Добровольно сдаюсь

POV: Tom. Уходя от неё я испытывал пустоту, понимание того, что я не буду видеть, ощущать и просто быть рядом с ней почти неделю, проделала зияющую дыру в моем сердце. Я поцеловал её спящее тело и взяв свой чемодан вышел из отеля. На взлетной площадке уже ожидал мой вертолёт. Один из немногих приятных моментов богатого человека — личный транспорт. Абсолютно любой личный транспорт. В Лондон мы летели буквально полтора часа, удивительно, как ночное небо пробуждало первородный страх, страх неизвестности и пустоты. Всегда удивлялся пилотам и их смелости, а современные технологии открывали бескрайние возможности, приятно, что одной из таких программ занималась моя компания. В Лондоне, прилетев на вертолётную площадку, меня уже ждал Ларс. Ощущение сложных переговоров подогревало его выражение лица. Этот скряга, не смотря на свою серьёзность, всегда просто относился к разного рода и степени сложности контрактам. Сейчас же он стоял абсолютно собранным и казалось, что назревает буря. Не в первой. Прорвёмся. — Ларс, дружище. Приветствую. — Я пожал руку другу, обняв его за плечи. — Доброй ночи, Том, не хотелось отвлекать тебя от отдыха, но дело серьезное. Пойдём в офис. — Мы спустились с крыши в офис Ларса, где не смотря на поздний час ещё гудели работники. — Что за ночная эксплуатация рабочей силы? Сколько ты им платишь, чтобы в такой час люди сидели в офисе? — Я по-дружески похлопал его по плечу. — Ночью двойная ставка, брат. Все как у людей. Сегодня особый случай. — Он провёл меня в кабинет и попросив секретаря принести нам кофе, начал говорить. — Так вот, наш проект по поддержке военного ПО может накрыться. При чем очень громко. — Он прикрыл рукой глаза, потёр свои веки. — Я сам не справлюсь, там фигурирует твоё имя и это сейчас ключевой момент. — Хм…странно, а почему? Им не нравится наш код или ваше оборудование? Кто именно против? Акционеры? Владелец, как его там? — Это было неожиданно для меня, ведь мы плодотворно работали уже пару месяцев и ничего не предвещало таких изменений. — Здесь самое интересное. Владелец, Ричард Лори, резко выразился на собрании акционеров по поводу нашей работы. Сначала я думал, что дело в качестве продукта, напряг наши отделы, производство. Через время снова поступила жалоба, потом снова. И тут до меня дошло, что здесь что-то не то, понимаешь? — Это как минимум странно, ты говорил о моём имени? Как именно оно фигурировало? — Это оставим на десерт. Далее я выехал на встречу с Лори, он долго ссылался на занятость, но кого мы обманываем. Я вышел с ним на разговор, и он признался, что не хочет иметь дела с тобой, как с человеком с «сомнительными нравами» — Что, бля*ь? Что это значит? — Я не смог сдерживать своё негодование, какого -какого разговора, но такого я не мог ожидать. — У меня идеальная репутация. Наша компания лучшая на рынке, какого чёрта, Ларс? — Надеюсь, ты сидишь. Когда я спросил, что он имеет ввиду, он упомянул некие видео, на которых ты выглядел, как вовсе не лучший представитель бизнес-элиты. И далее, намекнул, что с девушками не стоит себя так вести. Как ты понимаешь, мои ищейки нашли следы. — Зави…. — По позвоночнику прошёл холод, лицо будто онемело. Кто бы мог подумать, что эта стерва зайдёт на столько далеко. Мир вокруг будто дал трещину. — Как видео попало к нему? Что ты нашёл? Ларс, прошу, говори все и сразу. И прошу, налей виски. — Он подошёл к мини-бару и налил стакан янтарной жидкости. Я так давно не пил, это топливо обожгло мне горло, заставив зажмуриться. — Она спит с ним. Как и ещё с некоторыми акционерами. Она знала, кто наши клиенты, знала, что это многомиллиардный контракт. Она все спланировала, Том. В какой-то степени я даже восхищаюсь этой женщиной. Так ловко торговать своим телом, чтобы отомстить миллионеру, что отшил её. Они отказываются от нас, но так как отозвать полностью производство и разорвать контракт без потерь они не могут, слава небесам и нашим юристам, дружище, они начнут давить на этическую сторону и моральный облик всей этой ситуации. Мне нужно знать, есть ли ещё у