Наследник - Корня.

Когда они вернулись домой, плотник с радостью познакомил шиноби из Листа со своей дочерью Цунами и внуком Инари. Вечерняя трапеза собралась в круге дружелюбной беседы, где каждый старался наслаждаться моментом, за исключением Наруто, который скрывался на одной из веток, внимательно следя за окружающим и охраняя семью плотника и седьмую команду. Однако мирный ужин был нарушен, когда Менма, не смущаясь, возразил: — Вы ниндзя, зачем вы тренируетесь? Ведь придёт Гато и всех убьёт. — Затем, нахально продолжил: — Слышишь ты! Я сын Хокаге. Если я прикажу Гато приклониться, он не ослушается. Если он откажется, то я попрошу отца казнить его. Эти дерзкие слова, наполненные детским высокомерием, привели к немалому смущению у всех присутствующих. Появившаяся капля пота на лбах окружающих свидетельствовала о неловкости ситуации. Инари, наблюдая за высокомерным поведением Менмы, почувствовал презрение к мальчику, чей статус не соответствовал его манерам, и, не произнеся ни слова, встал из-за стола, не выдержав острого недовольства, и удалился в свою комнату. Инари, дитя Цунами и пасынок Кайзы, внук Тазуны, был мальчиком, погружённым в мрак и пессимизм, словно покрытый тенью отчаяния. Его душа, крушённая горем, не находила утешения и покоя. Каждый день он пребывал в унынии, слёзы безутешно катились по его лицу, когда он смотрел на портрет своего погибшего отчима Кайзы. Этот образ был ему близок и дорог, неотъемлемая часть его страдающего сердца. Инари был наделён тёмными волосами, которые падали на его лоб, и глубокой чернотой глаз, что придавало его лицу особое выражение скорби и задумчивости. В ранние дни, когда жизнь была немного легче, он носил белую шляпу с синими полосами, которая служила ему неким защитным покрывалом от внешнего мира. Его одеяние было скромным: зелёный комбинезон поверх жёлтой футболки и пара простых сандалий, что подчеркивало его бедственное положение. Когда же Кайза ещё был жив, мальчик носил синий комбинезон без шляпы, символизируя некоторое радостное время, которое теперь казалось далёким и утраченным. Когда Инари удалился из-за стола, Кушина, не выдержав внутреннего напряжения, с невыразимой горечью и раздражением нанесла своему сыну Менме резкий подзатыльник. От этого внезапного удара Менма застонал, и его лицо искажалось от боли, в то время как Кушина почувствовала, как тяжесть слов Наруто, обличавшего её сына в высокомерии, отзывается в её душе. Слова Наруто обрели новый смысл и ясность для неё в этот момент. С тяжёлым вздохом Кушина взглянула на собравшихся, ее голос был полон раскаяния и смирения: — Прошу вас, простите моего сына, — сказала она, сдерживая слёзы. — После смерти моего мужа он из добродушного мальчика стал ненавистным и угрюмым существом. Эта тирания Гато сделала его сердце чёрным от ненависти и отчаяния. Тяжесть мира, в котором мы живём, превратила его в такого, каким он есть. Цунами, родная дочь Тазуны, представляла собой фигуру, полную глубокой внутренней силы и страдания. Её жизнь, подобно нитям судьбы, переплеталась с несчастьями и радостями, которые неустанно испытывали её дух. После скоропостижной смерти мужа, едва успевшего увидеть на свет своего сына Инари, Цунами оказалась одна перед лицом тяжёлого бремени материнства. Смерть Кайзы, который, став мужем Цунами и отчимом для Инари, принес в её жизнь луч надежды, оказалась столь же разрушительной, как и предыдущие утраты. Смерть Кайзы наложила на её душу тяжкий отпечаток. Цунами, обладая необыкновенной добротой и мужеством, боролась с самой собой и судьбой, стараясь защитить своего сына от жестокой реальности, которая уже успела омрачить её собственное существование. Цунами была человеком, чьи длинные синие волосы, словно дары природы, падали ей на плечи, а глаза, черные и глубоко проницательные, отражали всю тяжесть её страданий. В её одежде, розовая рубашка с короткими рукавами и красным воротником, а также длинная синяя юбка, прослеживалась простота и скромность, свойственная людям, переживающим трудные времена. Её образ был озарён материнской любовью и добротой, что делало её истинной защитницей и хранительницей воспоминаний о светлом прошлом. Потеря Кайзы сломила её, но сама Цунами, как и всякий человек, не забывала о правилах поведения и своих обязанностях. Смерть мужа и тяжесть утрат иссушили её душу, но, благодаря благим поступкам Наруто, Цунами вновь обрела искорку надежды на лучшее будущее, которая, подобно слабому свету в ночи, согревала её сердце и давала силы для продолжения борьбы за счастье своего сына. На следующий день, когда утренний свет уже начал пробиваться сквозь листву леса, Кушина решила провести с учениками тренировку на свежем воздухе. Она выбрала небольшую поляну, где они могли заниматься под открытым небом. Плотник, с которым они находились в деловых отношениях, направился к мосту, оставив Наруто, чтобы тот понаблюдал за ситуацией. Наруто, создав клона, послал его следовать за плотником, в то время как сам остался с седьмой командой, предчувствуя, что Кушина может иметь к нему вопросы. — Итак, сегодня я научу вас контролировать чакру на деревьях, — начала Кушина, но её речь была прервана Сакурой, одной из учениц, с ясным вызовом в голосе: — Но, Кушина-сенсей, мы уже умеем лазать по деревьям. От этого утверждения, произнесенного с неестественным самодовольством, на лбу Кушины и Наруто выступила пара капель пота. Их удивление вызвало, что даже после всех наставлений, ученики не воспринимали серьёзно то, что им говорили. — Сакура, я не сомневаюсь, что вы можете взобраться на дерево. Однако сегодня вам предстоит сделать это без помощи рук, — сдержанно и с небольшим вздохом ответила Кушина. Ученики, не понимая, что их ждёт, озадаченно смотрели на свою наставницу, и на их лицах отразилось полное непонимание. Кушина, видя это, решила продемонстрировать, как следует выполнять упражнение. Генины, увидев её действия, быстро сложили печать, которую показала им учительница, и, следуя её указаниям, начали выполнять упражнение. Тем временем, Саске и Менма, занятые своими собственными играми и не замечая происходящего, продолжали бегать по поляне, в то время как Сакура, уже успешно взобравшаяся на ветку, весело махала своим товарищам. — Эй, ребята! — крикнула она, привлекая их внимание и показывая, что ей удалось успешно выполнить задание. Сакура Харуно была куноичи из Скрытого Листа, и её имя, стало частью известной Команды 7. Это была юная девушка с нежно розовыми волосами, которые, несмотря на их легкость и воздушность, имели склонность падать на её лоб. Её большие светло-зелёные глаза, в сочетании с белоснежной кожей, создавали образ, полный миловидности и юной привлекательности. Часто её лоб становился объектом насмешек и шуток, что побудило её отрастить чёлку, дабы прикрыть его, хотя это не всегда помогало. Впрочем, её подруга Ино, из вежливости и под дружеским напутствием, одарила её ленточкой, чтобы завязать волосы и сделать их более аккуратными. В первую часть своего пути Сакура носила красное платье-ципао, отделанное разрезами до бедра по бокам, с рукавами до трёх четвертей и без видимых вариаций, а также зелёные шорты, украшенные сумкой для кунаев на правой штанине. Она дополняла свой облик синими сандалиями и синей повязкой Конохи, на которой был изображен знак деревни. На её одежде белый круг, символизировавший принадлежность к деревне, был нанесён на спину, рукава и подол. Сакура была образцом уверенности и вежливости, воплощая в себе не только юношеское благородство, но и искренность. Внешне она могла казаться сдержанной и даже холодной, что было её защитным механизмом, скрывающим её внутренние терзания. Лишь в кругу близких, особенно в присутствии Саске, её чувствительность и робость становились более очевидными. Внутренний мир Сакуры был полон противоречий: её настоящие эмоции, отражённые в её внутреннем голосе, известном как «Внутренняя Сакура», выходили наружу с её знаменитым восклицанием «Шаннаро!». Этот внутренний диалог служил ей средством преодоления трудностей, включая противостояние с техникой переноса разума