double j

riders on the storm — snoop dog feat. the doors Музыкой наполняется небольшой бар в центре Сеула, выходя за пределы дверей. Вывеска «yakuza», подсвеченная приятным оттенком красного, украшает вход, где припаркованы машины и мотоциклы различных марок. Кто-то курит, стоя в группках и обсуждая всевозможные темы. Возле машин крутятся выряженные омеги, рассчитывающие уехать сегодня не в одиночестве. Внутри бара царит атмосфера полного расслабления, будто входя в здание ты принимаешь наркотик, который затягивает тебя к себе в объятия подальше от проблем. За длинной барной стойкой бармен профессионально разливает дорогой алкоголь, смешивая во всевозможные коктейли. Кто-то танцует на танцполе, отдавая контроль над телом ритму музыки, а кто-то ожидает выступление артистов на небольшой сцене. В воздухе витает легкий аромат кальянов, смешанный с различными парфюмами гостей. Сегодня должен выступать один из новичков-монстров, ворвавшийся в индустрию совершенно внезапно. Его песни играют во всех заведениях страны и взрывают чарты. Хитоши — один из знаменитых братьев Чон, второй владелец бара, гениальный автор множества песен и артист кхх*. Высокий парень в мешковатой одежде и солнцезащитных очках с красной оправой выходит на сцену. Все глаза направлены на него, а диджей-омега в коротких шортах и кроптопе меняет пластинку, подготавливаясь к выступлению. — Всем присутствующим добрый вечер, — в микрофон проговаривает альфа, усаживаясь на край сцены и глазами проходясь по толпе, рассматривая каждого. — Я рад, что вы сегодня пришли в наш бар послушать музыку, выпить и расслабиться. Забудьте о всех своих проблемах, никчёмной бытовухе и полностью отдайтесь сегодняшней ночи. Возгласы с толпы перебивают музыку, а Хитоши поднимается и кивает диджею, показывая готовность. — Давайте оторвёмся так, чтобы помнить эту ночь или вовсе забыть о ней! — кричит парень, на что толпа отвечает ещё громче. shake that ass — eminem feat. nate dog С первой секунды песни зал разрывается, отдавая себя полностью эйфории, ощутимой во время исполнения. Альфа стоит возле диджея, самостоятельно управляя звуком. Омега массирует плечи и забирается пальцами под одежду, оглаживая торс парня. Микрофон чёрного цвета с выгравированным вдоль драконом находится в левой руке. Его обхватывают длинные пальцы с различными татуировками и кольцами. На губе виднеется пирсинг кольцо, уши проколоты и украшены различными сережками, кажется, что на них нет и живого места. Один красный наушник просто висит, пока второй находится в ухе. Так парень слышит зал, слышит отдачу и чувствует себя не просто роботом исполнителем, а живым певцом. Весь бар повторяет слова «two to the one, from the one to the three, i like good, pussy and I like good tree» вместе с альфой, который до кончиков пальцев наслаждается отдачей зала. Неописуемое чувство, когда все поют вместе с тобой, ради которого живет Хитоши, наполняет все внутри, проходясь по каждой вене, пуская, как наркотик, мурашки. Во время припева под слова «now, shake that ass for me, shake that ass for me» парень, как и всегда, исполняет небольшой тверк, наблюдая за тем, как за ним повторяет зал. Здесь можно делать, что захочешь, не загоняясь в какие-то рамки и законы общества. Здесь свобода, здесь эмоции и чувства, здесь другой мир. Даже в правилах бара большими буквами написано: «Никаких правил, лишь выпивка, музыка и свобода». А задача артистов не терять особенный контакт с залом, контактировать с ним и не давать и единичной души загрустить. Под конец выступления альфа решает стянуть с себя футболку, оголяя накаченный пресс по которому проходится контур большой татуировки дракона, размещённой почти по всей левой стороне тела. Омеги в зале визжат, снимая выступление на свои телефоны и представляя себя на месте пары артиста. В самой дали, возле бара стоит до чертиков знакомый парню мужчина. Он скрещивает руки на груди, одет в деловой костюм, а лицо прикрывает маска. Кажется сегодняшний вечер и впрямь особенной, раз его посетил он. genios — lsd feat. sia, diplo, labrinth Хитоши спускается к себе в гримерку-кабинет и встречает знакомого мужчину возле входа. — Не знал, что сегодня ты соизволишь прийти в наш скромный уголок. — язвительно произносит Хитоши, вытирая лоб полотенцем и проходя в небольшое помещение. — Чон, отец приехал, он ждёт нас обоих на ужин, — спокойным голосом говорит вошедший за артистом альфа, снимая маску, — Ты не маленький. Почему я должен бегать за тобой и водить за ручку? Покажи хоть немного уважения к нему. Напротив Чона стоял точно такой же мужчина, как две капельки воды, будто в зеркало смотришь. Но только вот взгляд немного более уставший и не наполненный энергией, как у брата. — Чтобы снова два часа слушать о том какой у меня замечательный, старательный и успешный брат? — с нотками агрессии, будто сквозь зубы, спрашивает Чон. — Я не собирался и не собираюсь идти на этот ужин, у меня свои планы на эту ночь и ты с отцом туда не входите. И вообще, кто тебя отпустил в такое время за пределы общежития? Не боятся, что украдут драгоценного айдола? Брат Чона был полной его копией внешне, но противоположностью во всем остальном. Он был старше на час, являлся айдолом из успешной группы и любимчиком отца. Такой весь правильный, что раздражал лишь своим существованием. Младший всегда бесился с него, с самого детства Чонгук получал больше внимания и любви, все крутые игрушки, вся одежда доставалась ему, а Чону лишь объедки. Папа относился к ним равноценно, но после измены своего мужа не выдержал и повесился прямо перед играющими мальчиками. — Чон, пойми, что все твои колкости и вспышки агрессии лишь детский сад, — старший расправил плечи, наблюдая за тем, как младший переодевается в объемное худи. — Я не собираюсь тебя уговаривать, но; если ты передумаешь, то мы в ресторане отца. На этих словах гримерка пустеет, остаётся лишь Чон со своими мыслями наедине и тихий звук, исходящий со сцены музыки.

