Тепло в моей руке

Утром заехал Влад и скептически оглядел моего мелкого друга. Арчи теребил его штаны с идеально острой стрелкой. Я честно пыталась отогнать малыша, заинтересовать косточкой, но все было бесполезно. Пришлось взять проказника на руки. Влад заехал вручить мне подарок на новый год. Я устыдилась, так ничего и не купила никому. Влад простил, но сказал, что припомнит. В подарок он мне вручил коробочку с ювелирным украшением от известного бренда. Ну конечно, что еще мог подарить мне мой брат. Но открыв ее, я восторженно его поблагодарила. На бархате лежала золотая цепочка с подвеской, в виде капельки, которая двигалась и мерцала, отражаясь бликами. Я тут же одела ее и Арчи подтвердил, что подарок стоящий. Я напоила брата кофе и потом мы мило распрощались, поздравив друг друга с наступающим. Влад пообещал звонить, проверять, как я там одна. Поехали мы по Ярославскому шоссе, заехав в РИО. Купили продуктов на новый год и всякие нужные вещи: шампунь, порошок. Я не знала, что там осталось у бабули, поэтому набрала всего понемногу. Ехать нам было примерно два часа. Арчи всю дорогу важно сидел и дремал в соседнем кресле, слушал музыку, что я включила. Лишь подъезжая к селу оживился и встал на задние лапы, смотрел в окно. Само село было небольшое и не слишком оживленное, несколько магазинов, полиция. Я проехала по центральной улице, и немного повертевшись вдоль рощи, увидела указатель «Усадьба князя Лазанского», частная собственность, выехала к чугунному забору и воротам. Да, в моем роду были князья и княгини. Раньше указатель висел без надписи, что это частное владение и бабуля его поменяла, так как летом не было покоя от нашествия отдыхающих, что искали разные исторические места для экскурсии или отдыха. Тем более, что место здесь было очень красивое, особенно озеро. Усадьба была действительно небольшой. Я её смутно помню. Пару раз за лето меня привозили сюда совсем маленькой. Помню небольшое озеро с ледяной водой, где мы катались на коньках с бабушкой. Большой дуб, где я строила шалаш. Ворота легко открылись, замок был смазан, даже не скрипнул. Широкая дорожка, расчищена от снега и вела прямо к дому. По бокам росли высокие ели, укрытые белыми шапками снега. Впереди виднелся сам дом, одноэтажный, с широким большим кольцом. Белые колонны удерживали крышу над входом. Тяжёлые, деревянные двери. Мы остановились с Арчи у крыльца и я открыла дверь машины, выпуская его на улицу и вышла сама, осматриваясь вокруг. Мне здесь уже нравилось и то, что я тут одна меня нисколько не пугало, ведь у меня есть Арчи, дом на сигнализации, как было указано в документах. Я обошла дом. Сзади был большой сад, что спускался прямо к озеру. Все белое, белое, даже резало глаза от снега, что искрился на солнце, как моя подвеска, которую подарил Влад. Немного в стороне я заметила еще постройку сарай и гараж. Вернувшись с Арчи в машину, я решила оставить ее пока здесь, так как надо было выгрузить вещи, что мы привезли с собой. Нагруженная пакетами я открыла дверь и вошла в переднюю. Конечно это была усадьба, дом в деревне. С высокими потолками из серой гранитной плиткой из которого наверху была лестница со ступенями из белого мрамора. Из холла выходило два коридора по левую и правую сторону, один вел в большую в гостиную с камином и второй на кухню, санузел и кладовую с котельной. Наверху, насколько я помню, было три спальни. Арчи заливаясь громким лаем, неуклюже побежал в гостиную, цокая когтями по плитке. Я сбросила куртку на банкетку, что стояла у входа и тоже пошла за ним, включая везде свет. В доме было тепло, уютно. Окна в коридорах были большими, закрыты легким, в изящных складках белым тюлем. Коридор заканчивался двойными, стеклянными с обрешеткой светлого дерева дверями, что были гостеприимно распахнутые. Бабуля обожала стиль прованс и я тоже. Мягкого серого оттенка стены, светлое дерево на полу, ковёр огромный во всю гостиную, нежно-голубого оттенка, диванчики, обитые серой плотной шерстью. Голубые шторы и лёгкая, белая тюль. Два огромных окна выходили видом на сад за домом. Два кресла у камина, на одном забытый клетчатый плед. Я подошла фотографиям, что висели над камином в белых рамках. Здесь были я, мама, мы все, Влад, дедуля, какие-то знакомые бабули. Она очень любила общение и часто здесь было много гостей. Я почти перестала сюда приезжать, после того как пошла в школу, Особенно ближе к старшим классам, я совсем перестала здесь бывать. Бабуля сама приезжала к нам. Летом родители отправляли нас с братом в какой-нибудь заграничный лагерь на море, а зимой мы и так часто видели бабулю. Она была очень красивой женщиной, даже в старости, стройная, с идеальным маникюром и ухоженными волосами. В деньгах она не нуждалась. Мы никогда не спрашивали, откуда они у неё, но она всегда была идеально одета и выглядела молодо и элегантно. Дедуля был из военных и умер уже давно, когда