Синичка

Сталь между пальцев, сжатый кулак. Удар выше кисти, терзающий плоть, Но вместо крови в жилах застыл яд, медленный яд. Разрушенный мир, разбитые лбы, разломанный надвое хлеб.

《--☆--》

Грузовик несчадно трясся, наезжая на все кочки и неровности дороги. И каждый раз, когда это происходило, Минами билась виском о приклад своего автомата. Это было болезненно, но ничто уже не могло болеть сильнее, чем её сердце сейчас. И вот, впервые с тех пор, как Зеро ушёл, она снова почувствовала предательство, отвратительным осадком осевшее в её сердце. Погрузившись в свои мысли, она, кажется, даже позабыла о боли в глазу. Точнее, в месте его отсутствия. Её теперь нельзя было назвать красавицей, лишь не иначе как "уродка". Конечно, на премию "мисс красота 2007" она никогда не претендовала, но увидь ее сейчас кто-то кроме её друзей, скорее всего охнули и попытались отойти дальше. Ей было бы страшно даже взглянуть на себя в зеркало сейчас: сальные пряди волос, некогда окрашенные в блонд, свисали с головы, пропитанные грязью и кровью - чужой и своей собственной; уставшее лицо с синяками под глазами, лишь кровавое месиво вместо правого глаза, стекающие с лица алые ручейки, смешавшиеся со слезами, текущими из глаз совершенно произвольно, ведь сама Минами не плакала - не осталось сил. Она сидела на сидячем месте в грузовике, облокотившись рукой на свой автомат и головой на плечо Мартина. Всю дорогу они оба молчали, в грузовике были они одни. Так распорядился Джейкоб. Сотни мыслей проносились в её голове за одну секунду. Как и те, в которых она думала как ей выжить в незнакомом сообществе с одним лишь только Мартином из знакомых ей людей. Ведь Джейкоб и Рейвен, крепко обняв Минами на прощание, сказали, что никуда не едут. Им, как мэру и командиру самого действующего батальона, нужно разобраться с потерями, которые понесло сообщество. Но они обещали, что как только разберутся со всем, то обязательно приедут к ней. Однако, в ответ на это, девушка лишь отметила про себя, что её сумашедший любимый сказал примерно то же самое и чем это всё обернулось. - Надо обработать твою рану. - выдернув девушку из мыслей, сказал учёный. - Оставь. Я сама, только скажи где бинты. Чёрт знает, что от тебя ещё ожидать.... - её голос казался грубее и ещё более усталым из-за хрипа. Минами встала, опираясь на своё оружие как на трость и повернула голову к Мартину. - Как знаешь. Аптечка под скамейкой. Шумно дыша, девушка присела и вытянула небольшой чемоданчик из-под скамейки на противоположной от них стороне кузова. Окрыв его, первым делом её взгляд пал на многочисленные пробирки с зеленоватой жидкостью. - Это тот препарат, с помощью которого я могу отдавать приказы мертвецам. Почти все пробирки, которые я создал в подземной лаборатории вашей базы разбились, когда люди мэра пришли "заткнуть" меня. - Предвидя поток вопросов со стороны знакомой, сказал учёный. Мартин закинул ногу на ногу. - Эти я создал в лаборатории, предназначенной для моей девушки в другой комунне. Минами взяла в руки одну из пробирок и стала её рассматривать. - Так Элионор жива? - Да, но она в ужасном состоянии. - Понятно. - Девушка положила катализатор на место и взяла бинты. Чертыхаясь, Минами всё же сделала себе что-то на подобии повязки (которая почти сразу же пропиталась кровью), после чего села обратно на лавку рядом с Мартином. - Честно, я удивлён, что вы позволили Зеро уйти. Солдат стиснула зубы до скрипа и впилась ногтями в лавку. - Он человек и волен сам принимать решения. К тому же, я уже однажды остановила его. Второй раз не прокатило бы. Если он хочет найти своих друзей, то пусть ищет. Он обещал вернуться. Последнее предложение девушка сказала скорее не для Мартина, а самой себе. Она уверяла себя, что нельзя сомневаться. Он вернётся. Просто надо немного подождать. - Так он друзей своих ищет? Что ж, не думал, что такой человек как Зеро может иметь друзей, так ещё и будет пытаться найти их. В его стиле было бы предположить, что они уже мертвы. Мартин был в какой-то степени прав. Зеро в основном плевать на других. Редко когда он мог ради кого-то что-то сделать. И вряд-ли он пошёл бы в пучину ада, чтобы спасти кого-нибудь от монстров. Скорее, он пошёл бы туда, чтобы насладиться процессом истребления этих же монстров. Даже если нуждающиеся в помощи - его друзья. Но Вебер.. он дорожит даже случайными знакомствами, а особенно - людьми, которым нужен он, а не Зеро. Людьми, которые не бояться его и их не отталкивает факт существования этого психа законченного. Минами вздохнула. Оставшуюся часть дороги они провели в тишине.

