Все дело в коньках

      — Эй, Ацуши-кун.       Мальчик, услышав свое имя, вздрогнул, отрываясь от телефона.       — Что-то случилось?       Накаджима спрыгнул со скамейки в небольшой раздевалке, прикрыл свой шкафчик и повернулся к мужчине в черной водолазке.       — Простите, Чуя-сан, — смущенно отзывается мальчик, зарываясь руками в волосы. — Мой… папа снова опаздывает.       Присев на корточки, Накахара потрепал ребенка по голове:       — Тогда поможешь мне прибрать зал? — Накаджима Ацуши, по мнению Чуи Накахары, был прелестным ребенком. Пускай рыжий и знал его чуть меньше месяца. — Потом выпьем чаю.       — Конечно!       В зале работы было не так много, дабы требовать помощь с ребенка. Все же большинство детей и даже взрослых, что приходят к нему на занятия, убирают за собой вещи. Но осмотр никогда не помешает, к тому же сегодня занятия проводились по гимнастике в другом маленьком зале, где наверняка остались ковры и небольшие грузы. Потому, быстро закончив с уборкой, Чуя, как и обещал, разлил чай и извлек из автомата пачку печенья.       Номер родителя мальчика был недоступен, что, наверное, не было необычно. Накахара знал, что приемный отец Накаджимы был детективом. Кажется, тот получил опеку над Ацуши после какого-то жуткого случая. Громкая история с приютом, которую быстро замяли. Чуя не совался в это дело и попросил секретаря, что принимал новых учеников месяц назад, не ворошить то, что не нужно, и не распускать слухи.       Самого рыжего тогда не было в городе, пришлось свалить работу по составлению расписания на милую девушку. Так что познакомился он с новыми юными фигуристами только на первом занятии. Школа у Накахары хоть и маленькая, но довольно успешная и известная. Хотя школа это громкое слово, так, одна из секций. Скорее даже, любительская, без претензии на пугающую дисциплинированность, через которую рыжий проходил в молодости.       — Ацуши-кун, — позвал Чуя мальчика, который немного приуныл, глядя на часы.       — Простите, Чуя-сан, — снова повторил Накаджима, сжав в руках ткань штанов. — Мой… папа много работает, и у него часто ломается телефон и…       — Ацуши-кун, все хорошо, — ласково позвал рыжий, осторожно тряся ребенка за плечо, — знаешь, мой старший брат часто забывал забрать меня из младшей школы. Я до полуночи сидел с охраной или другим учителем.       — У вас есть старший брат? — тут же переключился Накаджима.       — Поверь мне, он та еще зараза, — со смешком выдохнул Чуя. — Слушай, ты ездил когда-нибудь на мотоцикле?       Глаза ребенка тут же загорелись. Это заставило Накахару улыбнуться, его младшая сестра тоже в свое время обожала ездить с ним, чем Чуя активно пользовался. Проинформировав Ацуши о технике безопасности и охотно ответив на появляющиеся вопросы, он отправился по названному адресу. Мужчина не брал трубку, потому рыжий решил съездить к тому на работу.       И действительно, стоило открыть дверь помещения, как по лестнице буквально слетел потрепанный родитель. Высокий, весьма симпатичный, с темными кудряшками и в помятом плаще. Он чудом не влетел в стену и быстро упал перед мальчиком, сжимая того и причитая:       — Ацуши! Прости, я!.. Я совсем не следил за временем! Этот Доппо запер меня в архиве и оставил там!       Мальчик тихо хихикнул.       — Это потому, что… ты снова заснул на совещании? — с лукавым укором поинтересовался Накаджима.       — Ацуши, ты подрываешь мой авторитет такими откровениями и опускаешь в глазах у…       Дазай поднял голову, съев конец предложения.       — Это Чуя-сан, — с долькой гордости представил Накаджима, — мой учитель по фигурному катанию!       — А-а, — протянул Осаму, отводя взгляд в сторону. Слегка поглаживая ребенка по плечу, пока второй рукой зарылся в волосы, — Ацуши много о вас рассказывал.       — Приятно, Дазай Осаму, — рыжий самостоятельно протянул руку, которую пожали, а после строго заметил:       — Ацуши прождал почти два часа…       — Мне жаль и…       — У вас есть мои контакты? — Осаму резко уставился на него, слыша от ребенка тихое:       — У тебя уши покраснели, — подметил Ацуши, получая осторожный толчок.       — Просто предупреждайте ребенка или меня, что задерживаетесь и не можете приехать, — пояснил Чуя, забивая свой номер в чужой телефон. — Ацуши-кун, до пятницы, не забывай, что мы говорили о растяжке.       Проводив чужой мотоцикл взглядом, Осаму услышал тихий вопрос:       — Так тебе было жарко? — Накаджиму беспокоил тот факт, что его опекун, который никогда не краснел, резко залился краской.       — Ацуши, — тихо выдохнул мужчина, закрыв лицо руками, — никогда не думал, что дождусь от тебя такой подставы, — а потом, опустив глаза вниз, взволнованно спросил:       — На моем пальто хотя бы пятен нет?       Окинув оценивающим взглядом внешний вид мужчины, Накаджима закопал чужую самооценку одним простым «есть».

