Седина

      Своих учеников Джейсон мысленно называл миньонами, в честь персонажей мультика. Впрямь похожи – такие же суетливые, шумные, опасные главным образом из-за собственной бестолковости. Конечно, нельзя стричь всех под одну гребёнку, школьники с мозгами тоже встречаются, только нечасто. Один из таких редких экземпляров – Линда Холливелл. Иногда она вела себя настолько по-взрослому, что это пугало. Но сейчас Джейсон радовался, что Линда среди участников поездки, помощником она была даже более надёжным, чем миссис Марни, учительница географии.       Двух педагогов на группу из тридцати старшеклассников, пожалуй, недостаточно, но Джейсон и миссис Марни худо-бедно справлялись. Опять же помогала Линда, умеющая найти индивидуальный подход почти к каждому. Сколько сумасбродных подростковых идей не превратилось в сумасбродные подростковые выходки благодаря её вроде бы незаметному вмешательству!       В общем и целом поездка была хорошей затеей. Их школа выиграла невероятно крутой географо-просветительский грант и добросовестно его реализовывала, а апогеем реализации стал тур на Аляску. В начале декабря собрали три десятка старшеклассников, закрепили за ними пару учителей и отправили в заснеженную даль навстречу приключениям. Изначально напарником миссис Марни должен был быть другой географ, мистер Стивенс, но он в последний момент приболел, и Джейсона попросили его заменить.       Джейсон Аллен преподавал безопасность здоровья и жизни. Учил детишек, как себя вести в чрезвычайных ситуациях, как оказывать первую помощь, как сориентироваться в экстремальных обстоятельствах. А ещё вещал про безопасность половой жизни и сохранение репродуктивного здоровья – самая забавная и одновременно самая сложная часть его работы. Миньоны от таких тем начинают хихикать или пренебрежительно фыркать, отпускать похабные шуточки, которые, по идее, должны свидетельствовать об осведомлённости, на деле же демонстрируют неопытность. В начале своей педагогической карьеры Джейсон на таких уроках сам не краснел исключительно потому, что дома тщательно репетировал лекцию перед зеркалом. Он был не из тех, кого легко смутить; да одно дело – знать и уметь самому, и совсем другое – рассказывать толпе подростков, без того одолеваемых гормональными бурями.       На данный момент Джейсон работал в школе два с лишним года. Ему недавно исполнилось двадцать пять. Природа не обделила его ни силой, ни внешностью, ни обаянием, потому он практически каждую неделю получал записочки или другие любовные признания от учениц (несколько раз – даже от учеников), однако тут в ход шёл такт, на который природа тоже не поскупилась. Джейсон отваживал безапелляционно, но ничуточки не обидно. Он щадил чувства других. Порой старшеклассницы строили ему глазки на уроках, и он не игнорировал это – ответным взглядом давал понять, что заметил, по-дружески оценил, а большего всё равно не будет.       Словом, Джейсон умел держать чужие романтические интересы в безопасных рамках. Себя он оценивал адекватно и завышенной самооценкой не страдал. Да, высокий, подтянутый и даже симпатичный, но школьниц привлекает не это. Осознанно или нет, им хочется романтики, а что может быть романтичнее, чем влюбиться во взрослого мужчину, да ещё своего учителя? Из всех взрослых мужчин в школе только Джейсон Аллен да мистер Бэнкс, учитель физкультуры, не имели вторых и последующих подбородков, потому-то им и перепадала львиная доля девичьего внимания.       Он опасался, что поездка на Аляску подстегнёт пылкое девичье воображение и некоторые девочки начнут строить ему глазки с новой силой, но обошлось. И девочки, и мальчики переключились на другие впечатления. Путешествие в край суровых гор, лютых морозов и бесконечных снегов – мероприятие интересное, особенно для жителей солнечной (хотя в зимнее время и несколько пасмурной) Калифорнии.       Для отчёта по гранту требовались фото, также для себя всем хотелось иметь снимки на память. Хотя практически у каждого есть возможность фотографировать на телефон, решили назначить специального фотографа. Выбор пал на Линду Холливелл – фото не было её главным увлечением, но снимала она прилично, и у неё имелся более-менее профессиональный фотоаппарат. Линда вошла во вкус, принялась щёлкать чуть ли не всё подряд. Сегодня захотела запечатлеть красоты местной реки. Одну её Джейсон не отпустил – мало ли что случится.       - Погода портится, за город не поедем, - заявил он, ведя машину. – Поедем к мосту.       - За город я и не собиралась.       - Славно. А я заодно пообщаюсь с местными жителями.       - Зачем?       - Для отчёта. Нужно выявить общественное мнение.       - То есть чтобы кто-то из местных сказал, как же замечательно, что к ним приехали гости из Калифорнии? И вообще, будущее образования – за такими вот поездками?       - Далеко пойдёшь, Холливелл. Уловила самую суть.       - Этих местных надо будет пофотографировать?       - Давай, на всякий случай.       - Ну и скукота.       - Не расстраивайся. Может, нам повезёт, и прямо при нас кто-нибудь провалится под лёд. – Джейсон не говорил всерьёз. При всём такте и добродушии чувство юмора у него было местами черноватое; он старался скрывать это от учеников, но с Линдой позволял себе не таиться – знал, что она всё понимает правильно. Говорить и думать – разные вещи, равно как говорить и делать.       Линда отлично это осознавала. Однако даже не улыбнулась. Её реакция на те или иные слова, события, поступки плохо поддавалась прогнозированию. Какая-нибудь фраза могла насмешить Линду, разозлить, расстроить, ввергнуть в апатию или подвигнуть на глубокие философские раздумья – всё зависело от настроения. Сейчас она пребывала в равнодушном спокойствии, и Джейсон ничуть не возражал.       Себя Джейсон не мог назвать совсем уж рьяным весельчаком, но он был оптимистом. Несколько отрешённая полуулыбка, демонстрирующая ровные зубы, многих собеседников располагала к нему ещё до начала разговора. При светлой коже у него были тёмные волосы и тёмные-тёмные, почти что чёрные глаза с поволокой, обеспечивающие ему успех среди романтично настроенной, то есть большей части женского населения. Тех же, кого не интересуют внешние данные, подкупал лёгкий нрав вкупе с вдумчивостью. Джейсон не любил драмы, но почему-то чертовски смахивал на драматического героя.       Машина подъехала к городской набережной неподалёку от моста. Двое вышли и направились туда, где с берега можно было перейти на лёд, усеянный доброй дюжиной рыбаков. Сперва Линда поснимала пейзаж, затем они отправились общаться с народом. Джейсон разговорился с первым попавшимся любителем подлёдного лова (включив на смартфоне диктофон и, для полной надёжности, делая пометки в блокноте), а Линда, «отщёлкав» местного, вновь принялась за общие снимки. Правда, она быстро нашла себе другое занятие – подбирать и опускать в незамёрзшие лунки рыбёшку. Эта выловленная живность казалась кому-то слишком мелкой, чтобы считаться добычей, и люди не потрудились вернуть речных обитателей в воду. На льду трепыхались десятки крохотных созданий, умирающих бесполезно и мучительно. «Кретины, - злилась Линда. – Бросить обратно в лунку не сложнее, чем кинуть на лёд. Им что, лень прицеливаться? Твари». Она кинула в воду всех рыбок, которых нашла, но некоторые уже не подавали признаков жизни. Не выдержав, Линда высказала претензии рыбакам, те не остались в долгу – будет их поучать приезжая малявка! В целом беседа, хоть и велась на повышенных тонах, вряд ли вылилась бы во что-то опасное; однако Джейсон на всякий случай прислушивался, продолжая свой разговор.       Он уже закончил с нужными вопросами, но собеседник – мужчина ранне-пенсионного возраста - не хотел его отпускать, жаждал поболтать. Пришлось спрашивать о рыбалке. «Хорошо клюёт?» «Кто чаще ловится?» «Не боитесь, что лёд не выдержит?» Более интересных вопросов не придумалось, но и этого хватило. Ранний пенсионер довольно ухмылялся в пушистые усы; его ярко-розовые от мороза щёки напоминали подсохшие яблоки.       На последний вопрос рыбак ответить не успел, их с Джейсоном отвлёк шум, состоявший в основном из басисто-хриплой ругани, щедро приправленной междометиями.       Метрах в десяти от них зияло подобие пробоины. Тёмная вода подёргивалась в объятьях льда. Размер «пробоины» был не большим, но достаточным, чтоб человек беспрепятственно ухнул вниз… Как такое возможно? Давно стоят сильные морозы, лёд должен быть толстым и крепким... Да какая разница, есть вопросы поактуальнее!       