Устала

*** Ближе к ночи Марине позвонил Алексей. – Да, Лёш, ты что-то узнал? – ... – Чего!? – изумлённо спросила Аверина. – Я тебя поняла, но это мы сделаем завтра, сейчас они спят. Спасибо. – ... – Это свидание? – ... – Я дам тебе знать. Пока. Марина положила трубку и рассужлала, как донести до измотанной Ольги мысль, что Еве может грозить опасность. Уснуть у женщины не получилось, она приготовила творожную запеканку, сварила бульон и компот, подумав, что Ольга вновь голодает. *** Арефьева тоже не спала: изнутри предательски ворочало, и хотя Ева впервые за почти три недели спокойно спала в кроватке, прерываясь на покушать, Ольга почти не сомкнула глаз. Она обняла подушку мужа и тихонько завыла. – Вернись живым, пожалуйста. И знай, что я тебя очень люблю, и жду всегда: днём и ночью. Всю жизнь. Мысль о том, что Паша может быть мёртвым её страшила, и гораздо тяжелее было думать, что дочку он может никогда не увидеть. *** Уснула Ольга лишь под утро. Ей приснилось, что они снова вместе: Паша, она и Ева. Паша ходил вокруг дома с коляской, а Она шла рядом и улыбалась. – Как же жаль, что это был лишь сон. – прошептала Оля и нехотя встала с постели. Ева ещё спала и подёргивала во сне ножками. – Ты моё сокровище, моя сладкая девочка. – Ева начала возиться и кричать. – Ччч, всё хорошо, моя маленькая, всё хорошо, моя сладкая! – Оля присела напротив кроватки и нежно поглаживала дочку. В квартире скрипнула дверь, и Марина Леонидовна переступила порог. – Тук-тук, к вам можно? Арефьева вздрогнула от неожиданности и, поняв, что это свекровь, успокоилась. – Проходите. – безэмоционально ответила она. – Я тебя напугала? – Немного. Я документы вчера забрала, так что Ева официально Пашкина дочка. – Ольга пристально посмотрела на свекровь. – Вы же не просто так пришли? – Для начала тебе нужно позавтракать. *** Оля с удовольствием уплетала запеканку, запивая её чаем. – Я прошу Вас, не молчите. Что-то с Пашей? – Оль, – Марина накрыла Олину ладонь своей, – вам с Евушкой нужно спрятаться. