Будьте добры — одного фигуриста и пару поцелуев, пожалуйста.

      Коттедж выглядел Шикарно. По другому и не сказать. Он был не слишком большим, но в нем все равно помещалось приличное количество народа. Все окна на двух этажах были заполнены разноцветными огнями, а из всех щелей до его ушей доносилась громкая музыка. Вечеринка была в самом разгаре, а Джек, как последний дурак, стоял около двери и мял булки, все не решаясь нажать на этот несчастный звонок. Конечно трель вряд ли бы услышали сквозь игравший Нью-рейв, но ради приличия можно было бы и позвонить один разок.       Набрав побольше воздуха в легкие, парень все же осмелился нажать на звонок и стал ждать. Как и ожидалось, ему не открыли ни через минуту, ни через две. Тогда, попытав удачу, он опустил руку на круглую ручку двери, вертя её в разные стороны. На его счастье, дверь не была заперта и легко поддалась его махинациям. Уняв появившуюся дрожь, он все же вошел в прихожую, где целовались уже подвыпившие ребята. Он решил не разуваться, проходя дальше, глазами ищя своего друга.       Вообще, он собирался сегодня тихо мирно посидеть у себя в маленькой квартире, поделать домашку, посмотреть какой-нибудь фильмец, повздыхать от неразделённой любви и наконец лечь спать. Сегодня же, из всего этого списка он мог сделать только одно, и это явно будет не домашка с фильмом и сном. А жаль, Джек так надеялся провести этот вечер спокойно, но тут откуда ни возьмись нарисовался его дорогой друг — Бен, который силком выпнул его из теплой кровати и заставил идти на «Мега-супер-пупер крутую тусу в своей жизни», выражаясь его словами. Конечно ему пришлось согласиться. Ещё бы он не согласился. Вот только повод этой самой вечеринки он узнал только тогда, когда уже подъезжал к месту встречи.       Казалось, ничего не могло вознести его на седьмое небо от счастья и тут же сбить огромным метеоритом, размазывая по земле, как лепешку. Но как оказывается, могло, и ещё как. Джек уже говорил, что его друг встречается с восходящей звездой фигурного катания? Нет? Ну, теперь говорит.       Ему все ещё кажется это розыгрышем, потому что он не может понять, как эти двое смогли начать отношения? Они ведь оба безбашенные придурки без инстинкта самосохранения. Смотря на эту парочку, у Джека на глазах слезы появляются от всей странности этой картины. Нет, конечно он рад за друга, даже завидует ему белой завистью. Вот только он хотел ему в пару кого-нибудь, кто бы мог его сдерживать от безрассудных идей, но видимо не судьба. Что один придурок, что другой. В общем, прекрасный дуэт. Но ладно, сейчас вообще речь не о них, а о психологическом состоянии Джека, которое уже в кратчайшие сроки готово отъезжать куда подальше.       Бен одеваться покрасивше сказать-то сказал, а упомянуть, что главная тема веселья, это недавняя победа двух популярных фигуристов, которые самолично будут присутствовать на праздновании, и, по одному из которых Джек уже горестно вздыхает не первый год, сука такая, забыл.       В тот момент, пока его друг, которому он не боялся признаться в своих самых потаенных страхах, с которым прошел огонь и воду, нисколько не раскаивающийся, тараторил ему в трубку извинения, у монохромного сердце успело радостно запеть, потом остановиться, а следом и начать крушить сковывающие его ребра, дабы сбежать из этого места куда подальше.       Такой подставы он от него не ожидал, хоть и понимал, что друг старался ради него. Все же, хоть Бен и бывает безрассудным, но он был явно смелее него, поэтому, видимо устав от его постоянного нытья, решил взять дело в свои ловкие ручонки. В этот момент Джек восхищался им и проклинал одновременно, выискивая его в шумной обстановке. Глаза не знали за что и зацепиться, перескакивая с предмета, на левого человека, потом на еду, опять на какого-нибудь человека и так по кругу. Музыка уже била по ушам, так и хотелось развернуться и уйти, но он понимал, что очень расстроит этим Бена, которому пришлось изрядно попотеть, что бы все это организовать. Как ни странно, но знаменитостей он здесь почти не заметил, хотя был уверен в обратном. Этот факт его почему-то успокоил.       Слева ему прилетел несильный удар в плечо и он тут же развернулся, ещё не зная, стоит ему извиняться, или наоборот нагрубить за нарушении личного пространства.       