Ино Яманака. Таким образом, Сакура использовала свою внутреннюю личность как защиту и способ управления своими глубокими переживаниями. Когда двое её товарищей увидели, что их подруга, и особенно она, женщина, сумела взобраться на дерево раньше их, в них вспыхнула волна неудовольствия. Учиха, привыкший к чувству превосходства, осознавал, что его статус как представителя знаменитого клана требует от него быть сильнее других. Однако теперь, перед ним предстала картина, когда его фанатка, не обладая никакими особыми привилегиями, достигла высоты, на которую он сам ещё не мог взобраться. Это зрелище возмутило его до глубины души; он сжал зубы, и его лицо исказилось от решимости, когда он вновь бросился на дерево. Второй юноша, сын Хокаге, в свою очередь, ощущал подобное внутреннее смятение. Невозможно было для него, потомка великого Хокаге, смириться с тем, что простая, не обладающая никакими знатными корнями девушка смогла опередить его. Его гордость, как сын Хокаге, была оскорблена. Он не мог понять, как это возможно, чтобы он, чьё имя было связано с высшими достижениями, оказался ниже какой-то безвестной фанатки, которая уже находилась на вершине дерева, махая им рукой с высоты. - «Я сын Хокаге! Я не сдамся!» — воскликнул Менма, и с решимостью, едва скрываемой внутренним смятением, бросился к дереву. Менма Намиказе, сын Жёлтой молнии Минато Намиказе и Кровавой Хабанеры Кушины Узумаки, был типичным представителем своей выдающейся семьи. Внешность его во многом напоминала облик его брата Наруто, хотя отличия всё же имелись. Светлые волосы Менмы, длинные и небрежно растрепанные, ниспадали по бокам лица, как это было свойственно его отцу. Наруто, напротив, имел волосы, окрашенные в алый цвет, что делало их похожими на живую кровь. Менма носил синюю майку с длинными рукавами, чёрные бриджи и синие сандалии, а на лбу его красовался протектор Листа. Кроме того, на руках Менмы были чёрные перчатки без пальцев, что придавало его внешности дополнительную строгость. На спине его куртки был изображён зелёный круг, окружённый пятью меньшими красными кругами, один из которых находился в центре, а остальные четыре — по краям, соединённые двумя пересекающимися линиями, с двумя дополнительными красными кругами сверху и снизу зелёного круга. Менма во многом походил на своего отца, в отличие от Наруто, который унаследовал черты своей матери. Менма был вспыльчив и горд, уверенный, что его положение сына Хокаге должно вызывать у всех безусловное уважение. Он воспринимал своё происхождение как неоспоримое преимущество, что делало его отношение к окружающим весьма высокомерным и требовательным. Когда Кушина, проявивший своё присутствие, сидя на ветке дерева, где отдыхал Наруто, осведомилась: — Ты не тренируешься? - Наруто, с лёгкой усмешкой, ответил: — Кушина-сан, то, чему вы обучаете ваших учеников, я овладел ещё в детстве. Мне было достаточно пяти лет, чтобы научиться этому. - Кушина, немного помедлив, продолжила: — Я понимаю. Однако есть одна тема, о которой я размышляю уже тринадцать лет, но мне постоянно мешает её вспомнить, и я всё время отклоняюсь от этой мысли. — Продолжайте, — предложил Наруто, понимая, что это может быть важно.- Кушина, погружённая в воспоминания, рассказала: — Тринадцать лет назад, когда я была на грани рождения близнецов, нас внезапно атаковал неизвестный в маске. В тот момент я была джинчурики девятихвостого демона Кьюби. Масочник, узнав о нашем состоянии, захватил одного из младенцев в заложники и угрожал убить его, если ему не передадут Кьюби. Мой муж, Минато, перехватил ребёнка и отнёс его в ближайший дом, оставив меня с одним малышом. Пока его не было, масочник вытащил из меня Кьюби и подчинил его своей воле. Когда Минато вернулся, он увидел демона и начал сражаться с ним. В конце концов, Минато понял, что не сможет одолеть Кьюби, и решил запечатать его в младенце. Тогда к нам прибыл третий Хокаге и предложил запечатать демона сам. Минато согласился. После запечатывания лиса у ребёнка стали красными волосы. И вот после этого