Бабочка и Паук

К порогу подъезжает черная блестящая на солнце машина с тонированными окнами, и Ставрогин поднимает свои глаза спускаясь по ступеням вуза. Опять он. Что ж, он не ожидал ничего иного, когда начал встречаться с тем человеком, который успел втереться в доверие к половине богатеньких детишек, сидящих на родительской шее. -- Коля, а ты прийдешь сегодня ко мне на день рождения? -- к нему незаметно подлетает Лизочка Тушина, аккуратно хватая под локоть. Как же Ставрогин хотел бы согласиться, как же хотел бы кивнуть своей бедовой головой и сказать, что обязательно явится. Но вот только стекло машины медленно опускается, и на задних сидениях появляется улыбчивое личико Петра, который смерил своего бойфренда одновременно и уничижительным, и восхищенным взглядом. Никогда не знаешь, что у него на уме, и какую едкую фразочку этот бесеныш выкинет на этот раз. -- Никола-ай, как же я рад тебя здесь видеть, -- тянет Верховенский, когда двое учащихся подходят чуть ближе к машине. -- Неужели ты покинешь меня сегодня? Как досадно, -- он вызывающе кидает взгляд на неловко мнущуюся Тушину, намекая Николаю, что будет крайне нежелательно, если Николенька прямо сейчас бросит своего спутника сердца в угоду какой-то там девушке. -- Прости, Лиз. Я уже договорился сегодня с Петром, -- вздыхает Ставрогин, переводя взгляд с стыдливо краснеющей девушки на самодовольного юношу, чье лицо уже исчезло в салоне машины. Медленно он подходит ближе, открывая дверь дорогущей машины, садится, громко закрывая за собой дверь, что хлопок, кажется, прекрасно был слышен и на улице. Руки объятые перчатками тотчас укладываются на худые ставрогинские щеки, и Верховенский чуть запрокидывает голову, глядит на Николая сверху вниз, пускай и по росту явно проигрывал. Но это не мешало ему доминировать абсолютно во всем. -- Я уже думал, что ты купишься на эту шлюху, -- сладко шепчет Верховенский, специально не закрывает окно, давая Лизочке насладиться открывшейся картиной сполна. Он припадает к чужим искусанным губам, завлекая Николая в грязный развратный поцелуй, абсолютно бездушный и влажный, показывающий лишь животную страсть, а не человеческие возвышенные чувства. Голубые холодные глаза смотрят на растерянную Тушину, которая не знает, куда себя деть от стыда. Но как же Пьеру все равно. Юноша отстраняется , стирая чужую слюну со своих губ. -- Тебе все же нравится, когда тебя жестко трахают, а не бабские нежности, -- он приподнимает лицо Ставрогина за подбородок, широко улыбаясь. Переводит взгляд на Лизу, обольстительно ей подмигивая. -- Трогай, Эркель! Не будем же мы тут вечно стоять, -- прикрикивает Петя, нахмурив брови. И машина уносится вперед, игнорируя скоростные режимы. А Лиза все стоит на обочине, не понимая, что она только что увидела.