Восьмое чувство

      Нервничал ли Чуя, когда писал, что согласен только на свидание? Нет, это была провокация, не более.       Было ли у него волнений, когда Дазай оказался совсем не против? Нет, в тот момент он испытал удивление.       Испытывал ли хост неуверенность, когда соглашался на эту авантюру? И снова мимо, для него это было сродни вызову, который он воодушевленно принял.       Думает ли Чуя, что он идиот в день назначенной встречи? Определённо да, потом что вероятнее всего игра не стоит свеч. Этим свиданием он больше подставляется, чем выигрывает. По правде говоря, он вообще не видел ни одного плюса в назначенной встрече.       Ещё вечером, в клубе, накануне назначенной даты, обслуживая последнего за смену гостя, Чуя крайне непрофессионально пропускал мимо ушей слова клиента. И дело не в том, что ему наплевать на гостя в половину двенадцатого ночи, просто мужчина оказался внешне до неприличия похож на Дазая. Волосы того же цвета, только короче, одинаковый рост, одежда такой же цветовой гаммы, что и в его последнюю встречу с детективом. Внешнее сходство просто поразительное, вплоть до формы носа, но вот в деталях клиент проигрывал. Постановка речи, интонации, умелый подбор слов, расслабленная поза, в общем, всё самое важное в мужчине было совершенно не то. Какое-то примитивное, неинтересное, сплошная скука.       Пускай после разговоров с Дазаем у Чуи неизменно болела голова от мыслительного процесса, пускай он чувствует себя как на допросе, а после прощания валится с ног, неинтересными и обыденными их разговоры назвать язык не поворачивался. С Дазаем сложно, опасно, но чертовски интересно. На последнем хост поймал себя совсем недавно, когда начал отвечать на сообщения менее официально. Чуя злился, когда не мог уснуть после тяжёлого дня, волновался, когда выбирал наряд, и хотел всё отменить, когда садился в поезд. Бросать что-то на полпути или же убегать от чего-то, не в его правилах, если только это что-то не угрожает жизни. Однако то, что он делает, пересаживаясь на нужной ветке, противоречит его осторожной натуре.       Возможно всё дело в сложном характере Чуи. Непросто соблюдать баланс, когда часть тебя весьма азартна и совсем не против рискнуть, кинуться в омут с головой, а вторая половина личности – расчётливая, практичная, осторожная, порой мнительная и имеет проблемы с доверием.       Чуя привык совмещать в себе крайности как в характере, так и в эмоциях, но иногда всё же происходил внутренний конфликт интересов и тогда вверх брало что-то одно. В детстве превалировала часть, что ввязывалась в заранее проигрышные драки, готовая сражаться кулаками, когда у противника нож. В более зрелом возрасте, пройдя через множество сложных ситуаций и имея неприятный, порой травмирующий опыт, как правило, главенствовала рациональная часть, оберегая хозяина от потенциальных проблем. Однако бывали случаи, когда осторожность шла нахер, отдавая бразды правления юношеской глупости, и тогда происходило то, что происходить не должно.       Так, например, в девятнадцать Чуя чуть не вступил в заранее неудачные отношения с человеком, который изначально казался козлом, но козлом харизматичным. Тогда всё обошлось – вовремя опомнился и прекратил любые контакты, но пару недель после этого корил себя за то, что поддался на чужое обаяние. С тех пор Чуя крайне осторожен в выборе каких-либо партнёров.       В двадцать был отвратительный и позорный эпизод: Чуя подумал, что его способность идеально подходит в азартных играх и решил попытать счастье в покере. Не учёл парень лишь одного – нужно уметь хорошо играть в покер. За вечер в подпольном казино Портовой мафии он потратил всю зарплату за месяц. Занимать деньги гордость не позволила, так что пришлось устроиться на подработку, чтобы оплатить аренду квартиры и питаться не одними лишь рисом и водой. Больше к картам Чуя не прикасался.       Свой двадцать первый год жизни Чуя прожил без особо крупных инцидентов, но по мелочи всякого накопилось: неудачный партнёр на ночь, что потом ходил по пятам почти месяц; драка в баре, после которой пострадало лицо и пришлось брать выходные за свой счёт, и всякие другие глупости, что даже в памяти не отложились.       Все из нас время от времени совершают необдуманные, порой безрассудные поступки, а через время бьются лбом о стену, причитая: «как мне это в голову пришло!» Однако в свои двадцать два Чуя превысил годовой лимит идиотских решений: подумал, чем чёрт не шутит, и решил попробовать возобновить дружеские отношения с Юан, а так же сам подал идею со свиданием Дазаю в крайне нестабильное время. Просто молодец, Чуя! В мыслях он аплодирует себе стоя. Но пока ничего из этого не переросло в катастрофу, парень позволит себе закрыть глаза и жить в моменте.       