Минато начал утверждать, что это не его сын, и заставил меня повторять это за ним. — Я понимаю, — сказал Наруто, — но позвольте проверить вас на наличие ментальных закладок. — Если вы имеете в виду ментальные закладки, то это невозможно. Я из клана Узумаки, и такие вещи на нас не действуют, — возразила Кушина. — Я не стану спорить с этим, но лучше проверить, чем потом сожалеть, — ответил Наруто. — Но как это сделать? Ни у вас, ни у меня нет навыков клана Ямонака, — спросила Кушина. — Это не обязательно, — объяснил Наруто, — навыки проникновения в разум были переданы клану Ямонака от Мито Узумаки, жены первого Хокаге. Она имела крепкую дружбу с представителями клана Ямонака и передала им одну из техник. Клан Ямонака развил эту технику и стал использовать её самостоятельно. — Так вот как, — кивнула Кушина. — Тогда я согласна. Может, у меня действительно есть закладки. — Хорошо, я начну проверку, — сказал Наруто и сложил печати. Он прикоснулся к лбу Кушины, и оба оказались в её подсознании. Подсознание Кушины оказалось тёмным, напоминало пещеру, подобно тому, как и в подсознании Наруто, где жил Кьюби. Кушина, удивлённая, ахнула, когда увидела там своего сына, лишённого маски Кицуне. Она не могла сдержать слёзы, видя его лицо. — Наруто… — едва произнесла Кушина, гобыла перебита. — Давайте займёмся этим сейчас. Мы проверим наличие закладок, а потом я постараюсь ответить на ваши вопросы, если они не будут касаться моего положения в деревне. Кушина кивнул и Наруто начал поиск закладок. В то время как генины трудились над восхождением на дерево, Наруто и Кушина исследовали её подсознание. — Вот она, — сказал Наруто, найдя закладку. — Надёжно спрятанная. — Это она? Тогда почему бы не удалить её? — спросила Кушина. — Не спешите, — ответил Наруто. — Нет гарантий, что Минато не установил ловушку, если мы попытаемся снять её сами. Для начала проверим её содержимое. — На что вы собираетесь проверять? — осведомилась Кушина. — Я хочу узнать, когда была установлена эта печать, — пояснил Наруто. — Она записывает все события с момента установки. Кушина покраснела от смущения, вспомнив о возможности появления интимных моментов. Наруто, заметив её смущение, сказал: — Кушина-сан, мы будем проверять только важные события. Личные моменты мы трогать не будем. Наруто и Кушина приступили к просмотрению содержимого закладки. Первое значимое событие произошло в день их свадьбы. Минато, каким-то образом проник в дом Сарутоби Хирузена и украл одну из печатей. В первую брачную ночь, пока Кушина спала, он проник в её подсознание и установил печать. Необычно было то, что в то время она была джинчурики, и Кьюби не почувствовал вторжения. Они просмотрели пять значимых событий, пропустив менее важные, и дошли до последнего — рождения близнецов. Смена цвета волос у ребёнка на красный привела Кушину к осознанию, что Минато не желал второго ребёнка. Это раскрытие показало, что Минато женился на Кушине лишь ради её сильных генов, а не из любви. — Какая же я была наивной, согласившись выйти за него замуж. Мне казалось, что я ему не нужна, а он лишь использовал мои гены для продолжения рода. Когда я вернусь в деревню, я найду способ отомстить этому предателю, — с горечью сказала Кушина. — Кушина-сан, я прошу вас успокоиться. Месть мы ещё успеем, а сейчас нужно решить, что делать с печатью, — сказал Наруто. — Что вы предлагаете? — спросила Кушина. Наруто сложил печати и вызвал Шинигами – Бога Смерти. Как только Шинигами появился, он осмотрелся и обратился к Узумаки. — Мои последователи, чем могу служить вам? — Шинигами-сан, сможете ли вы снять эту печать? — спросил Наруто. — Печать верности и подчинения, — ответил Шинигами. — Снять её я не смогу, но обезвредить вполне. Взамен я попрошу сто душ. — Я согласен. Через несколько дней я предоставлю вам эти души, когда встречусь с врагом, — сказал Наруто. — Сделка принята, — сказал Шинигами и приступил к обезвреживанию печати. Спустя несколько минут, он завершил работу и сказал: — Не забудьте о сотне душ. Прощайте. Кушина, освободившись