Ещё лучше

Юля уныло посмотрела на погасший экран и со вздохом отложила смартфон в сторону. Сосредоточиться не получалось, мысли упорно не хотели настраиваться на рабочий лад. Это дачная атмосфера так на неё влияла, точно. Ну, нет так нет — Юля встала из-за стола и с наслаждением потянулась. — Не работается? — понимающе спросил Игорь, подходя сзади и обнимая. Юля положила руки сверху, сплела пальцы и запрокинула голову, ловя короткий быстрый поцелуй. — Слишком расслабляюсь здесь. Я так не привыкла, — пожаловалась она и засмеялась вместе с Игорем — вот ведь встретились два трудоголика. Он вчера добрую часть вечера просидел, медитируя над какими-то схемами, добытыми из архива Прокопенко, потом махнул рукой и убрал их обратно в старую папку. Хотя не сказать, что у них с Юлей не нашлось дел поинтереснее, конечно. — Кому ты это говоришь, — фыркнул Игорь ей в макушку. — Мне вообще сейчас хочется только лентяйничать и больше ничего… ладно, почти ничего, — быстро поправилась Юля, чувствуя тёплое прикосновение губ к шее, и наклонила голову. Игорь понятливо хмыкнул и продолжил мягко целовать — шею, плечо, покрасневшее ухо с серебряной серёжкой, которую всегда любил легонько прихватывать губами. Юля потянулась, запустила пальцы ему в волосы, обхватила затылок, притягивая ближе. Игорь не спешил — прижимался раскрытым ртом, выводил языком на шее влажные узоры, дразнил едва ощутимыми щекотными прикосновениями, и от медленных ласк предвкушающе тянуло внизу живота. Юля удобнее подставила шею под поцелуи и зажмурилась от удовольствия, когда Игорь легко подул на влажные следы. Хотелось ближе, кожа к коже, чтобы ничего между ними — и она повернулась, требовательно потянула футболку Игоря вверх, одновременно пытаясь стащить свою. Он помог, футболки полетели на пол — и теперь можно было трогать, Юля погладила Игоря по плечам, бережно касаясь шрамов, тихо вздохнула, когда он наклонился, поцеловал под ухом, провёл кончиком языка от ключицы до плеча, прошёлся цепочкой поцелуев к сгибу локтя, к запястью, прижался губами к тонкой коже. Интересно, он чувствует, как частит пульс? Юля провела ладонью по его по щеке, кончиками пальцев коснулась шрама у брови, взъерошила чёлку, и Игорь поймал её руку и поцеловал в ладонь, потом ещё раз и ещё, звонко и щекотно, заставив засмеяться и немного умилиться — ты мой хороший. Аккуратный поворот, как в танце — и она оказалась прижатой голой спиной к груди Игоря. У него большие руки, уверенные и бережные, и когда они накрыли её грудь, Юля тихо застонала, чуть выгнулась, подаваясь ближе к этим рукам, нежные соски тёрлись о горячие жёсткие ладони, и это возбуждало до дрожи, отдавалось жаркой волной внизу живота. Колени у Юли подкосились, она качнулась назад, прислоняясь к Игорю, как к самой надёжной на свете опоре. — Держу, Юль, — тихо шепнул он ей на ухо, обняв одной рукой за талию и тесно прижав к себе, и Юля почувствовала, как быстро и сильно бьётся его сердце — в такт её собственному. Потёрлась затылком о его плечо, улыбнулась мягкому, успокаивающему поцелую в висок и погладила Игоря по руке, которая так и оставалась тёплой тяжестью на её груди. Приятной — а ещё приятнее стало, когда Игорь обхватил грудь ладонью, неспешно обвёл сосок подушечкой большого пальца, погладил, чуть надавил. Прижался раскрытым ртом к шее и лизнул чувствительную кожу, раз, другой, в одном ритме с поглаживающими движениями пальцев, и Юле так хотелось, чтобы он гладил её грудь не пальцами, а языком, но и так тоже хорошо… ох! Очень, очень хорошо — Игорь осторожно сжал сосок, перекатил между пальцами, потёр подушечкой самый кончик, и Юля судорожно вздохнула, пытаясь унять вспышку яркого возбуждения, стиснула бёдра, чувствуя, что бельё уже насквозь