Трудоустройство Юан открыло ему глаза на очень печальный факт: он изголодался по близкому, душевному общению. Девушка почти каждый день мелькала перед глазами, улыбалась так, как Чуя это запомнил, была такой же немного рассеянной и даже после всего пережитого не утратила наивности. Глядя на эту взрослую девушку, Чуя не мог отделаться от мысли, что рядом с ним та же девочка с неровно подстриженной чёлкой, но аккуратно завязанными хвостиками. Юан была живым воспоминанием о том, каково это – иметь друзей. Людей, близких по духу и мыслям, готовых прийти на помощь в минуты слабости и искренне радующихся в моменты успеха. В детстве у него это было, а потом, в тринадцать, всё резко пропало, жизнь перевернулась с ног на голову, и больше Чуя не позволял себе заводить друзей. Не позволял быть слишком открытым перед людьми.       Ностальгия – страшная вещь, задевающая самые тёплые и тревожные струны души. И Накахара ей поддался. Чуя сильно изменился, он давно уже не тот мальчик из трущоб, как и Юан. Может быть в настоящем дружбы между ними не получится – слишком много времени прошло, да и старые обиды не забылись, но попытаться стоило.       Свидание с Дазаем – другая история. В ней нет ностальгии, нечему бередить старые раны, давно покрывшиеся рубцами и толстой коркой. Как раз наоборот – это что-то новое, интересное, с ноткой опасности и недозволенности, отчего слегка покалывало на кончиках пальцев. Само общение с Дазаем – глоток свежего воздуха в приевшейся рутине. Однако Чуя всё ещё считает, что свидание – не лучшая из его идей, и стоило остановиться на неформальном общении. Он рискует, а с учётом последнего разговора с Коё, рискует в квадрате, но всё равно едет в метро на чёртово свидание.       Выйти на нужной станции, забежать в общественный туалет, чтобы поправить причёску, и неспеша выйти из метро. И пусть он опаздывает на три минуты, Дазай подождёт. Собраться с мыслями намного важнее. Возможно, ему нужно чаще бывать на свиданиях, потому что сейчас у него слегка трусятся руки от волнения, да и не покидают опасения, что Коё всё же приставила за ним наблюдателя в целях безопасности.       Детектив ждал его в условленном мете с двумя стаканчиками кофе в руках, и выглядел непривычно. Бежевое пальто пропало, туда же исчезли классические брюки, что заменились джинсами. Белые кроссовки вместо туфель и нелепые, неподходящие по форме лица солнцезащитные очки, которые захотелось выкинуть на проезжую часть под колёса автомобиля. — Привет, — Чуя остановился на расстоянии вытянутой руки от детектива. — Я не опоздал?       Конечно же он опоздал, и учитывая размеренный шаг, с которым парень приближался к месту встречи, мысленно приказывая своей способности не высовываться остаток дня, Дазай ожидал его не меньше семи минут от назначенного времени. И они оба это знали, как и то, что Чуя мог прийти вовремя.       Дазай видел эту лёгкую, неспешную походку, с которой хост двигался в его сторону. Накахара даже не создавал видимость, что его кто-то может ждать, лицо было сосредоточенным и серьёзным. К чему всё это – Дазаю не понятно. Ему вообще многое не понятно с Чуей. — Нет, ты как раз вовремя. Я купил тебе кофе, — шатен протянул Чуе небольшой подписанный стаканчик. Дазай специально пришёл пораньше, чтобы купить кофе – в одном из старых постов Накахара писал, что в кафе, недалеко от станции, продают вкуснейший холодный латте с матчей.       Чуя с нескрываемым удивлением принял протянутый ему стакан. — Случайно или специально? — парень сомневался, что так совпали звёзды и Дазай именно что угадал с напитком. Скорее уж кому-то опять было нечем заняться на работе, и он в очередной раз изучил чужую страницу. — Не всё ли равно? — Ты всегда отвечаешь вопросом на вопрос? — Нет, — Осаму повернулся в строну книжного магазина и непривычно медленно направился к нему. У Чуи ужасно короткий шаг, под который Дазаю, с его-то ногами, сложно подстроиться.       