Любовь в маске

«Никто не мог точно вспомнить, когда на улицах Шанхая появились два супергероя. Один, облачённый во всё белое, как символ чистоты и непорочности, вершащий справедливость в этом отчаявшемся мире. Даже имя было ему под стать – Ханьгуан-Цзюнь. Второй же его полная противоположность. Весь в чёрном, сливающийся с тьмой, демон, словно поднявшийся из глубин ада, дабы утаскивать в эти недра людей, чьи души прогнили от совершённых ими злодеяний. Илин. С горящим красным взглядом и неизменной флейтой, звуки которой заставляют застывать в жилах кровь. Казалось бы, эти две противоположности, как инь и янь, появившиеся в одно время, быстро пришли к согласию. И, поняв свою единую цель искоренения преступности, стали вместе вершить справедливость на ночных улицах города». *** - Пф, как пафосно! – фыркнул Вэй Ин, читая очередную статью в очередной газете. «И вовсе я не демон», - в дополнении подумал он. – «Мне просто нравится чёрный цвет». - Ох, а Ханьгуан-Цзюнь действительно такой классный, - парень коснулся пальцами размытого изображения не слишком удачного фотографа и, схватив ножницы, наскоро вырезал его, убирая в ящик стола. Остаток газеты по обыкновению полетел в мусорку. - Опять грезишь о Ханьгуан-Цзюне? – хлопнул Вэй Ина по спине подошедший Цзян Чэн. – Он даже не догадывается о твоём существовании. «К сожалению, догадывается, но не обращает на меня никакого внимания», - подумал парень, но не мог сказать об этом брату. – «Как бы я не флиртовал с ним, для него я всего лишь вынужденный напарник Илин». Вэй Ин потянулся и широко зевнул. Страшно хотелось спать, поэтому он потянулся к нижнему ящику своего стола, откуда извлёк очередную банку с энергетиком. - Ты опять ночью где-то шлялся? – нахмурился брат. - Да, - кивнул Вэй Ин. – На Хэншаньлу открылся новый бар. Как я мог это проигнорировать. Надо было заценить местную выпивку. Да, вот только ночь Вэй Ин провёл не за распитием спиртных напитков, а за поимкой членов крупного наркокартеля. Из-за ночных вылазок Вэй Усяню постоянно хотелось спать, но чтобы не вызывать подозрения близких и друзей, он решил снискать себе славу гуляки и выпивохи, который даже один вечер не мог провести дома. Правда, все хоть и относились к подобному образу жизни негативно, всё же оставляли своё мнение при себе. И лишь один человек, сидевший через два стола от него, недовольно хмурил брови и прожигал взглядом смеющегося паренька, заглатывающего энергетик. Его кадык ходил туда-сюда в такт совершаемых глотков, а Лань Ванцзи сжимал руки в кулаки, вновь упустив момент, когда недовольство сменилось желанием. О, как он желал Вэй Усяня, уже довольно давно, возможно со времён школьной скамьи. Сначала ему это казалось неправильным, в китайском обществе не приветствуются однополые отношения, да и Вэй Усянь не производил впечатления гея, предпочитая флиртовать с привлекательными девушками. Но Лань Чжань понимал, что, чем больше он смотрит на Вэй Ина, тем сильнее не хочет отводить от него взгляд. Такая любовь не могла укрыться от старшего брата, который с детства читал Ванцзи, как открытую книгу. Он неоднократно подбивал Лань Чжаня признаться, и даже несколько раз принимал активное участие в этом, но то ли Вэй Ин был совсем недалёким в том, что касалось чувств, то ли Лань Ванцзи что-то делал неправильно, но их отношения по-прежнему оставались на уровне приятельски-дружеских. Во всяком случае, со стороны Вэй Ина, ведь Лань Чжань не сможет дружить с объектом своей страсти. Лань Ванцзи признал свои чувства одновременно с тем, как стал супергероем по имени Ханьгуан-Цзюнь. Именно в этом облике чистоты и непорочности, в молодом человеке стали появляться смелость и отвага. Он приносил спокойствие на улицы Шанхая, мог остановить вооружённых людей, а сам по-прежнему смотрел на Вэй Усяня, не в силах сделать первый шаг. Но однажды он понял, что опоздал, когда его любимый говорил с братом о своей влюблённости в одного человека, судя из разговора, в мужчину. Если бы Лань Ванцзи решился бы раньше… Но мужчина всё равно не желал сдаваться, ведь из разговоров было понятно, что любовь Вэй Усяня – односторонняя, поэтому когда-нибудь он набёрется смелости и заставит Вэй Ина обратить свой взор на него и забыть о всех остальных. Хотя оставалось ещё прекратить бесконечные заигрывания Илина. Он и сам не понимал, как в одно и то же время на улицах Шанхая мог нарисоваться ещё один герой, который, так же как и он, черпает свои сверхспособности из духовных сил, которые даёт им золотое ядро, горящее