неё такого рода видео? Какие ещё из возможных «компроматов» у неё могут находиться? И готов ли ты доверить эту работу моим ребятам? — Я не могу поверить, что это дерьмо происходит со мной, да ещё ты замешан. Это было не единожды. Она не раз накачивала меня препаратами и проводила со мной эти сексуальные игрища. Я не мог сопротивляться, Ларс, я был как безвольная кукла. Каждый раз, а на утро я ловил такие отходняки, что смутно помнил, что было. Что ещё у неё может быть, я даже и не знаю. И конечно я готов полностью доверить тебе это дело, я готов давать показания и предоставлять всю информацию, что только потребуется. Скажи только сумму. — Тот неодобрительно покачал головой. — Дружище, ты так ничего и не понял. Это дело чести. Не только твоей, но ещё и моей. Скажи, знает ли эта стерва о Т/и и какова вероятность того, что она полезет к ней? — Прошлая их встреча прошла не гладко, скажем так. Сунется ли? Судя по её поступкам, можно все ожидать. — Я отпил ещё виски. Ночная усталость, шок и алкоголь начали сваливать меня с ног. — Нам нужно действовать. Если эти видео у неё на телефоне, мы можем получить доступ к её файлам и посмотреть, что у неё там. Я сейчас же напишу ребятам. Сейчас там 7 часов вечера, как раз. Ты получишь всю информацию, что она хранит у себя на телефоне и облачных хранениях. Как думаешь, Т/и предупредить? — Хорошо, чтобы у неё была охрана рядом. Но с другой стороны, не хочется пугать девчонку лишний раз. Думаю, пока отложим этот момент. А сейчас тебе нужно спать, поехали ко мне. Силы нам ещё понадобятся. — Он крепко хлопнув меня по плечу и посмотрел в глаза. — Томас, я хочу чтобы ты помнил. Ты — мой лучший друг. Мой названый брат, моя родная душа и я не оставлю тебя. Мы выроем яму и похороним эту сучку там, если понадобится. Твоя репутация не пострадает. Мы найдём, как вырулить из этого дерьма и заработать свои денежки. Денежки я люблю больше всего на свете и не дам этой выдре их лишить меня. — Ты сейчас спасаешь мою задницу, Бигстерсон. — Я склонил голову, понимая, что за бразильский сериал начался у меня в жизни. Моя Т/и, моё сокровище. Как я, зная всю свою жизнь, мог понравиться ей, как она могла согласиться любить меня. И теперь я буду переживать о её состоянии. Чёрт бы её подрал эту Зави. Мы поехали к Ларсу чтобы поспать. Чувствую неделька будет очень и очень тяжелой. POV: Т/И Утро целовало мое лицо через окна в номере. Глубокий здоровый сон, прекрасная кровать и великолепное времяпровождение дали свои плоды. За долгое время я чувствовала бодрость утром, а не усталость. Сегодняшний день был днём релакса и у нас с Эммой были грандиозные планы! Валяться в грязи и пить коктейли. Немного потянувшись в кровати и улыбнувшись своим мыслям я потянулась за телефоном. Никаких сообщений от Тома, хм.странно. Ладно, напишу сама. «Дорогой Том, желаю хорошего дня тебе. Знаю, что ты в силах справиться со всеми неприятностями, что попадаются тебе на пути. Верю в скорую встречу. Целую.❤️» — отправить. Вот так прекрасно. Теперь Эмма. Я набрала номер своей подруги. И через пару гудков услышала сонный голос девушки. — Да-а-а? Я почти не сплю, подруга. Как утро? — Эмма, солнце, умывайся и дуй ко мне в номер, поедим здесь. Нажмёшь мою кнопку, а я дам разрешение на табло. Добро? — Да, сейчас глаза раздеру и приеду, а Том там? — А, ты не знаешь? Том улетел сегодня ночью в Лондон. Его долго не будет, поэтому сегодня мы посвятим этот день нам и только нам. — Эта мысль и радовала и придавала немного грусти. — Оу, тогда бегу к тебе в своём кружевном белье и халате. — Эмма расхохоталась. Приятно было слышать её завораживающее хе-хеканье. — Детка, ну что ты, не стоит. Не стоит надевать халатик. Ха-ха-ха-ха. Ладно, жду. — Цёмки. — Эмма повесила трубку. Почистив зубы и заказав завтрак в номер я села ждать подругу. На телефоне высветилось сообщение: «Мой ангел, ты как всегда в точку. Спасибо тебе за твою поддержку, милая. Я правда скучаю, уже, как подросток. Береги себя там. Люблю.» — Томас. Все это так странно, словно в сказке. Эти отношения с Томом, работа в компании, Эмма — моя подруга. Боже мой, у меня есть подруга… Мне до сих пор тяжело осознавать, что с Томасом наши отношения почти идеальны. Мне не хочется придумывать драмы, выискивать проблемы или поводы. Мне хочется жить. Но разве так бывает? Разве не из каждого фильма доносятся истины отношений? Разве не от этого кайфуют люди? Горки. Адреналин, страсти, выяснения… Моя голова — мусорное ведро. Мне нужно освежиться. От мыслей меня отвлёк звонок официанта. Завтрак был подан в номер, аромат стоял невероятный, свежесваренный кофе, ароматная выпечка и что-то мясное. Осталось дождаться Эмму. Звонок в систему. Эмма. Лифт открылся. Там стояла моя прекрасная подруга, немного помятая после сна, но такая красивая. Её светлые волосы беспорядочно свисали не плечах, а на шее ещё виднелся след от подушки. Пижама и дурацкая улыбка на лице. Эх, милаш мой. — Дорогая, ты такая обворожабельная! Проходи скорее, завтрак стынет. — Я пригласила её в номер, Эм спокойно прошла по коридору и села в кресло рядом со стоящей на столе едой. — Врешь и не краснеешь, Т/ф. Но тебе простительно, тебе просто любовь в глаз попала. Поэтому ты всех видишь прекрасными. Такс, что у нас сегодня съестного? — Она театрально потирала ручки. Мы сидели, ели пищу и обсуждали планы на сегодняшний день.Эмма говорила вдохновляющие речи о релаксации, массаже и всяких супер дорогих процедурах для лица и тела. — Слушай, Т/и, а номер у вас с Томом посто офигенный! Я чего-то когда его выбирала, походу не смотрела вообще, я довольна своим выбором. Кстати, а чего Том улетел, он что-то говорил? — Да сказал, что в Лондон нужно по работе и это не терпит отлагательств, а что, ты не знала? Думала, у вас общий планер. Я конечно немного расстроена, но с другой стороны мы можем быть вместе целый день до самого отлёта, нам редко удаётся так посидеть. — Да, ты права. А по поводу брата, странно, обычно я вижу в календаре все встречи. Видать и правда что-то серьёзное. — Думаю, он потом расскажет, если захочет. — Я была спокойна, но не хотелось селить панику всякими мыслями. Весь утренний разговор с Эм был похож на сестринское общение, я не знаю какое именно оно может быть, но представляю именно так: сестра утром приходит на кофе, вы сидите и общаетесь на отвлеченные темы, никакой зависти, сплетен или унижений. Я наверное идеалистка? Странно чувство. Я все своё детство хотела большую и дружную семью. И теперь, получается, она у меня есть. — Детка, ты готова идти в SPA- салон? Нам нужно расслабиться в грязище! — Никогда не думала, что грязь кого-то может расслабить. Меня она только раздражает. — Мы громко засмеялись, выходя из номера. На втором этаже действительно находился SPA — центр, где играла легкая музыка и витал аромат благовонии. Мы с Эммой залезли в грязевые ванны, ощущения те ещё, хочу сказать. Не привычно, но через 20 минут мое тело благодарно начало расслабляться. — Ну как, подруга? — Подмигнула мне Эм. — Расслабляет? — О, вполне! А она потом смоется с меня? — Мы потом на смыв пойдём, все будет ок. После массаж. — Слушай, Эм, как дела у тебя с твоим парнем? Вы нашли решение конфликта? — Стыдно и вспоминать, Т/и. Я позвонила ему и попросила прощения. Я выслушала его сторону и ты была права, знаешь. У него съёмки, и он готов забрать меня ещё раз сюда, только он и я. Я плакала, как сучка, Т/и, то ли от собственной глупости, то ли от такой романтики. Мне так стыдно было, блин, я ж так не веду себя. Я сама рассудительность. черт, снова стыдно стало. — Было заметно, как Эмма готова была нырнуть в грязь, лишь бы не чувствовать стыд. — Детка, ну ты чего? Мы же взрослые люди, а знаешь чем отличается взрослый человек от незрелого? — Количеством ответсвенности и ежемесячных отчетов? — Её глаза закатились наверх, будто сейчас будут смотреть вовнутрь. — Резонно, но не совсем верно. А отличается тем, что зрелый человек позволяет себе ошибаться, Эм. Позволяет себе, ведь он встанет и пойдёт дальше. Наш жизненный опыт состоит из многих таких факапов. Ещё есть знание того, что мы люди, а не роботы. Мы можем быть разными и иногда не совсем