от подчинения, обняла Наруто с благодарностью: — Спасибо, сынок, что освободил меня. Мне больно осознавать, что человек, которого я любила, предал меня и использовал как игрушку. Наруто, не возражая, обнял свою мать: — Но что делать с Менмой? Он так высокомерен, что трудно назвать его братом. — Не беспокойся о нём, — ответил Наруто. — Он унаследовал больше от Минато, чем от меня. А его высокомерие, скорее всего, связано с его знакомством с представителями клана собачников. — Хорошо, вернёмся домой, — сказал Наруто, и они покинули подсознание Кушины. Шинигами являлся спектральным существом, вызываемым с целью применения фууиндзюцу клана Узумаки. Эта сущность, полупрозрачная и изможденная, с демоническим обликом, превосходила человеческий рост. Его лохматые белые волосы, длинные и запутанные, образовывали два красных рога, возвышающихся над его головой, в то время как пурпурная кожа подчеркивала его устрашающий вид. Шинигами носил большое белое кимоно, расшитое символами и молитвенными бусами, которые перекликались с его неизменным и строгим обликом. В состоянии покоя он почти всегда сидел с ножом танто, заткнутым в рот, что придавало ему мрачное и зловещее выражение. Однако в моменты, когда требовалась его сила, его рот открывался, обнаруживая острые зубы и длинный, почти змеиный язык, придающий его внешности ещё больше устрашающего вида. При выполнении своего предназначения, его руки покрывались проклятыми печатями, словно сама суть его сущности была пронизана тёмной энергией, предназначенной для запечатывания и подчинения. Когда мать и сын вновь оказались в реальном мире, они увидели, как троица всё ещё продолжала своё трудное упражнение на дереве. Но теперь их усилия были не столь жалкими, как в начале занятия, и можно было заметить явный прогресс. Кушина, оглядевшись, заметила, что солнце уже опустилось за горизонт, покрыв мир мягким вечерним светом. — Ну что ж, ребята, — произнесла она с лёгкой усталостью, — уже довольно поздно. Пора возвращаться. Никто не осмелился возразить, и все, не теряя времени, направились обратно к дому плотника. В пути Кушина погрузилась в глубокие размышления, её мысли унесло далеко от текущего момента. Кушина, погружённая в свои мысли, размышляла о событиях, развернувшихся за последние дни. Они с командой пришли в офис Минато для получения новой миссии низшего ранга, D. Однако её сын, Менма, вновь начал протестовать, выражая недовольство по поводу таких банальных поручений. Его высокомерие, исходящее от мысли о том, что он — сын Хокаге, явно вышло за пределы терпимости Кушины. Минато, видимо, не желая выслушивать негодования сына, согласился на миссию ранга C, словно намеренно отвел в сторону жалобы Менмы. Когда был приглашён заказчик, который представил миссию в заведомо обманутом виде, Менма своими резкими словами и высокомерным поведением довёл плотника до согласия. Это явно было результатом его надменности. В итоге, они взяли эту миссию, и, отправившись вместе с господином Тазуной из деревни, столкнулись с братьями демонов, которых сумели одолеть. После устранения угрозы Кушина создала клона и направила его в деревню для запроса помощи, но не ожидала, что Минато пришлёт представителей Анбу Корня. Ещё более неожиданно было появление Наруто — её сына, от которого ей пришлось отказаться под давлением Минато. На пути к дому плотника их настиг Момочи Забуза, намеревавшийся убить плотника. К счастью, Наруто пришёл на помощь и ликвидировал Забузу и его подручного. Сегодня Кушина решила провести урок по контролю чакры на полянке, в то время как Наруто сидел на ветке дерева, наблюдая за их тренировкой. Когда команда старалась взобраться на дерево, Кушина подошла к Наруто и, рассказав о событиях тринадцатилетней давности, услышала его предложение проверить возможное наличие ментальных закладок. Несмотря на своё знание о том, что подобные закладки не действуют на неё, она согласилась на проверку. Когда Наруто, всё ещё в маске Анбу Корня, появился в её подсознании, его маска исчезла, как будто её