Come on, it's now or never!

В университете имени Круслакова много чему да можно научиться. Например прогуливать пары и не делать домашнюю работу. Вы думали, здесь будет повествование об факультетах и о том, что они могут дать поступившим сюда первокурсникам? Как бы не так. Сегодня я вам расскажу историю, которую навсегда запомнила и буду помнить до конца дней. Меня зовут Ариана, некоторые сокурсники кличут кратко Ари, учусь в этом универе уже два года. Факультет...я уже не помню, на каком учусь, мда, типичный второкурсник. Когда поступила сюда, старалась учить лекции и блистать умом на сессии. Тянула свою группу лентяев в рейтинг лучших по успеваемости. До сих пор жалею об этом, посколько учусь на коммерции и не получаю степухи. Потом стало скучно, видно истратила свою энергию и желание быть умной отличницей, и начала просто прогуливать. Вы скажете: "Ну зачем сразу так? А как же потом отрабатывать? Это тебе аукнется на сессии!" — а я вам отвечу : "Похуй, я же Ариана Килз, как нибудь выкручусь!". Прогуливала не совсем как можно подумать на первый взгляд (бухать, курить или с кем-то делить одну кровать), просто ходила в местный спорт.зал и там проводила все время за тренажёрами и гантелями. Здорово, правда? Раньше я была полненькой, отчего дразнили "бочонком" или "пухляшкой-умняшкой", а сейчас моим накачанным рукам и всему телу можно позавидовать. Не хвастаю, просто назвала причину не посещаемости скучных и нудных пар. И это... Затянулось под конец семестра. С этого начинается моя история. История про пятерых студентов, которые попали в список отчисления.

