Свобода в крови

Осознание себя в пространстве давалось принцу с трудом. Он потерял возможность двигаться, но не думать. Это было сродни изощренной пытке, которой его подвергали все снова и снова. От яда, моментально разлившегося по его венам, все тело начинало ломить, мышцы натянулись, а в желудке царил ураган. Вокруг Крисса возникали все новые лица, нежный девичий голосок раздавал приказы где-то далеко. Крик Дани, а потом воцарилась тишина. Крисс едва дышал, конечности отказывались двигаться. А затем он почувствовал прикосновение сильных рук, как его подняли и унесли далеко отсюда. Ему хотелось провалится в сон, но мозг почему-то не желал отключаться. Принц лежал, закрыв глаза, думая о том, что его ждет дальше, а тем временем вокруг него снова появились звуки, голоса. Один их них он узнал даже будучи полностью слепым — Дани, а второй смутно походил на голос его дорогой сестры. Присутствие Дани успокоило принца и тот смог наконец уснуть. Сна не последовало, однако перед его взором мелькали образы Анны, матери, Отца, а также Дани. Вероятно, они были вызваны сильной горячкой. Принц пролежал в таком состоянии несколько суток, а в один момент проснулся с ясной головой. Было такое ощущение, будто с сердца убрали камень и стало легче дышать. И первого кого он увидел была его сестра. Анна сидела возле его кровати, прикрыв глаза. Сначала Крисс подумал, что она уснула, однако затем услышал тихие всхлипы и последующие за ними слезы, стекающие дорожкой по её щекам. Девушка подняла голову — и родные на минуту сошлись взглядами, её ярко голубые глаза были полны слез. После, она осознала, что Крисс очнулся и бросилась к нему в объятия. **** — Через пару часов будет как новенький. — послышался чей-то смутно знакомый голос. — Не забудь пройтись настойкой по открытой ране, чтобы никакая зараза не попала внутрь. Юноша с ярко-рыжими волосами и характерно заостренными ушами поставил на поверхность перевернутого дерева, служившего ему столиком, небольшую деревянную миску с чем-то, источающим приятный цветочный аромат. Он повернул голову в сторону постели с больным принцем и тут же отвел взгляд, оказавшись смущенным семейной драмой. Фэйр неловко улыбнулся уголками губ, подошел к нему буквально на пару секунд, чтобы сказать единственное. — Давай, принц, поправляйся. — с этими словами он в последний раз окинул взглядом принца и заливающуюся слезами принцессу. Робко улыбнулся своим мыслям и выскользнул из комнаты через завешенную лианами арку. После выделенной королевской семьей комнаты, фэйр направился во вторую, которая была также предназначена для больного. Однако этот разительно отличался от принца — бледный, растрепанный, исхудавший, весь в ссадинах и засохшей крови. Который к тому же не растратил свой буйный и сердитый нрав, даже тогда, когда у него пытались забрать Крисстиана. Фэйр попросту кидался на любого, кто решался подойти к нему ближе чем на пару шагов, словно одичалый зверь, разучившийся доверять людям. Рыжеволосый фэйр, которого звали Даэрон, пытался творить ему, что желает помочь вместе с родной сестрой Крисса, что он знает его, также добавил, что имеет навыки целителя — однако все было напрасно. Дани же смог завалить и его самого, и пару-тройку крепких вольных-добровольцев, пребывал в довольно плачевном состоянии. Скрепя сердце, Даэрон наслал на него сильнейший сон и вскоре фэйр свалился рядом без чувств, дрожа всем телом от усталости. И вот, спустя несколько часов, заклятие должно было еще действовать, но от Дани можно было ожидать чего угодно. И не зря думал, потому что не успел он дотронутся к грязной одежде бедного, будто сотканого из света фэйра, как что-то одним мощным рывком сбило его с ног и завалило на кровать. И не просто завалило, а оказалось в одночасье на нем, метая искры ярости. После целебного сна силы в нем явно прибавилось, так что Дани с весьма ужасающим видом, во все той же кровавой футболке, с его острыми скулами и спутавшимися волосами, пытался придушить своего спасителя. — Д-дани... — Ты посмел меня тронуть. Ты посмел отключить меня. Ты отнял моего Крисса. Ты посмел обращаться со мной, как со скотиной. Всё еще думаешь, что я оставлю тебя в живых? — Я...Д-дани, прошу... В комнату ворвались несколько Вольных, которые наверняка услышали звуки потасовки. Они вскинули луки и приготовились стрелять. Даэр от ужаса застыл, но после начал активно жестикулировать, дабы те побыстрее ушли. И снова не прогадал. Словно гибкая изящная кошка, выпрыгнул из постели фэйр, перевернулся в воздухе и нанес мощный утра в челюсть одному из лучников. Второму кулак попал под ребра, третий же оказался сбитым с ног и придавленным четвертым. Не прошло и пять минут как все они оказались на полу, словно молодые березки побитые штормовым ветром. А над ними возвышался яростный Данделион, сжимавший до боли сломанную стрелу с желтым оперением. — Ты выстрелил в него. За это я убью тебя. Да так ,что ты будешь молить меня о скорейшей смерти. — Дани! — взмолился Даэр, успевший отойти от оцепенения и оттащить Дани от последнего вольного. — Он жив! С Криссом все хорошо, он здесь, в деревне. Мы смогли вымыть яд из его тела, с ним все хорошо, ты послушай... Дани, кажется, прислушался к его словам, но все же вывернулся из рук чистокровного фэйра, злобно зыркнув. Все замерли в ужасе, ожидая от него чего угодно. Но тот лишь процедил сквозь плотно стиснутые зубы. — Где он? — В комнате напротив. Но он ослаблен, дай ему время оклематься и побыть в обществе сестры. — Сестры? Анна тут? — А о чем я тебе кричал там, на поле?! Просто успокойся, ладно? Я понимаю, что... — Ничего ты не понимаешь! Не смей дотрагиваться ко мне! — рыкнул Дани, резко убирая локоть от потянувшейся к нему руки. Даэр поджал губы, явно выражая обиду, но все же улыбнулся и слабо выдохнул. — Хорошо, только успокойся... **** После пылкого воссоединения брата и сестры, оба немного отстранилась друг от друга. Горло Крисса будто что-то давило, но не до такой степени, чтоб он не мог говорить. — Анна, как я рад тебя видеть. А где Дани? Где мой мальчик?! — внезапно принц начал задыхаться, наверное от лишних эмоций. Анна же испугалась за брата, выскочила из комнаты прямиком к Даэру. В её голосе слышалась приближающаяся истерика, в глазах стояли невыплаканные слезы. Принцесса умоляла помочь ее брату, даже не заметив еще одного фэйра. Даэр нисколько не злился на Анну, понимая ее состояние сейчас. Дани он предварительно вытолкал за двери и принялся смешивать настойки и мази. Закончив с приготовлениями, он сел рядом с Криссом, помогая тому устроиться поудобнее. Спустил его рубашку, попутно наставляя. — Ближайшее время не надевай ничего. Ткань будет скользить и срывать корку. — Даэр поднес тарелочку к губам принца и влил горячее содержимое настойки внутрь. — Если станет хуже — зови меня. После настойки фэйр принялся втирать терпко пахнущую мазь в область груди Крисса, там где виднелось сквозняк ранение. Затем перешел к лопаткам, стараясь не сильно задевать больные участки тела. Рука его скользнула вдоль позвоночника и именно это действие заставило Дани в дверях напрачься. Однако налететь на Даэра повторно ему не удалось, потому что перед ним появилась принцесса — точная копия своего брата, такая же серьезная и воинственная. — Здравствуй, Анна. — Дани старался не обращать внимания на то, что сам выглядит как выживший после чертового апокалипсиса, а с его разбитых костяшек иногда стекала кровь. — Мне очень жаль, что я не узнал вас тогда, на поле. И мне очень жаль, что не смог уберечь Крисстиана. Будьте уверены, я еще восстановлю справедливость. — И тебе здравствуй. Мне хотелось бы поговорить с тобой наедине. — она отвела взгляд глаз цвета морской волны на своего брата и не смогла сдержаться. Принцесса подошла к нему поближе, с нежностью поправила одеяло таким образом, чтоб Криссу было теплее. Она стояла так долго, разглядывая мирно дремавшего братца. — Могу ли я быть против? — задал риторический вопрос Дани. Он старался говорить тише, так как дверей в домике на было, а будить принца ему не хотелось. Ему до ужаса хотелось подойти ближе к нему, но подозревая, что его снова вытолкают в коридорчик, говоря о манерах, не решался. Ему было достаточно увидеть бледного, но умиротворенного любимого фэйра, чтоб успокоится. Главное, что он уже идет на поправку, а со всем остальным они справятся вместе. Следом его взгляд упал на Анну, глаза которой напоминали ему глубокие водопады Бранвен. Такие холодные, печальные, скрывающие свои бескрайние тайны. Однако этот водопад — одно из безопасных мест в Стране под Холмами. Дани начал думать, похож ли характер Анны на воды Бранвена — яростный, когда заходит речь о её семье, холодный словно сталь, но вместе с тем выражающий верность и готовность прикрыть своих. Они вышли в уютный коридорчик, где можно спокойно говорить, не боясь кого либо разбудить. Здесь располагались небольшим полукругом кресла, обиттые чем-то мягким и приятным. — Так о чем вы хотели поговорить? Анна жестом попросила фэйра присесть, и сама последовала его примеру, расправив изящное голубое платье. — О моем дорогом брате. Понимаешь, последние годы выдались у него слегка напряженными. Он прилежно учился, как того хотел Отец, не гулял в компаниях, как все нормальные фэйри... В общем, старался быть идеальным сыном, пренебрегая собственными желаниями в угоду отцу. — принцесса умолкла, то ли вспоминая, то ли пытаясь что-то забыть. — Как-то раз, на вопрос Отца о том, кем Крисс хочет стать, когда вырастет, он ответил, что будет там самым, за которым будут идти толпами фэйри, дарить им радугу. И что все они будут счастливы вечно. — она выдохнула, представляя Крисса из детства. — Он мечтал, что будет править в своем королевстве. Где будут царить радуга и счастье. Мне бы очень не хотелось, чтобы его мечты и годы подготовки оказались...в небытие. Дани не спешил с ответом, он знал с самого начала о чем пойдет речь. Когда ему предложили сесть, он совершенно этого не хотел. Ему бы больше пришлось по душе ходить по коридору, кричать, рвать, бить. В общем, делать все, чтоб его ярость и невинная энергия нашла свой выход. Он смертельно боялся, но отнюдь не за себя. Нет, такой как он, уже привык прятаться, убегать от своры Неблагих фэйр, от гигантских псов Дикой охоты. Привык к боли от пронизывающих стрел, привык спать свернувшись клубочком в глубоком снегу. Дани привык передвигаться бесшумно и бороться насмерть, подобно разъяренному животному. Привык содрогаться от громкого лая Псов, бояться за свою жизнь каждую минуту своего времени, а также бесшумно кричать от бессилия — так, что ни одна живая душа не услышала бы. Но Крисс и его сестра... Они были другими. Они не привыкли к такой жизни. Когда каждый хочет выпотрошить тебя лишь чтоб спасти свою собственную шкуру. Их глаза еще блестели, не затянутые дымкой усталости. Они умели изгибать губы в искренней теплой улыбке. Умели с радостью встречать новый день со своими сюрпризами, преодолевать трудности. Их взгляды не были пусты, а сами они не были выпиты досуха. Они могли жить... Не опасаясь засады на каждом шагу. Дани завидовал им не в меру сильно, но и боялся за них. — Там впереди лишь тьма и огонь. — отрешенно прошептал Дани, а затем поднял взгляд стеклянных глаз на девушку. — Грядет ветер перемен, принцесса. Фэйр прижался к стене, его затылок откинулся назад и тут же с силой ударился о холодную стену. Но он не чувствовал боли, сосредоточенно смотря на завесу диких растений, служившим дверью в комнату. Он поднял руки отчего-то мелко дрожащие, уставился на них, будто не веря, что они его собственные. В голову лезли разные мысли, о борьбе, о жизни и смерти, о чудовищной обиде на провидение, на свое безрадостное существование. Мелькнула мысль, что теперь он бореться не один. — Жизнь никогда не была и не будет спокойной. Я давно, очень давно знал, что день этот настанет. Ты рожден в ветре перемен, дитя ворона. В нем же ты и умрешь. У него крутились эти слова не переставая, разрастаясь грохотом, убивающий всякое спокойствие. — Мы должны подготовится. Это не закончится все тихо и мирно. Всюду будет кровь — и на наших руках в том числе. **** Нужно восстановить силы... — так думал Дани, прокручивая эту мысль с разных сторон. Нет уж, как ни посмотри, сидеть на месте он не мог. В его голове появлялись безумные идеи, вроде той, чтоб затеять драку с парой-тройкой вольных, которые ранили его Крисса, или же оседлать дикого скакуна и умчаться на нем далеко вперед, вкушая запах сладковатой свободы, любуясь мириадами звезд, бледнеющим