***

      — Ацуши, давай еще раз, — улыбнулся Накахара и получил уверенный кивок головой.       Мальчик более уверенно отъехал в сторону, повторяя элемент с не скрытым удовольствием.       — Отлично, — похвалил Чуя, махнув рукой другому родителю, который только что забрал своего ребенка. — У тебя отличная координация, а вот над растяжкой голеней нужно еще поработать. Хочешь сниму тебя? Покажешь отцу.       Накахара часто снимал исполнение и тренировки по просьбе учеников, дабы те похвастались своим родителям. Накаджима никогда не вызывался, но, заслышав предложение, не смог сдержать гордого ликования.       Во время записи рыжий так и не отвлекся на распахнутую дверь, услышав только удивленные и восхищенные возгласы после исполнения элемента. Ацуши немного смутился, но был явно рад похвале.       — Это невероятно круто! — продолжал Осаму с идеально выглаженным пальто и болезненно белой рубашкой. — Ты молодец! У тебя явно талант! Верно же? Я и стоять на месте не смогу!       Чуя тихо прыснул со смеха, пока Ацуши, подойдя к бортику, оживленно рассказывал нюансы и насколько тяжело давался ему этот элемент неделю назад.       — Ацуши-кун, иди переодевайся, — кивает головой Чуя и переключается на другого ребенка:       — Люси, твоя мама уже приехала?       Девочка кивнула головой и указала на телефон с сообщением от родительницы. Накахара, окинув взглядом уже пустой зал, взял более младшую девочку за руку, кивая странно мельтешившему Осаму.       — Я ненадолго выйду.       Доведя ребенка до машины и поздоровавшись с весьма усталой женщиной, которая радушно поблагодарила, Накахара вернулся в зал, на пороге столкнувшись с убегающей парочкой в лице Накаджимы и Дазая. Ребенок смущенно хихикал, пока мужчина отказывался поднять взгляд, быстро удаляясь и пребывая в явном смущении.       — До свидания, Чуя-сан, — громко попрощался ребенок, одаривая его слишком счастливой улыбкой.       А потом Чуя нашел рядом со своей сумкой небольшую, но действительно красивую пироженку.

***

      Буквально через неделю Накахара получил от до чертиков радостного ребенка коробку с печеньем. А через несколько занятий еще одну. И после. Чуя не хотел спрашивать, но в глазах белобрысого мальчика видел немое и уверенное «мы вместе выбирали печенье!».       Ацуши спрашивал про вкус и понравилось ли оно Накахаре, а еще, что тот предпочитает. Чуя отвечал положительно, хоть и оставлял коробки в зале, для детей, которые по разным причинам задерживались или брали дополнительные часы, забывая про обед.       Накаджиме, казалось, действительно безумно нравилось кататься, мальчик метил на большой спорт, несмотря на возраст. Чуя подбадривал, давал контакты хороших мастеров города и адреса спортивных школ, которые готовят поистине потрясающих фигуристов. Ацуши расстраивался, преданно хлопая глазками.       Рыжему нравился зарождающийся огонь в глазах ребенка и его желание кататься. Прям как у него в детстве, когда Чуя еще не вступил в настоящий спорт.       Иногда, ближе к вечеру, телефон Чуи издавал тихий писк сообщения, где Осаму извинялся, что задерживается и опаздывает. Иногда Накахара увозил ребенка на работу, а иногда занимался дополнительно. Пару раз забирал мальчика домой. С этой семейкой у Чуи сложились довольно теплые отношения. Даже несмотря на то, что щеки детектива периодически краснели в его присутствии, стоило подойти ближе.       — Чуя-сан, а приходите к нам на ужин! — спустя несколько месяцев не выдержал Накаджима.       Стоящий рядом Осаму, что в тот момент пришел за ребенком, комично побледнел. Накахара поднял на того взгляд и хотел было открыть рот, как был прерван ребенком:       — Папа очень хочет, чтобы вы пришли к нам на ужин. Только он не скажет! Я видел, как он учится готовить какое-то французское блюдо! — продолжал мальчик. — Мне кажется, что он тайно тоже хочет научиться кататься на коньках! Он часто о вас спрашивает, а еще часами смотрит на телефон! А еще я видел, как он фотографировал вас на тех соревнованиях, когда!..       Дазай смущенно зажал ребенку рот, растягивая нервную улыбку. Накаджима что-то возмущенно бубнил, явно не понимая, что живьем закапывает опекуна.       — Дети, — нервно рассмеялся шатен, перехватывая ребенка поперек талии и поднимая. — Мы не будем вас задерживать, я и так сегодня опоздал, верно?       И постарался быстро ретироваться с места событий.       — В субботу, — ответил Чуя, заставляя мужчину остановиться. — Я свободен в эту субботу. — И сложив руки на груди, подметил:       — И дайте ребенку снять коньки.