Семь зарисовок из седьмого курса

Безвольная растерянность стоящих на платформе — как учеников, как и провожающих — заставила Гермиону скривить губы в усмешке. Воистину стадо баранов… Хотя не надо себя обманывать. То, что они расступились кругом вокруг нее, смотря на нее исподтишка и избегая встречаться глазами — это скорее реакция стаи гиен, в середину которой вдруг забрела антилопа. Пусть у них и характер падальщиков, но на нее хватит с избытком. Но пока что все замерли в ожидании… чего? — Грейнджер! Она замерла с одной ногой на ступеньке вагона. Хорек со своими быками за спиной… Разумеется. Она окинула его презрительным взглядом с головы до ног, демонстративно задержав взгляд на переносице — и Драко машинально дернулся, вспомнив сломанный ее кулаком нос, и тут же вскинулся, буравя ее ненавидящим взглядом. — Лестрейндж, — наконец спокойно поправила она его. — Что? — У меня есть официальная справка от министерства, согласно которой моя фамилия Лестрейндж, и я внебрачная дочь Рабастана Лестрейнджа, — пояснила Гермиона, выражаясь несколько коряво ввиду нежелания лгать, хотя бы формально. О том, чего ей эта справка стоила, она предпочла умолчать. Ладно взятки, все же ее родители были весьма состоятельными людьми, а с некоторых пор она полностью распоряжалась семейными финансами, но те усилия, которые ей пришлось приложить, чтобы получить ее в обход этой суки Амбридж… Хорошо еще Перси Уизли все еще работал в Министерстве и смог ей помочь. Не за бесплатно, конечно, но он хотя бы оказался честным продажным чиновником и ее не выдал. — Ты врешь! Лживая грязнокровка! — Полукровка, — все так же уверенно поправила она, что еще более вывело его из себя. — Этого не может быть! Ты просто подкупила чиновников! Решила сменить сторону и примазаться к священному роду! Так не выгорит — проверку у гоблинов ты не пройдешь! В ее руке как по волшебству появилась палочка, которой она задумчиво постучала себя по скуле, чуть склонив голову. И под ее расфокусированным взглядом Малфой вдруг отшатнулся и вжался спиной в телохранителей, как будто пытаясь просочиться сквозь них. Он вдруг оказался на грани панической атаки, настолько сильно она сейчас напомнила его знаменитую родственницу, бешеную Беллатрикс. — Ты готов подписаться под своими словами, наследник Малфой? — А? — Если я правильно поняла, ты только что публично обвинил Министерство в коррупции. И признал, что нелюди в чем-то лучше людей. Не так ли? Драко затравленно заозирался — увы, свидетелей разговора было предостаточно. Шакалы… — Ладно, не будем марать пергамент — ты готов хотя бы повторить свои слова во всеуслышание в Большом зале? Скажем, сегодня за ужином? — Ты, ты… Драко шагнул вперед с перекошенным от ярости лицом — но Гермиона была выше ростом и стояла одной ногой на ступеньке, и вместо угрожающего взгляда в упор он почти зарылся лицом туда, куда джентльменам зарываться не полагается. Не на публике, во всяком случае. Девушка подняла бровь в скопированной у профессора, извините, теперь директора Снейпа манере — и Драко прорвало. — Ты сама не знаешь, во что влезла! — выкрикнул он, сделав шаг назад и задрав голову. — Но ты еще узнаешь! Увидишь уже сегодня… Драко глупо хихикнул. — Мы даже не будем тебя трогать… в поезде. До школы ты должна доехать целой, чтобы оценить сюрприз. Ты еще пожалеешь! — Посмотрим… Увидимся за ужином. Гермиона внешне спокойно кивнула Драко и поднялась в вагон — боком, не поворачиваясь спиной, но и не пятясь. Наконец оказавшись одной в купе, Гермиона облегченно вздохнула. На самом деле рано радоваться, разумеется, все еще только начинается — но хотя бы первая часть прошла по плану. Линия поведения, выработанная на основании всего что она смогла узнать о семьях Лестрейнджей и Блэков, пока что работала. Она отлично понимала, что ее план рожден отчаянием и юношеским максимализмом и является самоубийственным в самом буквальном смысле слова, но ей просто до смерти надоели вся эта ложь, манипуляция и недосказанности. С обеих сторон. Раз уж при любом раскладе ее ждут унижения и насилие, она хотела хотя бы напоследок прокричать правду всем в лицо, ткнуть всех их их ненавистными мордами в те отходы, в которых они оказались. Как когда-то сказал кто-то мудрый, правда должна быть оглашена, даже если ей никто не поверит — это ложь пусть прячется по темным углам. Гермиона рассчитывала на то, что преподаватели Хогвартса, связанные клятвами и правилами, не убьют ее так сразу — но раз уж Драко с его перемирием сделал ей неожиданный подарок, было бы глупо им не воспользоваться. Пока поезд идет, она переговорит со всеми учениками, с которыми сможет. Ей вряд ли поверят на слово, но может хотя бы запомнят сказанное. Следующая остановка — Хогвартс…