подсознание не пропускало посторонние маски. Кушина была удивлена, увидев своего сына в таком качестве. Блуждая по её подсознанию, они нашли закладку, наложенную Минато, но снятие её потребовало осторожности. Наруто призвал Шинигами, Бога Смерти, чтобы тот помог обезвредить закладку в обмен на сотню душ, что было согласовано. После завершения всех процедур и возвращения в реальность, Кушина заметила, что уже начало темнеть. Однако, удивительно, что никто из её команды за всё это время не обратил на них внимание. Она предложила вернуться в дом плотника, и все согласились, отправляясь по направлению к нему. Идя по дороге к дому Тазуны, Саске, преодолев свою гордость, решился обратиться к Наруто, при этом чувствуя внутреннюю борьбу. — Эй, ты. Ты тот парень, который приходил в академию сдавать экзамен экстерном. Тогда с тобой были ещё парень и девушка, верно? Наруто, сдерживая улыбку, ответил спокойно: — Да, и что же? Какое тебе дело до этого, Учиха? Саске, очевидно, преодолевая своё высокомерие, продолжил: — Меня интересует та девушка, которая представилась как Учиха. Наруто посмотрел на него с лёгкой насмешкой, но его голос оставался ровным: — То, что она Учиха, не даёт тебе право командовать ею или вести себя так, словно весь мир должен крутиться вокруг тебя. Если ты действительно хочешь её увидеть, я могу вас представить. Но будь готов, что если ей что-то не понравится, лучше не вмешивайся и не усложняй ситуацию своими претензиями. Саске почувствовал, как его гордость и раздражение борются внутри него, и, не найдя, что ответить, замолчал. Тишина, наполненная непроизнесёнными словами, повисла между ними. Саске Учиха, остававшийся одним из немногих уцелевших представителей древнего и благородного клана Учиха из Деревни Скрытого Листа, был человеком, чья жизнь и судьба были омрачены тяжкими испытаниями. После того как его старший брат, Итачи, устрелил всех членов их рода, Саске поставил перед собой основную цель — отомстить за погибших и восстановить честь семьи, убив виновника всех бед. Став ниндзя и попав в Команду 7, Саске нашел в лице своего соперника и друга, Менмы Намиказе, не только противника, но и стимул для дальнейшего развития. Их состязания и соревнования стали для Саске важным элементом в совершенствовании своих навыков. Саске был светлокожим юношей с черными глазами и волосами, которые ниспадали чуть ниже подбородка. Внешне он был весьма похож на свою мать. Его волосы, изначально остроконечные сзади, по мере взросления начали менять свою форму. Сначала локоны закрывали его глаза, потом свисали с обеих сторон лица, а затем возвращались к исходному положению. Нельзя не отметить, что Саске обладал привлекательной внешностью, вызывая неподдельное восхищение у сверстниц. В юности, Саске был полон благородных чувств и искренне любил своих родителей и Итачи, уважал членов клана и преданного учителя. Он гордился тем, что был братом Итачи и сыном Фугаку, которые были неустанными защитниками Конохи. Его мечтой было служение в Военной Полиции Конохи, стремясь получить одобрение отца и признание за свои способности. Однако трагедия, постигшая его род, кардинально изменила его внутренний мир. Саске, оказавшийся во тьме горя и одиночества, превратился в холодного, равнодушного и несколько жестокого человека. В течение девяти лет он посвятил свою жизнь поискам мести, стремясь убить Итачи. В Команде 7 Саске проявлял полное безразличие к своим товарищам, считая их недостойными поддержки в его стремлении к мести. Его высокомерие и ощущение превосходства не позволяло ему наладить взаимодействие с членами команды. Эта черта характера оказала влияние на его успехи в Академии, где он показал наихудшие результаты в сотрудничестве и лишь немного лучше в уверенности в себе. На следующий день команда 7 направилась к мосту вместе с плотником, оставив Наруто в доме, который оказался в хорошем положении. Ближе к полудню в дом плотника ворвались двое головорезов, служивших Гато, и устроили настоящий погром, захватив в заложники Инари и Цунами. Наруто, не