рациональными, но от этого даже интереснее, дорогая. Человеческая природа — это верх творческого процесса. Позвольте себе быть настоящей. — Том должен платить тебе в разы больше. Ты — Богиня моей жизни…. — Эмма подняла бокал в мою сторону и отпила немного шампанского. — Тебе не кажется, что пить в такую рань — это слишком? — Театрально нахмурив брови спросила я. — Детка, мы раз в столетие на отдыхе, слишком — это позволять такому напитку простаивать с самого утра. С Эммой мы попробовали все предоставленные услуги и процедуры, даже массаж раскалённым бамбуком. Мы смеялись столько, сколько не смеялись с момента нашего знакомства. Это был потрясающий день. Обед нам подавали в бассейн, который благородно располагался на летней террасе. Мы плавали и лежали в гамаках. Ближе к вечеру, Эм знатно набралась и проводив её в свой номер, я отправилась в наш с Томом, для того чтобы переодеться и приготовиться к ужину. Вот, уже завтра утром, мы улетим домой, и снова погрузимся в атмосферу бесконечной работы и круговорот обязанностей. А мне прийдется жить без Томаса почти целую неделю. Номер без него ощутимо пустовал, но внутри я остановила себя в этих мыслях. «Это начинало быть похоже на какую-то обсессию, нельзя так сильно себя связывать с человеком. Я целостная девушка, мне не нужен кто-то, чтобы чувствовать себя полноценно.» словно какое-то заклинание повторяла себе. На ужин я вышла ближе к восьми, в легком сарафане на бретельках, прикрывая плечи шалью. Нащупав глазами столик Рона и Джесс, я подошла к ним. Т/и. — Прошу прощения, дамы и господа, возможно ли с вами разделить этот прекрасный вечер? Р. — О, родная наша, конечно, присаживайся, мы соскучились. Дж. — Хоть скучать и не пришлось. — Они переглянулись и нежно поцеловали друг друга. Эта парочка заставляет меня нежиться в ощущении тепла рядом. Я присела и заказав официанту свой ужин уставилась на этих голубков. Р. — А где мистер Хиддлстон? Он будет? Т/и. — О, нет-нет. Он улетел ещё ночью. Так что я была без него. Р. — А Эмма тоже улетела? Не видел её. Т/и — Эмма спит у себя в номере расслабленная в зюзю. — Едва скрывая свою улыбку произнесла я. Дж. — О, это на неё не похоже, она же наша «Мисс совершенство». Р. — Милая, даже «Мисс совершенству» иногда нужно надраться как следует. Не осуждай её, мы все иногда немного Эмма Хиддлстон. Т/и. — Я уже хочу домой, мне кажется, отдохнула вдоволь, если честно, столько работы нужно сделать, хочется в свою квартиру, уютно посидеть у окна, скоро осень, хочется уже этой красоты улиц…. Р. — Детка, мы живем в Лос-Анджелесе, какая красота улиц? У нас лето круглый год. — Рон хохотал так, что немного подавился. Т/и. — Блин, точно…. Дж. — А, ты ж не местная! А откуда, если не секрет? Т/и — Кливленд. Огайо. — Я привыкла с смене времён года, где зима — зима, осень — осень, понимаете? Иногда не хватает такой сказки. Дж. — Понимаю, я из Нью-Йорка, а Рональд у нас местный. Просидев за разговорами до позднего вечера, мы ещё немного побыли на лавочке возле отеля, наслаждаясь видами и красотами горных местностей, наши разговоры с ребятами были такими простыми и искренними, интересно, побываю ли я на их свадьбе? «Какие не тактичные мысли, милая» — пронеслось в голове. Улыбнувшись себе, я распрощалась с ребятами. Т/и — Ребятушки, встаём в 4:00, поставьте будильники, пожалуйста, встречаемся в холе и идём на поезд, вылет в 10:00. Р. — Блин, все эти длинные перелеты и дороги, определенно, вносят долю горечи в наш прекрасный отдых. Мы ж не выспимся. Дж. — О, Рональд, в самолете выспишься! Нам лететь дохренеллион часов! — Джессика хлопнула парня по плечу и убежала. Р. — Люблю эту леди. — Рон обнял меня и поцеловал в щеку. — Спасибо, детка, что ты есть. Приняв ванну в номере и умостившись на кровати, я заглядываю в телефон. Никаких сообщений от него. Хммм… Видать и правда сильно загружен. «Дорогой мистер Хиддлстон, день мой прошёл насыщенно и весело, жаль без тебя. Как ты там? Неужели так все серьезно? Пиши по возможности. Люблю до Луны и обратно» — Отправить. Ответ пришёл через двадцать минут.

