Город Крипипасты. Лит-сериал

Сердце бешено колотилось. Легкие разрывались от боли. Ноги подкашивались от усталости. Но страх был сильнее всего. «Нужно… Мне нужно бежать быстрее…» Позади раздался хруст веток и жуткие шорохи — буквально повсюду. «Они… они уже так близко!» В лицо бил ледяной ветер. Летняя ночь была теплой. Мир перед глазами уже размылся от слез. «Только бы не споткнуться! Только бы не споткнуться!» Резкий поворот налево — и нога поехала. Неудачный шаг — и она подвернулась. «Ах, да что б тебя, проклятая грязь!» Она зашипела от боли и упала на землю. Странное рычание из чащи, свист и отдаленные крики приближались. От страха она сжалась. Ей было очень холодно. С усилием она смогла подняться и продолжить бег. Но приближаясь к очередному дереву, услышала звук летящего предмета. Он пронесся в нескольких сантиметрах от ее лица и врезался в кору дерева. Она в шоке и ужасе смотрела на окровавленный нож, мгновенно понимая, кто его запустил в полет. Сердце бешено колотилось. Легкие разрывались от боли. Ноги подкашивались от усталости. Но страх был сильнее всего. Она рванула с места, не оглядываясь назад. Взгляд ее испуганных глаз метался из стороны в сторону, выискивая желанный свет в бесконечной пучине мрака, давившего на ее душу, буквально прижимая к земле. «Где же выход?! Где же… Где же этот город?!» Света не было. Была лишь тьма. И холод. И смерть. Слева она услышала рык и, на мгновение обернувшись, с трудом разглядела собачью тень. А позади — две человеческие. Одну с очередным предметом для убийства и очками с желтыми стеклами на голове, а другую — в до ужаса знакомом белом худи. «Я не смогу…», — пронеслась в мозгу полная отчаяния мысль. В нее вновь запустили оружие, которое чудом пролетело мимо и врезалось в ствол ели. Это был топор. А еще она расслышала странный звук, похожий на электрический разряд. В глазах помутнело, желудок будто бы захотел вывернуться наизнанку. «Когда же это закончится?..» «Никогда» Чужой мужской голос в ее голове резанул по ушам. Она вскрикнула; не заметив корягу, споткнулась и снова оказалась на земле, морщась от дикой боли в подвернутой ноге. «Не останавливайся, дорогая. Беги дальше» Еще один голос, уже женский и… заботливый. Но не мамин. Мама говорила всегда по-другому. …Она, прерывисто дыша, встала. Быстро оглядевшись, помчалась прочь. За ней молнией метнулся пес, с которым она в начале новой пробежки чудом избежала встречи. Она посмотрела на него, выскочившего из кустов, и в тысячный раз за эту ночь ужаснулась. Челюсти его кровоточили. Глаза горели во мраке безумным огнем, в них она увидела сияющую надпись, но какую — не смогла разобрать. Взъерошенная, лохматая шерсть собаки была покрыта грязью и кровью, в большинстве мест слиплась. Взгляд хищника не предвещал ничего хорошего. Она прибавила скорости. На последнем издыхании пронеслась по тропинке вперед, увидев наконец выход и желанное темное ночное небо, мерцающее звездами, которые окружали огромную полную луну. Это была ее единственная надежда. Она вылетела из чащи на пустырь, и тут же резко затормозила, чувствуя, как из глаз полились слезы бессилия и какой-то странной, звериной злости и обиды. Впереди была пропасть. Она уже знала, что находится на ее дне. Длинные и острые, как бритва, сучья Зарослей Смерти. Назад ей пути нет. Лес, откуда она с таким трудом выбежала, уже скорее всего кишит этими злобными тварями. «Неужели я умру?». А потом она увидела огни вдалеке, так заманчиво поблескивающие и словно пытавшиеся подбодрить несчастную. Огни ее рока. Огни ее судьбы, что привели ее