***

- Тогда выполняй, солдат! - Так точно, генерал Ирума! Сквозь закрытые веки девушка слышала суетливые разговоры, приказы и топот роты. Минами приоткрыла глаз и тихо застонала. Боль во всём теле снова вернулась. Она и не уходила, но сон смог заглушить нытьё костей и суставов на некоторое время. Она лежала на скамейке в кузове грузовика, её странная привычка - чувствовать желание спать, когда дело пахнет жареным - всё же взяла над ней верх. Девушка, опираясь кулаком на лавку, привстала со стоном и кряхтением. Двери в кузов были открыты настежь, свет стал резать глаз и солдат поморщилась. Про себя она подметила, что когда уезжала - солнце садилось за горизонт, а сейчас снова ярко светило высоко в небе. Кажется, на другую базу они ехали всю ночь. Минами поднялась со скамейки и медленно подошла к дверям кузова, стала вглядываться в мутные лица солдат, суетившихся и уставших, провожающих новоприбывших людей в их новые дома и помогая раненным коллегам добраться до медпункта. Всё ещё морщась, пытаясь разглядеть людей, она вышла на улицу и огляделась вокруг. Воздух здесь был свежее, чем на её военной базе. Здесь тяжёлый металлический запах крови не оседал в воздухе, здесь не пахло мёртвой разлагающейся плотью из-за зомби, здесь не оглушали звуки стрельбы и леденящие душу крики умирающих людей. Но в ушах у неё всё ещё пищало, тело пахло кровью и потом, а никакой свежий запах и живая атмосфера нового жилья не могла заглушить чувство вины перед погибшими гражданами. Она подвела всех. Она подвела Джейкоба и Рейвена, ведь именно когда они назначили её главной в той ситуации, она оплошала. Ей хотелось начать плакать, задушить себя же, лечь наземь и снова заснуть здесь мёртвым сном на ближайшую вечность, но ни слёзы, ни истерики, ни её смерть ничего не решит и не вернёт - она это понимала, потому не стала даже пытаться всплакнуть. У неё бы всё равно не вышло - солёные слёзы, попадая на рану, причиняли неприятную боль, от чего хотелось реветь ещё сильнее. - Мина! Боже, что же это делается! Минами подняла голову. Проходя мимо всё ещё шатающихся туда-сюда солдат, к ней почти что буквально подлетел знакомый мужчина. Взгляд девушки был всё ещё помутнён из-за травмы, но она смогла узнать кто это лишь по одному шраму, идущему наискосок от левой скулы, через переносицу и до правой брови. Вскоре взглядом она смогла зацепиться за короткие седые волосы, морщины под глазами и серо-голубые глаза, прямо как у неё. - Папа... - наконец прошептала она, после долгого, молчаливого разглядывания. Мужчина схватил её за плечи и резко притянул в объятия. - Узнала таки! Господь всемогущий, как тебя покалечили-то! Не узнать, совсем болезненной выглядишь, аж слёзы наворачиваются. Его грубый голос и правда дрожал, будто он действительно сейчас заплачет. Но оно и немудрено. Единственный ребёнок, после стольких месяцев разлуки возвращается к родителю на половину незрячим, грязным и пахнущим кровью. Мать умерла после родов из-за слабого сердца, Минами жила всю жизнь лишь со своим отцом. Когда Мина была маленькой, её отец был обычным лейтенантом, однако с началом зомби вируса лейтенанта Ирума повысили до генерала, и не зря. В этой коммуне всем управляло военное правительство и отец Минами заслужил себе значимое место среди руководителей. Раньше он тоже служил на другой военной базе, однако несколько месяцев назад там случилось похожее нашествие, что и в этот раз. Много крови было пролито, множество солдат и мирных жителей обратились, некоторых убили до превращения с целью избавить от мучений. Был у генерала Ирума помощник, правая рука. Однако после нашествия он исчез без следа, как и некоторые сбежавшие люди. Среди трупов его тело не было найдено, однако за пределами военной базы искать его не стали, ведь тогда погибло очень много солдат и должности защитников горожан массово пустовали, в солдаты принимали даже женщин и детей, а поднимать и так пострадавшие войска ради одного человека было слишком глупо и опасно. Отец Минами ещё долго пытался самостоятельно разыскать своего помощника, однако каждый раз его останавливали. Так военная база - по совместительству коммуна - номер #336 стала новым жильём не только для солдата Минами Ирума, но и для её отца. Минами всё детство мечтала быть похожей на своего отца - сражаться за Родину, защищать людей. Но она не справилась ни с одним, ни с другим. Женщин редко принимали в военных, однако, скрипя зубами, генерал, за счёт своего статуса смог выбить ей местечко под командованием командира Джейкоба - сына его старого друга. И Минами быстро влилась в новое общество. Ей хорошо удавалось защищать не только граждан, но и своих коллег. Прознав об успехах дочери, генерал стал беспокоиться о ней чуть меньше, однако боязнь потерять единственного родного человека ни при каких обстоятельствах не ушла бы полностью. И вот его беспокойство оправдалось. Минами со своим отцом некоторое время разговаривала о её старой жизни на ныне убитой базе. Она рассказывала ему о том, как она, Джейкоб и Рейвен - их с Джейком верный друг - разгадывали тайну мэра и привязанных на закрытом складе зомби. О том, как нашли учёного по имени Мартин в подземной лаборатории на том же складе; о том, как Мартин показал им как работает его препарат, позволяющий контролировать зомби; о том, как Мину похитил их мэр за то, что она разнюхивала о его планах на зомби, и наконец о том, как она с парнями победила мэра и его творение, созданное из его же брата - заммэра, после чего Джекоб стал новым мэром, а Рейвен - новым командиром их отряда. Умолчала она лишь об одном. О Зеро. Ей не хотелось говорить о нём отцу. Ни о нём, ни о Вебере. Не о том, что изначально это он стал расследовать кто держит зомби на складе в цепях. Ни о том, что Зеро - одновременно и проклятие, и спасение бедного Вебера. Ни о том, как он спас её и по-своему заботился о ней в заброшенном домике, пока Джейкоб и Рейвен подняли поисковую группу и рыскали по улицам в её поисках. Ни даже о том, как она его любила. Она не хотела ворошить палкой старое и забивать гвозди в ещё незажившее сердце. Да и по её мнению, она выглядела бы чертовски глупо, если бы сказала, что любит парня с раздвоением личности. Даже не его, нет. Она любила именно его альтер-эго, она чувствовала что-то только рядом с Зеро, а Вебер был для неё лишь "младшим братом". Может, это и неправильно, но разве она виновата? Она не хотела об этом всём думать.