«Для верных слуг нет ничего другого,
Как ожидать у двери госпожу.


Так, прихотям твоим служить готовый,
Я в ожиданье время провожу.

Я про себя бранить не смею скуку,
За стрелками часов твоих следя.


Не проклинаю горькую разлуку,
За дверь твою по знаку выходя.

Не позволяю помыслам ревнивым
Переступать заветный твой порог,


И, бедный раб, считаю я счастливым
Того, кто час пробыть с тобою мог.

Моя Любовь, моя Т/и, я хочу поскорее прилететь домой, где будешь ты. Прости, что молчу. Ближайшие дни, я стараюсь исправить некоторые неприятные нюансы. Жди меня, как я тебя. Твой Томас» С улыбкой на лице и Шекспиром в сердце я уснула. Мне снился лес, снились детки, что весело на полянке проводили время, небо было необычайно красивым, темным, глубоким. Вместе с Томом мы сидели в палатке и общались, как услышали истошный крик, плач и жуткий крик зверя. Мы замерли, мое сердце билось так громко, что казалось, его можно было услышать на той стороне леса. Молния палатки начала медленно расстёгиваться. Том прижал меня к себе и поцеловав меня в лоб приказал сидеть и не высовываться. Страх. Ступор. Томас распахнул палатку и… и тишина. Никого. Ничего. Нет детей, птиц или даже дуновения ветра. Он повернулся ко мне чтобы сказать это, как вдруг за его спиной оказалась здоровая гиена. Из её пасти текли слюни, а глаза были наполнены кровью. Я пыталась ему кричать, вопить, но я не смогла произнести ни звука, животный страх овладел мною, страх того, что Тома сейчас загрызут. Миг. Гиена прыгает на Томаса. Я просыпаюсь. Открыв глаза, я вижу, как самолёт свершает посадку. Боже, я проспала почти всю дорогу. Вот это отдохнула, называется. Но тяжелый осадок от сна не давал прийти в себя. «Жуть какая» — подумала я. Распрощавшись с ребятами я вызвала такси домой. Летний, вечерний Лос-Анджелес, ты совсем не похож на Швейцарию и её горы. Но что-то родное так сильно грело мое сердце. Дома меня ждала моя привычная обстановка, мой уютный подоконник, где было отчитано столько книг: о любви, приключения, мифология разных стран, поэзия и проза. Я любила этот дом, он стал мне родным. Посидев за чашечкой чая ещё полчаса, я услышала звон в дверь, «Странно, я никого не жду», я решила поморозиться немного, но звонки не унимались. Попытка сделать вид, что меня нет, не прокатила. Хотя действительно, ведь у меня свет горит. Ладно. Посмотрев в глазок я оторопела. Зави…. — Я вижу, что ты смотришь в глазок, детка, открывай. Нам нужно поговорить. — Её голос звучал так же высокомерно и пошло, что хотелось облить её с ведра холодной водой, да желательно, чтобы святой в добавок. — Я не приглашала тебя, чего пришла? Как ты вообще нашла где я живу? — Стараясь сделать свой голос как можно более жестким. — Я могу найти кого угодно и где угодно, Т/и, а после того, что я тебе покажу, ты меня будешь ещё благодарить. — Что я делаю?! Я открыла дверь. — Так то, красотка. — У тебя ровно 15 минут. — Не глядя на неё, я закрыла дверь и прошла на кухню, заваривая для неё чай. — Тебе сахар ложить в чай? — Удивительно. Ты мне чай предлагаешь? — Её немного сбило с толку мое гостеприимство, знала бы она, сколько труда мне стоило не вылить кипяток ей в лицо.