Самые шустрые рыбаки мгновенно оправились, похватали кто палки, кто топоры, кто смартфоны. Одни начали звонить в службу спасения, другие тыкали палками в новообразовавшуюся прорубь, третьи метались неподалёку, пытаясь углядеть что-то подо льдом – дохлый номер, учитывая плотную снежную корку.       Секунды слились в минуту, а ситуация не изменилась, разве что паника и нецензурная брать возросли. Джейсон положил на лёд блокнот, карандаш и телефон, следом на вещи, шурша, легла зимняя куртка.       - Мистер Аллен, что Вы делаете? – Подскочившая Линда тронула его за локоть, но более решительных действий не последовало. – Вы же не собираетесь кидаться за ним в прорубь? Мистер Аллен, прекратите стриптиз!       Он проигнорировал её и бегом устремился к обступленной рыбаками «пробоине», ёжась от каждого прикосновения голых ступней к обжигающе холодному льду – из одежды на нём остались лишь серо-голубые боксеры.       - Разойдись!       Двух автоматически отшатнувшихся мужчин было достаточно, чтоб Джейсон сумел нырнуть, резво так, мастерски. Всего три-четыре крупные брызги подскочили в воздух, когда вода сомкнулась над покрасневшими преподавательскими пятками.       Линда вскрикнула, прижав ладонь к губам. Хорошо, что фотоаппарат держался на нашейном ремне, иначе непременно бы грохнулся и разбился.       Надо же что-то предпринять, нельзя просто стоять!       Легче решить, чем сделать. Что тоненькая хрупкая Линда могла предпринять? Предложить себя в качестве очередной палки? Активных сил, способных помочь, у неё не было. Сочинить бы срочно подходящее заклинание, но ум отказывался работать быстро. Чрезвычайная ситуация на практике неслабо отличается от теории. Линда оцепенела. Ей не казалось, что происходящее – страшный сон, наоборот, она остро сознавала, насколько реальна разыгравшаяся трагедия. Да, трагедия, по-другому не назовёшь. Мало того, что простился с жизнью незнакомый ей рыболов, так и мистера Аллена понесло следом. На что он рассчитывал? Вроде же не идиот.       В животе органы принялись крепко друг с другом обниматься; пульс ударил по горлу, к которому подступила тошнота. Линда побежала прочь. Надо спрятаться за машиной и позвать Уайетта. Она не любила прибегать к его помощи, но сейчас не видела иного выхода.       Линда максимально быстро, но осторожно (кто знает, где ещё может провалиться лёд) продвигалась к участку, с которого проще выбраться на набережную.       …Сначала она решила, что у неё от переживаний подкосились ноги, потом вспыхнула мысль о землетрясении. «Чушь какая!» - мигом одёрнула себя Линда, когда после второго удара снизу лёд пошёл трещинами, а сама она чуть не упала. Линда отскочила в сторону, споткнулась, повалилась на спину и едва успела прикрыть голову, защищаясь от тучи холодных брызг и обломков льда.       Рядом с нею возникла пробоина приличных размеров. Однако внимание моментально приковалось не к встревоженной воде, а к тому, что таилось в ней. Линда увидела относительно заострённую серовато-жёлтую морду и два ряда крупных треугольных зубов; мелькнул огромный плавник. После чего нарисовался большой продолговатый свёрток, при дальнейшем рассмотрении оказавшийся насквозь мокрым рыбаком. Рыбака будто вытолкнули из воды, он плюхнулся на лёд, его одолевали крупная дрожь и судорожный кашель, перемешанный с попытками вдохнуть поглубже.       Линда поползла к рыбаку на карачках. Да не доползла - из бреши во льду снова появился человек. На сей раз не так быстро. Джейсон оскользнулся ладонями в попытке подтянуться и вылезти из воды, но не сдался и добился своего скорее, чем Линда успела приползти на помощь. Кое-как выкарабкался на лёд. Можно было бы сказать, что мистер Аллен по цвету сравнялся со своими боксерами. Если бы на нём были боксеры.       Он кинул на Линду испуганный взгляд, и она поняла, что испуг этот не связан со стеснением. Тем не менее она, как в полусне, расстегнула свой пуховик и подала Аллену. Не то благодарно кивнув, не то сильнеё дёрнув головой в приступе дрожи, тот не слушающимися, окоченевшими руками взял пуховик и прикрыл если уж не самое дорогое, то самое интимное.       К ним уже мчалась толпа рыбаков.