Свобода в крови

В Лесу фейри сегодня неспокойно — принц крался среди раскидистых деревьев и чудных трав. А резко вынырнувшая, из-за темных туч, луна грозила раскрыть все его тайны. Крисстиан шел медленными шагами, оглядываясь назад в ожидании погони. Но, к его превеликому счастью, никто не заметил его ухода и можно было немного расслабиться. Молодой фейр нашел глазами дуб, который символизировал место встречи, и разрешил себе отдохнуть, в том числе и от переживаний. Девушка должна подойти с минуты на минуту. По крайней мере, ему хотелось так думать. А в то же время, по Лесу фейри пробирался усталый путник. Впереди его встречала непроглядная темнота, в которой причудливо расположилась густая поросль высокой травы. Шелест листвы будоражил, и так не совсем здоровые, нервы, расшатанные ранее городской жизнью. Грозовые тучи, которые тяжело нависали над ним, довершали образ угрюмого и неприветиливого Леса. Таков был путь фейра, волосы которого светились серебром в неожиданно появившемся свете бледной луны. Вдруг он замер, заслышав чьи-то шаги совсем неподалеку. В его голове промелькнула мысль, что это мог быть стражник врат в страну Под Холмами. Страх овладел им настолько, что сердце норовилось выскочить из груди, но фейр постарался взять себя в руки и спрятался за стволом ближайшего дерева, в ожидании. Принц же остался на том же месте и начал бы уже засыпать, если бы не его чуткое ухо, которое уловило еле слышный шорох осенних листьев. Крисс тут же подобрался, легко определил откуда доносится шум и направился к дереву, где и спрятался несчастный. Его королевскую фигуру было видно издалека, что и мешало, и помогало одновременно. Вольный фейри с тревогой наблюдал за ним, пытаясь унять сердце. Но оно все не желало успокаиваться, так еще и мысли перемешались в один единый комок. Перед глазами встали картинки Нью-Йорка, города простецов, в котором ему непосчастливилось быть: там его оглушали громкие звуки машин, крики гудки, грохот и шорох, и все это сплеталось в ужасную какофония простецов. Из этой пучины его резко выбивает голос незнакомца. — Приветствую тебя, странник. Не знаю кто ты и куда путь свой держишь, но хочу чтоб ты знал. Мое имя — Крисстиан Кёниг, наследный принц Неблагого Двора. — фейр подобрался к незнакомцу на расстояние вытянутой руки и ожидал ответа. — Принц? — переспросил скорее у себя фейр, голос его предательски дрогнул. — Ты один из пятнадцати сынов короля Арауна? Но ведь Кьеран… — было сложно подобрать слова от неожиданности. Вольный запнулся и внезапно задумался, что, если он и вправду принц, ведь фейри по природе своей не могут лгать. Если все и правда так, с ним может случится все, что угодно. — Посмею интересоваться, что в такой час здесь делает принц, причем в одиночку? — спросил фейр. Принц ответил не сразу. Беглец разбудил в его душе воспоминания из далекого детства, когда у него еще был друг с такими же волосами цвета пшеницы. Он вспомнил технику, благодаря которой можно быстро привести себя в порядок: тот медленно сосчитал от одного до десяти и лишь потом ответил. — Твоё невежество не знает границ. Тем не менее, давай оставим титулы на потом. — принц протянул правую руку, как знак мира. Вольный фейри бросился в сторону, смотря в кофейного цвета глаза. Он прошелся взглядом по фигуре принца, отметил, что на нем нет никакого оружия, заметил для себя, что тот явно один, так как еще одного чужого он был заметил. Только после осмотра он смог ответить уже более спокойно. — Да будет вам известно, ваше святейшество, что я здесь не живу. А забрел лишь по нелепой случайности. Поскольку вы здесь находитесь в тайне от Двора, то я прошу, чтоб и мое нахождение осталось тайной. — его лицо вмиг поменялось, а ощущение уверенности и спокойствия совершенно преобразили его. Легкая полуулыбка завершила сие прекрасное представление. — Твоя манера дерзить все больше мне нравится. — принц добродушно рассмеялся, заметив, что настроение фейра переменилось. — Я хотел бы предложить тебе дружбу. И в подтверждение моей доброй воли, могу поделиться немного едой. Небось, давно путешествуешь, не имея возможности нормально поесть? — Дружить? — неуверенно переспросил фейр. Сомнения перемежались с ощущением жалости к себе, а его