Сердце, вечность и коньки.

- Я упаду, - твёрдо заявил Шан Цинхуа, стоило только Мобэй-цзюню предложить ему сходить на ледяные пустоши и покататься на коньках. - Упадёшь, - согласился тот. - А потом встанешь и поедешь. - И снова упаду. - И снова поднимешься. - Мой король так безжалостен ко мне! Он хочет, чтобы я к вечеру стал весь чёрный от синяков и дрожащий от холода! - Начал давить на жалость Шан Цинхуа. - Ты уже давно не мерзнешь, а синяки тебе может наставить только Шэнь Цинцю, - парировал Владыка Севера, - так что перестань хныкать и пошли кататься. Ты, помнится, жаловался, что мне от тебя только одно и надо, и мы только и делаем, что спим в разных местах. - Но я ожидал, что мы отправимся в путешествие или, скажем, поиграем в вейцзи! Да хоть вскопаем ваш сад! Мой Король, я в жизни ни на коньках, ни на роликах не стоял! - Ничего. Пошли. Словом, как Шан Цинхуа ни старался, переубедить Мобэй-цзюня он не смог. Ничего удивительного: временами проще повернуть вспять реки, чем чьё-то мнение. В одном случае достаточно выкопать пару каналов и сделать запруду-другую, а в другом можно целую жизнь потратить, так ничего не добившись. Ледяные пустоши, как и следует из названия, были пустынны и полностью покрыты тысячелетними слоями снега. Когда Шан Цинхуа их придумывал, он смотрел по телевизору передачу про Антарктиду, и теперь всячески костерил себя за то. Снег, спрессовавшийся под собственным весом, давно стал твёрдым и гладким, как лёд, и ничего удивительного, что Мобэй-цзюнь облюбовал эти пустоши как идеальный каток. Но одному кататься ему, видимо, уже наскучило, и стоило Шан Цинхуа полушутливо посетовать на однообразное бытиё... И вот они на льду. Кругом ни души, один только ветер пробирает до костей. Даже ко всему, казалось бы, привычный заклинатель ёжится. Мобэй-цзюнь одним коротким движением наколдовывает им на ноги лезвия из прозрачно-голубого льда и начинает выжидательно и, похоже, не без интереса смотреть на Шан Цинхуа. Тот принял было решение неподвижно стоять и ныть, пока Королю не надоест и он не оставит супруга в покое, но очередной порыв ветра сдвинул с места его лёгкую тушку, Шан Цинхуа с ужасом понял, что едет... И, разумеется, с размаху сел на жёсткий и холодный лёд. - И что, тебе больно? Ну, в принципе, не очень. Бывало и больнее. Но Шан Цинхуа всё равно начал ныть и жаловаться, словно как минимум сломал копчик. Разумеется, Мобэй-цзюнь ему не поверил и, рывком поставив на ноги, сменил тактику. Он крепко схватил Шан Цинхуа за руку и потянул на себя, заставив проехать ещё пару чи. И даже поддержал, когда Цинхуа снова начал заваливаться назад. Последующие несколько попыток заставить Шан Цинхуа поехать неизменно заканчивались ничем. Заклинатель едва не панически боялся даже головой двинуть, что уж тут говорить про удержание равновесия? И ноги не сгибал, и не пригибался, и руками себе не помогал. И тогда, окончательно убедившись, что так дело не пойдёт, Мобэй-цзюнь сменил тактику во второй раз. - Чего ты боишься? Здесь никого нет, я над тобой подшучивать не собираюсь, пострадать ты никак не можешь, так в чем же проблема? - Мой Король, мне просто не нравятся коньки, понимаете? Давайте вы просто сами покатаетесь, я тут посижу, а потом мы вернёмся домой и поиграем в кости? - Взмолился Шан Цинхуа. - Не нравятся, - вычленил главное Мобэй-цзюнь и нахмурился. Шан Цинхуа