Мысли материальны

      Удары тетрадью по голове никак не помогали справиться с головной болью Дюпен-Чен. Девушке казалось, что она медленно сходит с ума, когда со всех сторон ей слышался тихий монотонный бубнеж. Тикки лишь разводила маленькими лапками, давая понять своей хозяйке, что с подобными проблемами лучше обращаться к психиатру или лору. Мари не понимала, кто в половине шестого решил устроить столь жаркую дискуссию, поэтому, когда кто-то стал доказывать что-то на повышенных тонах, она истерично хмыкнула и бросилась на балкон. — Потише, — крикнула она прохожим на улице, коих было совсем немного. Они лишь удивленно посмотрели на источник шума, даже не меняясь в лицах. Бубнеж никуда не делся, хотя теперь в нем отчетливо слышалось слово «психичка». Поняв, что все жители Парижа не могли разом обучиться чревовещанию, девушка пристыженно отвернулась. Проблема не решилась, но количество вопросов увеличивалось в геометрической прогрессии.       Сидеть в комнате сил уже не было, поэтому Дюпен-Чен, дождавшись максимально раннего времени для сбора в коллеж, поспешила одеваться. Она никогда не чувствовала себя столь уставшей и раздраженной. Классические хвостики явно откладывались до лучших времен, ведь Мари боялась, что ненароком может лишить себя расческой волос, пока будет силой пытаться собрать их без петухов.       Выйдя на первый этаж пекарни, героиня удивилась тому, что отчетливо слышит голоса родителей, хотя те молча готовят заведение к открытию. — Два шоколадных коржа для мадам Ван, — монотонно повторял голос Сабины — Мам, ты что-то сказала?       Женщина удивленно обернулась, с недоумением глядя на дочь. Тяжело было определить, что вызвало большее удивление: столь ранний подъем или странный вопрос. — Милая, что-то случилось? У тебя еще час до начала занятий.       Маринетт нахмурилась. — Два шоколадных коржа, — с видом победителя повторила девушка. — Именно это ты сказала. — Мари, мы молчали, — послышался голос Тома с кухни.       Сабрина окинула дочь взглядом, словно ища в ее образе какие-то ответы. Она не стала говорить ничего, но словно внутренний голос делал это за нее. Голоса родителей жили своей жизнью. Том строил планы по расширению асортимента, планируя сотрудничество с новыми поставщиками. А Сабрина отчаянно пыталась вспомнить, когда она могла вслух сказать что-то о коржах. — Не берите в голову, — расстроенно заключила Мари, покидая пекарню. Она проигнорировала предложение мамы позавтракать, боясь сказать что-то колкое. На улице ситуация ухудшилась. Голоса вокруг стали громче и отчетливее. Тикки незаметно пыталась ударить хранительницу по руке, чтобы сказать что-то. Когда вокруг никого не было, она вылетела из сумки, оказываясь прямо перед глазами Мари. — Тебе нужно научиться подавлять эти потоки, чтобы не сойти с ума, — подытожила малышка. — Я предполагаю, чем вызвано это недоразумение, и пройдет оно само через время. А пока попробуй не прислушиваться к голосам. — Когда ты не прислушиваешься к шуму, шум никуда не исчезает, — заметила Маринетт. — Ну так и я по закону гравитации в воздухе находиться не должна.       Девушка пожала плечами и постаралась успокоиться, восстановив дыхание. Она зажмурилась и попыталась собрать мысли в кучку. Отвлечься получилось только на предстоящую контрольную по химии, но даже это позволяло хоть немного расслабиться. Дюпен-Чен успела забыть о странных голосах. Она шла, погрузившись в собственные мысли, не замечая окружающих. Задев на лестнице Агреста, девушка лишь равнодушно прошла мимо, проигнорировав его приветствие. Юноша тому сильно удивился, отчасти даже обиделся. Он догнал одноклассницу лишь у входа в школу и крайне удивился, когда та раздраженно обернулась в его сторону. На лице ее не было и капли былого смущения. — Доброе утро, — процедила она. — Я встала с той ноги, не переживай. И извинения свои при себе оставь.       