Чуя поравнялся с детективом и боковым зрением наблюдал за ним, попивая свой кофе. Выглядел Дазай расслабленно и был чем-то очень доволен. Лёгкая улыбка не сходила с его лица с того самого момента, как он заметил подходящего к нему Чую. Не торопясь попивая свой чёрный чай, Дазай плавно огибал прохожих, при этом постоянно притормаживая, чтобы подождать хоста. Когда шатен в очередной раз с непривычки ускорил шаг, а потом засеменил, чуть не спотыкаясь о свои же ноги, Накахара пошёл навстречу и с неспешного, прогулочного, переключился на стандартный, каждодневный темп ходьбы. По его расчётам, так должно быть удобно им обоим. В очередной раз покосившись в сторону детектива, Накахара заметил уже не столько улыбку, сколько лёгкую ухмылку. — Прекрасно выглядишь, — парни притормозили у перекрёстка, ожидая зелёный сигнал. Светофор длинный, так что Осаму встал полубоком, чтобы лучше видеть собеседника. К его удивлению Чуя, вместо ожидаемого «спасибо», еле слышно вздохнул. — Давай договоримся, ты забываешь всё, — на этом «всё» хост сделал акцент и быстрым взглядом окинул Дазая. — Что привык говорить девушкам в подобных ситуациях и как ты им это говоришь. Я не одна из них. — Я лишь сказал, что ты отлично выглядишь. — А я всего лишь предупредил, — с начала свидания прошло десять минут, а у них уже разговор не клеится. С другой стороны, Чуя не на работе, так что вовсе не обязан стелиться перед Осаму. Дазай сам виноват, вроде умный, а какого-то чёрта говорит ласково, почти певуче. Скажи он то же самое, но иначе, Чуя был бы благодарен, что его труды заметили и оценили по достоинству. — Были прецеденты, так что предпочитаю заранее расставить границы.       Дазай кивнул в знак согласия. Вполне разумно, он совсем не против. К тому же, ему действительно нужно держать в уме, что свидание у него не с милой, беззащитной, наивной девушкой. Это первый подобный опыт у Дазая и, стыдно признаться, он сам не до конца понимает, как себя вести и что говорить. Он не знает, чего ожидать от свидания и что Чуя ожидает от него. Но если хватило ума повестись на провокацию, значит, его же хватит не запороть сегодняшний день. Вряд ли Накахара занимается благотворительностью и расщедрится на ещё одно свидание, если это превратится в катастрофу. — Что ещё входит в перечень «никогда не»? — Самое главное, оно же самое сложное – не пытайся влезть туда, куда тебя не просят. Например, я не люблю, когда разговор заходит о работе, отношениях и семье. Или когда меня пытаются склонить к чему-то, от чего я не в восторге. Если я сказал «нет», значит именно это и имел ввиду. Не «может быть», не «мне нужно подумать» и уж тем более это не значит «конечно, я согласен». Если мне нужно подумать, я скажу это открытым текстом, будь уверен, равно как и дам согласие.       Дазай слушал внимательно, с сосредоточенным лицом. Это не совсем то, что он ожидал услышать, потому что Чуя говорит истины прописные, которые не нуждаются в объяснении. Странно, но, видимо, и здесь имелся прецедент. — Не подумай, что у меня есть какие-то правила или требования в общении с людьми. Это всего лишь личные границы и мне, как и любому человеку, не нравится, когда их нарушают, — во время своего монолога Чуя выглядел серьёзным: брови сведены к переносице, пальцы сильно вжались в пустой стаканчик из-под кофе, голос твёрдый, уверенный. Он на самом деле думает, что это не такая уж сложная просьба, но, как ни странно, многим людям подобное нужно на пальцах объяснять.       Дазай всё своё внимание приковал к Чуе, понимая несколько вещей. Во-первых, под запрет попало всё то, что ему было интересно, важно и нужно узнать. Знания о работе Чуи ему нужны для своей работы, информация о семье для разгадки тайны, почему Чуя Накахара как человек появился лишь в пятнадцать лет. Что-то знать о бывших романтических отношениях не особо важно, а вот о бывших дружеских хотелось бы, дабы позже навести справки об этих самых друзьях.       Ну а во-вторых он озвучил вслух: — Ты каждый раз новый. Как будто заново знакомлюсь с человеком. — Разве? — Да. Ты при первом знакомстве, на работе и сейчас – разные люди. Есть много общего, но различий больше. — Никогда не сравнивай хоста на рабочем месте и за его пределами, — Чуя фыркнул, отворачиваясь от Дазая. Загорелся зелёный, а они всё ещё стоят и смотрят друг на друга. Поговорить можно и на ходу. — Это не просто два разных человека, а два разных мира. — В клубе лишь образ, прекрасный и недосягаемый. — Именно, — парень облегчённо выдохнул. Хорошо, что Дазаю не нужно объяснять столь очевидные детали. Другое дело, сможет ли он разделить самого Чую от рабочего образа. — В клубе я такой, каким меня хотят видеть, потому что за это платят деньги. Моя работа быть идеальным, чтобы у клиента сформировалось представление, что все люди за пределами клуба – хуже. Они не так красивы, не будут искренне слушать нытьё о жизни, не станут выполнять прихоти и многое прочее. В реальной жизни мы люди, как и все. И если ты к хосту за пределами работы будешь относиться также, как в клубе, вероятнее всего в скором времени обнаружишь себя с перерезанной глоткой. — Так Чуя-кун умеет резать глотки?       