к этой пропасти. Она не знала, как оказалась здесь. Но что-то ей говорило о том, что она должна была что-то сделать. Но что именно? Теперь уже спрашивать бесполезно. Она ведь наверняка будет мертва. …Внутри она похолодела, когда справа увидела тень преследовавшего ее ужасного пса. Она резко отпрянула в сторону, не сводя с него испуганного взгляда, следя за каждым его движением. Он медленно вышел на лунный свет — так, будто бы боялся этого — и ощетинился. — Ну… давай! — Шепот в начале фразы перешел в крик. Истерика у нее началась ох как не вовремя, но она просто хотела вылить из себя все пережитое за эту ночь хоть куда-нибудь, прежде чем все кончится. — Что же ты стоишь?! Хочешь убивать — убивай! Но не мучьте больше меня!.. Ну, давай!.. — Хорошо, — сиплый голос настоящего убийцы звучал слегка насмешливо. — Раз ты так сама пожелала… И мгновение спустя он исчез, возникнув прямо перед ней и вонзив челюсти в ее хрупкое тело. Она закричала, но в душе почувствовала настоящее облегчение. «Наконец-то этот кошмар завершился…» И последним, что она увидела, был только мелькнувший между деревьями силуэт в белом худи, который издал сумасшедший, чуть нервный смех. *** Понедельник, 08:10. Квартира семьи Ушаковых. Лена. Резкий звон будильника кнопочного Nokia заставил меня подскочить в кровати и довольно скоро… очнуться. В холодном поту. — Да чтоб тебя, — выругалась я, быстро встав с постели и взяв в руки телефон, трезвонящий на всю ивановскую в восемь утра. «ПОДЪЕМ!!! ЖОПА ЛЕНИВАЯ!!!» — прочитала я побуждающую надпись в названии будильника, которую, собственно, решила добавить сама, дабы успевать приходить в школу. Уроки начинались в полдевятого, а идти мне было недалеко, так что за двадцать минут я вполне успевала собраться и прибежать на занятия. Правда, когда начались летние каникулы — а начались они вчера вечером — я, как всегда, забыла выключить свою «раннюю пташку», как в шутку называет мой мобильник Арсений. — Наверное, он уже патрулирует улицы, — вслух задумчиво произнесла я, вертя в руке гаджет. Да, такое у меня бывает, это правда. Но это далеко не все странности, которые мне «подарила» жизнь — а если конкретнее, то я каким-то боком сумела подружиться с двадцатитрехлетним парнем, работающим полицейским и не закончившим высшее обучение в ВУЗе, и с тех пор постоянно умудряюсь влипать с ним в самые различные истории, не забывая при этом подкалывать его при любом удобном случае. Парня этого зовут Арсений, и он буквально помешан на крипипасте. Если кто не знает, что это такое, то поясню — мой друг увлекается так называемыми страшными историями. И вот эти вот истории на протяжении почти двух лет Арсений пытается вбить и в мою голову, правда, безрезультатно. Как не пойду к нему в полицейский участок, а он уже: «Эй, Лен, а ты слышала о таком вот психе, который зарубил всю свою семью и потом пошел рубить других людей, а теперь его можно вызвать, оказывается». Серьезно. Сеня уже однажды старался меня уговорить на «спиритический сеанс» вызова так называемого духа Чарли, и даже комнату в своей двушке приготовил. Хотя, как мы ни старались, никаких ответов на свои вопросы мы не получили. — Блин, а я думал… — Разочарованный вздох приятеля заставил меня ехидно улыбнуться. — А я говорила, — с триумфом во взгляде провозгласила я. — Ты мне сотку должен. — Чего?! — Возмутился тот. — Того, — усмехнулась, представляя грядущее веселье. — Десять рублей за пять жвачек, пятьдесят за бутерброды и сорок — за всякие мелочи, в том числе и за сегодняшнее удачное опровержение теории существования призраков. Так