Перед ним стоял слегка помятый Бен. Он некрепко держал в правой руке пластиковый стаканчик с чем-то, отдаленно напоминающий вишнёвый сок, но Джек сильно сомневался в этом. Блондин что-то пытался ему сказать, но громкая музыка заглушала его голос. Нахмурившись, он дернул друга, заставляя склониться ближе и почти проорал в ухо:        — Где тебя носило?! Туса в самом разгаре! — прокричал он.       Джек просто пожал плечами, смотря на отпивающего из стакана. На его щеках уже виднелся румянец от выпитого. Монохромный предложил ему присесть, указывая на диванчики в углу комнаты, но друг лишь отмахнулся, указывая в совершенно противоположную сторону второго этажа. Джек недоуменно посмотрел на деревянную лестницу, затем на Бена. Тот вздохнул и прокричал:        — Иди давай к своему Ромео, Джульетта! Я не позволю тебе съебаться из этого дома раньше, чем ты засосешь второго по сексуальности фигуриста, понял?! — допивая остатки, крикнул ему в ухо Бен. Джек возмущенно посмотрел на него и тот добавил, — А ну прекрати так смотреть! Я тебе вообще-то добра желаю. Ну, и от недотраха избавиться не помешало бы! Все! Я на страже порядка, поэтому вперёд и с песней! Потом сам меня благодарить будешь!       Бен хотел было ещё что-то сказать. Напутствие наверное какое-нибудь. Но увидел за окном своего любимого. Другой Джек приветливо помахал парням и указал пальцем наверх, склоняя голову вбок в виде вопроса. Бен резво покивал и показал пальцами «окей». Повернув голову обратно к другу, он начал усердно толкать его в сторону второго этажа, что-то крича, но Джек ничего не мог расслышать из-за стука собственного сердца.       Пока его спину атаковали мощные удары рук, он все больше сомневался в правильности их действий. Теперь черное худи с такими же черными джинсами не казалось ему хорошей одеждой. А что, если только завидев это нелепое черное пятно, Джефф уйдет, напоследок окатив его взглядом отвращения? Или он что-то скажет не так? Или сделает? «Или» в его голове было ещё тысячи, но он не успел их все озвучит, так как уже запыхавшийся Бен перестал его толкать и Джек только сейчас заметил, что стоит напротив широкого балкона на втором этаже. Как он только не споткнулся о ступеньки, пока шагал.        — Ну вот и, фух, все, — разминая затекшие мышцы, произнес Бен.       Здесь было поспокойнее, так как большинство гостей тусили на первом этаже, да и музыка сюда доходила не полностью, так что Джек мог слышать блондина, не наклоняясь.        — Я все ещё не уверен, что это хорошая идея, да и что, ес… — его резко перебили.        — Чувак, ты всегда неуверен. Просто вдохни, выдохни и забей к хуям собачьим. В худшем случае, он просто пошлет тебя нахуй, а я буду подавать тебе бумажные салфетки, пока ты будешь реветь и есть свое фисташковое дерьмо, — скривился Бен. И не понятно на что именно — на его нервозность, сомнения, фисташковое мороженое или все вместе.       Джек открыл рот, чтобы что-нибудь сказать, но блондин продолжил свою тираду.        — В другом же случае — вы засосетесь, пойдете в одну из этих, — он указывает на все противоположные двери, где находились комнаты для гостей, — спален и будете трахаться до восхода солнца. И я уверяю, что так и будет.       Джек с сомнением посмотрел на уверенного в своих словах друга и горестно вздохнул. Ничего другого не оставалось, как доверится его словам и перестать быть мямлей хотя бы на этот вечер.       Он пригладил непослушные пряди волос назад, ещё раз вздохнул и пошел к стеклянным дверцам балкона. Бен лишь радостно взглянул на него и поднял два больших пальца вверх.        — Удачи, дружище, и помни! Засосать и трахнуть!       Брюнет показал ему фак и под смешки вышел наружу. Здесь было довольно прохладно, особенно тогда, когда солнце уже зашло за горизонт и на небе начали появляться первые звезды. Хоть он и был снаружи, но музыка была слышна даже через стены. Переведя взгляд вперёд, Джек наткнулся на одиноко стоящую фигуру. Сердце пропустило удар. Он мог легко узнать в ней своего любимого фигуриста, и не потому, что он был здесь один. Вовсе нет. Просто он так часто смотрел и пересматривал все ролики, связанные с ним, что уже наизусть выучил все его позы, его телосложение и комплекцию. Дыхание сперло и он лишь громко сглотнуть. Все слова вылетели из головы, но отступать было поздно. Он, на негнущихся ногах подошел к перилам, мельком замечая веселящийся народ. Сейчас они не представляли для него интереса абсолютно. Сейчас для него было важно лишь одно — перестать сомневаться и начать действовать.       