***

- Вот оно что... Ясно... - почесав подбородок, сказал генерал. - Ты столькое совершила, а я даже и не задумывался. Мне бы даже в голову не пришло, что моя дочь свергала власть, пока я тут солдатами командовал. Ты молодец, я горжусь тобой, дорогая. Минами горько усмехнулась, когда отец стал поглаживать её по голове. Она хотела сказать ещё что-то, но её прервал новый помощник её отца. - Генерал Ирума, с выше распорядились, чтобы солдата Минами Ирума назначили командиром первого отряда. - молодой парень стоял смирно, руки по швам, с высоко поднятой головой. Но нервничал. Видимо, генералу служит он недавно. Зная отца, Минами могла бы сказать, что он долгое время сопротивлялся новому помощнику, настаивая на возвращении пропавшего без вести. - Так, и от кого поступил приказ? - От бывшего командира Джейкоба. Он велел сказать, что за её заслуги на старом месте её нельзя не назначить командиром. А ещё, генерал, там без вас не разобраться - нужно сходить к начальству и разгрести кто из солдат и мирных прибыл, а кто погиб. Командир Рейвен пришлёт отчёт с жертвами. Генерал тяжко вздохнул. - Ни минуты покоя. Хорошо. Проведи мою дочь до парня, с которым она прибыла и покажи им двоим их новые дома. Генерал Ирума повернулся к дочери и крепко обнял. На последок прошептав пожелания удачи, удалился. Минами осталась наедине с помощником отца. Она перевела измученный взгляд на солдата. - И за какие заслуги Джейк решил рекомендовать меня на место капитана? Я - причина по которой там погибли люди. При одной только мысли, что она будет руководить ротой солдат, девушка прикусила язык. Она никогда не желала быть лидером. Слишком большая ответственность и слишком много жизней, которые она может угробить по чистой случайности или невнимательности. Нежелание управлять с ней разделял Рейвен. Он всегда возмущался, когда Джейкоб велел ему, как его самому доверенному человеку, вести солдат на задание. Он всегда говорил, что он слишком часто лезет на рожон и подвергает себя и других опасности, он слишком резкий и не думает о последствиях, чтобы быть лидером. Однако всё же стал командиром их отряда. Не по своему желанию, но он был не особо против, пусть и говорил, что Минами подойдёт на эту роль больше него. - Полно вам, мисс Минами. Я слышал от брата, что там случилось. Думаю, на вашем месте мог быть кто угодно, вам не стоит себя винить. Вы даже приказ отдать не успели. Если и винить кого-либо, то это этого учёного, который это всё устроил! Каким мудаком надо быть, чтобы подвергнуть стольких людей опасности? Если подумать, Минами не испытывала к Мартину какой-либо неприязни. Да, изначально ей было больно от его предательства (что даже предательством, если посильнее впариться в ситуацию, не знавать), но со временем ей стало всё равно. Ей было плевать что с ним будет и как он будет себя вести. Глядя в глаза Мартина, безразличие в которых быстро сменилось непониманием и растерянностью, когда Зеро не появился, Минами могла сказать, что он действительно не хотел стольких смертей. По её мнению, сам его план был странным и опасным, но в этом и весь Мартин. Он тоже нечасто думает о последствиях, хоть и умён.