Девушка поспешила в класс, оставляя растерянного Адриана у дверей. Он точно помнил, что не говорил вслух все то, что услышала его подруга, потому поспешил в туалет советоваться с Плаггом. — Может у нее бабка ведьма в третьем поколении, — насмехался котенок, наблюдая за Агрестом. — Или она под влиянием акумы, — не унимался парень, уверенно меряя шагами туалет. — Скажи спасибо Бражнику за возможность услышать нормальную речь от своей подружки. Кто знает, может к логопеду сходила. — Плагг, мы обсуждаем то, как она услышала мои мысли. — Ты не о том переживаешь, глупый. — Бро, ты чего тут круги нарезаешь? — ворвался в туалет Нино. — Тренировка новая, для поддержания формы, — буркнул Агрест, слыша, как квами уже наводит свои порядки в сумке. — Странные вы все сегодня какие-то. Мари хуже Хлои на всех кидается, ты с унитазами разговариваешь.       Адриан, бросив злой взгляд на друга, поспешил покинуть злосчастную уборную. Состояние Дюпен-Чен его беспокоило, но ее странный выпад вытеснял все другие мысли. У дверей класса Агрест постарался сконцентрироваться на счете до десяти. Если Мари правда могла читать его мысли, то стоило быть осторожным. А на следующей перемене он обязательно отправит сообщение своей леди, чтобы та вернула его тихую и спокойную одноклассницу.       В класс Адриан заходил со столь мученическим выражением лица, что Алья успела предположить о конфликте между ним и Мари. Кто знает, вдруг он отверг ее чувства? Иной причины такому плохому настроению подруги она не видела.       Адриан занял свое место, когда учитель вошел в класс. Юноша, уткнувшись в одну точку, повторял про себя какой-то детский стишок.       Мари казалось, что он над ней издевается. Агрест будто специально громко думал о какой-то чуши. Девушка успела проклясть его пару раз. Плагг даже заметил из сумки, что Маринетт рисует нечто, смутно напоминающее пентаграмму.       Девушка больно ткнула Адриана в плечо линейкой, явно не выдерживая его творческие порывы. Парень вздрогнул, чем привлек внимание учителя. — Агрест, Дюпен-Чен, вы хорошо себя чувствуете? — обеспокоенно спросил миловидный старичок, преподающий географию. — Вы очень бледные, может зайдете к медсестре? — Да, — воскликнула девушка, вскакивая из-за парты. Агрест проводил подругу грустным взглядом, заверив учителя о том, что с ним все хорошо. Его тайна могла оказаться под угрозой, поэтому Адриан не спешил за своей радиоактивной одноклассницей. Та поспешила к медсестре, чтобы выпить такие необходимые ей сейчас обезболивающие.       Контролировать себя получалось, но в коллективе были личности, мысли которых пробивали все возможные барьеры.       Сабрина без устали рассказывала самой себе о том, как она провела выходные. Возможно, Хлоя никогда не интересовалась жизнью подруги. Хотя Мари быстро наскучило слушать эту увлекательную историю. Адриан вспомнил весь репертуар ругательных стишков Кима, чем нехило так разозлил юную Баг. Она с трудом подавила желание дать ему подзатыльник.       Такая необходимая тишина пришла только в опустевшем коридоре. Теперь до Мари не долетали даже отголоски мыслей учеников. Она уселась на лавку и закрыла глаза. Тикки спала в сумке, даже не подозревая о том, что хранительница бросила ее в кабинете.       Беда пришла из того же самого кабинета. Адриан словно проверял на прочность нервы Дюпен-Чен. — Я Ледибаг, я Ледибаг, я Ледибаг, — повторял он мысленно, приблежаясь к несчастной. — Ты идиот, — прохныкала девушка еле слышно. Но от чутких кошачьих ушей Плагга это не укрылось. — Как же я с тобой согласен, — бурчал котенок, закатывая зеленые глазки. — Мари, все решаемо, сила Бражника не поможет тебе решить проблему, — аккуратно начал Адриан, — у тебя есть я. — У меня тебя сегодня больно много, — шептала Дюпен-Чен. — Давай свяжемся с Ледибаг и попросим ее очистить акуму, — не унимался юноша. — Ты как с ней связываться собрался? — усмехнулась Маринетт. — Выйдешь на площадь и закричишь: моя одноклассница со мной не поздоровалась, Ледибаг!       