Накахара недовольно поморщился: — Это была фигура речи, — не будет же он говорить, что такой опыт в его жизни имеется. Один раз пришлось, только вот он не горло перерезал, а пырнул ножом в живот. Да и человек тот был не клиентом, а инцидент произошёл ещё в детстве. — Да и тебе ли не знать, что в случае чего оружием орудуют не хосты.       Дазай ухмыльнулся. Ловко Чуя стрелки перевёл. — Это было так давно, что и не вспомнить, кто там и чем занимается, — после небольшой паузы он всё же решил рискнуть и вернуться к разговору о Чуе. — Тебе приходилось сталкиваться с подобным?       Подобным – это разборки между Чуиными наглыми клиентами и мафией. Покрывают ли хоста портовые, и если да, то насколько он защищён? Нужна ли ему в принципе чья-то защита или он сам ловко управляется с оружием? Убивал ли он кого-то? Всё это важная информация, которую Дазай может получить лишь от самого Чуи. — Разговор повернул не туда. — Точно. Работа - тема под запретом. Личные границы, я помню, — и вот как Дазаю узнать хоть что-то, если Чуя пресекает разговор практически на корню. Не уводит в сторону, как в тот день, когда они пили кофе вместо «свидания» Дазая и не придумывает сказки, как в день, когда они впервые встретились. — Кстати, такой, настоящий, ты мне нравишься больше.       Осаму сказал это невзначай, чтобы очевидный комплемент не выглядел как таковой. Только он начал корить себя, что выбрал не самый подходящий момент, так как у них тут серьёзный разговор, не располагающий к подобному, как заметил слегка замявшегося Чую. — Спасибо, — Накахара закусил губу, стараясь скрыть улыбку. Как ни крути, а подобное всегда приятно слышать. Особенно ценен этот комплемент тем, что Дазай, в отличии от большинства, видел идеального Чую, мальчика-мечту. Они не то чтобы близко знакомы, но всё же достаточно, чтобы детектив понял, что у Нкахары есть свои заморочки и не самый простой характер.       На время повисла тишина, но не напрягающая, неловкая, которую хочется нарушить, а приятная тишина. Они шли по переполненной пешеходами улице – в выходной летний день в центре города не протолкнуться как от местных жителей, так и от понаехавших туристов, и Чуя не чувствовал необходимости сказать хоть что-то, чтобы начать разговор. Рядом идущий Дазай тоже выглядел достаточно расслабленным: он время от времени вертел головой, цепляясь взглядом за яркие витрины, иногда посматривал на людей и слегка улыбался, краем уха услышав обрывок чужого разговора. — Притормози на минутку, — когда Осаму в вопросе поднял бровь, Чуя потряс в руке пустой стаканчик и кивнул головой в сторону редкой урны перед очередным магазином.       Забрав стаканчик и у детектива, Чуя, аккуратно огибая прохожих, пробирался к магазинчику. Во время дороги туда и обратно, он ещё раз прокрутил в голове идею, что пришла ему ещё во время их переписки. Удачный ли сейчас момент? Пожалуй, да.       То, что он собирается сделать – чистая провокация. В этом нет необходимости, из плюсов только чувство удовлетворения от выполненной мелкой шалости, которая может ему дорого стоить. Предугадать реакцию Дазая невозможно, но в этом весь смысл. Само это свидание одна сплошная провокация, желание уличить Осаму во лжи, вызов ему и себе самому.       К тому же не стоит забывать, что они сейчас в эпицентре толпы. На улице людей, как в метро в час пик, но Восьмое чувство, подчиняясь воле хозяина, сидит смирно, а до пункта назначения не больше ста метров, так почему бы и нет.       Чуя подошёл чуть ближе к детективу, что осталось незамеченным. Мысленно глубоко вдохнул и медленно выдохнул. На всякий случай поставил ещё один блок, стену, что отгораживала его способность. Попытался придумать убедительное оправдание на всякий случай, но быстро забросил это. Ни к чему, он же не сделает ничего криминального.       Дазай слегка дёрнулся и остановился. Он медленно опустил взгляд вниз, удостовериться, что ощущения его не обманывают. — Что? — Чуя остановился следом и с самым искренним удивлением, на которое только был способен, проследил за взглядом детектива. Тот, часто моргая, смотрел на свою руку, в руке Накахары. — У нас ведь свидание. Ты против? — Нет, — не то чтобы он был против, скорее совершенно не ожидал. Дазай думал, что всё свидание Чуя будет держать его на дистанции, учитывая свойственную ему осторожность, а тот вытворяет подобное. Видимо, личные границы Накахары не распространяются на физический контакт. — Для тебя это не слишком? — Для меня? С чего бы? — Чуя слегка прищурил глаза и склонил голову набок.       