Томатный суп

      Спустя долгих дней работы молодой Господин всё же слёг в кровать с тяжелой простудой. Переутомление даёт о себе знать. У Аято будто изъяли мысли о том, что иногда нужно брать перерыв. Зноб охватил его тело, так же как и высокая температура. В таком состоянии ты способен только лежать в кровати и надеяться чтобы это поскорее прошло. Но как оно пройдет, если ничего не делать? и на это сил у него нет. Обессиленно лежав в кровати, он прикрыл глаза, и погрузился в глубокий сон.

***

— Опять он не жалел себя… Вы как всегда, Господин. Медленно убирая светло-голубые локоны волос со лба, юноша с интересом вглядывался в выражение его лица. Что оно означало? умиротворение? уж точно нет. Уголки бровей нахмурились, а губы поджались. Видимо, даже во сне он мучается. Погладив внешней стороной ладони мягкую горячую щеку, парень встал с колен и удалился в сторону кухни. В этот раз Аяки не было дома — был только обессиленный молодой юноша и его слуга. Пройдя в глубь кухни, он глазами начал искать продукты для приготовления пищи для его Повелителя. В голове он продумывал что ему приготовить сегодня, перебирая в голове различные варианты обедов. Для больного простудой человека лучше всего что нибудь горячее и питательное — например суп из томатов.        Парень накинул фартук и завязал его за спиной. Взяв нужную посуду и продукты, он увлекся приготовлением еды для его Господина. Окунув в горячую воду помидоры он аккуратно снял с них неприятную кожуру. Разрезав напополам, он закинул их в кипящую кастрюлю, которая уже стояла на плите и во всю давала о себе знать, громко побулькивая за крышкой посуды. Нежно и небыстро он очистил лук и картофель, нарезая их на маленькие дольки, все так же скидывая в кастрюлю. Помешивая, он вдыхал приятный и легкий аромат кипящих овощей. Наконец, когда овощи уже изжили свое и по их внешнему виду было видно что они приготовлены, он сбавил огонь и миксером перемолол все содержимое кастрюли. Тома нежно и не думая улыбнулся, глядя на то что он приготовил. Всю любовь, все чувства что он вкладывает в его блюда — настоящие. Неважно для кого он готовит эту еду. Ведь пища — это главное звено в жизни человека. Он считает, что еду всегда нужно готовить с любовью, ведь это позже будет в твоем желудке. Но есть еще кое-что, что он считает особым ритуалом. Еда для его Господина должна быть приготовлена «немного» по другому. Потому что Аято это не просто его хозяин… не просто тот, кому он прислуживает. Это тот, кого он горячо и сильно любит, желая его всем телом. Желая каждой клеткой тела, каждой каплей крови, каждой бактерией в его теле. Просто приготовленная еда — слишком мало для него. Поэтому каждый завтрак, обед и ужин, он добавляет кое-что «особенное» в еду главы клана Камисато. А теперь он болен, и любви нужно вдвое раза больше…        Стянув пояс с его штанов, он стянул их куда-то вниз. Действовать нужно было быстро. Его нижнее белье неприятно сжимало его бедра и пах. Почему он постоянно возбуждается от мысли что тот, кто владеет им, пьет семя его же подчиненного? Каждый раз когда Тома делает этот «ритуал», его орган просто взрывается от налитой крови в нем. Он немедля обхватил ладонью набухший от возбуждения член, двигая рукой вверх вниз, задевая крайнюю плоть и головку. Тома жадно глотал воздух, не прерывая движения рукой. Воздух вокруг него был горячим как раскаленный асфальт на солнце. Рука стала мокрой от пота и выделившейся смазки. Звуки от его движений были очень смущающими и непристойными. Стиснув зубы, Тома горячо кончил на тарелку с супом, после чего громко выдохнул и обмяк, сев на стул.        «Вот теперь оно точно готово…» — Тома?.. сколько я спал?.. — Всего час, Господин. Ваш обед уже готов. — с спокойным выражением лица ответил слуга. — Я бы сейчас точно не отказался от чашки томатного супа. — Как неожиданно. Я как раз его приготовил. Кажется, я умею читать мысли и узнавать ваши желания, Господин Аято… Неловко улыбнувшись, юноша обхватил руками горячую тарелку. Прикрыв глаза, он жадно глотал содержимое. Сделав последний глоток супа, он облизнул губы и посмотрел на парня. — Как всегда, Тома, это просто превосходно. Может, расскажешь секрет, как ты готовишь так вкусно? Тома выбросил тихий смешок. — Секреты на то и секреты, чтобы их хранить, не так ли?