А, помнишь?

***

А помнишь, тот самый подаренный букет? Белоснежный букет с лëгкими, полевыми цветами - ромашками? Тихие три стука в дверь, разрушающую идиллию тишины, вперемешку с глухим тиканьем настенных часов и шëпот с фразой "Можно? ". Бесшумные шажки и тело на себе, тесно обнимающее за шею, а ты сидишь за столом, отвлечась от упорного учения, это лишь и было спасением в насыпанной стопке зачëтов. Как мы сидим на диване под негромким шумом телевизора, и ты ласково пристраиваешься сбоку на плечо, прижимаясь и закрывая глаза. Как, читая тебе в кровати перед сном, поздно вечером, наблюдая за сомкнутыми ресницами, поглаживая по голове, захлопывая издание и ставив обратно на полку, ровно поправляя за корешок, завешивая шторы, огородив себе взор на потемневшую улицу с фанарями, накрывая бережно одеяльцем, целуя в лоб и укладываясь рядом, тéпло обвивая хрупкое тельце. А, как по утру слышав едва слышимый зов по имени и размыкая глаза, встречая день неразлучимо, с завтраком в постель, щекой не хотев расставаться с мягкой подушкой, но улыбаясь от усыпанная поцелуев по себе. Как, падая вместе со звонким смехом на твëрдый лëд, под хлопьями снега, пытаясь научить юношу кататься, так беззаботно, не обращая внимания на осуждающих окружающих. Как, державшись за руку ступая по песчаному берегу, со звучанием прибывающих волн, улыбаемся друг другу. Утро. Все спят, а мы со спокойностью смотрим в горизонт между водой и небом. Должен выступить рассвет? Как, убегая от тебя по полю, где росли колоски по пояс, и пробираясь сквозь них, оставляя примятые местечки и уваливаясь на спину, взмывая вверх кисть, указывая пальцем на плывущие облака, а ты соглашаешься, будто понимая, куда я привлекаю твоë внимание. " Так, почему же он оставил меня одного? " Холодно это от идущего сейчас дождя, пронизывающего одежду и касаясь тела прохладой ветра, или же от той невыносимой боли, что оборачивала изнутри, доставляя жуткий дискомфорт? Ранее, не позволяя себе и слëз, не показывая никому своей слабости, да и рядом с ним, самые навязчивые мысли, просто готовы были смириться с их проигрыванием и расходились по самым дальним уголкам. Но на данный момент. Где он смог оплошаться? Потеряв субъект своей спокойности, и стояв напротив выгравированной плиты с родным себе именем, не сдерживая дорожек по белокурым щекам, смешивающимися с каплями неба, что хотелось выпустить всë, что накопленно изнутри. Ведь на душе терзается несправедливость, что хочется спросить у всего мира "За что? Почему? " Сейчас оставалось только любоваться стоящей в комнате фотографией младшего, ярко улыбающегося живой эмоцией, но уголок рамки которой был подвязан ленточкой. Самые малые детали из жизни, так впивались в память, оставляя истинно положительные следы, но почему вспоминая их было так болезненно. А ты, помнишь меня?