An attempt to survive

      Леви предложила девочкам пойти не на долго к ней, когда Эрза ушла на подработку, оставив подруг скуке на растерзание. Люси согласилась не сразу, ссылаясь на строгого отца, который в последнее время всё чаще бывает не в духе. Локсар даже уговаривать не пришлось, она побежала в сторону дома быстрее, чем сама МакГарден. И вот сейчас они, сидя на кровати, громко хохотали из-за фотографии, которую Скарлет закинула в их общий чат. Они знают, где работает Титания, потому что аловолосая красавица доверяет подругам больше, чем себе. Люси иногда не может перестать шутить насчёт подработки Эрзы, но благо вторую это не обижает. Она считает, что иногда Хартфилия выкидывает действительно что-то смешное.       Весёлый настрой у девушек мгновенно пропал, когда они прислушались и осознали, что в замке входной двери проворачивается ключ. Их будто парализовало на пару секунд. Люси с Джувией испуганно переглянулись, а затем перевели взгляд на Леви, которую от осознания происходящего пробило мелкой дрожью. Тяжело сглотнув, она поймала на себе вопрошающий взгляд Хартфилии.       — Кажется, мама пришла, — на выдохе прошептала Леви. Сердце билось настолько быстро, что девушке казалось, будто сейчас оно либо выпрыгнет из груди, либо сломает рёбра к чертям собачьим. — Чёрт… На улицу! Быстро! Давайте, давайте… Быстрее, прошу!       Девчонки не проронили ни слова. Они молниеносно вскочили с кровати и, не став перечить перепуганной подруге, побежали к открытому окну. И девушки были настроены достаточно серьёзно, пока не посмотрели с окна вниз и не вспомнили, где находятся на данный момент. Вся решительность Локсар мгновенно сошла на нет, чего не скажешь о Люси, которая ещё сильнее воодушевилась от такого расклада событий.       — Но тут второй этаж! — возмущённо прошептала Джувия, глядя на подругу так, словно она заставляет её распрощаться с жизнью путём доведения до суицида.       — Видишь верёвку за окном, которая торчит из стены? — Леви указала на стену. Если бы не сложившаяся ситуация, то она посмеялась бы над выражением лица Джу, однако в данный момент она предпочитала бегать по комнате и судорожно убираться в ней, хотя и без того было достаточно чисто. — Цепляйся за неё и спускайся.       Пока эти двое бурно обсуждали план побега, Хартфилия уже успела опробовать верёвку в деле, ловко спускаясь по ней на первый этаж и уже приближаясь к земле.       — А если я ногу сломаю? — вздохнула Джувия, но верёвку в руки взяла и несмело взглянула вниз, ожидая, когда смелая Люси преодолеет расстояние и спрыгнет босыми ногами на холодный грязный асфальт. Она очень не хотела повторять акробатические трюки блондинки, но, тем не менее, всё же покрепче сжала верёвку в мокрых ладонях, мысленно готовясь к неизбежному.       — Джу, дорогая, если ты сейчас же не слезешь, то меня сломают полностью. Что тебе дороже: я целиком или какая-то нога? — Леви удручённо вздохнула, не прекращая носиться по комнате, как ошпаренная.       — Моя нога, — тихо ответила Локсар, однако перелезла через окно и, держась за верёвку, начала аккуратно спускаться.       С горем пополам приземлившись на холодный асфальт рядом с Люси, Джувия выпустила верёвку из рук. Задерживаться здесь было нельзя, поэтому подруги очень быстро ретировались от дома куда-нибудь подальше. Перед тем, как уйти, они смогли стать свидетелями очень громких криков, доносившихся со второго этажа.       — Покойся с миром, Леви, — сказала Люси, когда они уже отбежали от дома на достаточно большое расстояние и сейчас остановились, чтобы перевести дух. — Уф! Прекрасная внезапная пробежка босиком!       — Думаю, прямо сейчас Леви получает смачных пиздюлей из-за наших кроссовок, — ответила Джувия, глядя на свои грязные носки. — Не понимаю я родителей. Они все жестокие по отношению к своим же детям.       — Согласна. Даже у меня отец не такой демон, хотя конкуренцию составить сможет, если захочет, — блондинка горько хмыкнула, начиная не спеша идти по дороге.       — Почему абсолютно всем нам так не повезло с родителями? Вот, например, мать Эрзы настолько алчная, что любит денежки намного больше, чем дочь. А родители Леви вообще абьюзеры полнейшие. Наказывают, бьют её из-за малейшей оплошности. У тебя ситуация не лучше. Твой отец собрал в себе комбо: и на деньги жадный, и абьюзит тебя по полной программе, хоть и не так сильно, как родители Леви. Ну, а у меня… — Джувия остановилась и, сжав кулаки, попыталась собраться с мыслями. — У меня… мх…       — Джу, не надо, — Люси притормозила, чтобы крепко обнять подругу и подарить ей хотя бы каплю успокоения. — Ты не должна говорить, если не хочешь, — она погладила синеволосую по голове, раскачиваясь с ней из стороны в сторону. — Я догадываюсь о прошлом, про которое ты умалчиваешь. И знаешь, я очень хочу, чтобы ты рассказала обо всём, когда будешь готова и уверена.       — Спасибо, — глухо ответила Локсар, обнимая блондинку в ответ.       — Запомни: мы есть друг у друга, а на остальных похер, — поддержала Хартфилия, лучезарно улыбаясь, потому что правда так считает. Джувия не видела лицо блондинки, но почувствовала её улыбку и улыбнулась в ответ, чувствуя на душе приятное тепло.