* * *

— Вы, что, совсем обнаглели?! — голос нашего куратора раздался в большой аудитории, где каждый шорох сопровождался хорошим эхом, — Особенно ты, Килз! Целый семестр не появлялась и не отрабатывала пропущенные дни. Не аттестована, не допущена к зачётам, даже курсовой нету! — морда у него загорелась буквально, — Завтра тебя ждут в деканате. Это уже говорит об одном исходе – отчисление. — зрачки в его глазах сузились до такой степени, что в жёлтой радужки, а потом сменившиеся на красный, их просто не было. Да, забыла ещё кое-что сказать. Может вы не знали этого в начале. Мы не люди. Мы – монстры. В каждом из нас есть своя изюминка в виде хвоста, рогов или грозного рыка. Список можно продолжать до бесконечности. — А́ри, — даже куратор мог иногда меня так называть, — Будь ты прогульщицей на первом курсе, я бы не стал за тебя так распинаться. Но почему скатилась? Такая хорошая девчонка, умница, ответственная.... Я даже не могла ничего в ответ сказать. В мыслях крутились оправдания моих прогулов, но потом стало как-то все равно. Просто смотрела в лоб нашему куратору и молчала. — Вроде взрослая, родители хотя бы в курсе об этом ? — он громко вздохнул и чешуя на щеках стала, как прежде, серебристой. Родители знали об этом, но не реагировали так бурно. Я то не единственный ребенок в семье. Нас трое и все девки. К самому старшему относятся на отъебись. Мать больше любила младшую дочь, а отец среднюю. На меня же положили хуй, привыкла. Единственное, что радовало: они оплачивают учёбу Исключением считались мои дед и бабушка. Они любили меня больше и многому жизненному научили. Я бы всё отдала, чтобы снова увидеться с ними, но год назад оба дожили до своего конца, так и осталась одна, наедине с суровой реальностью. Не осталось у меня искренней поддержки и внимания. Быть может они могли вставить мне пиздюлей и я взялась за учёбу в первые недели... — Я могу как-то быстро всё отработать? — выпалила я спустя много времени. В ответ куратор начал смеяться, нет, дико ржать. За ним последовала вся группа. — Ну ты сме...*ха-ха!* даёшь! За сутки отработать материал за четыре месяца. Это невозможно! — после сказанного начал кашлять и приходить в себя. — Ну а вдруг! Сами же говорили, что я ответственная. — Ну так чего ждёшь? Иди, пиши лекции, а завтра принесешь их всему преподавательскому составу, — саркастично начал он, — Может избежишь пинка под хвост из универа. Время уже было к вечеру. Вернувшись в свою комнату, которая была на четвёртом этаже общаги при учебном заведении, меня встретила моя любимая, засратая беспорядком, кровать. На ней лежали мои любимые помятые шорты. В них я и хожу в зал, а кеды валялись по отдельности: одна кеда под столом, а другая где-то под кроватью. Скомканное одеяло напоминал кокон бабочки. Покрывало же свисало на пол и тут же плюхнулось, когда приземлилась своим телом на свое ложе. Я вернулась с улицы сегодня под утро и отсыпалась. Проводила ночь с турником, отчего болели ладони и локти. На меня нахлынуло пелена усталости и лени. Но одновременно в голове разлетались мысли о начинании подчищении хвостов за четыре, мать их, месяца. — Ну время сейчас 17:23... Через пять минут и начну. (Прошло 10 минут) — Ну а может через минуточек три или... — от безнадёжности вздохнула и посмотрела в белый, покрытый коричневыми пятнами, потолок, — Кого я обманываю? Это невозможно, наверстать все упущенное за большой промежуток времени... Может сразу написать куратору, что сдаюсь, и не мучаться? — взгляд переметнулся на серый ноутбук, который был разряжен и не включался уже недели две. — Нет, я не могу. Что-то внутри меня говорит, что надо сделать. Хотя бы половину того, что проходили! — стукнув кулаком, мой длинный хвост, с полу треугольным концом, начал от нервоза метаться туда-сюда. Думаю, сейчас могу описать вам себя, прежде чем предприму что-либо. Начну с банального. Мой рост довольно высокий, из-за свиданий с турником и прыжками на улице, ну метр девяносто, не менее. Волосы длинные, пепельного цвета, единственное, что приятное досталось от матери. Глаза же были...скажем так, разных цветов. Страдаю гетерохромией: левый глаз был жёлтым, а правый бледно-зелёным. Не знаю от какого предка она мне передалась, но это единственное, к чему имею некий комплекс. Из-за чего ношу повязку на правому глазу. Моя кожа довольно белая и в некоторых участках тела иногда виднеются красные сосуды или синие вены на руках. На голове располагались остроконечные, слегка закругленные внутрь, рога – это уже папин подарок. Некоторые ребята сегодня, увидев меня после долгого времени, прозвали демоном. Тут никак не удивилась. Я горжусь этими рогами. Могу и забодать! С моим хвостом уже немного знакомы. Он длинный, на конце полу треугольный конец, но цвет этой части моего тела интересна: не полностью тёмно-синий, лишь некоторыми участками закрашен этим цветом. По моему, у деда было наподобие... Ох уж эти гены. Теперь вы будете знать, как выглядит ваш рассказчик. Вернёмся к нашей проблеме. — Блять, и что ж теперь делать?! Времени остаётся катастрофически мало, а я нихуя не сделала! — время на панику у меня всегда была, а на дело как всегда. — Так, ладно-ладно, успокойся. Все будет хорошо. Нужно просто сейчас попросить у кого-нибудь лекции и спокойно переписать их. Предметов на нашем курсе всего лишь...раз, два...пять, шесть, восемь!? — теперь мои зрачки были такие же, как у куратора сегодня. — Мне пизда... Потребовалось два часа, чтобы выпросить хоть у кого-то эти грёбанные лекции, у одногруппников. На удивление, кто-то после первого курса решил погрузиться с головой в учебу по определенному предмету. На том хоть спасибо. — Так, три предмета были в кармане. Остались ещё выпросить у кого-нибудь пять и дело в шляпе. Только у кого брать? Пацаны не шарят в них, а двум девкам впадлу их дать. А ведь им помогала, спасала их жопы от зачёта по монстробиологии и вот какая благодарность? Суки подзаборные! — внезапно на мой телефон начал вибрировать и звонил какой-то неизвестный номер. Я взяла трубку и после этого услышала невнятное мужское "Алло". — Я слушаю. Кто вы? — Ты м-меня наверное не знаешь, но я тебя каждый день встречал у раздевалки. « У раздевалки? Да там полно всяких студентов ошивается. Говорит прям каждый день? На примере это может быть одноглазый очкарик или кудрявый, с рогами оленя?». — Как ты узнал мой номер? — Это не важно, я могу тебе помочь с твоими долгами. « Нихуясе, откуда не возьмись появился добрый спаситель, чтобы уберечь мою задницу от отчисления». — Откуда тебе известно о моих долгах? — Весь универ знает тех, кто в этом семестре может вылететь. Так что я могу помочь. — Спасибо за помощь, но можно мне хотя бы узнать имя? — Саймон. — Саймон? — Да, когда мне прийти? — Можешь хоть щас, если тебе не трудно. — Хорошо, я тогда буду выходить через минут пятнадцать. Ты же живёшь в общаге? — Да, четвёртый этаж, 418 комната. — Хорошо, жди меня, красавица. — Чег....? — и голос в трубке пропал. Этот Саймон резко скинул и больше не выходил на связь. — Таак, значит мне ждать гостей. Надо хотя бы шмон навести что ль.