в ночи диском луны. Прямо как в старые добрые времена. Он хотел бы вернуть те времена, однако тогда еще не было того, ради которого ему хотелось бы жить. Тогда не было Крисстиана. Проходя мимо комнаты, он невольно залюбовался им: как на его скулах играл лунный свет, а кожа неестественно светилась, как его изящные губы что-то шептали во сне, как черные ресницы плясали, ложась идеальными тенями. Как его волосы, насыщенно черного цвета блестели, такие мягкие как шелк в его руках. Он и не заметил, как оказался рядом, как его рука поднялась и заправила за макушку круглый кончик волос. Как его рука уже начала перебирать разметавшиеся по подушке локоны. Он вдохнул их аромат, различая запах королевского мыла, запах росы и диких трав, запах солнца запах рассвета. Коснулся кончика острого ушка и тот дрогнул у него в руках и вздернулся вверх. Затем прочертил равную линию до шеи, пробегаясь по нежной коже за ушами. Опустил руку ниже к ключицам, затем на грудь, проникая воровато под одеяло, желая лишь одного — почувствовать биение его сердца, тепло его тела, ставшим уже по-настоящему родным. А затем заметил, что расслабленное до того тело начало напрягаться, следуя его прикосновениям. Дани одернул руку и поправил одеяло. Он обнаружил себя слишком близко с принцу. Нельзя нарушать покой. Так сказал этот вольный. Нельзя мешать его восстановлению хотя бы даже чуть-чуть. **** После небольшого лечения, Крисс провалился в такой желанный сейчас сон. Это было сродни падению в колодец, когда кажется, что время течет бесконечно, а все звуки окружающего мира исчезают, оставляя тебя один на один с собой. Внезапно принц прочувствовал мощный прилив сил. Ему стало до того хорошо, что он смог бы наверное пойти в бой прямо сейчас, если была бы такая надобность. Сердце так громко билось, что оставалось гулом в ушах. А затем появился свет, который как он понял позднее, исходил изнутри его самого. Этот свет был приятным и мягким. Если бы кому-то взбрело в голову сейчас посмотреть на него, он бы увидел незавидную картину — как принц метался по кровати, шепча имена своих родных, среди которых было и имя Дани. Как он растягивал его имя, глупо улыбаясь чему-то своему. А затем также внезапно успокоился, почувствовав присутствие милого фэйра. Так прошло полночи, сны мелькали друг за другом, большинство которых были вовсе не радужными. А когда ночь только-только собиралась передать права новому дню, а на небе начали проступать пастельные краски рассвета, Крисс поднялся с кровати и пошел. Его глаза были широко открыты, однако сознание пребывало все еще во сне. Он свободно прохаживался по комнате, изредка натыкаясь на разные предметы. Например, задев небольшой стеклянный шкафчик с лекарствами, умудрился порезаться об острые осколки. Они впились в его ногу, а из раны ручьем стекала багровая кровь. Крисс не ощущал боли. Он упорно шел, нащупывая проем второй комнаты. А затем вошел внутрь, к своей мирно спящей сестре. **** Начало ночи Дани умудрился провести рядом с Криссом, причем не меньше двух часов. Он боролся с искушение м снова дотронутся до заветных губ, тела, ушей, волос принца. Ему нужно хорошенько отдохнуть, а его присутствие только усугубит все. Так что фэйр, не теряя времени, заправил нежно одеяло под подбородок любимого и тихо выскользнул из комнаты. Рыжеволосый травник, как его окрестил Дани спокойно спал на охапке осоки и пушистых лап кроны деревьев и цветов Это выглядело даже красивым со стороны, особенно когда рыжие пряди фэйра сливались с многообразием цветов. Этакий цветочный принц. Однако Дани не стал долго на него засматриваться, стремясь покинуть лачужку в скором времени и занять себя чем-то, чтоб избежать самокопания. Ночь стояла на удивление теплой и тихой. Лишь изредка звучала заливистая трель полевых птиц, стрекот сверчков и забавное жужание жучков. На его памяти, его всегда окружало обилие звуков дикой фауны, так как он и сам был в какой-то степени ночным жителем. Он не стал тратить много времени на осмотр деревни Вольных, наполовину разрушенной после множества войн и мора. Его неудержимо тянуло к полю. Признаться, мысль была не самой лучшей, но противиться совсем не было