промокло. На секунду показалось — если он продолжит, то она кончит прямо так, только от руки на груди и горячего рта на шее. Продолжил, конечно, и Юля поняла, что ошиблась — ей было мало-мало-мало, недостаточно и мучительно-сладко, бережные ласки только дразнили, распаляли и обещали большее. Большего хотелось — немедленно, как будто больше ни одной минуты нельзя ждать, и Юля медленно качнула бёдрами, потираясь о горячий твёрдый член. У Игоря перехватило дыхание и дрогнули пальцы, он теснее прижал её к себе и шепнул на ухо: — Дразнишься, м? — Это я-то дразнюсь? — фыркнула она и замерла, когда Игорь коснулся её уха горячим языком, обвёл по краю, лизнул мочку, едва ощутимо прикусил. Ну вот и кто здесь дразнится, а? Улыбнувшись, Юля ловко развернулась лицом к Игорю, приподнялась на носочки и потянулась к губам, и поцелуй, несмотря на искрящее нетерпеливое возбуждение, был мягким, неспешным и восхитительно сладким, как густой золотистый мёд, самый первый, июньский и солнечный. Обняла Игоря, прижала ладони под лопатками, почувствовала зеркально ласковые руки на своей спине и довольно вздохнула в поцелуй. Так тепло, так надёжно — и такой приятной была эта уютная близость. Юля неохотно отстранилась, переводя дыхание, пробежалась языком по припухшим влажным губам, как зачарованная коснулась кончиками пальцев губ Игоря, таких же зацелованных. Он медленно провёл рукой по её спине, от шеи до поясницы и обратно, вдоль позвоночника, едва касаясь разгорячённой кожи, и Юля будто очнулась, разом вспомнив и про тянущее жаркое возбуждение, и про нетерпеливое желание, и про стучащее в такт сердцу «сейчас-немедленно-дадада». Как же хорошо, что до постели всего пара шагов. Юля не была уверена, что смогла бы дойти даже до соседней комнаты. Почти упав на мягко спружинившую кровать, она быстро стащила шорты вместе с бельём и потянулась к штанам Игоря, провела кончиками пальцев над поясом, от живота к бокам, в который раз любуясь крепкими сухими мышцами. Никогда ей это не надоест, никогда и ни за что. Игорь дёрнулся и засмеялся, пытаясь перехватить её руки. — Ну Юля! Щекотно же. — Да? А так? Юля наклонилась и лизнула его живот над поясом штанов. Игорь судорожно вдохнул и едва не подавился воздухом, когда она легко царапнула поясницу. Дразнить его ей тоже никогда не надоест — настолько искренне, открыто и ярко он отзывался. Юля прижалась раскрытым ртом чуть ниже пупка, медленно провела языком по тёплой коже. Твёрдые мышцы подрагивали под её губами, Игорь быстро и тяжело дышал, подался бёдрами вперёд, и она накрыла ладонью возбуждённый член, легко погладила через штаны, потёрла кончиком пальца небольшое влажное пятно, наклонилась и тепло выдохнула на него. Игорь замер и протяжно застонал, когда Юля накрыла губами головку и лизнула поверх тонкой ткани, лихорадочно дёрнул шнурок на поясе. Юля откинулась на подушки и потянула Игоря за собой, довольно вздохнула, чувствуя привычную тяжесть его тела, погладила шею сзади, ласково взъерошила волосы, с готовностью приоткрыла губы и поцеловала в ответ — медленно, влажно, ласково поглаживая языком его пересохшие губы. Игорь приподнялся, бережно пригладил Юлины волосы, поцеловал ямочку между ключицами и опустил голову ниже. Юля затаила дыхание. Так хотела чувствовать его губы на своей груди — и сейчас не сдержала короткого задыхающегося стона, когда Игорь начал покрывать её лёгкими поцелуями, нежными, трепетными, почти невесомыми, от которых по телу разбегались крохотные искры удовольствия. Колючая щека коснулась чувствительной кожи, и Юля запустила пальцы в его волосы, притянула ближе, с тихим вздохом зажмурилась — казалось, в темноте под веками плясали эти самые искры, рассыпаясь бесконечными фейерверками. Язык