* * *

Как и договаривались, через полчаса в мою комнату постучался тот самый Саймон. Надев повязку на глаз, открыла дверь и передо мной стоял низкий паренёк. Весь выглаженный, с прилизанной прической и с очень выраженным запахом дезодоранта. Лицо у меня чутка скривилось. Это был одноглазый очкарик-отличник с параллельного курса. Рыжий, безрогий, без хвоста и с прыщавой кожей. Страдает близорукостью и носит очки...или очко? Я не знаю, как это назвать в единственном роде. Носит темно-синий спортивный костюм и кросовки от дорогой фирмы. — П-привет! — он ещё и заикается, когда волнуется. — Это я, кто тебе з-звонил. — Ургх, привет, Саймон, да я поняла, что это ты. — Ну так ч-что, мне помочь т-т-тебе? — его глаз моргнул несколько раз. Он смотрел на меня, как маленький щеночек, который находился в коробке, на улице, и ждал, когда кто-нибудь заберёт его. — Да, можешь заходить. Не сказать честно, что он придурок с очком, но его неуверенные движения меня просто вымораживали. Он что, боится кого-то или меня? Весь трясётся и по лбу стекали капельки пота. Он стоял около моего стола ровной осанкой. Обведя взглядом, сказала ему садиться за на стул. Тот послушно сел и приготовился меня слушать. — И чем же ты мне поможешь, Саймон? — поза со скрещенными руками была одной из любимых, вместе с "играющей" бровью левой стороны лица. — Если ты пришел чисто поглазеть на меня, то я тебя выкину с окна. — Я...я могу написать за тебя лекции! — Что? Как? У нас с тобой почерк будет точно разный. Преподы сразу спалят. — А в-вот и нет! Я могу это доказать! Напиши слово на листе, любое. — Ну ладно, если ты это можешь сделать, то буду очень благодарна.— на тетрадном листе появилось не очень хорошее словосочетание. Саймон хорошо изучил мой почерк и начал тихо мычать. Понятия не имела что это было. — Отлично, а теперь смотри. — он взял ручку и начал писать название первой темы моим же почерком! Даже угол письма был идентичным! — Как?! Как у тебя получилось? — Каждый монстр уникален собой, Ариана. Я умею "копировать" действия других монстров и спокойно их выполнять. Конечно, я не настолько профи в этом, но с этим случаем неплохо справляюсь. — Крутяк! Хорошо, ты меня удивил, Саймон. Теперь слушай. Расклад такой: ты пишешь два предмета, а я один. В нём поменьше писанины, потом я сбегаю за остальными пять лекциями и будет делать тоже самое. Понял? Я тебя потом отблагодарю, чем смогу. Даю слово! — Пустяки, я просто хочу тебе помочь, вот и все. Если честно, никогда не видела такого отзывчивого и доброго до жути монстра. Может мне просто повезло зацепить такого и нельзя допустить, чтобы он сорвался. До сдачи всех работ оставалось 22 часа. Если делать вдвоём, то можно и успеть за 18. — Кстати, тебе же ещё и практику надо было писать. Хорошо, что на втором курсе нет производственной, ну это только в этом семестре, а дальше будет и до конца учебного процесса. — Блять... — сквозь зубы процедила и поджав нижнюю челюсть от злобы, — Надеюсь, там не сильно много. — Боюсь, что там как раз таки много чего писать. Но ничего, успеем вдвоём. — Не сомневаюсь. Прошло только четыре часа, а написано было только две лекции и то Саймон сделал эти две, а я ещё не дошла до конца! Не думая, очкарик перехватил тетрадь и продолжил писать в ней. Что могу сказать, я была в ахуе. Но конкретно ахуела, когда он из своего рюкзака достал те самые пять лекции и сказал взять только те, где меньше писать! — Саймон... — Ничего не говори, просто пиши. — Спасибо...я не знаю, что сказать... — Все в порядке. В течение уже трёх часов изредка просматривала на этого безумца. Никогда не понимала, чтобы без оплаты за такую помощь, тут любой мог попросить денег или интима (как частый способ благодарности). Нет, не влюбилась в него, я что, дура? Ну поможет паренёк, куплю ему абонимент в спорт.зал, куда хожу, и пусть качается, может станет лучше. Время уже 3 утра. Чувствую, как клюю носом в тетрадь и пишу уже неразборчиво. Что-то мямлю про себя и конкретно вырубаюсь. Просыпаюсь от того, что кто-то толкает в моё плечо и ласково называет меня по имени. Подрываюсь с места и с широко раскрытым глазом вижу этого парня. Вместо прилизанных волос видны несколько его волосинок, что придавали ему неопрятность. Он смотрел на меня, как на сестру, которую будят в школу рано утром. — Ариана, просыпайся, время девять утра. Ты ещё не писала практику. — Да пусть...идёт она нахуй эта...практика, — сквозь сон простонала я, закрывая снова глаз. — Нет, так не пойдёт. Сегодня тебе нужно все сдать вовремя иначе вылетишь как фанера над Парижем. — Что это ещё за Париж? — Долго рассказывать. Давай, вставай. Пожалуйста, Ариана. — Мгрррр! Ладно-ладно! Встаю!