Джефф четко услышал звук шагов, но решил пока не оборачиваться, следя за своим другом и его парнем. Он уже догадывался, кто это может быть и ему было интересно, как он попробует обратить на себя его внимание. Он не должен был здесь находиться, но пришлось. Что не сделаешь ради друга и бесплатных обедов целую неделю.       Вечер протикал довольно скучно и ему не оставалось ничего другого, как уйти от социума и наслаждаться одиночеством. Шампанское в стаканчике уже потеплело от его ладони, но он продолжал его пить, осматривая людей.       Этот парень, разговаривающий с парнем Джека, был симпатичным и видимо тем самым тезкой его друга. После стольких месяцев непрерывных разговоров об этом парне он не смог оставить его равнодушным. Интерес сжигал его изнутри, но он не делал попыток его потушить. Такое часто случалось с ним раньше и он знал как иногда это может быть опасно — тушить что-то голыми руками. Хотя этот… Джек не вызывал в нем какого-то недоверия или что-то такое. Он казался вполне обычным. Это понравилось Джеффу сразу. Если парень не вздумает играть альфа-самца, то фигурист даже будет не прочь провести с ним пару часов.        — Эм-м, здравст… То есть привет!       Джефф ещё посмотрел на толпу и все же перевел взгляд на говорившего. Джек неловко теребил край рукава, тщетно пытаясь это скрыть за спиной. Это выглядело довольно мило. Фигурист слегка улыбнулся краешками губ, отпивая немного из стакана.        — Привет, — горло приятно обдало теплом, а парень все не отводил изучающего взгляда от Джека.       Тот смущенно улыбнулся и искал глазами что-нибудь, за что мог завязаться диалог.        — Я, эм, чудесная погода, да? — монохромный мысленно отвесил себе затрещину. Погода? Серьёзно? Тишину разрезал тихий смешок.        — О да, чудесная, — во взгляде Джеффа можно было разглядеть любопытство и доброжелательность.       Этот парень ему понравился ещё больше, как только начал разговор. Ему всегда нравилась простота и непринужденность. Жаль только люди этого не понимали, пытаясь произвести на него впечатление крутых и самодостаточных людей. Если раньше, в начале его карьеры это было забавно, то со временем начало изрядно раздражать и менять мнение на счет такого человека в абсолютно противоположную сторону. Джек не пытался выделится, как-то показать себя и это обрадовало фигуриста.        — Ха, прости, я все ещё немного нервничаю, — он неловко почесал шею, — Ты не подумай, я не боюсь тебя! То есть, боюсь, но не в том смысле. Я имею в виду, что! Ой, прости, я начал нести какой-то бред.       Джек отвел глаза, мило краснея. Джефф же с интересом смотрел на него, посмеиваясь и попивая теплое шампанское. Нестерпимо хотелось курить, но он все ещё не был до конца уверен в парне, дабы так легко раскрыть перед ним его пристрастие о котором не знает даже тренер. Почему-то интуиция подсказывала, что на Джека можно положиться. Возможно это из-за того, что он был лучшим другом парня его друга (Боже как запутанно, как бы он сам на пьяную голову ничего не перепутал). Он сощурился, оглядывая его смущенное лицо и спросил:        — Клянешься, что не выдашь того, что сейчас увидишь? — он наблюдал за лицом парня, которое из смущенного перешло в недоуменное.        — Хорошо, — кивнул он.        — Нет, сначала поклянись, — как маленький ребёнок, повторил Джефф.        — Ладно, я клянусь, что не выдам никому и ни за что то, что произойдет в следующую секунду, — положа руку на сердце, как рыцарь поклялся Джек.       Посмеявшись и сделав неуклюжий поклон в знак благодарности, он вытащил из заднего кармана джинс, прикрытого тканью белого худи, тонкую пачку сигарет. Джек вытаращил глаза, наблюдая, как фигурист вытаскивает никотиновую палочку своими изящными тонкими пальцами и поджигает, поднося ко рту. В образовавшейся тишине было слышно лишь чирканье зажигалки и еле слышные втягивания никотина. Джефф внутренне смеялся, смотря на вытянувшееся выражение лица его собеседника.        — Не знал, что ты куришь, — сказал он быстрее, чем подумал.       