прошёлся по соску, влажную кожу обдало потоком прохладного воздуха, а потом согрело тёплым прикосновением губ, и Юля распахнула глаза, выгнулась навстречу, беспорядочно поглаживая Игоря по волосам, шее, напряжённым плечам, запрокинула голову с беззвучным стоном. Игорь приподнялся, опираясь на одну руку, другой погладил бок, живот, внутреннюю сторону бедра, повёл выше, коснулся пальцами перепачканной смазкой кожи — Юля зажмурилась, отвернувшись и прижавшись покрасневшей щекой к подушке. Всегда так сильно хотела его, всегда немного этого смущалась, особенно когда были такие вот явные… доказательства. Знала, что это всё глупости, и сама над ними смеялась, знала, что Игорю всё нравится — очень, но ничего не могла поделать и каждый раз краснела до кончиков ушей. — Ты такая красивая, Юль, — Игорь потянулся и поцеловал её горячую щёку, медленно поглаживая между ног. Ну как он всё так понимает, это же совсем нечестно. Тёплые пальцы с мягким нажимом прошлись по клитору, скользнули ниже, чуть толкнулись внутрь, осторожно лаская, растирая смазку по нежной чувствительной коже. Юля тихо всхлипнула и шире развела ноги, подаваясь к бережным прикосновениям. Пальцы неспешно двигались, неглубоко входя, иногда круговыми движениями потирая скользкий набухший клитор, и Юлю уже совсем не смущали негромкие влажные звуки, ей было невероятно, запредельно хорошо, и казалось, что не бывает так, просто не может, но у них было — всегда. Ласковый шёпот на ухо и ритмичные движения пальцев уносили Юлю куда-то в мерцающую темноту, внизу живота нарастало горячее напряжение, волнами расходясь по телу до кончиков пальцев, сильнее и быстрее, сладко до дрожи. Но хотелось по-другому, и Юля, почувствовав подступающий оргазм, протестующе сжала бёдра, непослушными пальцами обхватила запястье Игоря, отводя в сторону, хотя часть её больше всего на свете хотела, чтобы он продолжал всю ближайшую вечность. — Подожди, Игорь, подожди, — останавливаться казалось немыслимым, но она потянула его за руку на себя. — Иди ко мне, вот так, да… Юля крепко обняла его, подалась ближе, чувствуя бедром горячий твёрдый член, нетерпеливо потёрлась раз, другой, ещё и ещё, пока Игорь с почти отчаянным «ты что творишь, Юль» не перехватил её, и тогда она шире раздвинула ноги и приподнялась навстречу медленному проникновению. Хотелось быстрее, сильнее, сразу и до конца — и хотелось задержать этот момент, уменьшить скорость, как в замедленной съёмке. Чувствовать каждое плавное движение, распробовать каждое ощущение — горячо, глубоко, скользко, растягивает так невыносимо хорошо и правильно. Оставить в памяти каждый поцелуй, каждый вздох, каждый задыхающийся стон и каждый удар сердца. Лихорадочное нетерпение незаметно превратилось в сильный ровный жар, и казалось, что они плавятся в нём, двигаясь в одном на двоих ритме, прижавшись друг к другу так тесно, будто хотят стать одним целым, не замечая ничего вокруг, в этом бесконечном моменте существуя только друг для друга. Оргазм накрыл их одновременно и казался бесконечным, Юля изо всех сил вцепилась в плечи Игоря, чувствуя его дрожь, и замерла, хватая ртом воздух, ловя самые сильные толчки удовольствия — своего и чужого, не различая. Чуть отдышавшись, погладила Игоря по спине, крепче стиснула коленями и потянула на себя. — Тебе тяжело будет, — хрипло пробормотал он ей над ухом. — Ммм, мне будет хорошо, — Юля повернула голову и прижалась губами к влажному виску. Подумала и улыбнулась, обнимая крепче. — Нет, уже хорошо, а будет ещё лучше. Ложись давай. Игорь щекотно фыркнул ей в шею и медленно опустился сверху — всё равно заботливо сдвинувшись чуть в сторону, чтобы не придавить всем весом. Наконец-то расслабился. И всё действительно стало ещё лучше.