***

Дорога до рабочего места Мартина не прошла в тишине. Отцовский "ручной пёсик" вечно возмущался, что "эту гниль", подразумевая Мартина, не убили, а оставили в живых, так ещё и поставили на хорошую должность. Всю дорогу он жужжал, что не доверяет ему, что если потребуется, то пускай Мина обращается к нему с любой проблемой. Девушка начинала понимать, почему её отец хотел вернуть своего прошлого зама. Наверняка, он болтал куда меньше, чем этот. Стоило ей подумать о том, как бы заткнуть ему рот, как солдат остановился и посмотрел на белое здание в не очень хорошем состоянии. - Ну вот, пришли. Хотите, я вас провожу? Если вдруг этот наглец поджидает вас, чтобы навредить, я... - Сама дойду, не маленькая. Возвращайся к генералу. И совет: хватит столько чепухи нести, выглядишь глупо. - прохрипела она, после тихо застонав и схватившись за свою окровавленную повязку. Видать, снова пора с этим что-то делать. Солдат покраснел и отвёл взгляд. - Д.. Да! Извините! - развернулся и ушёл прочь. Минами открыла скрипящую железную дверь. Было бы неплохо смазать, а лучше вообще заменить её - кроме скрипа она вся была грязная и покрытая ржавчиной. Внутри было темно, хоть глаз выколи, девушка медленно ступала вниз по узким ступенькам в какой-то подвал. Вокруг было много паутины, в которую девушка периодически врезалась лицом. Спустя минуту, в конце лестницы, она увидела голубоватый свет. Наконец выйдя в тускло освещённое инкубаторными лампами помещение, девушка огляделась: всюду были разные коробки, пробирки, книги, какие-то жидкости в различных скляночках, подопытные крысы в больших стеклянных коробках с отверстиями для воздуха, микроскоп на столе и многое другое. Самого Мартина нигде не было. Минами даже начала задумываться над словами зама своего отца. Напряглась, ожидая, что учёный выйдет из-за какого-нибудь угла и нападёт. Но все сомнения на счёт Марта улетучились, когда за дверью сбоку от себя она услышала сильный кашель. Взглянув в окошко на двери, девушка застыла. - Так это и есть Элеонор? - спросила она саму себя шёпотом. Комнатка за дверью оказалась небольшой палатой. В койке, с множеством повязок, пластырей и капельницей сидела рыжеволосая девушка, а рядом с ней на кровати сидел Мартин, поддерживающий её за спину одной рукой, а другой кормил с ложечки каким-то супом. Элеонор снова закашлялась, а учёный стал поглаживать её и прижимать к своей груди. Минами больно было смотреть на страдающую девушку, которой досталось явно больше, чем ей, и одновременно её радовало, что у неё есть такой партнёр как Мартин. Подглядывать за возлюбленными дальше она не стала - отошла от двери и начала разглядывать кривые записки, разбросанные на столе. Почерк женский, но ужасно кривой, будто она писала в спешке. Будто её время было ограничено. Увлёкшись чтением (а точнее, попыткой разобрать хоть слово), девушка не заметила, как Мартин вышел из палаты и поставил на ближайший стол пустую тарелку. - Уже проснулась? Как себя чувствуешь? - его голос казался уставшим, кроме того, небольшие синяки под глазами давали знать, что в отличие от Минами, за всю ночь поездки он и глаз ни разу не сомкнул. - Что это? - проигнорировав вопрос товарища спросила она, всё ещё вглядываясь в записи. Мартин вздохнул. - Исследования моей девушки. Просто куча черновых, ничего не дающих вариантов создания вакцины против зомбивируса. Как видишь, воссоздать его не удалось. - Выходит, ты и Элеонор - единственные, кто устойчивы к вирусу? - Не совсем. Двое наших друзей - Лукас и Брайан - тоже вкололи себе эту вакцину, но они не учёные, а потому бесполезны властям, в отличие от нас