Лето в твоих глазах

— Ох-тыж-господи! — подпрыгивает от испуга девушка, оборачиваясь в сторону прохода, и замечает там скелета, который лишь вопросительно молча склонил голову вбок, не понимая резкого испуга девушки. А та просто совсем не ожидала увидеть во время раннего утреннего похода почистить зубы парня, ведь на улице только светало. Причиной такого раннего подъема самой Т/и являлось простое отсутствие этого самого подъема. Она попросту не спала, так как недавно вернулась с ночной смены. Брюнетка работала в ночные смены по выходным, в надежде получить побольше денег. Хоть на выходных и не было конкретной работы, ей часто попадалась работа в круглосуточном магазинчике, в который она сама довольно часто захаживает. Редкие, но прибыльные случаи с заводами, которые не кидают на деньги, приносили больше дохода, и Т/и бы постаралась поискать побольше, но это выжимало очень много сил, из-за чего времени, в то же воскресенье, на себя совсем не оставалось. Хоррор молчал, не задавая никаких вопросов, жутко придавливает рубиновым взглядом одного глаза. Она привыкла к этому, за целую неделю совместного проживания, хоть иногда и пугалась от незаметных появлений скелета. Это словно было способностью монстра — приближаться, не издавая ни единого шороха, заставляя жилы стынуть под кожей, стоит только обернутся и увидеть его. Впрочем то, за эти дни она смогла узнать много нового о сожителе. К примеру то, что он тоже любит домашние растения, в особенности ромашки. Т/и часто замечала, как скелет осматривает зелень, развешанную по всей комнате, а однажды тот даже спрашивает о возможности купить квадратный горшок для ромашек. Так же, монстр внезапно оказался любителем кетчупа и сладостей. Девушка поняла это так как, иногда, она находила забытые пакеты от конфет или же пустые упаковки кетчупа в холодильнике, к которым девушка так и не притронулась, как собственно и к конфетам, что валялись у нее на полке вместе с крупами, никак не находя своего применения. — почему ты так поздно? — звучит хриплый, уставший голос. Точно. Монстр ведь совсем не был в курсе, что у той была какая-то работа. Т/и подумала, тот не спал прямо с того момента, как она ушла и кажется, у него не было телефона девушки. Она на секунду остановилась, так как вспомнила что у нее точно был номер скелета. А следом та поняла, что только у нее он и был. Как-то не особо выдавалось возможности позвонить, так как чаще всего они были рядом. Поправляя повязку, что поднимала волосы Т/и смотрит на парня. Он облокотился об косяк двери. Позади виднелся свет, который делал силуэт скелета ещё более устрашающим. Девушка не решилась включить свет, так как уже светало и все более менее было видно. Да и было какое-то внутреннее нежелание рушить это спокойствие искусственным светом. — Ты не спал? — отвечает вопросом на вопрос, облокачиваясь в свою очередь об край раковины, слабо приулыбнувшись. Сейчас хотелось безумно в кровать. Вернуться в ворох мягких подушек, уткнутся и не просыпаться. Даже при том, что она успела выспаться днем в субботу. Но сон отступает на задний план, пока она разговаривает с Сансом, что покачивает головой, не принимая такой ответ. Кажется, он ждёт нормальной реакции, а не попытки отвести внимание, от чего брюнетка улыбается. Ей нравятся такие ситуации, хотя и обычному человеку было бы попросту лень объясняться перед кем то, а тем более перед тем, с кем человек не близок. А Т/и это казалось чем-то вроде показателя, насколько собеседнику была важна именно правда. — Я была на работе. — девушка пожимает плечами, говоря правду. Скелету правда не стоило так упорно ждать прихода брюнетки, но почему-то тому захотелось. Может быть это просто было желание убедиться что все в порядке, как и делала чаще всего с самим парнем та. Возврат ее же монеты, как говориться. — Тебе не стоило меня ждать, Ру. — спокойно говорит девушка, а затем направляется ближе к выходу. Скелет, что заслонил его немного медлит, осматривая девушку сверху вниз, но затем отходит, давая той пройти. — ты голодна? — говорит он, оставляя неозвученной фразу «я думал что с тобой что-то случилось.» Манера Санса отвечать добротой на доброту осталась с давних времен, въевшись в его мозг. И это не изменилось, даже спустя то огромное количество травм, что он пережил. — Нет, все в порядке, спасибо за беспокойство. — кивает Т/и, а затем добавляет: — Ты ведь совсем не спал. Иди ложись уже, и я тоже уже ложится буду. Тканевая повязка, удерживающая волосы аккуратно снимается, позволяя пушистым волосам мягко упасть на охлажденное лицо. Девушка оставляет ту на столике, попутно проверяя время. Шесть утра. Хоть сегодня и выходной, но до завтра с такими успехами режим не восстановить. И если ей на это был наплевать, так как она уже давно так делает, то вот до парня, по ее догадкам, это было в