Брюнет пожал плечами, выдыхая дым.        — Этого много кто не знает, — просто ответил он. — Я курю уже года три наверное.        — Не может быть! Как я мог не заметить этого, — нахмурившись, пробормотал Джек, но Джефф все равно его услышал.        — Хах, а ты так пристально за мной следил? — смотря на него, спросил парень.        — Да. То есть, не то, что следил, просто я часто смотрю на тебя. Стой! В смысле, не на тебя, а… Черт, я опять веду себя, как придурок… — сжав губы, Джек отвернулся к небу, стараясь не смотреть на улыбающегося спортсмена.        — Не парься, это намного лучше, чем если бы ты строил из себя «крутого», — показывая кавычки пальцами, произнес Джефф.       Сигарета была выкурена уже на половину и он чувствовал, как усталость спадает вместе со скукой. Джек и правда был интересным. А ещё довольно забавным. Ну, и даже привлекательным немного. Губы сильнее обхватили косяк. Наверное за него сейчас говорил алкоголь (Точнее всего один стакан шампанского, которое он растягивал весь вечер, дабы не ходить вниз и встречаться с другими людьми). Джек после его слов немного расслабился, тоже слегка улыбаясь, но продолжая смотреть в сторону. Тишина казалась вполне уютной, но Джефф решил все же перевести тему:        — Так это о тебе говорил Джек, да? — он выдохнул сигаретный дым и посмотрел на парня с любопытством.        — И что же он говорил обо мне? — монохромный с интересом обернулся на него.        — Что ты мямлящий ботаник-болельщик, который сохнет по мне уже почти два года и не пропускал ни одного моего соревнования.       Джек от удивления закашлялся, вдыхая слишком резко. По улыбке Джеффа он понял, что он не хотел его как-то оскорбить, да и обижаться было не на что, все было сказано по фактам. Минута молчания затягивалась.        — Что, даже отрицать не будешь? — Посмеялся тот, отпив немного из пластиковой стакана.        — Ну, могу опровергнуть и сказать, что я не ботаник, а биолог, хотя это и схожие направления, — сказал он, включая заучку.       Они посмотрели друг на друга и рассмеялись.       Смех у Джеффа был бархатистым и чарующим. Он наслаждался им, стараясь запомнить его как можно четче, ведь на публике он смеялся очень мало, да и точно не так, как сейчас. Сейчас его смех был искренним, что заставляло его сердце бешено биться.       Джефф же считал смех Джека задорным и звонким. Это было раем для его ушей. Он хотел бы слышать этот смех снова и снова.       После того, как смех стих, разговор пошел намного лучше. Не было больше той скованности в самом начале, не было неловкости и сухости. Они разговаривали о разном, перескакивая с темы на тему. Делились своим мнением и даже устраивали шуточные споры. Джеффу ещё ни разу не было так весело в чьей-то компании, помимо своего друга, конечно же.       Оказывается они оба любят домашнюю еду, предпочитают комфорт стилю, но им нравятся разные жанры в книгах и кино. Джек больше любит сладкое, тогда как Джефф наоборот острое. Такие маленькие схожести и отличия заметно оживляли их общение. Было интересно обмениваться шуточками и рассказывать смешные истории.       Они простояли так почти час, болтая обо всем на свете, не замечая сокращающейся дистанции. Их плечи уже прижимались вплотную друг к другу, а сами они выдыхали слова почти в губы.       Кто сдался первым в этой пытке Джек не помнил, но точно помнил горячие губы на своих. Терпкий вкус шампанского и горьковатый привкус сигарет. Это был не первый его поцелуй, но точно самый лучший.       Они поддались ближе, не оставляя свободного пространства. Рука прижалась к Джеффиной щеке, вторая сжимала его ладонь. Поцелуй выходил смазанным и медленным. Только когда губы устали, они решили оторваться, вдыхая прохладный воздух и остужая горящие тела.       Долго передышка не продлилась и они вновь прильнули друг к другу, стукаясь зубами и смущенно смеясь. Внутренности скручивались в узелок, а сердце стучало где-то в глотке, но это было не важно. Не тогда, когда они полностью отдаются друг другу и своим чувствам. Не в эту ночь уж точно.       Бен смотрел на целующуюся парочку и радостно делал пометку о двойном свидании на следующей неделе, когда его парню и Джеффу должны были дать выходной. Но только после выполнения второго пункта, вы ведь не забыли?