* * *

До сдачи оставалось около семи часов. Все ещё херово себя чувствовала. Кофе не помогало. Только неведомая сила держала меня и не давала закрыться глазам. Саймон уже ушёл домой. Повязки теперь не было. Этот безумец дописал все лекции за такое короткое время... По моему, все монстры очень удивительны. Хотя по внешности нельзя сказать. Ещё раз убедилась, что она не так важна, как сами способности. Благо практика была только по одному предмету. Дописать осталось страниц 25-27. За семь часов можно сделать все это, можно ж..... Не почувствовала, когда веки сами закрылись, как провалилась в глубокий сон. Меня разбудил мой же пятый по счёту будильник, который заведён был за десять минут до начала пар. Определенная мелодия могла дать намек, сколько сейчас время. Прозвучала какая-то песня с барабанной дробью. Именно из-за неё я подорвалась с места. — ЁПТ ТВОЮ Ж БЛЯТЬ! ПОЧЕМУ Я ПРОСПАЛА? — из-за не дописанных страниц начала преждевременно паниковать, параллельно собираясь в универ. Все эти тетрадки, и незаконченную практику положила в сумку и все время проверяла их на наличие. Как ёжик с яблоком бежала к куратору, будто за мной бежали мусора, подозревая в краже какой-нибудь вещицы из магазина. Охранник сам ахерел, почему так лечу и оставляю за собой быстрый ветерок. — Время уже подходит к концу. Думаю, уже можно не ждать её и спокойно внести в список отчислений. — сказал преподаватель по философии, поправляя свои оправленные в золотой цвет очки. — Подождите, пожалуйста, ещё две минуты. — куратор уже начал немного нервничать. — Я поддерживаю слова философа, можно уже закругляться и идти по дом... — ПОДОЖДИТЕ! Я *фух!* Я! Пришла! Я на месте ! — А вот и она. — Ну, что ж, Ариана Килз, посмотрим, чем вы нас удивите. Все преподы, откровенно говоря, не удивились тому факту, что все лекции по их предметам были написаны и не было намёка на почерк Саймона. Они просто расписались и спокойно попрощались с нами. Желали удачи. Меня это напрягло. — Что они имели в виду? — Ари, скажи мне честно, ты сама это все писала? — Что случилось? — Д ничего особенного, просто интересно знать. Выдавать помощь не собиралась. — Сама писала, целую ночь не спала! — думаю синяки под глазами тому подтверждение. — Ну как скажешь. А то не помню, чтобы по философии была тема "Роль монстров в ботанике". « Сука, это я писала, признаю». — Ну так я аттестована? — Ты так и не поняла? Нет! Не аттестована! У тебя лекции не полностью написаны! Каждый абзац по кусочку, как такой бред можно читать? Вообщем, как я и говорил, это невозможно написать за одну ночь. Пойдём, тебя ректор университета ждёт. Так сказать: "Зовёт на ковер". « Погоди, но как?! А Саймон? Он что, получается, обманул меня?! Писал по кусочку?! Тогда нахера оставался до утра? Нет, если б хотел чпокнуть меня, я могла почувствовать прикосновения, но он этого не делал. Тогда почему так поступил...?». И правда, зачем так поступил? Решил выебнуться своими познаниями в копировании писанины лекции и тупо кинуть? « Мудак очкастый». Студенту быть в кабинете ректора и стоять напротив него – равносильно казни. Было б хуже, когда наедине, но нас было пятеро. Четыре пацана и девка. Мы стояли на красном ковре и смотрели на глянцевый стол ректора. Он же сверлил нас таким взглядом, словно в руках был перфоратор и делал дырки в наших головах. — Ну, как поступим с вами, господа студенты?