с Элеонор. - А где они сейчас? - Понятия не имею. Мы разделились, когда мертвецов стало больше, а потом нас с девушкой похитили. Минами отвлеклась от бумаг и с печальным взглядом посмотрела на учёного. - Неужели тебе всё равно? - Не сказал бы, что всё равно. Скажем так: Элеонор для меня важнее. Но я верю, что они и без нас прекрасно выживают. Лукас отлично управляется с огнестрельным оружием, а Брайан - бейсболист. Бита ему в помощь. Кроме того, они устойчивы к вирусу, забыла? - Точно. - с облегчением выдохнула и подошла к окошку на двери палаты. Учёная лежала на койке, её грудь размеренно вздымалась и опускалась от её дыхания. Про себя Минами отметила, что выглядит она куда хуже, чем она сама и Мартин, когда ему досталось от людей бывшего мэра. - Постарайся не шуметь, ладно? Она снова заснула, не хочу её будить. Во сне процесс выздоровления происходит быстрее. Мартин включил кран и стал мыть тарелку из-под супа. - Ей досталось сильнее, чем тебе. Это потому что мы смогли тебя освободить, а ей некому было помочь? Учёный кивнул и сразу же перевёл тему. - Тебя уже назначили командиром первого отряда? - закончив мыть тарелку, он поставил её в тумбочку возле двери в палату. Теперь тему сменить хотела Минами. Ей было страшно, что она снова подведёт кого-нибудь. Страшно, что по её вине опять погибнут люди. Она сжала кулаки и впилась ногтями в ладонь до неприятных ощущений. - Да. А что за первый отряд вообще? - Спецотряд. В нём люди посильнее обычных. Например тебя, "Львица", рекомендовали как командира за то, что даже будучи самой молодой в своей прошлой команде, ты со всем отлично справлялась, кроме того, ещё и спасала старших коллег. Минами цыкнула и ощетинилась. Снова эта дурацкая кличка. Откуда Мартин вообще её знает? Как же она ненавидела это прозвище. Мартин усмехнулся, увидев её недовольство, но продолжил. - Я - твой зам. Думаю, пояснять не надо. Элеонор сказала, что тоже хочет помогать, когда поправится. Остальные - просто мощные солдаты. Думаю, сюда бы и Зеро хорошо вписался.... Настала неловкая тишина. Вдарить Мартину хотелось ужасно. Минами знала, что он специально упоминает его, чтобы вывести её из себя, поэтому старалась не показывать как на неё влияет его имя. Спустя полминуты Мартин снова выдавил из себя тихий смешок и стал копаться в каком-то ящичке в поисках медикаментов. - Садись на стул. Обработаем твои ссадины и глаз. После сразу иди домой, попроси этого непутёвого помощника твоего отца проводить тебя. Минами плюхнулась на стул рядом с учёным. - Жить мы должны вместе так как из-за переселенцев из твоей коммуны не хватает жилищ. Но я редко буду приходить домой. Поставил здесь раскладушку и буду наблюдать за состоянием Элеонор. Минами не могла сказать, была она рада тому, что будет жить одна или ей было грустно и страшно. С одной стороны - одиночество - это последнее, чего она бы желала сейчас, а с другой - возможность разобраться в своих чувствах без едких упрёков Мартина. - Как придёшь домой - поешь. И постарайся не мочить повязку на глазу. Пошлёшь какого-нибудь солдата сообщить мне, как ты добралась до дома. - Тебе это знать необязательно. - Как знаешь. Как только мужчина закончил с перевязкой и обработкой всех её ранений, девушка отправилась домой под сопровождением какого-то первого попавшегося под руку лейтенанта. Зайдя в новый дом, она сразу же отправилась в душ, чтобы смыть с себя всю кровь и грязь, но даже после этого ей не стало легче. Она села на корточки, обняла свои колени и её слёзы смешались с водой из душевой кабинки, в которой она стояла. Шум воды заглушал её всхлипы. А повязка всё же намокла.