Вы арестованы!

Тэхёну особенно трудно в этот период. Он недавно получил диплом, наметил для себя несколько компаний, искал работу, но пока что получается только подрабатывать. В первые месяцы ощущаешь себя никчёмным, когда получаешь отказ за отказом. Для хрупкого состояния Тэхёна, которого «мы уже нашли другого работника на данную вакансию» бьёт похлеще «не нуждаемся в таком сотруднике, как вы», этот период начинает высасывать все силы. И из уверенного в своих силах и возможностях выпускника национального университета он медленно возвращается в то состояние, когда проводил через мясорубку сомнений всё, что происходило вокруг.

Хосок первым заметил его состояние.

Благо, быстро смекнул, пригласив выпить в баре, поговорить по душам, поднять парню дух, чтобы не отчаивался и продолжал работать над собеседованиями. — Легче в мак пойти, — Тэхён перемешивает в стакане лёд соломинкой. Он вздыхает, качая головой. — Даже в маке нужны мотивированные сотрудники, а не унылые ребята, потерявшие веру во всё, — Хосок хлопает его по спине. — Выдыхай. Всё будет. Надо найти ту компанию, которая примет тебя, нуждаясь именно в таком специалисте, как ты. — Очень легко было так говорить раньше, — Тэхён невесело усмехается. — Сейчас… так плохо… — Всё будет. Не сразу, конечно, но… — Хосок не заканчивает. К ним подходит парень в форме полицейского. Чёрная рубашка с короткими рукавами и жетоном на груди выдаёт его. Тёмные очки находятся на голове. Тяжёлые шаги из-за берц слышатся издалека. Музыка не заглушает его слова. Он подходит к ним так, будто у него чёткая цель — поговорить с ними. В рацию диспетчер сообщает код преступления. Кто-то отвечает. Полицейский бесцеремонно подходит к ним, достаёт наручники и… Тэхён не успевает поднести стакан к губам. Его запястья касается что-то холодное. Раздаётся щелчок, оповещающий о том, что наручники закреплены. — Вы арестованы, сэр, — заявляет полицейский. — За что? — Тэхён шокирован. — Ваша красота незаконна. И Хосок на фоне давится пивом. Да. Этот полицейский арестовывает Тэхёна за его красоту. — Что? — Ким находится не здесь. Он только что был в унынии из-за потери веры в себя. Не время говорить ему о том, что он красивый! — Всё, что вы скажете далее, может быть использовано против вас, — продолжает по уставу полицейский. У него абсолютно бесстрастное выражение лица. Тэхён шокирован. Он то открывает, то закрывает рот, не зная, что сказать. — Это шутка такая? Эй, парень, — его хватит на эти два тихих предложения. Тэхён абсолютно красный. Он выпил совсем немного. Однако в груди всё разливается теплом. Там пожар. Хочется одновременно и рассмеяться, и шокированно охнуть. — Прошу, пройдёмте со мной в участок. Объясните свою красоту следователю и мы сообщим вам о решении участка полиции насчёт вашего ареста, — он даже не запинается. Тэхён хлопает глазами. Он опускает плечи, когда полицейский раскрывает ладонь, мол, дайте вторую руку, гражданский. Парень держит наручники, готовый закрепить. Тэхён расслабляется, потому что полицейский на секунду пошатывается, медленно моргая. Пьяный. — Чонгук, какого чёрта ты делаешь?! — Сокджин бросается на него с разбега. Он тут же начинает шарить в его карманах, чтобы найти ключи от наручников. — Простите, он заработался в последние дни, — коллега извиняется перед Тэхёном. — Офицер Ким, это незаконно красивый гражданский. По уставу я обязан… — Чонгук, нет такого закона, запрещающего быть красивым! — Сокджин находит ключ, расстёгивая наручники. Тэхёну освобождают руку. Он поднимает взгляд на полицейских. Чонгук хмурится, переводя на коллегу недоумённый взгляд, мол, почему мы его отпускаем. Чонгук с неменяющимся выражением лица кивает потом Тэхёну. — Вы преступник, — заявляет совершенно серьёзно. С красным лицом Тэхён провожает взглядом спины выходящих из бара парней. Он поворачивает голову к ржущему над ситуацией Хосоку, сам поднимая уголки губ. Жар в теле такой сильный. Он присасывается к соломинке, возвращаясь к игре с кубиками льда. Ох. Тэхён не может сейчас сдержать смех.

Он абсолютно очарован.

И даже забывает на секунду о неудачах. Из-за этого полицейского Тэхён невольно думает, что, возможно, всё не так плохо. Он ещё успеет найти работу, где-то оплошать, в жизни попробует быть уволенным. Новое начало будет всегда. Этот Чонгук напомнил ему о достоинствах. Мысли о неудачах и недостатках отнимают больше сил. Тэхён теперь часто думает о странном комплименте.

И это «замечание» придаёт энергию.

— Деловой центр «Фивы», — шепчет Тэхён, смотря на карту в телефоне. Он идёт по улице, рассматривая вывески на зданиях. До собеседования минут двадцать, не больше. Если он сейчас не найдёт свой будущий офис — опоздает, и этот офис будет уже не его и не будущим. — О, Чонгук, это же твой незаконно красивый! — голос Сокджина нарушает тишину. Он такой громкий. Тэхён поворачивает голову к полицейской машине. О! — Привет! — сейчас Ким достаточно воодушевлён. И смел. Чонгук там выписывает штраф неправильно припарковавшемуся автомобилю. У него опять совершенно бесстрастное выражение лица. Выдают немое смущение парня только покрасневшие уши и шея. — Не подскажешь, где здесь центр «Фивы»? — Тэхён обращается к Чонгуку, опустив специально голову, чтобы заглянуть в лицо уткнувшемуся в штрафовыписывающий блокнот. — Вам надо пройти ещё прямо. Совсем немного, — Чонгук говорит спокойно, лаконично. В его выражении ни один мускул не дрогает, когда он поднимает взгляд. — Спасибо, — Тэхён улыбается, направившись по указанному пути. Он видит рядом с центром полицейский участок, делая в голове пометку «ох, я обязан сюда устроиться». Чонгук провожает его спину нечитаемым взглядом. Он отворачивается, смотря в блокнот, где вместо номера машины нарисовал сердечки. — Милый парень, скажи, — Сокджин улыбается. — Самый наиочаровательнейший человек на свете, — Чонгук говорит привычным тоном. В его лице ничего не меняется. — Подобное не говорят с таким лицом. Ты в своём репертуаре, — коллега смеётся.

Сокджин к этому привык.

Осталось дождаться, когда к такому Чонгуку привыкнет обустроившийся в соседнем офисе Тэхён, сдерживая порывы завизжать при каждом безэмоциональном, но абсолютно искреннем: — Штраф за превышение очарования. Плата принимается только поцелуями. Тэхён выдыхает, закрывая глаза. — Как можно говорить такое и смотреть так, м? — он смеётся. Уверенность Тэхёна сейчас на стабильном уровне и падать никуда не собирается.

Не в смену Чонгука.