папирус. ты самостоятельный, сможешь прожить и без меня. а я смогу найти хорошую работу в лондоне. всё же это очень крупный город, а не деревушки, по которым мы метаемся. а по поводу припадков не беспокойся, я смог контролировать себя весь этот год, - парень вымученно улыбается на чужое волнение, откусывая кусок хлеба. - не волнуйся, папс. я справлюсь, обещаю. а потом мы заживём нормальной жизнью, - он поднимает большой палец вверх в знак поддержки. На самом деле у него нет надежды на нормальную жизнь. Он уже давно сломлен. Но младший братишка заставляет двигаться его дальше: искать работу, подавать документы в учебные заведения и не забывать о банальной любви. Он очень любит Папируса. И пообещал себе дать ему самое лучшее из того, что он может дать, после того, как Гастер внезапно пропал со всех радаров. - Пообещай, что будешь писать и звонить каждый день, - не сдержавшись, подросток начинает плакать. Старший резко отрывается от еды, подрываясь со стула. Папс держит вилку и ложку, сжимая до дрожи. Он не хочет плакать, не хочет расстраивать Санса, но не может сдержаться из-за боли осознания, что больше его старший брат не будет с ним, неизвестно как долго. Санс подходит к нему и приобнимает. Единственный, с кем он может себе позволить улыку и обнятия. Папирус словно проявлял его эмоции, испытывая все за обоих братьев, и Санс действительно был благодарен. Он был благодарен за то, что, несмотря на всё, младший в первую очередь волновался именно о Сансе, а не о том что произошло. - я обещаю, папс. я обещаю.