Реальное.

— Хей, здаров, дружище, как твои дела? Вокруг тишина. Только голос и сбитое дыхание Рендала. — Нормально? У меня тоже. Смотри, что сегодня сварганил! В комнате ничего, кроме стола, огромного зеркала, поставленного вплотную к нему же, пары стульев и настольной лампы. Тёмный принц, сидя напротив зеркала, улыбнулся отражению и протянул к нему новую, недавно сделанную куклу. «Собеседник» сделал ровно так же. — Классная, да? Я назвал ее Розенберг. Рендал в зеркале убрал куклу куда-то, а сам голову упер на ладонь, поставив локоть на поверхность стола. — Не повторяй каждое мое движение, — немного напряжённо хихикнул тёмный принц, — будто я настолько хорош, чтобы мне подражали, — отражение же, пока Рендал говорил, прищурило и так небольшие глазки за линзами очков и стало накручивать сухие волосы на палец. — Вот чертенок! Темный принц рассмеялся, когда увидел своё нелепое лицо по ту сторону стекла. Было абсолютно очевидно, что зеркало может отражать только действительность. И никаких погрешностей. Оно даже разговаривать не умеет. Успокоившись слегка, Рендал посмотрел себе в глаза. Что-то явно не так. Его собеседник тоже не мог понять, в чем загвоздка. — Может чаю? Нельзя терять лицо перед своей совестью. Рендал доведет дело до конца. Не дожидаясь ответа своей молчаливой копии, тот вскочил со стула и вышел, направился на кухню. Тут очень темно. Ночь всё-таки. Все уже по спальням разлеглись. Максимум, что слышно — тихое сопение каждого да дыхание Ви Айвори. Он дошел до кухни, в которой горел его старый детский ночник — тёмный принц готовился к этому разговору и сразу заварил чай. Две кружки с забавными птичками стояли, уже заваренный чай остывал в них. В розовую кружку он положил три чайные ложки сахара и размешал, а синюю оставил как есть. Взяв обе, Рендал обратно направился к себе в комнату, где поджидал его новоиспеченный друг. — Я принес чай! Ох, смотрю, ты тоже? Темный принц по ту сторону стекла обиженно смотрел на своего собеседника, также держа две кружки чая в руках. — Ну, не хочешь пить мой самый невероятный напиток богов, тогда пей свою дрянь. Уверен, что она такая же странная на вкус, как кривые зеркала! Темный принц наклонился к стеклу, показал язык, и только потом уселся на стул. И никакой новой реакции. Был бы на месте зеркала любой другой — Сатору, Себастьян, Лютер, например — было бы куда более интересно. Но все спали. А Рендал не хотел спать, из-за чего попытки провалиться в царство морфея, чтобы развлечься с его особенным другом не увенчались успехом. Никому не было дела до скуки Ви Айвори. Даже его собственному организму. Но Рендалу на это конечно же наплевать. Честно. Все хорошо. — Знаешь, ты достаточно скучный. Даже хуже Себастьяна! Неоригинальный. Всем видом пытаешься меня повторить. Небольшая пауза. — Но ты хоть что-то. Из вежливости, синюю кружку Рендал придвинул к зеркалу, а из розовой отпил пару глотков. Все не так плохо. Ну, разве что, темный принц общается со своим отражением. Совсем ничего. Если подумать, то кто так хорошо его еще понимает, как ни сам он? Никогда сам себе он не будет противоречить, чувствует настроение также хорошо, как и сам Ви Айвори. У него были такие люди? Были ли, так называемые, «понимающие друзья»? Любой, с кем он в реальности дружил, не сильно то и долюбливал рыжую надоедливую персону. Не зря же Лютер перестал с ним общаться так же часто, а Себастьян до сих пор пытается сбежать. А Сатору… ну… Вроде бы один из таких. Но загвоздка — он не реален. Можно также сказать, что Сатору сам по себе — некое зеркало Рендала. Нематериальное, отчего толку было ноль. И теперь, пару секунд назад показавший себе самому язык подросток затосковал, опустив взгляд в кружку. — Мне, на самом деле, одиноко тут. С тобой. Хочется нормального отношения к себе. Серьёзного, понимающего, хорошего чего-либо в свою сторону. До скрежета в зубах, до дрожи в коленках, до кипящей злости. — Иди нахуй, — на повышенных тонах, наплевав на горячий напиток, Рендал швырнул кружку в зеркало со всей дури. На свету лампы тёмные брызги красиво засверкали, словно небольшие минералы. Зеркало вдребезги разбилось, по стеклу прошли тысячи трещин, создавая острый некрасивый узор. Чашка же отскочила назад, облив темного принца целиком, и приземлилась на пол, расколовшись на три неидеальные части. Ви Айвори посмотрел на свое жалкое изображение в зеркале, теперь покрытое отталкивающими линиями. Рендал тоже разбился.