сглотнул и дернулся назад, закономерно упав, но на сей раз поднимать его не торопились. Его супруг думал. - Мой Король, прошу, не обижайтесь на неразумного. Так уж получилось, в том нет вашей вины. И я более чем ценю ваше стремление научить меня, но... О-о-ой, что вы делаете?! Вместо того, чтобы рывком поднять Шан Цинхуа и поставить на ноги, Мобэй-цзюнь поднял того за плечи так, чтобы смотреть глаза в глаза. Висеть в нескольких цунях надо льдом было страшно, но ещё страшнее было не понимать, что же задумал Владыка Севера. - Положи руки мне на плечи. Сейчас я поставлю тебя на лёд. Ты будешь держаться за меня и просто скользить. Понял? - Мой Король... - Конечно, ты понял, ты не дурак. Хватайся покрепче. Я буду говорить, что тебе нужно делать, а ты будешь выполнять. - Но... - Это что, слишком сложно для тебя? - Нет-нет, но... - Начинаем, - объявил Мобэй-цзюнь и, поставив Шан Цинхуа на лёд, скомандовал: - правую ногу назад. Шаг. Шан Цинхуа неуверенно сдвинулся назад, и каким-то чудом не растянулся в шпагат, вовремя остановившись. Впрочем, чудо наверняка звали Мобэй-цзюнем. - Теперь левую ногу назад. Так же. С опорой в лице здоровенного ледяного демона учиться катанию оказалось проще и не так страшно и вполне эффективно. По крайней мере, прошло уже два шага, а Шан Цинхуа ещё на ногах. - Отлично. Теперь будешь делать разворот. Повинуясь кратким указаниям, Шан Цинхуа минут за пять смог развернуться на сто восемьдесят градусов, при этом не сводя глаз с мужа. Тот с едва заметным смешинками в глазах похвалил Шан Цинхуа за первый в жизни разворот на коньках и поздравил с достижением "Пять минут на льду, а ты ещё на ногах". Ну, в самом деле, теперь Шан Цинхуа чуточку менее страшно стоять на коньках, правда, радости от этого факта он тоже не испытывал. - Молодец. Теперь держись за меня только левой рукой. Да, вот так. Посмотри вперёд. Лёд идеально гладкий, поэтому не смотри под ноги, только вперёд. Сделай один шаг. - М-мой Король... - Я тебя держу. Просто одно движение. Ты и сам это мог, просто на этот раз ты не упадёшь. Ну? Вы удивитесь, но всё вышло именно так, как обещал Мобэй-цзюнь. Шан Цинхуа в одно движение проехал несколько чи, шатаясь, но так и не упав. - Сохраняй равновесие. Двигаться должно всё твоё тело, не только ноги. Чуть-чуть наклонись вперёд, тогда тебя перестанет тянуть назад. - Так? - Прошептал Шан Цинхуа. - Не отклячивай попу. Она-то тебя назад и тянет. И не бойся сгибать колени. Ты же не пингвин. - У пингвинов есть колени! - Зачем-то сообщил Шан Цинхуа. - У тебя тоже, - не моргнув глазом парировал Мобэй-цзюнь. - Э-э-э, да. Логично. Шан Цинхуа сделал ещё один шаг. Через четверть часа он едва не валился с ног, но уже не потому, что его тянуло назад, а просто от усталости. Тем не менее, Мобэй-цзюнь продолжал раздавать указания Шан Цинхуа, и под его чутким руководством Лорд Аньдин смог сделать целый круг вокруг Мобэй-цзюня. - Теперь нравится? - Спросил Мобэй-цзюнь, когда Шан Цинхуа от усталости едва держался на ногах. - Ну...пятьдесят на пятьдесят, - признался Шан Цинхуа. Мобэй-цзюнь вскинул бровь. Умилившись и даже хихикнув, Шан Цинхуа в одно движение подъехал к ледяному демону и, не тормозя, въехал прямо лицом в открытую грудь. - Кататься на коньках мне по-прежнему не нравится. Но мне нравитесь вы, а вам нравятся коньки. Так что... Давайте завтра ещё покатаемся, ммм?