Настоящая жемчужина

— Вы куда, Господин Камисато? — спросил один из рабочих, увидев, как Аято ни свет ни заря собирает вещи, будто для поездки. — На Ватацуми. Последите тут за порядком, пока меня не будет. — Какие-то срочные дела на Ватацуми? — подхватил Тома. У него, как и у всей прислуги имении Камисато, уже начался рабочий день. Забавно, парень знает, какие такие дела у Аято появились на острове. Тома сам поведал о скором выступлении банды Аратаки на новом месте. А Аято только недавно приехал на родину и совсем не знал как устроить встречу с Итто. Они редко пересекаются по чистой случайности, а тут такая удача! — Очень срочные. Настолько, что я взял небольшой отпуск. — Ну надо же. Всё нам с госпожой Камисато оставили? — парень шутит. Понимает, что глава комиссии точно исполнит свои обязанности, чего бы это не стоило. Но Тома может позволить себе вот так возмутиться неожиданным уходом, на это работник рядом распахивает глаза в удивлении: мало кто столь непринуждённо разговаривает с комиссаром. — Тома, ну войди в положение! Там остались мелкие вопросы, я приду и... — речь прерывает зевок. Аято сидел допоздна, чтобы успеть покончить с важными бумажками. — Хорошо-хорошо, езжайте уже в свой Ватацуми, а то пропустите всё шоу. Тома заходит в комнату, подхватывает сумку, куда Камисато складывал вещи, и по её весу понимает, что господина можно не ожидать ещё где-то пару дней. Вот вам и глава Ясиро: неожиданно берёт выходной, уезжает куда-то непонятно насколько, даже не позавтракав! И вот вам Аято, который отложил все дела ради встречи с любимым человеком. Может, не слишком отвественно, может, брать отпуск сейчас действительно не самая лучшая идея, ведь с приездом сразу всё навалилось — куча вопросов за время отсутствия, требующих внимания. Но все же мы люди в конце концов! К тому же, насколько страшно было остаться за границей, когда внезапно приняли закон Сакоку... Поэтому-то командировка так и затянулась. Очень сложное было время. Аято, конечно, знал, что рано или поздно вернётся на родину. Но просто представьте: вдали от семьи, неизвестно о происходящем в стране, как там на самом деле, а если письмо вскроют, посмотрят... Приходилось использовать особенные чернила, чтобы скрывать текст. Сопротивление, растущее в комиссии Ясиро, — не то, о чем следует знать кому-либо из Тэнрë и Кандзë. Не только Аяка с Томой писали письма, Итто тоже. Но через бумагу нельзя взять за руки, обнять, поцеловать, прижать к себе. Так что! Сейчас Аято бежит возмещать всё упущенное за время этой невозможно долгой разлуки. За имением уже ожидает перевозчик в компании Сюмацубана. Камисато прощается и отправляется. Тома смеясь машет в след рукой. — А какие у господина дела? Ничего не понял... Почему такая внезапность? — спрашивает работник, который уже вообще-то должен быть пойти готовить завтрак и заниматься другими делами. Хотя теперь можно задержаться: кормить на один рот меньше. — Крайне важные и совершенно секретные. — Тома похлопал коллегу по плечу и удалился. *** В поездке удалось ещё чуток поспать. Сейчас уже за окном виднеются красивейшие пейзажи Ватацуми: яркое солнце, чистое небо и бескрайнее море. Остров отличался своими необычными палитрами: сиреневый, розовый, голубой и нежно-зеленый. А какие здесь закаты, очарование! И, конечно же, блестящий дворец из ракушек, всегда озаренный солнцем. Поистине уникальное место. Транспорт останавливается и Аято выходит. — Спасибо за сопровождение, Саю, дальше я сам. А ты возвращайся, пожалуйста, в имение. Ниндзя кивнула, а повозка развернулась и поехала в обратном направлении. Камисато стоял в тени, в одной руке держал чемодан и в другой брошюру, рассматривал её, пытаясь разобрать, где банда Аратаки собирается выступить. Вообще этот визит получается очень неожиданным. Итто был занят подготовкой и сразу уехал на остров, как только получил соглашение. Соответственно, никакие слухи о прибытии главы Ясиро не дошли до его ушей, а уж тем более о том, чтобы увидеть любимого на выступлении и речи не было. Но Аято взял и приехал. Итак, осмотрев остров свысока, Камисато понял, какая сцена будет задействована. И, скорее всего, домик рядом — это временное жилище банды. Парень пошёл в этом направлении. Не ожидал, что этот путь окажется волнительным не столько от местности и боязни заблудиться, сколько от предвкушения встречи. Будучи в командировке, Аято запомнил много мест, блюд и прочих