Детектив Дазай Осаму, может быть это для тебя слишком? Разве не ты писал, что почти предел мечтаний - провести время в компании хоста, ну а само свидание – великая радость? Слова, конечно, были другие, но суть не меняется. Смотри, твоя мечта и радость прямо перед тобой, держит за руку, так почему же у тебя похолодели ладони? Уж не потому ли, что тебе не нравится? — Мне казалось, ты будешь более аккуратен с незнакомым человеком, — Дазай прочистил горло, беря себя в руки. Накахара застал его врасплох, ничего не скажешь. К такому Осаму не был готов. И как этот жест расценивать?       Искренне смеясь, Чуя потянул Дазая в сторону магазина. У них осталось не так много времени до начала презентации, да и задерживать окружающих, что недовольно обходили стоящих посреди тротуара двоих, не хотелось. — Нет. К тому же, не такой уж ты незнакомец. Я знаю достаточно, чтобы сделать так. Если неприятно, можешь убрать руку, настаивать не стану. — Рисковать не хочется – вдруг ты обидишься, расплачешься и убежишь. — Я? Ты серьёзно думаешь, что у меня может быть такая реакция? — Чуя всё ещё улыбался, уже и сам не понимая чему. То ли реакции Дазая, то ли потому что решился на эту глупость и ничего ужасного не произошло. Может быть тому, что рука Осаму всё ещё в его руке, и теперь уже сжимает в ответ. Ведёт себя как ребёнок, ей богу, но почему-то это совершенно не волнует.       Ответом Чуе послужила тишина. Когда он посмотрел на Дазая, тот лишь пожимал плечами. — Ты меня плохо знаешь. — Не переживай, я это исправлю.       Толпа людей перед огромным книжным магазином намекала, что пришли они поздновато. Встав в конец очереди, Чуя подумал, что это его ошибка, так как Дазай предлагал встретиться пораньше. На подобное предложение детектива хост вчера отвечал с усмешкой, мол, на кой чёрт им приходить настолько раньше, пройдут по билетам и всё. Тогда ещё Чуя не знал и не подозревал, что подобные мероприятия весьма популярны. По его скромным расчётам они займут самые крайние места.       Дазай учтиво не комментировал происходящее, но ему и не нужно было открывать рот, чтобы Чуя уловил витающее в воздухе «я же говорил».       К счастью, Чуя не успел рассердиться на себя и Дазая до той степени, чтобы высказать это вслух – двери книжного открылись для посетителей мероприятия. Во второй раз взяв шатена за руку, чтобы тот не отставал в потоке людей, Накахара, уже менее расстроенные и более взволнованный предстоящим, направился к дверям чуть ли не напролом.       Этот книжный магазин Чуя любил и ненавидел в равной степени. Любил за огромное пространство – три этажа многоэтажного здания были заполнены книгами от пола до потолка, светлые помещения, приятную тихую музыку и наличие удобных маленьких диванчиков и кресел для посетителей. Терпеть же не мог за его логистику – в одном из самых крупных книжных Йокогамы, по мнению Чуи, напрочь отсутствовала какая-либо система в расположении отделов. Однако сегодня, в день презентации, первый этаж было не узнать. Помещение условно поделили на три зоны: место самой презентации, пространство для автограф-сессии около неё и касса.       Тумбы с новинками и хитами куда-то пропали, а на их месте появилось мягкое кресло с широкими быльцами. С одного бока от него стоял кофейный столик с несколькими бутылками воды, а с другого – тематический стенд, оформленный как обложка романа, с написанными крупными буквами именем автора. Около стенда стояла компактная тумба и на ней невысокой стопкой располагались экземпляры книги. Напротив расположилось минимум два десятка близко стоящих друг к другу стульев для посетителей. Гостей на входе было явно больше, чем количество сидячих мест, так что большая часть пришедших будет вынуждена стоять.       Неизменным осталось расположение кассы, да и там не без изменений: оборудовали несколько стеллажей только с хитом сегодняшнего дня, стенд, где можно купить карточки для автограф-сессии, тематические закладки для книг и прочую книжную атрибутику. Весь первый этаж оборудовали так, что на время мероприятия на верхние этажи было трудно пробраться – до конца презентации в магазине случайных посетителей не ожидают.       