Адриан чувствовал, как Плагг беззвучно хохочет во внутреннем кармане рубашки. Агрест смущенно опустил глаза. Мари даже стало стыдно, что она так груба с другом.       Таблетка начала действовать, поэтому все колкости, что сидели на языке, ныне куда-то испарились. — Адриан, все хорошо, — уже дружелюбнее стала успокаивать одноклассника героиня. — Я просто не выспалась, а ты попал под горячую руку.       Парень почувствовал, как щеки стали краснеть. Он засомневался, а не произнес ли он утром те слова вслух? Вдруг он просто выставил себя дураком перед девушкой. Мари грустно улыбнулась, чувствуя вину за мысли друга. Ей не стоило отыгрываться на нем за испорченный день. — Я просто посижу здесь в тишине до конца урока, чтобы прийти в себя, — закончила Дюпен-Чен этот неловкий разговор.       Уже по дороге в кабинет у Адриана промелькнула мысль, что с Маринетт стоило бы поговорить Нуару. Когда со стороны лавки послышался хлопок, Агрест испуганно обернулся. Мари сидела на полу, ошарашенно глядя на парня. Тогда он и понял, что ему точно не показалось, и с девушкой явно происходит что-то странное. ***       На контрольной по химии Маринетт наконец смогла сконцентрироваться на работе. Лишь мысли Адриана назойливо лезли в голову, но это было даже полезно. Молодые люди сидели на одном варианте, поэтому Дюпен-Чен без угрызений совести писала в тетрадь все, о чем думал Агрест. У героини даже проскользнула мысль поблагодарить его после занятия, но он и без того стал приписывать ее в армию Бражника. — Подслушивать нехорошо, — долетел до ушей голос Адриана. Сам он не шевелился, поэтому Мари сразу поняла, что эта мысль адресована именно ей. — Я слышу, как ты выводишь формулу на бумаге, я же пишу то же самое.       Дюпен-Чен на секунду показалось, что в своей настойчивости Агрест сильно смахивает на Нуара. Еще парочка таких выкидонов и она точно начнет рассматривать сходства двух блондинов. — Если ты слышишь меня, переверни страницу, — вновь пронеслось в голове Маринетт. Девушка из принципа решил проигнорировать это. Алья удивленно поглядывала на то, как стремительно менялись эмоции на лице ее подруги. Она не успела расспросить ту про утренний инцидент, но на следующей перемене блоггерша не упустит эту возможность. ***       Маринетт, сославшись на головную боль, ушла сразу после того, как тетрадь с контрольной работой оказалась на учительском столе. Она молниеносно покинула кабинет, готовя в голове прощальную речь. Сезер обязательно убьет ее, когда зайдет после занятий в пекарню. Осталось придумать, как отвести от себя подозрения Агреста, чтобы умирать с чистой совестью и незапятнанной репутацией.       Тикки молчала всю дорогу до дома, Дюпен-Чен даже испугалась, что с ней могло что-то случиться, но решила оставить это до прибытия в комнату. Игнорировать мысли окружающих было легче, нежели бессвязный поток Адриана, который он обрушил на несчастную Мари.       Неожиданный всплеск воды в фонтане парка заставил героиню вздрогнуть. Она стала оглядываться, чтобы найти источник проблемы, но взгляд ее зацепился лишь за работника этого места, что безрезультатно боролся с засором. Из-за рода своей деятельности Мари была очень мнительной и везде искала акуманизированных. По дороге она оглядывалась еще пару раз: на плачущего ребенка и автомобильную аварию.       Дома девушка объяснила родителям причину раннего возвращения и поспешила в комнату. Она сразу закрыла балкон, чтобы посторонний шум точно не мешал ей думать.       Тикки вылетела из сумки, сияя ярче начищенного самовара. — У меня есть идея! — воскликнула Квами. — Ты можешь спрятать шкатулку куда-нибудь. Она не впервые оказывает магический эффект на хранителя, поэтому стоит убрать ее куда-нибудь. — И как быстро этот эффект пропадет?       Квами пожала плечиками.       