вещей, которые хотелось бы разделить с дорогим óни. Но ещё в голове вертелся один вопрос: как его приезд воспримет Аратаки? Не помешает ли он подготовке, не испортит ли настрой и всё прочее... Наверное, впервые возникла такая нервозность перед встречей с Итто. Но сейчас Аято уже подходит к сцене. Неудивительно, что он услышал задорный голос Итто, отдающий ребятам команды — шла репетиция. Камисато решает подождать окончания, оперевшись на стену домика и закрыв глаза. Но вдруг голоса замолкли, Итто случайно повернулся и заметил парня. Óни был в ступоре, не верил своим глазам, неужели он так соскучился, что Аято ему уже мерещится? Нет. Кто-то из банды тоже заметил Камисато и спросил у друзей, слышали ли они о его возвращении. Тогда Итто всё также в шоке спускается со сцены и направляется к Аято; двигается чуть слышными шагами, но не потому что хочет напугать, а потому что сам боится. — Аято? Óни тихо спрашивает, а парень резко распахивает глаза и аналогично пугается Итто. Слова переплетаются от неожиданности, влюблённым остаётся только нервно выкрикивать имена и щупать друг друга за плечи, чтобы отойти от шока и принять происходящее за истину. Первым успокаивается Аято — всё же он ожидал такую реакцию. Он в последний раз произносит имя возлюбленного и лезет обниматься. Итто отвечает резко и легко, ещё думая, что это сон или галлюцинация, но, ощущая крепкие знакомые объятия, выдыхает и сильнее обхватывает парня за талию. А затем от радости поднимает Аято на руки и начинает кружить. — Когда ты вернулся? Почему мне не сказал!? Óни тыкается носом в щеку Камисато. — Совсем недавно, — Аято гладит в ответ волосы своего любимого. — И сразу к тебе! Как же я могу пропустить ещё одно твоё выступление! Итто опускает парня на землю. Ещё раз кладёт руки на плечи, потом на щëки, на лоб, на макушку, хватает руки — да, Аято рядом, с ним, дома. Наконец-то. Парни, члены банды Аратаки, прибегают к ним, здороваются с Камисато и спрашивают, когда продолжится репетиция. Итто уже хотел сказать, что на сегодня они закончили, но Аято тоже спрашивает, говорит, что хочет посмотреть, а ещё напоминает, что выступление, между прочим, уже завтра! И óни убегает к банде, а Аято встаёт так же к стенке и наблюдает. Когда всё закончилось, Камисато подходит к ребятам, подмечая, что их постановки с каждым разом всё лучше и лучше, затем начинает говорить с лидером банды: — Итто, можно я тоже внесу лепту? Сделаю сюрприз в конце представления. — Какой ещё сюрприз? — Секрет! Я обещаю, будет замечательно. Аратаки любопытно разглядывает Аято: что он ещё задумал? Однако во взгляде комиссара не замечает никакой коварности, а только... Искры, словно смотря на пробное выступление, у того появилось вдохновение? В таком случае, как можно отказать, тем более человеку, которому доверяешь больше всего! Óни одобрительно кивает. — Кхм-кхм, ребята! — обращается к банде. — Мой хочет сделать кое-какой сюрприз в конце! Мне не сказал, но это точно что-то супер крутое! — Предложение что ли собирается делать..? — шутит один из парней. — Какое предложение? Аратаки в недоумении, а за ним, смеясь, подхватывает Аято: — Какое предложение? Никакого предложения! И похлопывает óни по плечам. Все смеются, а Итто действительно не понимает. Ну и ладно. — Всё, пошлите есть и по койкам! *** Вечером нежность Ватацуми обретает иной вид: жемчужные конструкции различных цветов, лиловых и розовых, улавливают и отражают свет луны, а салатовая днём трава становится бирюзовой. Но сегодня эту тихую безмятежность нарушит яркий свет от огня, фонарей и прочего освещения, которым обустроена вся сцена. Людей собирается всё больше и больше, но пока что банда разогревается за занавесом, точнее пытаются унять волнение: кто-то уминает якибосу, кто-то упражняется, кто-то напевает. Среди закулисной толпы сложно заметить Камисато, который устроился на стуле в углу и поглядывает то на ребят, то на наручные часы. Уже скоро надо начинать. Так, Аято объявляет время и провожает команду, показывая, что держит за них кулачки. К сожалению, парень не может наблюдать представление как обычный зритель, ведь ему ещё заканчивать своим "сюрпризом". Всё же можно смотреть краем глаза, но так, чтобы никто из публики не заметил и чтобы случайно не смутить ребят. Даже в таких условиях Аято словно отбрасывает волной энтузиазма и энергии, когда Итто выходит, как всегда начиная концерт резко и громко. Потом слова