Как Чуя и опасался, сидячих мест им не хватило, но, несмотря на это, хост, держа за руку Дазая, чтобы тот не отставал, юркими движениями пробрался как можно ближе центру. Накахара, как лис, ловко лавировал между посетителями, не доставляя неудобств никому, в то время как Осаму, с его длинными ногами, высоким ростом и отсутствием привычки протискиваться там, где даже теоретически его голова не пролезет, толкал людей и получал недовольные взгляды в свою сторону. — И часто ты так? — задал вопрос Дазай, как только они остановились. — Ты, видимо, редко ездишь на метро в час пик, — Чуя ухмыльнулся, посматривая на своего спутника. В стороне всё ещё слышались шепотки тех, кому детектив случайно наступил на ногу. — Да, редко.       С момента, как под аплодисменты к гостям вышел автор и до авторафсессии, Чуя не проронил ни слова. Всё его внимание было приковано к писателю: как тот рассказывал о новом романе, его написании, выражал благодарность отдельным людям и, конечно же, зачитывал первую главу. Для Накахары перестало существовать время и окружающие люди, и это несмотря на то, что презентовалась книга даже не его любимого писателя.       Чую поглотила атмосфера мероприятия, восхищённые и вдохновлённые гости, обаятельный автор, что в жизни совершенно не похож на героев своих произведений. Всё это было ново, интересно и захватывающе. Даже если остаток свидания пройдёт паршиво, он не пожалеет о потраченном времени.       В отличии от Чуи, Дазай не был настолько вовлечён в происходящее. Толпа фанатов не вызывала ощущения причастности и общей радости, писатель так и вовсе был незнаком – Осаму не прочитал ни одной его книги. Честно говоря, ему вообще безразлично происходящее, да и слушал речи выступающего в пол уха, и то только для того, чтобы после поддерживать диалог с Чуей. Всё мероприятие затевалось исходя из интересов Накахары, потому что если бы Дазай подстраивал свидание под себя, они бы весь вечер провели в небольшом тихом баре.       Когда закончилось зачитывание, толпа разделилась на две части: кто-то побежал брать автограф, а кто-то поскорее купить экземпляр новой книги. Чуя решил, что ему нужно и то, и другое, да как можно быстрее. — Ты со мной? — переминаясь с ноги на ногу от нетерпения, Чуя исключительно ради приличия спросил у Дазая. — Нет, я тут подожду. Но если хочешь, могу растолкать для тебя проход к стеллажу. — Лучше займи очередь, — не сказав больше ни слова, хост быстрым шагом направился в сторону полок с новинкой.       В этот день Дазай впервые узнал, как бывают опасны целеустремлённые, настырные, упрямые, невысокие люди. Чуя действовал напролом: растолкал группу девушек, что щебетала у стеллажа и мешала дотянуться до экземпляра. Справедливости ради стоит сказать, что до того, как распихать поклонниц писателя, Чуя вежливо попросил их немного отойти, однако его просьбу проигнорировали. Позже он уже совсем не вежливо как бы случайно наступил на ногу мужчине, что пытался встать перед ним в очередь на кассу. Накахара почти искренне извинился за свою неосторожность, только вот за высказывание, что мужчина просто-напросто не заметил его, тому ещё прилетело с локтя в живот. Обставлено было красиво, не докопаешься. Дазай взял себе на заметку, что рост – больная тема, которую лучше не трогать лишний раз, если нет желания согнуться пополам от удара.       Не обошлось без мелкого происшествия и по возвращению к Дазаю – Чуя умудрился задеть плечом одного парня, и тот начал бурно выражать своё недовольство. Накахара всё быстро уладил, извинившись перед человеком, а Осаму оставалось лишь поразиться, как парень умудряется сам создать себе проблем, а потом же сам их ловко разруливает. Чуя очень самостоятельный молодой человек, о чём Дазай ему и сказал, как только тот подошел к нему.       Когда у Чуи в руках была подписанная книга, причин задерживаться в переполненном магазине не осталось. Пробираться сквозь толпу, держась за руки, стало чем-то привычным. Чуя на автомате взял ладонь Дазая в свою и уверенно прокладывал дорогу к выходу. Не то, чтобы Осаму мог потеряться, такое трудно даже представить, но было в этом жесте что-то.       Ресторан, с заказанным столиком, находился совсем недалеко от книжного, и те десять минут, что парни добирались туда, каждый провёл в своих мыслях. О чём думал Дазай, было не понятно, его лицо не выражало ничего, кроме привычной лёгкой улыбки, сам же Чуя уже начал загружать свою голову мыслями, о том, как же закончится это свидание и будет ли второе. — Что-то не так? — спросил Дазай, открывая дверь ресторана и проходя внутрь. — Что? — У тебя лицо очень серьёзное, вот я и спрашиваю, всё ли в порядке. — А, да, всё хорошо, — Чуя проследовал за шатеном с стойке администратора, где симпатичная молодая девушка уже ожидала новых посетителей. — Просто задумался. Дазай кивнул, принимая ответ. — Столик на имя Дазая Осаму, — хостес быстро пробила что-то в компьютере, а потом провела гостей к выбранному детективом месту.       