что завтра неси. Арсений тихо выругался и вышел из комнаты, а потом вернулся с той самой «соткой». — На, вот. — Спасибочки, — снова усмехнувшись, забрала я деньги у друга и попрощавшись, пошла домой. До сих пор храню эти деньги, хотя уже полтора месяца прошло. Что поделать — я всегда хранила и мелочь, и бумажки, потому что родители твердили мне: «Деньги в наше время движут миром. Используй их с умом». И даже спустя три года с того момента, как они пропали без вести, я все так же помнила эти слова и старательно складывала в свою копилку каждую монетку, которую находила. Кто знает — а вдруг они мне понадобятся?.. — Лена, это у тебя будильник звонил? — Вырвал меня из воспоминаний голос Сони, моей подруги и сводной сестры. — Угу, — откликнулась я, и, одевшись, вышла из комнаты. С Соней я дружила несколько лет, но все же намного меньше, чем с Арсением — его я знала чуть ли не с пеленок, правда, познакомилась с ним официально, только когда мне десять исполнилось. Соня часто водила меня к себе домой, в огромную трехкомнатную квартиру, где, кроме нее, еще жили ее мама Наталья и младший брат Костя. С Натальей я всегда очень любила разговаривать, к тому же по профессии она была юристом и могла рассказать очень много всего, что касается юрисдикции и законов. А когда мои родители исчезли, Наталья решила взять меня к себе под крыло — и я не в обиде, и Соня рада. Скучала ли я по пропавшим родственникам? Безусловно. Первое время мне было очень тяжело, я даже на улицу не могла выходить — сразу на глаза наворачивались слезы. Но некоторое время спустя выяснилось, что есть куда более серьезные проблемы, правда, я им значения не придавала и мачехе со сводными сестрой и братом не рассказывала, да и Арсению тоже — боялась. Через полгода после того, как я обосновалась на новом месте, мне стали сниться кошмары. Точнее, одно и то же сновидение, которое, правда, раз за разом заставляло меня просыпаться в холодном поту. Сначала мне было очень страшно, и я могла распахнуть глаза посреди ночи. Потом я пришла к осознанию, что, наверное, это у меня на всю жизнь, и потихоньку смирилась с этой мыслью. Однако сегодняшнее пробуждение выглядело совсем не так, как в прошлые «очухивания». Оно было более жестким по сравнению с остальными. А ведь все дело… в боли. До этого дня я ее не чувствовала. Никогда. Но сегодня… Как будто меня реально в том лесу пожирали. Если бы не будильник, я бы, скорее всего, скончалась от болевого шока, хотя… А может, я бы просто проснулась. В любом случае, я подумаю над этим потом. Сейчас я должна идти на кухню к Наталье и помогать готовить завтрак. *** — О, дорогая, ты очнулась, — улыбнулась мне Наталья Сергеевна, когда я зашла в помещение. — Как себя чувствуешь? Я подошла к холодильнику и с недоумением посмотрела на нее. — Эм… Да нормально, в принципе. А почему ты спрашиваешь? А потом наткнулась на тяжелый, странный взгляд Сони, которая стояла рядом с матерью. И смотрела на меня сестра так, будто со мной случилось что-то ужасное. В сердце появилась тревога. — Ты кричала, Ленок. Кричала так, словно тебя в буквальном смысле на куски раздирали, — мрачно произнесла она. Я, подошедшая к кухонному столу и поставившая на него продукты, аж споткнулась от неожиданности. — Ч-что?! — Выдохнула, шокировано уставившись на нее. — В-в смысле кричала?! — В прямом, — тихо сказала Наталья, заваривая себе чай. — А через минуту позвонил будильник, и ты проснулась. Я к тому времени думала тебе скорую вызывать, но, слава богу, все обошлось. Ты себя точно хорошо чувствуешь? Голова не болит? Я не