непомерная гордыня оказалась больно задета. Королевские образы, образец которых он имел неприятность узнать, наталкивали его на не очень приятные размышления. Сам по себе напрашивался вопрос: — Как я могу вам верить? — желудок предательски заурчал и мысль о том, что принц прав насчет еды пронзила его. Ведь по сути, у фейра не было и маковой росинки с того момента, как тот сбежал от неприятных нефилимов. Крисс слишком явно высказывал свою злость, задетый, что его словам не верят, но после ответил совсем иное. — Вот что мы сделаем. Каждый задаст друг другу по вопросу. И затем честно на него ответит. — Спешу сообщить вам, что это не территория Неблагого Двора, а следовательно, вашей власти здесь нет. — вольный подумал, что он еще не разучился ставить королевских особей в неловкое положение. — Вы сейчас на границе между Королевством и миром простецов. А потому я волен делать то, что считаю нужным. — фейр возрос в своей уверенности и поставил себе установку, что никому не дано его уничтожить. Принц же выслушал эту тираду и медленно соображал, вспомнив слова учителя по тренировкам: тот говорил, что бить нужно в то место, которое менее защищено. В его мыслях всплыла информация, о которой он уже успел забыть, но которая сейчас будет отличным оружием. — К счастью или или нет, но я припоминаю кое-что из новостей Благого Двора. Тогда распространилась весть о беглеце, который устроил целое шоу. Твое имя, если не ошибаюсь, Данделион. За голову беглого фейри тогда еще назначили огромную сумму монет. — принц остановился, чтоб проследить за реакцией вольного. Данделион не ожидал того, что о его проделках будут так далеко знать и только и мог, что спорить. — Вашей власти здесь нет, милорд. — но даже для самого фейра это прозвучало не слишком убедительно. — Раз вы так прозорливы, то в чем же еще талантливы? — весь его вид говорил о том, что тот почти в конец расстроился. — Благодарю за столь неожиданный комплимент. Однако, по моему личному мнению, лучше бы тебе отступиться и принять моё предложение о дружбе. — Крисс позволил себе улыбнуться, но вторую часть говорил в полной серьезности. Данделион ничего не ответил, пытаясь оправится от очередной неожиданности. Тот момент, когда фейр хотел уязвить прекрасного принца, а взамен сделал комплимент сильно его ударил, если не сказать, совсем выбил из колеи. Наконец, собравшись с силами от сказал. — Дружить? — только и смог повторить фейр. — Именно это я имел в виду. А если ты переживаешь, что за тобой ведется охота, то можешь выдохнуть. С этого момента, Данделион Рэйвенскар может свободно передвигаться по всем землям страны Под Холмами. — легко и торжественно произнес Крисс. — А если пойдешь со мной во дворец, может король и поймет, что ты достоин большего. — А знает ли ваше королевское величество, кто я такой на самом деле? — Дани упорно не желал ему верить, вспоминая громкость своего побега. Благая Королева уж точно не обрадуется такому заявлению и найдет способ с ним поквитаться. Фейр настолько глубоко задумался, что тот не заметил, как принц подобрался к нему очень близко. А когда это раскрылось, вольный резко дернулся в сторону от принца. Но к сожалению, фейр зацепился за высокую осоку и совсем не грациозно свалился в траву. А чтобы напыщенному принцу было неповадно, захватил того за длинный плащ, увлекая его за собой. Крисстиан не стал произносить гневные тирады. Вместо этого, он вдруг почувствовал огромный порыв, который овладел им почти сразу после того, как он упал. Крисс обдумал свое решение всего несколько секунд, а затем впился в губы вольного фейра с такой силой, словно боясь, что тот сейчас убежит. Дани совершенно не предполагал такого поворота, поэтому, первой его мыслью было откинуть незадачливого принца , который поддался минутной прихоти. Тот час же фейр исполнил свое желание, но ему не стало легче, тогда он подтащил Крисса к себе и впился в его губы еще более страстным поцелуем. Губы принца показались ему мягче персика, который ему хотелось вкушать бесконечно долго. Крисстиан же находился в неком блаженстве, отмечая превосходное умение целоваться. Этот фейр смог зажечь его сердце, а ещё, как вскоре почувствовал принц, в области паха начало разгораться не детское желание.