сил. Будто что-то притягивало его, безостановочно и крепко. Ничего не предвещало беды, однако, оказавшись на полностью открытой местности понял в чем дело. Магия. Чужеродная, не принадлежащая миру фэйри. Демоническая, отторгаемая всем его существом. Но демоны не могут сюда попасть так как страна себя защищает временными разломами. Не успел Дани даже пошевелиться, как на него полетели разряды той самой магии. Сначала он наблюдал за тем, как они застыли в воздухе, а затем обрушились на фэйра градом дикой боли. Он успел увернутся лишь от парочки, но совсем не заметил как темная фигура подобралась к нему поближе. На какую-то минуту он остановился, чтоб восстановить утраченное самообладание — и в следующий момент уже летел через все поле, с силой ударяясь в ствол дерева — Где же твой ненаглядный принц, Дани? Где же твои друзья, когда так необходимы? — усмехнулась темная фигура, склоняясь над ним и почти по-отечески вытирая кровавую дорожку с разбитых губ фэйра. Тот дернулся всем телом, шарахаясь от протянутой руки, сплевывая кровь на щеку старого врага. Но в ответ получил широкую ухмылку. Затем ахнул, широко раскрыл глаза, ощутив как сжимается вокруг его горла кольцо терновника. — Все также горд, все также безумен. Совсем нет чувства самосохранения? — ухмыльнулся тот. — Пошел ты! — Дани затянулся кашлем, хватаясь за острую ветвь растения, рефлекторно пытаясь вдохнуть воздух. — Сдаешься? На этот раз тебе не удастся сбежать от меня. Ни тебе, ни ему. — Выкуси... Он тут же пожалел о своей дерзости, так как начал лишаться последнего кислорода. Колдун улыбнулся, недобро так. Тело Дани начало трястись, ноги подкосились и тот бы упал, но чья-то сильная рука подхватила его под поясницу. Затем подтянула выше, очерчивая промежуток между рубашкой и штанами, скользнув под ткань. Фэйр отчаянно трепыхался, но жажда вдохнуть свежего воздуха была сильнее, чем желание спастись от грубых прикосновений. — Н-не трогай...М-меня... — Попроси вежливо. — Пошел ты... — М...Мне не нравится. И, судя по состоянию твоей шеи, не мне одному. — губы изогнулись в улыбке, слишком довольной и пафосной. Дани дернулся из последних сил, но это уже было напрасно — колдун хмыкнул, снова улыбнулся и... утянул фэйра в раскрытый портал, лишая его всяких чувств. **** Принцесса не могла уснуть, считай с того самого момента, как переступила через порог этой маленькой комнатки. Её будоражили кошмарные сновидения, главными героями которым выступали ее братец и она сама. Она задыхалась от нехватки воздуха, дыша часто и прерывисто. А затем резко подорвалась с кровати, чуть не ударившись лбом о лоб Крисса, который нависал над ней. Какое-то мгновение, братец еще пребывал в состоянии транса, но через секунду марево исчезло. — Анна? Откуда я здесь? А где Дани? — поток вопросов все лился и лился, пока лекарство не начало действовать и принц свалился без сознания. Девушка еле успела поймать его и уложить на свою кровать. Рядом с ним упало что-то блестящее и при ближайшее рассмотрении оказалось, что нож. Очень острый нож. Анна не знала как это воспринимать. И что хуже — что ее дорогой брат чуть не лишил ее жизни или же его хождение во сне. Принцесса не могла думать в этом помещении, поэтому, убедившись, что Крисс крепко спит, оделась и вышла на воздух. Что-то ей подсказывало, что именно здесь находится причина ее беспокойства. Крисс называет это предчувствием, чуйка, причем на плохие события. Она знала куда следует идти — ее тянуло к озеру, что находится в паре милях от деревни. Проходя мимо поля она заметила слабую пульсацию магии, чужеродной. Анна нахмурилась. Это очень плохой знак. Прохлада ночи холодила ее кожу, не защищенную ничем кроме легкого платья. Волосы разметало в стороны, а принцесса все размышляла, прежде чем бросится в омут с головой. Прошла минут, две, три, она сделала шаг. В прозрачной глади отражалось ее неземное изображение и девушка улыбнулась. Сделала еще шаг, вошла в воду по пояс, почувствовав как одежда мгновенно намокла. На коже начали проступать мурашки от холода, но пути назад не было. Анна опустилась в озеро с головой — и исчезла для этого мира. А озеро полностью покрылось радужной пленочкой.