***

      — Опять сидела у нас дома со своими гадкими подружками? — строго подметила синеволосая женщина, глядя на свою дочь сверху вниз и излучая очень недобрую ауру. Леви сжалась под этим пытающим взором, выглядя как маленький котёнок, которого отчитывают из-за того, что он нашкодил.       — Нет, я одна была, — она отрешённо посмотрела в сторону, понимая, что врать сейчас нет смысла, потому что…       «Не поверит!»       — Не ври мне! — прокричала женщина, разозлившись ещё сильнее. Замахнувшись, она ударила Леви по мягкой щеке. — Хах, да ты настолько никчемная, что даже врать не умеешь. Я видела обувь твоих потаскушек-подружек. Где они?       Не дожидаясь ответа, Риан МакГарден обошла дочь и направилась к шкафу. Резко открыв его, она никого не обнаружила. Вот только это разозлило сильнее, поэтому она агрессивно вытащила вещи и раскидала их по комнате. Немного подумав, она подошла уже к кровати и заглянула под неё. Её очень злит тот факт, что она не может обнаружить ни одну из дряней, которых дочка искренне считает своими подругами. Женщина знает, что в доме есть кто-то ещё. Доказательства стоят в коридоре, а вот самих хозяек обуви почему-то нигде не видно.       — Где? — спросила женщина, буквально закипая от ярости, и снова подошла к дочке.       — Ушли.       — Как? Босиком?       — Ну, как видишь, — устало ответила Леви, пожав плечами.       — Не смей так со мной разговаривать! — заорала Риан, отвесив дочери достаточно сильный подзатыльник. Сжав губы в тонкую линию, она ещё раз оглядела комнату, затем положила ладонь на дверную ручку. — Чтоб больше и духа не было в нашем доме. И да, ты наказана, сегодня без ужина, сиди учись. Из школы домой, из дома в школу!       — «Нц, а мне прям сильно хотелось есть с тобой за одним столом!» — подумала Леви, начиная снова убираться в комнате.       Обычное дело. Мать сходит с ума из-за любых пустяков. Рукоприкладство, шантаж, оскорбления и манипуляции — это является неотъемлемой частью жизни Леви. Она уже привыкла. Отец ничем не лучше, потому как он либо игнорирует всё происходящее, либо бьёт, причем очень сильно. Он, в отличие от той же самой матери, не контролирует силу, поэтому после рукоприкладства со стороны отца у неё остаются синяки. Но, конечно же, только там, где никто не сможет увидеть.       Зато это жалкое подобие родителей, как их мысленно любит называть Леви, души не чаят в своей старшей дочери Сейре. Да, эта симпатичная темноволосая девушка смогла перенять самые лучшие черты характера от родителей. Эгоизм, равнодушие и ненависть к младшей МакГарден. Сейчас она учится в университете, который находится в другом городе, поэтому синеволосой достаётся не так сильно. Подставлять-то больше некому. Раньше был просто ад. Порвалась шторка? Это Леви виновата. Чашка разбилась? Это всё Леви! А однажды Леви тайком взяла в дом маленького бездомного котенка. Она целых три месяца прятала его в комнате и ухаживала, как только могла. Но не всё так гладко, потому что вскоре сестра узнала о котике. Синеволосая со слезами на глазах умоляла сестру молчать, но та, как обычно, была непреклонна. Рассказала родителям. Через пару дней котёнок погиб. Отравился.       Леви искренне ненавидит свою семью. Она уверена, что если кто-то из них умрёт, то она почувствует ровным счётом ничего. Они окончательно и бесповоротно растоптали её чувства в тот момент, когда хладнокровно отравили ни в чём не повинного котёнка.       Собственно, именно поэтому она вся в учёбе. Хочет поступить в престижный вуз и съехать отсюда, желательно подальше. Она думала найти подработку, чтобы появляться дома реже, но поняла, что родители этого не допустят. Им нужно на ком-то спускать пар.       Девушка потратила около десяти минут на то, чтобы собрать по комнате все вещи и аккуратно сложить их обратно в шкаф. Мать ругается, когда в доме бардак, но сама его и создаёт. Как удивительно. МакГарден тяжко вздохнула и подошла к письменному столу, плюхаясь на стул и запрокидывая голову. Стены в этой комнате невыносимо давят. Леви морально очень тяжело находиться здесь. Она попыталась переключиться на какие-то другие мысли. В голову сразу же ударило осознание того, что она не убрала верёвку. Как всё-таки хорошо, что мать не додумалась подойти к окну. МакГарден не смогла бы расстаться с этой спасительной нитью, которую сама привязала к стене на торчащий крюк, удачно расположившийся возле её окошка. Девушка всегда надёжно прячет верёвку, благодаря которой может незаметно уходить из дома и так же тихо забираться обратно в комнату. Был у неё такой период, в который подобное было действительно очень необходимо.       Леви думала о том, что скоро сойдёт с ума, когда где-то на кровати вдруг запищал телефон. Она поднялась со стула, прыгнула на кровать лицом вниз и начала пытаться нащупать телефон рукой, чувствуя, как на душе скребутся кошки. Было так паршиво. Через какое-то время МакГарден удалось отыскать гаджет. Перевернувшись на бок, девушка сняла экран с блокировки, сразу после этого расплываясь в улыбке.       — Курицы. Без вас померла бы уже давно, — прошептала синеволосая, чувствуя на душе тепло, которое смогло быстренько сместить скребущихся кошек на кое-что более важное. Всего одно сообщение может вызвать такие положительные эмоции.       Люси скинула фотографию в общий чат. Две пары ног: одна в белых носках, другая в чёрных. Стоят на асфальте. Руки изображают знак «V». И самое главное — подпись.       Люси Хартфилия:       «Ты должна мне новые белые носки.»