подхватывают ребята, создаётся ощущение, будто звуки со сцены разливаются новым морем, как бы подчёркивая особенность расположения Ватацуми. Таким способом задумывалось вызвать у зрителей знакомые ассоциации. И, точно так же как остров, банда будет сегодня сиять разными красками, переливаться, завораживать и просто блистать! Неудивительно, но взгляд Аято сосредоточен на одном человеке — лидере Аратаки, и если всю постановку, начиная от формы эстрады, заканчивая членами банды и их расположением, можно сравнить с ракушкой, то Итто в ней — самая настоящая жемчужина. Его взгляд горит, искрится; на публике, среди прожекторов, парень настолько яркий и лучистый, настолько светлый, что смотрящий не смеет оторвать глаз. С каждой секундой óни всё больше загорается, выкладывается на полную, и, получая новую дозу энергии от публики, отдаёт ещё больше. Сразу становится ясно — его место на сцене, талант нашёл своё применение! Несмотря на достаточно редкие выступления, каждое из них уникально и бесценно, ценители обожают банду Аратаки. И сейчас самое главное для ценителя в роли Аято, завороженно смотрящего на своего дорогого возлюбленного, — это не профукать конец и гармонично преподнести свою часть. Это время прошло незаметно, ведь выступление слишком захватывающее, чтобы отрываться на часы. И вот, Аято мысленно намечает места на сцене, собирает всё в голове, культивирует в глазе бога, один раз взмахивает мечом, и в результате образуется прелестный водяной сад! Повышение влажности не ощущается на этом острове, даже наоборот, ненадолго появляется свежесть. На намеченные заранее места приземляются цветки лотоса, раскрывающиеся сразу в падении и прежде чем исчезнуть, распавшись на части, плывут по воздуху, словно по пруду и оставляют блины, тоже будто на воде. Цветки различных размеров, строения — каждый уникальный, словно снежинки. А ещё на невидимую воду опадают листики, кажется, сакуры, — тоже особенность силы. Эта одна из техник, которой Аято научился в Ли Юэ. Сад не приносил никому вреда, хотя был создан с помощью глаза бога и раньше использовался лишь в боях. Замечательное новое умение. К слову, в Ли Юэ Камисато научился не только этому, теперь он мог ещё и создавать различные маленькие фигуры, вообще не используя меч. Настоящая сила гидро в том, чтобы обретать форму, так что, можно сказать, обладатель этого глаза бога — настоящий счастливчик. А сегодня... Сегодня Аято удивился, казалось, больше всех, потому что его цветки и опадающие листья замечательно отразили лунный свет. Похоже, это тоже одна из особенностей Ватацуми. Получался нежный свет, прекрасно дополняющий картину. Камисато вновь взглянул на Итто, который улыбался в изумлении от такого сюрприза. Он также повернулся к Аято и подмигнул тому. Неожиданно сердце мужчины затрепетало, словно его из-за невероятной удачи заметил любимый исполнитель. Да, на сцене Итто настоящая звезда, в этот момент Аято опешил от того, что этот невероятный человек — его пара. Один из лотосов приземлился и распался прямо на носу Аратаки. Оказалось, вода очень мягкая, но совсем не похожая на обычную, хотя бы потому, что эта не мешала дыханию. Шоу закончилось, водный сад тоже уже исчез, а небо полностью покрылось ночной темнотой. Парни кланились под бурные аплодисменты и свист. Ушли в закулисье, и Итто сразу же принялся хлопать и хвалить своих друзей. Подбежал к Аято и осыпал комплиментами его сюрприз, а тот даже не знал как высказать все свои эмоции от выступления, от образа своего возлюбленного на сцене, да ещё и его тут смущают восхищением и благодарностями. Так что Камисато просто улыбался и хохотал, крепко сжимая руки óни. Банда пошла ужинать, отмечать свой великолепный выход. Сегодня купили много еды, а с какой гордостью Итто расплачивался, упоминая имя своей группировки. Ребята направились в тот домик около сцены, глава Ясиро догадался, это их временное жильё. Туда же позже пришёл Аято, изначально не планировал присоединяться к празднованию. — О, братан! — Итто сразу заметил парня. — Садись к нам! И похлопал по своей коленке, как бы приглашая. Как же смешно звучало это "братан" вместе с таким предложением. — А я вас не засмущаю случайно? — спрашивает, а сам уже стоит позади óни и обнимает за плечи. — Да ладно, мы-то понимаем, как вы соскучились! Вспомнить только, как босс каждый день ходил на почту и каждый раз, не получая от Вас письма, со злости пинал ящик, а потом