Всю дорогу Чуя осматривал интерьер помещения и украдкой поглядывал в чужие тарелки, чтобы оценить местную кухню. Признаться честно, с выбором заведения Дазай не прогадал. Не то чтобы Чуя был привередой и воротил нос от еды, но нужно отдать должное детективу – тот учёл вкусовые предпочтения Накахары, начиная с кухни и заканчивая интерьером.       Их столик находился практически в конце зала, но по скромной оценки хоста, был лучшим из всех, что они прошли мимо. Небольшой круглый стол на двоих с удобными креслами, вокруг много зелени и декора, солнечные лучи ложатся на деревянную поверхность мебели и пола из больших окон. Музыка звучит достаточно тихо, недалеко работает кондиционер – идеальная атмосфера для непринуждённого разговора в приятной компании. — Нравится? — спросил Дазай, как только ушла хостес.       Чуя перевёл взгляд с меню на детектива. Зачем тот спрашивал, было не понятно – очевидно, что Чуе нравится, так как всё говорит о том, что место выбиралась под него, и, очевидно, Осаму это прекрасно знает. Хочет получить похвалу в свою сторону? Ладно, Накахаре совсем не сложно вслух озвучить своё довольство. — Да, очень. Надеюсь, после дегустации блюд впечатления станут только лучше. — Напишешь об этом? — Нет. — Почему? Уверен, многим людям будет полезно узнать об этом месте из твоего гастрономического гайда. — Во-первых, я не критик и не оценщик, во-вторых, у нас свидание и я не хочу забивать свою голову лишними мыслями, ну и в-третьих, если всё пройдёт хорошо, предпочту оставит это место для себя. — Чуя уже и не сомневался, что остаток свидания пройдёт хорошо. Была у него какая-то чуйка.       Всё время, проведённое в кафе, Дазай вёл себя удивительно и поразительно. Беседа не была похожа на завуалированный допрос, он не пытался вывести на неприятные для Чуи темы, не расспрашивал о чём-то подробно, если сам Накахара говорил неохотно. Всё было так естественно и комфортно, будто бы они всегда только так и общались. Будто они другие люди, без имеющихся страхов, проблем, корыстных интересов, сложного настоящего и прошлого. Только сейчас Чуя окончательно осознал, что у них самое настоящее нормальное свидание, когда два человека узнают друг друга, преследуя лишь один интерес – найти подходящего человека.       В Чуе расцвела глупая, наивная уверенность, что сегодня всё на самом деле по-другому, и Дазай оказывается другой человек. Хост перестал искать второе дно в каждой реплике Осаму, потому что был уверен, что его там нет, потому что детектив впервые так разговаривает с ним. Их словесные кошки-мышки очень увлекательны, но как же приятно просто говорить.       Они общались обо всё и ни о чём одновременно. Узнавали что-то новое друг о друге, но никто не спешил открывать свою душу. Пожалуй, это свидание Чуя внесёт в список лучших.       Когда счёт был оплачен, они направились к станции метро. На этот раз не шли молча, кажется, они теперь вообще редко будут молчать в компании друг друга. Бурные дискуссии, споры, шутки, эмоциональные восклицания – между ними так много общего, и ровно столько же отличий. — Я отлично провёл время, — когда пришло время прощаться, Чуя искренне озвучил эту мысль. — Да. Мне тоже понравилось.       Повисла пауза. Обычно после подобного приятного времяпровождения, Чуя всё двигает в сторону постели. Не потому что у него недотрах, а потому что заранее обрекает отношения на провал. Как бы ни было хорошо, в скором времени всё прекратится. Он сам всё оборвёт, нарочно поломает. Так зачем тянуть, если через пару недель он навсегда попрощается с человеком?       Странно, но сегодня он не хочет идти обычным, проверенным путём. Ему не хочется спать с Дазаем не потому что тот его не привлекает, а потому что слишком рано. Хочется растянуть время, проведённое вместе, удостовериться в чём-то. А когда они окажутся в постели, это будет не просто так, не на раз, не без эмоциональной привязанности.       «Если», — мысленно исправляет себя Чуя. — «Если окажемся в постели». — На кофе не пригласишь? — Дазай прищуривается, улыбается, и в свете уличного фонаря его лицо выглядит как никогда хитро, немного коварно, но это совсем не кажется опасным. — Нет. В моё доме не бывает гостей, — и Чуя не панирует изменять это правило. Его дом – крепость, единственное место, где он ощущает себя в абсолютной безопасности. — Никогда и никого за всё время? — Без исключений.       