— Мне пожалуйста две ложки. — Давай выкладывай, что хотела. Мне не доставляет удовольствие вести с тобой диалог. — Я хотела, чтобы ты знала, с кем ты сейчас встречаешься, и что за жуткий человек Томас. И чтобы ты мне точно поверила, я принесла тебе это. — Она протягивает мне телефон, где поставлено на паузу видео. Это было ТО САМОЕ видео, о котором меня предупреждала Эмма. Мои глаза были не готовы увидеть это, Томас представал в самом униженном виде, который можно только представить. Он стоял связанный на коленях, а она анально унижала его. Говорила ему всякие гадости и буцала своим каблуками. Она кричала ему «Ну, что, маленькая грязная сучка, это то, чего ты хотел? То, чего ты так просил?» Удар по лицу. Его ответ был невнятным мычанием. Далее она села на него, и скакала сверху, постанывая и охая. Когда все закончилось, она подошла к камере и смотря прямо в неё сказала. «То, что вы сейчас наблюдали было полностью инициативой Тома Хиддлстона, он заставил меня, (слёзы на глазах) шантажировал меня, что если я не сделаю, то, что он хочет, он уничтожит меня и опозорит перед всем Миром. Помогите мне (Ещё больше слез), я больше так не могу. Чёрный экран. — Это так ужасно… — А я говорила тебе. — Она улыбалась, будто чувствуя свою победу. — Ужасно то, что ты думала, что я не знаю ничего. — Её лицо перекосилось. — Такая себе актриса из тебя, всё-таки. Это раз! Два — посмотри, его лицо просто убито в хлам. Чем ты его накачивала? Неужели подумала, что адекватный человек не заметит этого лица под жутчайшим кайфом? Боже, да ему там плохо. — Что ты несёшь? Какие наркотики? Он заставлял меня это делать, неужели ты не видишь? Я здесь жертва! — Она глюкнула чашкой по столу. — Это так ужасно. — Зави. Мне ты можешь не врать. Я — психолог и вижу, когда люди врут. Признавайся, все равно здесь никого нет. Да и мне никто не поверит, я ведь никто и зовут меня — Никак. Чем ты его травила? Зачем тебе это? Зачем тебе я? — Её лицо из жалобного превратилось в хищное, зловещее, будто у той гиены из сна. И тут до меня дошло… — Ну, что же, ты права, тебе никто не поверит. Замухрышке из Огайо. — Мой кулак сжался. Тихо, спокойствие. — Я правда пичкала его препаратами. И на видео он под ними. Но какая разница? Они все заслуживают того, чтобы я их использовала и потом уничтожила. — Кто «они» не пойму? — Так ты ещё и глупышка, в добавок. как только Том тебя выбрал? Ну конечно же все мужики, с которыми я творю тоже самое. Или они думали, что потрахали меня и все, можно кинуть? Нет, уж. Они мне заплатят и дорого! — Боже, у тебя их много? Зачем тебе Том, если у тебя много других? — А все просто, Том решил меня кинуть, ему дошло, что все что с нами происходило, это. все не сон или глюк, или просто разовая акция. Испугался, трус. Решил меня кинуть, видать я для него слишком низкого сорта. — Зави, может потому что ты конченая психопатка, а не потому что у тебя какой-то сорт есть? Мы же не куски мяса. — Да что ты понимаешь, мерзкая шлюха! — Она встала из-за стола и направилась к выходу. — Я буду это делать со всеми, с кем захочу и буду пичкать их таблетками сколько захочу, хотя в таком количестве как Тому уже вряд ли. Как он тогда не откинулся вообще? Удивляюсь. Вот у меня есть сейчас один из Лондона. Вроде бы военный, а попку любит шлифовать. Ахахаха. — Её смех заливался мерзкими помоями. — Ха, или эти его подстилки акционеры. Ноги расставь, в бокал подсыпь и все. На все готов. — Ты мерзкое создание, Зави. Исчезни из моей жизни. Появишься ещё раз — вызову копов. — А больше и не надо, фу, шлюха. — Она плюнула мне на порог и ушла. Закрыв дверь, я достала телефон и выключила диктофон. Контакт «Томас». Отправить запись. Точка.