я была маленькая, по-моему, что-то с сердцем. После его смерти бабушка жила здесь одна и всё время была чем-то занята, мы даже толком не знали чем она занимается. Родители, когда приезжали, обязательно, ездили к ней. Последние два года бабуля болела и мама забрала ее к себе в Лондон, там она и умерла, я не успела ее увидеть. Арчи заливался лаем у кресла, что стояло у камина. Потом странно затих и завилял хвостом. Меня это немного напугало, но я быстро отвлеклась, так как надо было раскладывать продукты и вещи и подготовить нам комнату. Холодильник на кухне был выключен и я подключила его, а также плиту. Чайник и все остальное. У бабули была достаточно оснащенная, современная кухня, даже кофеварка имелась, чем я особо обрадовалась. Арчи выбрал место, где будут стоять его миски с водой и кормом. На ужин мы с ним решили замариновать крылышки и запечь в духовке. В кладовой я нашла целый ряд аппетитных банок с различными закрутками: компоты, соленья, варенья, чего тут только не было. С голоду мы точно не умрем. Бабуля оказалась запасливая в плане заготовок, сахар, мука, соль, даже мыло с шампунем и порошком, зря мы тащили все из магазина. Разобрав покупки и замариновав крылья, я открыла одну маленькую банку с солеными огурцами и слопала ее почти всю, такие вкусные и хрустящие были огурчики. Арчи отказался и хрустел своим кормом. С момента приезда он как-то странно себя вел, то заливался звонким лаем, а то вилял хвостом, вглядываясь то в одно, то в другое место. Я подумала, что это он так привыкает. Я поднялась наверх и осмотрела все три спальни. Везде было чисто и уютно, как будто здесь никто и не жил почти два года, казалось дом только недавно покинула хозяйка, выйдя в магазин. Пока я доставала и застилала постель в своей бывшей комнате, Арчи громко и заливисто залаял и побежал в низ. Я подумала это снова одна из его причуд, но тут раздался звонок в дверь. Я вздрогнула, никак не ожидала гостей. Спустившись вниз и открыв дверь, я впустила в дом приятную женщину, преклонного возраста, что была одета как дворянка, по старинке. Темно-коричневое пальто с воротником-стойкой из норки и такого же цвета шапка-таблетка на голове. — Здравствуй, Кристина, ты меня, наверное, не помнишь? — спросила с улыбкой женщина, снимая пальто и вещая на вешалку, с изогнутыми ножками. Я наморщила лоб, вспоминая. — Я Клавдия Васильевна, ну? Тетя Клава — и тут я вспомнила. Ну конечно, у бабушки была подруга, по совместительству домработница, что приходила пару раз в неделю и убиралась в этом огромном доме. Готовила и стирала. Сколько лет прошло, а тетя Клава, казалось нисколько не изменилась, я тут же вспомнила ее кулебяку, такой я больше не ела нигде. — Ой, какой хорошенький — приседая на корточки и почесывая Арчи за длинным ухом, восхитилась тетя Клава. Мы прошли на кухню и сели за большой дубовый стол, достали два варианта варенья и, тетя Клава заварила чай в большом белом чайнике. Мы долго сидели с ней, вспоминая бабулю и былые времена. Оказалось, заготовки в кладовой делала Клава, а не бабушка. Мы с Арчи оценили царское варенье, как Клава назвала варенье из крыжовника. Также договорились, что она будет по-прежнему сюда приходить, готовить и убирать, так как кулинар из меня так себе. — У Мани никогда не было собаки, я все говорила, заведи себе кошечку или маленькую собачку, а она все не соглашалась — Клава все восхищалась Арчи, что довольный вниманием сидел, как приличная собака. — Маня говорила, что часто уезжает, а животное будет скучать. Но я бы присмотрела за животинкой, взяла к себе на время ее отъезда — все сетовала Клава. Арчи внезапно сорвался и побежал с лаем в гостиную, Клава перекрестилась и засобиралась домой — Ты главное ничего не бойся, хоть дом и стоит уединенно, постоянно горят фонари и полиция недалеко, да и сигнализация у тебя есть и телефон, если, что звони мне. Я оделась, мы с Арчи вышли прогуляться и проводить Клаву немного до дома. Снег на улице скрипел под сапогами, нос прихватывало морозом. Ночное небо было таким звездным, что я такого никогда не видела. Воздух казался хрустальным, что его можно было разбить или растопить своим дыханием. — Мороз обещали до минус тридцати — сказала Клава — я приду завтра, если ты не против. Принесу домашнего творога и молока, для тебя, да и для этой прелести — улыбнулась она, смотря на Арчи, как он бегает на своих коротеньких ножках. — Ему надо есть творог, там кальций, полезно, да и тебе не помешает, вон какая худая. Совсем вы там в Москве себя голодом изморили, да и дышите непонятно чем, вот у нас тут воздух, так воздух — вот тут я с Клавой согласилась. Мы немного еще прошли, почти до ее дома, что стоял недалеко от усадьбы и вернулись назад. Дом встретил нас теплом, что было приятно, после морозной прогулки. Арчи опять побежал в гостиную, виляя своим коротким хвостиком, а я пошла, поставить крылышки в духовку и сделать салат.