На самом деле это не удивляет Дазай. Он лишь больше убеждается, что Чуя не просто так сторонится всех и никого не подпускает к себе. Здесь не просто неудачный опыт общения с людьми, скорее уж травмирующий. Что-то настолько ужасное, что грозится перерасти в подобие паранойи. — Тогда, полагаю, пора прощаться.       Дазай мнётся. Он прекрасно понимает к чему всё идёт, но не уверен, что готов к подобному. Такие свидание не заканчиваются простым «пока» и уж тем более рукопожатием. Он никогда раньше не целовался с парнем, даже помыслить о подобном не мог. Сейчас же Осаму чётко понимает, что либо этот поцелуй состоится, либо на следующее свидание можно не рассчитывать.       Вместо финального шага, которого от не явно ждут, Дазай задаёт вопрос: — Я могу рассчитывать на ещё одно свидание?       Это то, чего ожидал Чуя – заминки, неловкости, неуверенности. Для него-то всё в порядке вещей, а вот Дазай в таких отношения новичок. Хотя удивительно, что на свете есть что-то способное его смутить и заставить понервничать.       Чуя может надавить на него, подтолкнуть, но стоит ли? — Можешь, — хост мягко улыбается, его голос тихий и спокойный. Этого ответа вполне достаточно, чтобы прекратить метания Дазай. Чуя уже дал согласие, тот может выдохнуть, и они разойдутся, однако детектив всё ещё напряжён. Неужели Дазай не понял?       Дазай не понял или не захотел понимать. Сложно разобраться.       Один поцелуй, что может быть проще? Осаму никогда их не воспринимал всерьёз, да и вообще, процесс приятный, нет причин отказываться. В теории, поцеловать Чую – простое дело. И уж тем более это должно быть проще простого, когда человек не безразличен.       Так может быть в этом вся проблема? Нет, глупость.       Тянуть дольше не имеет смысла, да и вообще просто неприлично. Дазай совсем не нежно и не романтично делает рывок вперёд, крепко зажмурив глаза. Обхватив ладонями Чуино лицо, он касается своими губами чужих и замирает.       Такой в некоторой степени нелепый поцелуй совсем не характерен для такого уверенного в себе человека, как Дазай. Глаза Чуи всё ещё открыты и, глядя на детектива, он видит в нём не хитрого, опасного манипулятора и жестокого убийцу, а неуверенного подростка. От такого сравнения захотелось посмеяться, да момент не позволяет. Чуе совсем не хочется спугнуть Осаму и заставить чувствовать себя ещё более неуверенно, чем уже есть. Вместо этого он отвечает на поцелуй, делая небольшой шаг к детективу. Поцелуй длится совсем недолго, но даже так Чуя старается вложить в него несвойственную ему нежность и лёгкость. Ничего обязывающего к большему, это именно «поцелуй на прощание», с надеждой на скорую встречу.       Когда они отстраняются друг от друга, Чуя не разрывает зрительного контакта, и не отходит назад – нечего Дазаю знать, что на них пялится куча людей. Целоваться около станции метро не лучшая идея, если нет желания услышать шепотки за спиной, да ловить косые взгляды в спину. — На нас все смотрят, — план Чуи проваливается, так и не успев прийти в исполнение. Дазай либо боковым зрением заметил смотрящих на них людей, либо почувствовал чужие взгляды. — Так обычно бывает, когда целуешься посреди улицы. — Я не в восторге от столь пристального внимания, — выражение лица детектива стало наигранно обиженным и недовольным. Он ни на минуту не забывал, что они в общественном месте, в центре города, где полно людей. На самом деле ему глубоко всё равно, с его-то бинтами он давно привык не обращать внимание на косые и заинтересованные взгляды людей.       Чуя улыбается и тихо смеётся – Дазай похож на ребёнка, но в отличии от прошлого раза, при их самом первом знакомстве, сейчас это кажется самую малость милым и забавным. — Тогда не давай людям повода, — на этих словах Чуя отходит от него. — Мне пора. — Я напишу. — Знаю, — а ещё он знает, что теперь уж точно ответит и их переписка перестанет быть похожа на деловые переговоры.       Дазай всё ещё стоит у станции, когда Чуя скрывается из виду. Ему тоже ехать на метро, но на кой-то чёрт они не сговариваясь решили попрощаться здесь, хотя вполне себе могли разойтись внизу, а может быть даже им ехать в одну сторону.       Осаму думает, что сегодня сделал всё правильно. После сегодняшнего свидания, он уверен, что Чуя попался в его ловушку. Теперь-то хост никуда не денется, и у них будет ещё не одно свидание. Медленно, но верно, он добьётся его расположения и доверия, и уж тогда узнает все интересующие вещи и факты из жизни хоста. Если позволит время, он утолит не только личный интерес, но и профессиональный.       Дазай уверен, что капкан захлопнулся – Чуя никуда от него не денется. Одновременно с этим он не замечает, как сам попал в чужие сети.