теряя времени, быстро расправился с беспокойными бандитами, что привело хозяйку дома и её сына в шок, но вскоре они пришли в себя, осознав, что имели дело с преступниками. Наруто очистил дом от трупов и дал возможность женщине начать уборку, после чего отправился к мосту. На мосту обстановка была напряженной. Гато, сопровождаемый сотней бандитов, среди которых находились и шесть мечников Тумана, вновь появился на сцене. С напоминанием, что один из мечников Тумана, Момочи Забуза, пал от рук Наруто, оставшиеся шесть — Хошигаки Кисаме, Ринго Амеюри, Акебино Джинин, Куриараре Кушимару, Мунаши Джинпачи и Фугуки Суйказан — готовились к бою. Гато, со злорадством на лице, обратился к плотнику: — Так-так-так. Похоже, старик, ты не понимаешь, что я говорил тебе ранее. Если ты забыл, я напомню: я предупреждал тебя бросить это дело, иначе ждёт та же участь, что и твоего зятя. Похоже, теперь придётся наказать тебя, начав с твоей дочери и внука. — Кушина Сан, используйте свою команду, чтобы защитить плотника и остальных, — произнёс Наруто, не выдержавшую столь непростительную угрозу. — Я всё понимаю, но что ты задумал? — осведомилась Кушина, не скрывая тревоги. — Я выполню задание от Шинигами и верну то, что принадлежало нашему клану, — ответил Наруто. — А именно, семь мечей, которые Туман украл при нападении на Водоворот. Тем временем, Цукиёми и Сай обрушили ярость на замок Гато. Узнав о смерти Забузы и его помощника и продолжении строительства моста, Гато впал в ярость и нанял новых мечников Тумана для того, чтобы убить всех жителей селения и захватить женщин в рабство. Как только Гато покинул замок со своей армией, Цукиёми и Сай приступили к делу. Проникнув в замок, они начали убивать оставшихся охранников, добравшись до склада, где Гато хранил все свои сбережения. Запечатав деньги и разрушив тайник, Цукиёми и Сай покинули замок, предварительно подожгав его. Тем временем, Наруто в одиночку сражался с наёмниками и мечниками Тумана. Гато наблюдал за тем, как его люди падали под ударами одного человека в форме Анбу, скрывающегося за маской Кицуне. Когда все наёмники были устранены, в бой вступили мечники. Наруто, почувствовав усталость от предыдущих сражений и потраченной чакры, готовился к новой битве. Бог Смерти, наблюдая за тем, как его последователь приносит столь множество душ, был в восторге и гордился своим подопечным. — Шинигами мысленно, — сказал он сам себе, — Я не ошибся в тебе, мой мальчик. Я рад, что у меня есть такой верный последователь. Наруто, завершив бой, подошёл к Гато, который уже планировал своё бегство. И тут рядом с Наруто появился Бог Смерти. — Ты проявил себя отлично, мой мальчик. Более сотни душ ты прислал ко мне. Можешь считать, что наше соглашение выполнено. А что касается этого карлика, то я сам заберу его душу, — произнёс Шинигами, вырывая душу у Гато. Как только душа Гато покинула тело, оно упало на землю, безжизненно. Седьмая команда, наблюдая за этим зрелищем, была поражена. Кушина, однако, не была удивлена, ведь она знала, что её сын выполняет поручения от Бога Смерти, и другой путь для него был невозможен. — Какая жестокость. Как он может убивать людей таким образом, не учитывая, что у них тоже могут быть семьи? — воскликнула Сакура. — Когда заключаешь сделку со смертью, приходится идти на такие шаги, — ответил Наруто. В это время прибыли Цукиёми и Сай с добычей из замка Гато. Наруто, запечатав мечников Тумана и само тело Гато, присоединился к ним. — Кицуне, мы закончили, — сообщила Цукиёми. — Были проблемы? — Никаких, — ответил Сай. — Как только Гато покинул свой замок, мы начали действовать. Убили охрану и опустошили хранилище. После этого запечатали содержимое и поспешили сюда. — Здесь столько трупов. Неужели ты сам их всех убил? — удивилась Цукиёми. — Да, мне пришлось отправить сотню душ к Шинигами, — подтвердил Наруто. Больше никаких вопросов не возникло, и команда Наруто последовала за седьмой командой, продолжая своё путешествие. Гато был судоходным магнатом, основателем могущественной Компании Гато. В