Тень на стене

      Тишина на кладбище. Для жителя городка здешняя тишина казалась жуткой и мрачной. Напоминание о том, что в этом месте они не властны над собой, что над ними кто-то главенствует. У этого «что-то» не было имени и плоти, но оно заставляло их клониться к земле, говорить шёпотом и давится слезами. Дело ли в уважении к мёртвым или же в страхе перед смертью, да только детишки постарше, да сопливые подростки могли осмелится прогуляться ночью по кладбищу. Но их смелости было мало.       Они видели зелёные угольки, сияющие в бархатном полотне ночи. Манящие огоньки, подобным сказкам их предков, имеющих корни за по ту сторону их необъятной страны. Блуждающие огоньки в лесных дебрях. Или на таком же кладбище. Пойдёшь за огоньками — найдешь себе помощь, с злым умыслом же отыщешь нечто... другое. Но что же может быть страшнее смерти? Подростки о том не говорили, но с уважением смотрели на местного гробовщика, чуть ли не кланяясь ему. Взрослые же с пониманием кивали и пытались не смотреть в глаза. Не так страшен человек, сколько его глаза.       Гробовщик Винсент Олридж, лет тридцати пяти, не так много для образа безумного старика. Но для гробовщика он был мастером на все руки, возможно, родись он в семье офисного клерка, он бы и тогда отыскал тернистый путь туда. Судьба (или рок?) распорядилась так, что в его семье испокон веков отправляли людей в последний путь. Неважно, кто были эти люди, графы во времена королевы Виктории, или же подростки в нынешнее время, гробовщики беспристрастно (почти, везде было это «почти») им помогали. И, конечно же, людям они не нравились, за редким исключением.       Никто не любит напоминание о том, что они слабы перед ним. А он не любит оставлять людей, имеющих долг перед ним, скрывающих грехи.       Винсент сверкал улыбкой, лукавой и слегка изогнутой, как у чёрного кота. Шутить и смеяться он любил, чем покорял людей, не знавших о его деле жизни. Будь он только милым шутником, возможно, к нему относились бы как к сумашедшему шутнику, которого не стоит воспринимать всерьёз. Но глаза... глаза горели дьявольским зелёным пламенем и источали яд. Тень на стене для жителей городка он, но тень, знающая их грехи и проступки. Шёпот — и все знают. А у грехов очень длинные тени.