противоположность. Ему нужен был сон в большом количестве, и даже при должном отдыхе, он выглядел устало, словно что-то вытягивало из него всю энергию. Только она не знала, что ее догадка была верна. Таблетки высасывали его жизненную энергию из души, оставляя лишь одну четвертую, дабы было легче сопротивляться агрессии зерна, находившегося в нем. — я в порядке. — вздыхает тот. Он не проснется завтра вовремя, если сейчас уснет, а это было бы очень неприятно. Всего вторая неделя учебы, а уже опоздания. И ведь его итак зачислили очень поздно. Диалог не продолжился, как и не начинался ужин, что Санс подготовил в ожидании девушки. *** Дни идут. Они ходили в университет вместе и сближались, а людям это совсем не нравилось. Все были в культурном шоке и испуге, стоило им увидеть Хоррора. А стоит дать волю фантазии, как публика начинает додумывать и распространять слухи, которые вредили не только Сансу, но и Т/и. До этого совсем невзрачная девушка превращается чуть ли не в звезду, с ключевым описанием «дружащая с чудовищем». И все бы ничего, ей было абсолютно плевать, ведь они не знали, каким все-таки хорошим монстром был Хоррор. Вежливым, осторожным и до безумия комфортным. Но ее начали открыто задирать за это. Задирать как дети малые, которые заметив что-то не входящее в их понимание, старались от этого избавится. Отойдет монстр от нее в туалет или в кафетерию за напитками, обязательно кто-то толкнет или бумажку кинет. И ведь Т/и отбивалась со всей агрессией, но как же без маленьких клише? Сын директора, или же Уильям Янг, со временем начал замечать суматоху, скопившийся вокруг скромной девичьей персоны. И по ожиданиям тот должен быть душкой, ведь его отец рассудителен и добр. Но не тут то было. Видимо, поддавшись волне, Уильям, что являлся звездой в каждом гребанном представлении, буквально стал самым первым в очереди задеть девчушку. — Эй, где твое чудовище, красавица? — челка набок, ухмылка на лице и старший забирает напиток из рук, рассматривая баночку а затем возвращая внимание к раздраженной Т/и. — Уильям, тебе заняться нечем? — усталый голос и быстрая оглядка. В коридоре еще есть студенты и те выглядят не особо заинтересованными происходящим. Хоррора отозвал преподаватель, а брюнетка просто его ожидала. — Пришел посмотреть на то, как ты ждешь пустоголового. — невинно пожимает плечами, подмечая сумку монстра, покоившуюся на скамейке рядом, и садясь ближе к ней. Т/и обращает на это внимание и настораживается, беря сумку монстра в руки. И та на удивление оказалась очень тяжелой, от чего девушка скидывает свой рюкзак, дабы хоть как то облегчить задачу. Обычно ее сосед выглядел всегда на легке, когда носил эту сумку, из-за чего ей казалось, что вес той не превышал пары килограмм. Ключевое слово здесь казалось. — Замолчи нахуй, единственный пустоголовый тут ты. — огрызается, несмотря на «шаткое» положение девушка, и отводит взгляд на дверь, желая поскорее закончить с этим. Янг обычно не задерживается на долго, ведь не может предугадать когда выйдет пугающий монстр. Это было ошибкой, ведь та с ужасом слышит звук выливающейся сладкой жидкости. Шоколадное молоко оказалось прямо на рюкзаке и его внутренностях. — Ты че, совсем с ума сошел? — девушка подрывается и забирает уже пустую коробку из рук зеленоглазого, что смотрит так насмешливо, а затем встает, заставляя отшатнуться. Т/и поджимает губы и смотрит на картон, а затем на парня, силы которого превосходят брюнетку, которая ни разу не ходила в зал. И становится так до ужаса обидно, что та сжимает кулаки. Первый раз, начиная с младшей школы, над ней начинают вновь так издеваться. И ведь ладно обычные толчки, та уже привыкла, но если все станет становится хуже, то и до избиения не далеко. Вы отвратительные существа, даже не пытаясь узнать его, боитесь как животные. — шипит Т/и. Ярость полыхает в крови, а зеленоглазый смотрит абсолютно не заинтересованно в ее словах, выкачивая лишь эмоции. Все бурлит, желание ударить чешется в руках, но та его сдерживает, ведь очевидно проиграет. — А ты главное звено этого стада. — дополняет она, и максимально сильно тычет в грудь указательным пальцем, с глубоким желанием продырявить дыру и дополнительно разодрать все к чертям. Уильям пожимает плечами и кинув взгляд на дверь, отходит от разгоряченной Т/и. Она не уйдет с этого места, как минимум потому что она ждет монстра. И это ему на руку. Зеленоглазый просто сваливает, с злыми оскорблениями в спину. Новый уровень в издевках и новый взгляд для других студентов, которые видели что сам сыночек директора свободно издевается над ней. Некоторым было бы жаль её и они бы встали на ее сторону, если бы не банальный страх и неприязнь к Хоррору. Так странно, как быстро меняется мнение публики, которая как не кстати начинает убегать на последнюю пару из-за звонка. Девушка