своей деятельности он охватывал не только легальные перевозки, но и подпольные дела: продажу наркотиков и контрабанду, что и составило его состояние. Он пытался захватить власть в Стране Волн, но его попытка оказалась неудачной. Гато имел каштановые волосы, которые непристойно торчали, и носил небольшие черные очки, добавляющие его облику некоторую зловещую торжественность. Его костюм был черным, а галстук — пурпурным, что подчеркивало его статус и элегантность, скрывая за этим нарочитым внешним видом внутреннюю моральную разложенность. Его личность была воплощением коррумпированности и гнили. Он был жестоким и жадным человеком, не останавливающимся ни перед чем ради собственной выгоды. Все его действия были направлены исключительно на обогащение, и никакие моральные принципы не могли стать преградой на его пути. Финансовые дела и успехи стояли для него выше всяких чувств и мотивов. Разорвать действующий контракт, если это могло принести ему выгоду, не составляло для него труда. Однако жестокость Гато была особенно страшной. Он без всякой церемонии расправлялся с теми, кто вставал у него на пути, не колеблясь причинять вред или убивать невиновных. Его приказ захватить в заложники Цунами, дочь плотника Тазуны, служил ярким примером его безжалостной натуры. Он был не только злопамятным и трусливым, но и беспринципным в своих действиях. Гато, будучи магнатом судоходной компании, использовал свой бизнес как прикрытие для своих тёмных дел. Его монополия на торговлю и перевозки в Стране Волн позволяла ему изолировать страну от внешнего мира, что сделало её бедной и голодающей. Гато был ответственен за ужасные пытки и казни, такие как казнь Кайзы, что окончательно подорвала надежду жителей страны на противостояние ему. Его личная охрана состояла из отборных наёмников, таких как Зоури и Вараджи, что подчеркивало его властное положение и опасность, которую он представлял. Прибыв к дому Тазуны, Цукиёми и Сай вскрыли все свёртки, что смогли добыть из замка Гато, и разделили содержимое между жителями. Оставшиеся семь дней строители работали неутомимо, и мост был успешно завершён. Так наступил день ухода седьмой команды. Прощаясь с местными жителями, команда, в сопровождении Анбу, пересекла мост, который отныне был назван в их честь — мостом «Седьмой команды». На пути, не удержавшись от любопытства, Саске Учиха обратился к Цукиёми, скрытой под маской Стрекозы. — Ты ведь из клана Учиха, — начал Саске, — почему же я никогда не видел тебя в клане? Цукиёми, не поворачивая головы, ответила с лёгким презрением: — Возможно, ты просто не обращал на меня внимания. Твои заботы были более связаны с погоней за предателем-братом, нежели с тем, что происходит в самом клане и кто в нём проживает. — Я намерен возродить наш клан и надеюсь, что ты поддержишь эту идею, — продолжал Саске, не скрывая своего интереса. Цукиёми, не останавливаясь, произнесла с холодной решимостью: — Ты хочешь, чтобы я родила тебе детей? Ни за что! Не желаю связываться с тобой, тем более в такой роли. Найди себе другую, готовую исполнить твои желания. — С этими словами она двинулась вперёд, оставив Саске в полном смятении. Наруто, увидев, что разговор между Цукиёми и Саске может закончиться неблагоприятно, обратился к Кушине: — Кушина-сан, я вспомнил, что моей команде необходимо посетить ещё одно место. Вы можете продолжать путь в деревню. — Я понимаю, — ответила Кушина, — спасибо за вашу помощь. — С этими словами она повела свою команду в сторону Конохи. Тем временем Наруто махнул своей команде, и трое исчезли, направившись к чёрному рынку. Когда Анбу скрылись, Саске разгорелся от гнева. — Мысленно, Саске размышлял с яростью: — Как эта жалкая особа осмелилась отказать мне? Мне, элитному Учихе, который заслуживает власти! Она даже не понимает, как ей повезло, что я вообще с ней заговорил. Я не потерплю такого пренебрежения. Я сделаю так, чтобы она служила мне, и возроджу наш клан Учиха! Таким образом, наполненный решимостью, Саске поклялся не оставить свои амбиции без удовлетворения.