Я хочу тебе помочь

Я хорошо помню, как мы познакомились. Когда соседка тряслась от страха за свою курсовую, я решил ей помочь и внушить своей силой лектору, что она хорошая. Ты, видимо, заметил мой манёвр и после пары подошёл ко мне с деловым предложением. Разумеется, я удивился. Не думал, что кто-то ещё обладает способностями. Но виду не подал и был подчёркнуто холоден. Тебя это не смутило. Ты знал, что предложение меня заинтересует. Так и получилось. Всякому может быть интересен чек с круглой суммой на нём. Тем более мне, бедному студенту. От меня не требовалось то, что мне не по силам. Всего лишь внушать нужные вещи нужным людям. Достаточно было одного взгляда на „клиентов”, чтобы понять, какого рода неприятности меня ждут, если я откажусь их обрабатывать. Но я и не думал отказываться. Процесс не приносил мне особого удовольствия, но каждый раз всё заканчивалось далеко не символическим вознаграждением. А тогда мне этого было достаточно. Тем более, тогда у меня чуть ли не впервые появился друг в твоём лице. Тебе я без опаски мог пожаловаться на свои способности, которые я не всегда мог контролировать. А ты взамен доверял мне свои тайны. Например о том, что ты состоял в особой организации, которая, в числе прочих, присылала мне „клиентов”. Вы ведали делами сверхъестественных существ, тайно живущих среди нас. Укрывали бежавших от произвола людей. Наказывали провинившихся. Обеспечивали порядок. Но и у вас были конкуренты. Занимавшиеся тем же самым, только со своей колокольни. Между вами всегда разворачивались кровопролитные войны, в которых и ты принимал участие. Всегда буду помнить, как ты приходил ко мне весь израненный, окровавленный. Видимо, у тебя не было никого, кто мог бы тебе помочь. Кому бы ты мог доверить свою жизнь. И оставался я. Но это изменилось. Когда к хирургам на третий курс перевелась твоя подруга. Я видел её краем глаза: русые волосы, голубые глаза, невысокая фигурка. Как по мне, в ней не было ничего особенного, однако для тебя она стала всем миром. Каждый раз, когда мы устраивались на скамейке в парке, или в кафе, разговор заходил о ней. Ты жаловался на неё, радовался за неё, даже ревновал. Но каждый раз твои глаза светились, когда ты рассказывал о ней. Это радовало. До боли в груди радовало, потому что ты уже не одинок. Ты обрёл ещё одного нужного, родного человека, с которым вскоре разделишь жизнь. Так я думал. И этого было мне достаточно. Однако было одно но. Она не имела никаких способностей, а потому ты не спешил рассказывать ей всё о себе. Ты надеялся её подготовить, ведь новость и впрямь была невероятной. Но жизнь не дала тебе времени на раздумья. В вашем сообществе прошёл слух, будто бы в мире появился особый ребёнок. Нет, не родился, а попал в поле зрения ваших соглядатаев, следящих за появлением способностей у людей. Они доложили, что у того ребёнка была такая сила, какой ещё не появлялось ни у одного существа в мире. Каждой организации не помешал бы в услужении такой кадр. Только загвоздка была в том, что те, кто ищут новые таланты, видят лишь отголоски сил, но не самих людей. Это значило, что организациям предстояло самим найти особенного ребёнка. Началась гонка. Тебе тоже пришлось принять в ней участие. В этом соревновании за первенство никто не гнушался никакими средствами. И мне приходилось не раз внушать людям выкладывать информацию о ребёнке, и в основном о его силе. Не раз я надеялся вместе со всеми, что очередной человек скажет что-нибудь дельное, и всё закончится. Мне не грозила опасность. Тебе и тем, кто стал тебе дороже жизни. Они стали твоей слабостью. Кто-то из конкурентной организации решил, что тебе известно о ребёнке. Их методы были весьма жёсткими. И они наглядно решили их опробовать на тебе. Точнее, на семье твоей подруги. Они похитили её младшую сестру, и начался шантаж. Информация в обмен на ребёнка. Отказ – девочка погибает, а та же участь ждёт её сестру. Естественно, ты ничего не ответил. Потому что не знал. Вместо этого мы вместе с теми, кто тогда согласился помочь, организовали спасательную операцию. Они держали её в каком-то ангаре за чертой города. Всем нам пришлось применять способности. Девочка это видела. И когда всё закончилось, нужно было решить, что с ней делать. Ты ещё до этого всё для себя решил. Большинство согласилось, что девочку можно оставить в курсе. Она была напугана, и вряд ли бы стала всем болтать. К тому же через неё обо всём узнала бы её сестра. Однако ты настоял на том, чтобы я внушил девочке, что она ничего не помнит. Ты боялся. Боялся, что история повторится. Боялся, что в следующий раз уже не сможешь никого спасти. Что твоя связь с её семейством погубит их всех. Ты решил уйти. Я был против. Мало того, я злился на своего друга. Того, что решил сбежать, бросить в неведении дорогих ему людей. Того, что решил обречь себя на одиночество и вечные сожаления о том, что не сбылось. Но больше всего я злился на себя. Потому что я хотел тебе помочь. Но не мог. Я мог только злиться на своё и твоё бессилие, но это ничего бы не изменило. Ты всё равно бы остался ни с чем. А я бы наблюдал. Наблюдал, как ты угасаешь, не в силах что-либо изменить. Я подчинился. До сих пор думая об этом, я всегда корю себя за то, что мог сделать больше. Уговорить тебя не сбегать, не отворачиваться от дорогих тебе людей, а принять и пережить вместе с ними всё. Может быть, вы бы выдержали это вместе. Может быть, нашлось бы другое решение, которое мы, поспешив, не стали искать. Но теперь уже поздно. Даже спустя много лет ты не оправился. Ты сделал вид, что всё хорошо, что ты в порядке. Но меня не обманешь. Я ясно вижу, что с тобой происходит, и даже будучи квалифицированным психологом, не могу тебе помочь. Я хочу тебе помочь. Но не могу. Не могу избавить тебя от ошибок прошлого, от сожалений. Всё, что я могу – быть рядом. Ведь я твой друг. А ты мой. Так было и будет всегда. Несмотря ни на что. Мы всегда будем вместе. Согласен?