Наследник - Корня.

События разворачиваются по канону: Кушину Узумаки ведут в лес для родов, где она должна родить близнецов. Во время родов происходит нападение, и третий Хокаге берётся за запечатывание демона, объясняя это своим возрастом и смертью жены. После запечатывания волосы ребёнка меняют цвет на алый, что пугает родителей. Минато и Кушина решают отдать ребёнка в приют, заявив, что он был убит. На совете Минато лжёт, что новым джинчурики стал сирота Наруто Узумаки. Глава Корня распускает слух, и Наруто подвергается ненависти и нападкам. Два года минуло с тех пор, как в узком коридоре времени, среди тенистых лесов Конохи, судьбы двух близнецов были связаны с глубинной тьмой и светом. Как бледный лунный свет сквозь тёмные ветви пробивается, так и жизнь Кушины Узумаки озарена была надеждой и тревогой. В те памятные дни, когда она была в предвкушении родов, судьба её детей омрачилась непредвиденным нападением. Минато, молодой и полный решимости, стоял перед свершившимся фактом: их жизням угрожала величайшая опасность. Третий Хокаге, старый и мудрый, решил, что именно ему, человеку, познавшему горечь утраты и вес возраста, предстоит взяться за бремя запечатывания демона. Его лицо, изборождённое морщинами, выражало спокойное принятие этой миссии. Жестокая рука судьбы перемешала карты, и когда демон был запечатан, светлые волосы младенца окрасились в алый цвет, вызывая ужас у родителей. Кушина и Минато, потрясённые произошедшим, приняли решение отдать ребёнка в приют, объясняя это необходимостью скрыть правду. Их сердца разрывались от боли и сомнений, но страх за будущее деревни взял верх. На совете, полном взволнованных лиц и напряжённых взглядов, Минато вынужден был солгать, утверждая, что новым джинчурики стал сирота Наруто Узумаки. Он знал, что истина повергнет их всех в хаос, и старейшины попытаются присвоить себе ребёнка, как опасное оружие. Глава Корня, тот, кто всегда был на шаг впереди, немедленно пустил слух о новом носителе демона. Наруто, чьё имя теперь звучало как проклятие, стал объектом ненависти и презрения. Каждый шаг его пути был вымощен страданиями и горечью, и даже его родители, сломленные тяжестью решения, оставили его на милость судьбы.