Девушка обреченно вздохнула, но все же решила спрятать шкатулку в общей кладовой. Там лежал всякий хлам, который родителей совершенно не интересовал, поэтому можно было не переживать о том, что она будет найдена. Для подстраховки героиня завернула ценную вещицу в черную ткань.       Когда дело было сделано, Мари легла на кровать и закрыла глаза. Она уверила себя, что пролежит так до момента, пока все не придет в норму.       Неожиданно для себя уснув, девушка не заметила прихода подруги. Возможно, это даже оттянуло казнь на целую ночь. Ближе к вечеру ее разбудил настойчивый стук. Дюпен-Чен совершенно не хотела подниматься, ведь бессонная ночь давала о себе знать. Мари хмурилась и бурчала что-то, но незваный гость не хотел покидать балкон. Встав наконец, девушка с испугом отскочила назад. Запнувшись о кровать, она больно ударилась бедром о ее спинку. Настроение было окончально испорчено. Мысли Нуара назойливыми мухами бились о балконную дверь. Тикки, заслышав шум, спряталась куда-то.       Впустив героя, брюнетка пару раз готова была ударить его чем-то тяжелым. За двадцать секунд он успел оценить ее плакаты с Агрестом и милую футболку с котиками. Дюпен-Чен уже хотела выпроводить его отсюда, но Нуар уже плюхнулся на ее кровать. — Может хочешь молока? — спросил он.       Девушка отрицательно покачала головой. — А вот я хочу. — А я хочу оказаться в тишине, — не выдержала Маринетт. — Если тебя попросил прийти Адриан, то скажи ему, что проблемы вовсе не у меня. Вы оба слишком громко думаете, я устала слушать всякую чушь и, видит Бог, — на секунду девушка замолчала, чтобы перевести дух, — я скоро не выдержу и создам здесь базу группы «АНТИАгрест и Кот Нуар».       Нуар сидел, склонив голову набок, разглядывая плакат, где был запечатлен Адриан в прыжке. Он словно и не слышал гневную тираду Дюпен-Чен. — Тебе не кажется, что это его худшая фотография? — с сомнением в голосе спросил парень. — Как душевнобольной выглядит. — У обычных людей бывают необычные проблемы, которые вовсе не касаются вас, — голос дрожал от приближающейся истерики. Маринетт чувстсвовала, как личность Ледибаг просыпается в ней, чтобы высказать все свое недовольство. От пережитых сегодня неприятностей девушке было тяжело сейчас контролировать свой гнев. Ее терпение лопнуло столь же грандиозно, как когда-то Тикки, уставшей от постоянного нытья хранительницы. — Ты в телевизоре, на патрулях, в блоге Альи, должно же быть у меня хоть какое-то пространство, чистое от твоей черной ауры. — А вот тут ретушировали плохо, — нахмурился герой, царапая когтем плакат, за что получил по рукам от Мари. — Моя голова готова взорваться, когда ты или Адриан рядом. Ваши мысли проскальзывают со скоростью света, — Дюпен-Чен шагала по комнате, громко топая. — Я не могу никак абстрагироваться от них, меня пугает постоянное присутствие кого-то постороннего в моей голове. — И эту гадость правда кто-то покупает, — голос Нуара сочился неподдельным удивлением. — Грош цена этой бумажке.       Маринетт, громко икнув, зависла в одном положении. Она буравила напарника взглядом, стараясь понять, издевается ли он над ней сейчас. Юноша с искренним интересом исследовал стену, увешанную фотографиями. — Нос кривой, — проносилось в его голове. — А вот с моими ушками эта прическа смотрится лучше. Чего меня сниматься не зовут. — Нуар, ты, считая, что я под влиянием акумы, прилетел в мою комнату о всякой ерунде думать? Постыдился бы хоть.       Блондин отвлекся от самокритики и обратил внимание на возмущенную подругу. — Да ты и под влиянием акумы и мухи не обидишь, — отмахнулся он, переводя свой взор на письменный стол. — Да и у тебя тут слишком интересно, чтобы думать о себе и своем имени. Вот хотя бы на этого чудика погляди, — махнул он в сторону плакатов. — Если я сейчас подумаю о том, что я Адриан Агрест, ты поверишь?       