ответила. Я была в каком-то трансе и даже не расслышала ее слова четко. Я словно в аквариуме оказалась. Кричала. Я кричала… Во сне! В том самом диком кошмаре! Именно тогда, когда та тварь на меня накинулась!.. Точно. Глаза. Глаза у той собаки… В них была надпись. Внезапное озарение словно оглушило меня на секунду; перед глазами возникла морда пса, но через миг она исчезла. Медленно повернувшись к Соне, я тихо, но быстро сказала: — Слушай… Сходи за компьютером, мне надо кое-что проверить. — За каким именно? — Спросила та. — У нас их два, разве ты не помнишь? При этом в ее глазах я увидела… страх? — Ой, да… Прости, я забыла. Мне нужен ноутбук. А теперь — облегчение. — О’кей, Ленок, сейчас я принесу. Соня поспешно выбежала в коридор. Я успела заметить то, что на спальню Натальи она смотрела с опаской, даже с настороженностью. Там, на столе, который находился напротив двухместной кровати, стоял компьютер. Я никогда его не видела, мне о нем только рассказывали… Вдруг, поняв, что это отличный шанс все узнать, я подошла к Наталье Сергеевне: — Слушай, мам, а… а тот компьютер, который стоит в твоей спальне, он… — Ты хочешь, чтобы я тебе рассказала о нем? — Я положительно кивнула. — Ну что ж, это, на самом деле, короткая история. Я купила его, когда Соне три года было. Оказалось, что на тот момент он уже был в неисправном состоянии, вот и оставила я его на своем столе. — А ты включала его когда-нибудь? — Да, включала. — И что? Он разве… оставался с темным монитором? — Он глючил, Леночка. Очень сильно глючил. Еще и звуки странные издавал. От греха подальше я и решила вообще забыть о его существовании, да и Соня не любит о нем вспоминать. Страшно ей, видишь ли. Думаю, что в этом как-то замешан Арсений. Ты ведь знаешь его прекрасно. Наверняка он ей все мозги прожужжал о своей… как ее там?.. крипипасте, вот. «Не сомневаюсь», — мрачно подумала я, а вслух сказала: — Ну, это вполне возможно. Спасибо, что рассказала. — Не за что, дорогая, — улыбнулась Наталья. И тут как нельзя вовремя вернулась Соня с ноутбуком в руках. Я села на первый попавшийся стул и с готовностью ринулась штурмовать просторы Интернета, надеясь что-нибудь узнать о своем сне. Точнее, о тех, кто в нем… присутствовал. Склонившись над монитором, я прочитала: «Крипипаста — страшные истории из Интернета, в большинстве случаев основанные на городских легендах и поверьях. По общим подсчетам, мир крипипасты насчитывает около 111 персонажей, и все они — убийцы с психическими отклонениями, некоторые из которых перед становлением монстрами пережили какую-либо травму или тяжелое событие. Самыми известными из них являются…». А дальше, к сожалению, я не успела прочитать, потому что Соня громко вскрикнула: — ЛЕНА! Я ВИЖУ ЕГО! Резко подняв голову, я в ужасе вскочила со стула. Сестра широко распахнутыми глазами смотрела на что-то, находящееся в родительской спальне. Что-то страшное. Что-то опасное. Что-то смертельное. Быстро подскочив к Соне, я толкнула ее на кухню к испуганной Наталье, а сама замерла, не веря в то, что увидела. Из монитора сломанного компьютера на меня смотрело лицо мальчика, а точнее, только его глаза. Глаза, вместо которых были лишь пустые глазницы и сияющий в их глубине жуткий кроваво-красный свет. А потом, словно почуяв что-то неладное и на кухне, я подбежала к единственному, огромному окну в помещении, обомлев и ужаснувшись дважды. Ибо с улицы на меня смотрели двое прокси и их… Повелитель, стоящий на окраине леса. А со стороны входной двери кто-то усиленно начал пытаться взломать три ее замка. Кажется, у нас гости.