———

Фешенебельный ресторан в центре Сеула считается самым дорогим и престижным в городе. Сюда ходят только хорошо обеспеченные люди, по вечерам играет живая музыка, а в меню блюда различных кухонь мира. В вип зале за одним столом сидят трое альф, а рядом играет исполнитель на арфе, окуная пространство в атмосферу богатства и статуса. — Я рад, что вы пришли вдвоём, — говорит самый старший из всех, господин Чон, владелец сети ресторанов и один из богатейших людей Кореи. — Правда кое-кому следовало бы научиться правилам дресс-кода. Взгляд падает на Чона, что не удосужился переодеться после бара, который он покидал с болью в груди, будто отрывая себя от чего-то важного и ценного. Чонгук же медленно ест мясо, не обращая внимания на своего младшего брата. — Мой костюм в стирке, не успел забрать, отец. — тыкая вилкой в тарелку произносит младший, умирая со скуки и поглядывая на исполнителя с арфой. — Как твои успехи Чонгук? Я видел в новостях, что вашу группу пригласили на знаменитое вечернее шоу, думаю это успех. — переключает своё внимание на старшего. — Да, отец, для нас это большая честь, она идёт по национальному каналу. — мягко улыбаясь отвечает Чонгук, делая глоток вина. Все эти разговоры про успех брата так утомляют, будто бы младшего даже не существует рядом, просто для внешней идиллии сидит. И так всегда, все похвалы только ему, а тебе замечания и критика творчества. Если бы отец разбирался в музыке он бы явно не нанял этого криворукого альфу с арфой, который крутит одну и ту же мелодию. Айдолы для альфы как синоним тюрьмы, он не вытерпел бы этого, слишком свободолюбив. Все эти законы, запреты, контракты длиной в вечность, ограничения в творчестве, так отталкивает. Разве не лучше написать полностью свою песню, делать, что захочется и не боятся каких-то жалких штрафов за любое неверное движение. Из мыслей Чона вытягивает вопрос отца, который несколько секунд потряхивает плечо младшего. — Я ещё раз спрошу, ты когда возьмёшься за ум и начнёшь жить нормально? Меня настораживает твой бар и то, что в нем происходит, — вытирая губы салфеткой интересуется отец. — Думаю стоит его продать и найти уже себе нормальную работу, а не этот цирк. На этих словах про бар Чон вскипел. Якудза для него родней дома, ценней всего, это то, что он построил сам, заложив душу. Он никогда не потерпит оскорбления в сторону бара и своего творчества, этим всем он живёт. — Ресторан свой зашкварный продай, отец — младший поднялся и взял свой портфель, оглядывая двух родственников. — Вы и понятия не имеете, что такое настоящая музыка и любовь к ней. На фоне отец что-то пытается сказать, но Чон не хочет слушать и слышать, он натягивает свои любимые наушники и уходит куда подальше от этого места. Черный мотоцикл kawasaki ninja h2r ожидает хозяина у входа, а рядом стоит черноволосый омега, оперевшись о фонарный столб. Чёрный тренч аккуратно развивается на ветру, а берет чуть ли не улетает с волос. Младший, ворча останавливается возле своего мотоцикла, оглядывая стоящего напротив омегу. От него веет уверенностью и кажется цветочным парфюмом. — Твой байк? — омега кивает на мотоцикл и выпрямляется, разглядывая. — Да, а что? Принцесса захотела прокатиться? – с ухмылкой спрашивает альфа. Незнакомец лишь окидывает парня незаинтересованным взглядом и разворачивается ко входу в ресторан. — Принцессой своего папу будешь называть, пижон, а я Тэхен. Запиши куда-нибудь с уточнением, что другие варианты запрещены. Силуэт омеги пропадает за дверью, а альфа остаётся с двумя мыслями в голове: первая связанная с тем, кто этот красивый омега и почему его имя нужно запоминать, а вторая с тем, что у альфы нет папы.