долго извинятся перед работниками. — рассказывает один из парней, пока Камисато усаживается к óни, тянущем руки, дабы обвить их вокруг талии любимого. — От несчастного ящика и живого места не осталось! — Не было такого! Аято разливается в смехе и поглаживает Итто по волосам, стараясь угомонить его пыл, иначе начнётся самый нелепый спор, который тут совсем не к месту. — Ладно, не было! Кстати, Аято, у Вас замечательный водяной сад. — подмечает тот же парень. — Да! Мне один цветок упал на нос, так прикольно было. Добавляет óни и больше прижимается к Камисато. — Спасибо. Я изучал эту технику в Ли Юэ, а ещё, — Аято создаёт в руках небольшой лотос, движением пальцев раскрывает его и кладёт на нос Аратаки. — Раньше этот сад был тяжёлым и ранил всякого, кто оказывался под его действием, а теперь... — Какая красота, Ая. Итто говорит с нежностью и перемещает одну руку с талии на колено. — А я кстати и правда думал, что сюрприз — это предложение, ха-ха! — Да что за предложение?! — Аратаки всё так же не понимает. Аято хотел было сказать что-то, дабы предотвратить ответ кого-нибудь из парней, но не успел. — Руки и сердца! — Ааа! — Итто говорит будто и сам догадывался, но, по правде сказать, у него мыслей таких даже не было. И вдруг смущается, повторно осознав, «руки и сердца». — А... Обратился к Аято, растерянным взглядом смотря тому прямо в глаза. А парень не знает что и говорить. Разумеется, когда-то он планировал, но точно не сейчас, да и вообще, они с óни итак вместе почти целую вечность, без всяких предложений, но всё же эту часть романтических отношений не хочется оставлять. Когда-нибудь, когда придёт время... — Хаа, меня раскрыли, — находит, конечно, что сказать. А Итто от этих слов краснеет и удивляется пуще прежнего. В обычной паре после стольких лет отношений либо расстаются, либо уже женятся. Но им и не особо это надо, тем более возиться с бумажками, когда банда Аратаки недавно начала существовать официально и приобретать лучшую репутацию, тем более в мире, где своё счастье нельзя показать, придётся праздновать только в кругу близких друзей, а Итто, Аято уверен, хотел бы устроить пышный пир, созвать всю Инадзуму и гулять несколько дней... Хотел бы, да только о своей любви не может порой поведать даже самым родным людям, боясь их реакции, боясь испортить репутацию Камисато, боясь разрушить чужим осуждением их отношения. Последнего, конечно же, не произошло бы ни при каком раскладе. — Но всё же, сейчас я не готов..! — Аято продолжает. — И кольца у меня нет. — Да! У меня тоже нет для тебя кольца, всё! Итто завершил, чтобы не смущаться ещё больше. «Не готов» — óни понимает, что это не про то, чтобы связать свою жизнь с ним навсегда, это про все вытекающие из организации свадьбы проблемы, да и про само предложение в том числе. *** Время давно перевалило за полночь, вся еда съета и напитки выпиты, ребята потихонечку начали расходиться. Точнее, сначала все вышли на улицу, когда одного из банды уже начало клонить в сон, а сейчас парни один за другим следовали его примеру. Так под открытым небом остались наедине только два человека — Аято и Итто, которым нисколько не хотелось спать. Они не умолкая делились друг с другом историями, что произошло за время разлуки. Ну и правда, сколько там времени они не виделись? А сколько не могли коснуться друг друга..? Первое, что сделал Аято, поняв, что их оставили наедине, — решительно взял óни за руку, сплетая их пальцы. И выдохнул как от облегчения. Итто в ответ накрыл их второй рукой. Влюбленные долго с умилением глядели друг на друга. Возможно, в голове до сих пор не до конца укладывалось то, что они наконец снова вместе. Камисато всё так же первый потянулся к мужчине, окутал его плечи и носом прижался к шее, первым он же и разорвал объятья. Начал беспорядочно покрывать лицо Аратаки совсем легкими чмоками: то в скулу, то в веко, то в нос и в уголок губы. Итто удалось поймать того и увести в поцелуй, такой же легкий и немного неряшливый, но чувственный и долгожданный. Странно, что за всё это время они даже поцеловаться нормально не могли. В ход пошёл язык, оба продолжали с бóльшим напором, причмокивая и принимая действия с другой стороны. Хотелось продолжить в более интимной обстановке. Но день сегодня был изматывающий, сил совсем не осталось. Поэтому пара просто отправилась отдыхать. Спокойно уснули в объятиях друг друга, и пускай им приснятся самые сладкие сны.