отшатывается к скамье и склоняет рюкзак вбок, сливая хоть какой то процент жидкости, что еще не впитался. Молниеносно раскрывает сумку и достает то, что еще можно было спасти. Например, конспекты и папки, что намочились почти полностью. Хорошо еще что молоко та почти уже выпила и там оставалось от силы половина. Но все равно обида змеей окутывает шею, сжимая и насмехаясь. И имя этой змее Уильям. Бесшумно рыдая Т/и прислоняется макушкой головы к стене, разбирая то что намокло. Что можно спасти, а что придется переписывать, ведь преподы не щадили в этом плане. — т/и? — Девушка резко вздрагивает, когда слышит своё имя. Она слишком сфокусировалась на собственном деле, дабы остановить хотя бы слезы. Или может быть это вновь бесшумность Хоррора? — О, ты уже закончил? — мягко улыбается, поднимая голову в привычное положение, позволяя и склонившемуся на один уровень Сансу выпрямится тоже. — Да я тут молоко разлила, вот неудача. — мгновенно оправдывается, стоит монстру указать глазами на рюкзак девушки, попутно забирая тяжелую сумку с плеча девушки. Скелет недоверчиво посмотрел на Т/и, хмуря лицо. У них была еще одна пара, но после произошедшего тащиться туда совсем не вариант. Да и что? Конечно Т/и неуклюжа, но не настолько чтобы пролить молоко на рюкзак, находившийся до этого на ее спине. Это тоже весомый аргумент в пользу того, что бы не верить брюнетке, ведь сумку Хоррора брать ей не было никакого смысла. — ты врешь. — утверждает скелет, а его собеседница лишь поджимает губы. Это что, так очевидно? — скажи правду. — давит и подходит ближе, но она в свою очередь, забирает вещи и разворачивается. Как же она ненавидит давление. — Я пойду домой. Пожалуйста передай преподу что у меня появились проблемы. — пытается отрезать, но монстр идет следом. Тепло, что настигает девушку со спины, когда ее обнимают, немного успокаивает. Хоррор молчал, думая что бы ему сказать. Он догадывался что произошло, ведь в последнее время Санс частенько замечает смех и косые взгляды на девушку. И это его очень сильно напрягало. Вновь всё повторяется, вновь одна и та же история, где из-за него страдают другие, ни в чём не виноватые люди, Хоррор ведь не совсем тупой. Вина окутывает вместе со злостью в бледных оттенках, не позволяя сорваться и уйти в небытие. — прости. — это вообще первые их объятия. И это то, что заставляет девушку застыть. — За что? — тупой вопрос и надежда, что Санс все так-и ничего не понял, пролетает мимо с последующими словами. — я становлюсь проблемой опять, только уже для тебя. — на одном выдохе произносит скелет и чувствует чуть ли не на физическом уровне как девушка злится. Брюнетка разворачивается в обьятиях, оказывается лицом к лицу с Хоррором и смотрит прямо в глаза с решительностью. Обида в ее сердце словно испаряется, пока она сжав его плечи начинает говорить; — Слушай сюда. Я взялась за тебя и пообещала себе, что ты никогда не будешь чувствовать себя отбросом общества, которым ты себя и ощущал всю жизнь. Я буду боротся с каждой трудностью, потому что моя цель, это показать этим придуркам значение фразы «Не судите книгу по обложке», потому что они только и могут что тупо кивать, а в реальности за любое отличие терзать и унижать. — на одном дыхании под конец повышает голос. Т/и действительно имела ввиду то, что сказала, потому что после того вечера долгих откровенных рассказов девушка понимала, насколько же общество ошибается в нем. Конечно она не знала некоторые детали, которые монстр намеренно и открыто умолчал, помечая это как «личное», но этого было достаточно для ее завышенного синдрома справедливости. — Я могу обижатся, плакать, но я не сдамся. — голос тише, а взгляд размягчается, как и хватка. А все так-же державший ее в более свободных обьятиях Санс выглядел пораженным. В силу его не беспричинной безэмоциональности, Хоррор будто с открытой наружу душой стоял, пялясь в карие глаза и обрабатывая все сказанное. Это был первый раз за всю жизнь, когда он почувствовал уязвимость, но чувствовал себя безопасно при этом. — ты обещаешь? — сглатывает стоящий ком в горле, а голос кажется таким тихим и нежным. Это странно, что он пришел извинятся и успокоить расстроенную Т/и, но по итогу она та, кто его успокаивает. Невидимо окутывает теплом и ощущением безопасности. И Санс так безумно благодарен этой девушке, что невозможно описать словами. Даже при том что она не знает всего. — Я пообещала себе, но раз спрашиваешь, то обещаю и тебе. — улыбается и смеется, а смех раздается по корридору аудиторий эхом. Хоррор более крепко сжимает ее в обьятиях, заставляя как не кстати осознать их близость, улыбаясь. Редко дается ему такая привилегия, сквозь туман медикаментов чувствовать что-то помимо ничего. Но Т/и ненамеренно вызывала такое далекое от него счастье. У Санса появилась еще одна причина двигатся дальше.