Вершитель судеб

Эрен понимал, то, что он собирается сделать, разрушит весь мир. Был ли у него другой выход? Он не был способен сам ответить на этот вопрос. Парень уже не мог сказать, поступает ли так потому что это его судьба, или же он всегда хотел так поступить, лишь потому что мог. Но Йегер был полон решимости воплотить в жизнь то, что задумал, и так, как посчитает правильным. Он станет повелителем судеб. Давал ли ему кто-то на это право? Конечно нет. Но у него была сила титана-прародителя, и Эрен уничтожит тех, кто отнял у них свободу, кто отнял свободу у него. И никто, и ничто не смогут теперь его остановить. План был продуман до мелочей. Ошибок допускать нельзя. Обмануть всех, обмануть себя. Не дрогнуть. Сохранить достоинство в решающий момент. Перестать страдать, перестать чувствовать вину. Он проживал моменты из своего прошлого, настоящего и будущего множество раз. Парень был настолько погружён в свои и чужие воспоминания, что уже не мог отличить одно от другого. Это сделал он сам? А может, это был отец? Или Филин? Или кто-то совсем не известный ему, но когда-то владевший силой атакующего титана? Эрен видел всё — от начала и до самого конца. Знал, что как бы он не пытался предотвратить нападение на свой родной остров, у него ничего не выйдет. Йегер может попытаться отсрочить этот момент, но чтобы наверняка спасти дорогих ему людей, придётся пожертвовать всем. В том числе и своим счастьем, возможностью в спокойствии прожить отмеренные ему четыре года. Вновь и вновь он обращался к событиям параллельных миров, но что бы он не делал, как бы не искал ответа, как бы не старался сделать хоть что-то, изменить судьбу — результат был один. Видения обрывались на определённом моменте и ему пришлось признать, что его судьба в погибели, в спасении его маленького мирка и в сохранении надежды на светлое будущее любимых людей. Ему придётся умереть. Что будет, если Йегер сбежит в горы? Изменит ли это хоть что-нибудь? Да и сможет ли Эрен спокойно прожить эти четыре года в бегах? Бросить на произвол судьбы всё, что ему дорого, и сидеть где-то в глуши, поджав хвост, зная, что уже через несколько лет он просто состарится и умрёт, не сумев найти в себе силы защитить Армина, сберечь Микасу. Проклятье Имир исправно делало своё дело — Йегер ощущал, как с каждым днём его тело становится всё слабее, как силы покидают его. И пускай его физическая форма была сейчас на своём пике, но морально парень был готов умереть. Ему уже было не на что надеяться, он не мог ни во что верить, и прекрасно знал, что последует за его действиями. осознавать, что жизни дорогих тебе людей зависят только от твоего решения было страшно. Эрен сам ещё чувствовал себя ребёнком. Ему было всего девятнадцать, и несмотря на все ужасы войны, он всё ещё был влюблённым подростком, которому так и не будет суждено испытать эту любовь. Он не хотел смерти, не хотел творить весь этот кошмар, но не видел другого выхода. Может, если он станет врагом для всех, это сплотит человечество и Эльдия больше не будет изгоем? К тому же, если парень просто умрет, его сила перейдет к кому-то ещё. Не станет ли это худшим концом? А просто передавать её кому-то он не хотел. Слишком дороги ему были те люди, которым Эрен действительно мог доверить эту силу, а передавать её кому-то неизвестному было бы большим просчётом. Этот человек увидит всё, что увидел он, узнает, что будет, если не начать действовать прямо сейчас. Стоит ли просто перекидывать ответственность на кого-то ещё? Нет. Эрен должен всё сделать сам. Если он поддастся своим же собственным эмоциям, то подпишет им всем смертный приговор. Эрен просто не мог допустить смерти Микасы. Марлийцы обязательно придут. И Эльдия не будет к этому готова. Континент вооружён до зубов. Их технологии невозможно воспроизвести в условиях нынешнего хода дел за стенами, а это означало только одно — полное истребление эльдийцев, и в лучшем случае заключение их в концентрационные лагеря. Хотя Йегер ещё сомневался насчёт того, что хуже. Свобода была для него смыслом жизни. И то, что теперь парень мог действовать только по заданному сценарию — было до смешного иронично. Бороться за право выбирать свой путь только для того, чтобы в конце концов стать марионеткой собственных убеждений. Действовать, словно по указке. Может, это даже не было его решением, всё же сила титанов удивительная вещь. И может, это желание истребить всех — оно чьё-то ещё, не его. Но Эрен сам не верил своим мыслям. Он с самого детства был жестоким человеком, теперь парень прекрасно это понимал. Ему лишь нужен был повод. Может, он и мог попытаться найти другой выход, но просто не хотел пытаться. Надоело. Эрен так долго искал ответы на свои вопросы в прошлом людей, но ответ так и не пришёл. Единственное что он понимал — будущего у него нет. Либо он уничтожит весь мир, либо погибнет от рук любимых людей. Сила атакующего титана не показывала ему будущего, и это означало лишь одно — титанов после него не будет. Его сила никому не перейдёт. Значит, кто-то уничтожит его и саму суть силы титанов. Эрену было ясно, что это сделают разведчики. Но кем будет тот самый человек, заносящий над ним меч, сказать не мог. Слишком много вероятностей конца, и все они, переплетаясь меж собой, создавали неясную кашу из расплывчатых образов, и подчерпнуть из неё хоть что-то было невозможно. Оно и к лучшему. Он не хочет знать, кто покончит с ним. Он вообще не хочет умирать. Йегер отдалился ото всех. Разругался с Микасой и Армином, перестал контактировать с разведкой, юлил перед Зиком, в общем, делал всё, что было в его силах, чтобы приблизить свой печальный конец, и облегчить его для близких. Ведь несмотря на то, что он уже давно превратился в пародию на себя — его друзья всё ещё находили в себе силы прощать и поддерживать, но в таком случае никто не остановит его, и весь мир погрязнет в крови и хаосе. И чёрт подери, как ему хотелось просто наплевать на всё, вернуться в разведку, сказать Аккерман, каким глупым он был, как мерзко вёл себя в детстве и как сильно любит её. Ему было всё равно на человечество, он был готов попуститься своей свободой на эти четыре года, чтобы просто жить. Жить и не думать о том, что он станет тем, кто всё разрушит. Но не лгал ли Эрен себе? Может быть и так. Сама его натура протестовала против того, чтобы остановиться. Процесс был начат. События эскалировали с невероятной скоростью, и ему оставалось только плыть по течению своих собственных решений и ждать неотвратимого конца. Как больно понимать, что он никогда не был свободен и уже никогда не будет. Возможно, он сможет помочь друзьям создать новый мир, где они будут жить счастливо, без страха быть сожранными ужасными монстрами. Однако мысли о девушке никак не давали сделать решающий шаг. Как он мог уйти из жизни, навечно оставшись для неё предателем. Сможет ли она когда-нибудь его простить? Сможет ли понять? Как же хотелось просто поговорить с ней… Но он останавливал себя. Нельзя. Иначе он не сделает то, что должен, и тогда рухнет весь мир. Пришло время принять окончательное решение.