в груди. В любом случае, поняв, что они преследуют одну и ту же цель, Ханьгуан-Цзюнь предложил объединиться в команду. Это решение не раз выручало обоих из передряг. Также как и решение не раскрывать друг другу свои истинные личности. Ночью Ханьгуан-Цзюнь и Илин – команда, борющаяся со злом, а днём каждый из них живёт своей жизнью, ходит на обычную работу, имеет свой круг общения и сходит с ума по тому, кто и не догадывается о его чувствах. Возможно, всё же отказ от раскрытия личности друг другу был неправильным, и эти двое, думая, что живут абсолютно разными жизнями, на самом деле проживали чуть ли не одну жизнь на двоих. *** Начали загораться первые фонари на улицах Шанхая, когда многочисленные рабочие покинули свои душные офисы и направились по своим делам, хотя большинство из них просто хотело добраться до дома, съесть горячий ужин, приготовленный любимой женой, и упасть без сил на кровать, чтобы были силы пережить завтрашний день, и, таким образом, дождаться выходных. - Вэй Ин, - услышал Вэй Усянь за спиной и, оглянувшись, увидел спешащего к нему Лань Ванцзи. - О, Лань Чжань! – обрадовано воскликнул он. - Мгм, тебя подвезти? Мне несложно, это небольшое отклонение от маршрута. - О, нет, спасибо. Провёл много времени в духоте, хочу пройтись. - Снова в бар? - нахмурил брови Ванцзи. - Нет, - Вэй Ин широко зевнул. – Я сегодня слишком устал. Просто завалюсь в кровать и просплю до утра. - Ты это и раньше говорил, - фыркнул проходящий мимо Цзян Чэн. «Вот вечно он лезет, когда не надо», - возмутился про себя Вэй Усянь, но в ответ рассмеялся и добавил: - Да, правда, сейчас прогуляюсь и баиньки. - Мгм, - несколько недоверчиво отозвался Лань Чжань, но настаивать не стал. Вэй Усянь отказался, потому что в последний раз, когда Лань Ванцзи его подвозил, ему пришлось пригласить его на чай. А последнюю неделю у него гостит Вэнь Нин, с которым Лань Чжань не очень хорошо ладит. Но Вэнь Нин – единственный, кто знает тайну Вэй Усяня и всячески ему помогает. Кстати, тот чёрный костюм – творение его рук. - Ты неважно выглядишь, - сказал Вэнь Нин, как только Вэй Усянь появился на пороге. – Может, пропустишь одну ночь? - Я же тогда не увижу Ханьгуан-Цзюня, - отозвался Вэй Ин, наскоро принимая душ и облачаясь в чёрное ханьфу. – А вдруг он не справится один, и ему понадобится моя помощь? Вэй Ин достал из тайника чёрно-золотой меч, тот самый, который и даровал ему золотое ядро с духовными силами. Сконцентрировавшись и собрав духовные силы в кончиках пальцев, парень провёл двумя пальцами по блестящему лезвию меча, чувствуя, как его силы возрастают вместе с ростом волос. Вэй Усянь подвязал ставшими длинными волосы в высокий хвост. Ему нравился его супергеройский вид, словно древний заклинатель из исторической дорамы. В довершении к образу, чтобы оставаться неузнанным, Вэй Ин надел маску. После чего он прицепил ножны к поясу, а сам вскочил на меч и вылетел в заранее распахнутое окно. - Удачи, - прошептал Вэнь Нин, наблюдая, как Вэй Усянь исчезает вдали. *** - Как всегда раньше меня! – усмехнулся Илин, спрыгивая с меча и убирая тот в ножны. Ханьгуан-Цзюнь даже не обернулся, осматривая город и концентрируя духовные силы, чтобы уловить даже малейшее колебание негативной энергии. - Это просто ты всегда позже, - отозвался он в ответ. - Как всегда в своём репертуаре! – Илин хлопнул напарника по плечу. – Серьёзный и невероятно красивый. - Илин! – угрожающе произнёс мужчина в белом. - Что?! – поднял руки тот. – Я всего лишь констатирую факт… - Есть! – перебил Ханьгуан-Цзюнь Илина, пока тот не начал снова говорить бесстыдные вещи. Илин всё понял с одного слова, поэтому подошёл к краю крыши одного из самых высоких зданий Шанхая и тоже взглянул на тёмный город, испещрённый множеством огней. - Ну, что у нас сегодня? - Ограбление ювелирного и изнасилование. - Что ж, успеем, - произнёс Илин. – Думаю, что честь девушки важнее, - он вскочил на меч и, зависнув в нескольких метрах от Ханьгуан-Цзюня, обернулся. – Ты со мной? - Да, - коротко отозвался он и, вскочив на свой серебристо-белоснежный меч, ринулся за напарником. Какие бы чувства они не испытывали друг к другу, они прекрасно знали, что на товарища всегда можно положиться. Возможно, когда-нибудь они всё же снимут маски, находясь лицом к лицу, а после признаются друг другу в чувствах уже как Лань Чжань и Вэй Ин, но сейчас двое героев против преступности огромного города готовы сражаться до конца ради благополучия близких, друзей и простых ни о чём не подозревающих людей.