Маринетт задержала взгляд на излюбленном фото с Манон и отрицательно покачала головой. — Вот. А больше тут и думать не о чем, он же у тебя везде. Неужели втюрилась? — со странной улыбкой поинтересовался герой. — Аллергия на блондинов, — эти слова явно подпортили Нуару настроение. — У всех синеволосых с рождения такая болезнь, — пробурчал он.       Маринетт почувствовала жалость к напарнику, который успел перебрать все варианты отказов Ледибаг. А уж так не скупилась на колкости, когда отшивала любвеобильного парня. — А вообще, я пришел, чтобы помочь тебе. Я поговорил со своим квами, — тут герой замолчал, но в голове его роились мысли о том, как трактовать непонятное для девушки слово. — Я уже поняла, о чем ты, — поспешила успокоить она. — Так вот, — с напускной важностью продолжил Нуар, — есть несколько вариантов. Не против, если мы спустим тебя с лестницы? — выражение лица Мари послужило отрицательным ответом.       Дюпен-Чен привело в ужас то, что блондин рассматривал и обдумывал этот вариант всерьез. — Тогда давай тебя закопаем где-нибудь. — Откуда в тебе такие садистские наклонности? — всыпыхнула Маринетт. — Может быть я вообще не хочу, чтобы такая способность уходила. — Адриан Агрест хочет.       Девушка едва подавила возмущенный вздох, боясь сказать чего-нибудь лишнего. Ее одержимость Агрестом сегодня явно ослабла, но знать о проявлении внимания с его стороны было приятно. В отличие от перспективы быть закопанной где-нибудь в парке. — Я уже виделась с Ледибаг, — соврала Дюпен-Чен. — Она сказала, что это побочный эффект от контакта с акуманизированным, пройдет он сам.       Нуар неверяще смотрел на брюнетку. — О чем я сейчас думаю? — О моей тумбочке. — Нет, я думаю другое. — Ты буквально думаешь: «я думаю о моей тумбочке». — Вот теперь ты ответила правильно, — улыбнулся блондин. — А Ледибаг о чем думала? — О контрольной по химии и дурацком неисправном фонтане, — честно ответила Маринетт.       Нуар удобнее устроился на кровати, готовясь начать экзекуцию. — Она говорила, что нигде не учится, — прищурился Нуар. — И весь Париж поднялся бы в небо, оказывай акуманизированные какой-либо эффект. Почему ты врешь?       Маринетт нахмурилась, обдумывая варианты защиты. — Не хочу тебя расстраивать, но ты невзначай раскрыл свою личность, — с гордостью выпалила девушка.       Когда до слуха Дюпен-Чен долетело предположение о вариантах смерти от руки Ледибаг, девушка уже понимала, что действие шкатулки слабеет. Голос становился все тише, но Мари не хотела терять возможность отыграться. Нуар сжался и явно успел пожалеть о том, что пришел. Он был слишком самоуверенным, когда думал, что сможет контролировать мысли. Хотя ему это правда удалось, героиня решила блефовать.       Юноша с вызовом бросил: — Ну так назови мое имя, — хотя голос его дрожал. Когда в голове Нуара, мельтешили обрывки слов на букву «а», Маринетт невпопад бросила: «Адриан Агрест!». Герой словно уменьшался в размере, в комнате воцарилось гробовая тишина. Или Мари наконец избавилась от раздражающего дара, или внутренний голос блондина резко замолчал.       Девушка не хотела верить, что ее предположение оказалось правдой. Она видела лишь внешние сходства парней, но этого было слишком мало. Реакция юноши заставила Дюпен-Чен со вздохом опуститься рядом.       Внезапно комнату озарила зеленая вспышка. Девушка догадывалась о том, что произошло, поэтому зажмурилась и закрыла лицо ладонями. Парень, сидящий рядом, потянулся убрать их. Героиня знала, кто сидит рядом с ней, но не хотела, чтобы перед ее глазами оказалось главное доказательство. Писклявый голосок квами вырвал девушку из ее переживаний. — А я был прав, говоря про ведьм и поколения, — злорадствовал котенок. — Сам дурак, полез куда не просили.       Казалось, что Адриан и не был расстроен тем фактом, что его раскрыли.       Он вновь расправил плечи и радостно обнял подругу. — Ты ведь общаешься с Ледибаг? — осторожно спросил он. — Организуй нам свидание. — Идиот, — хором прошептали Плагг и юная Баг.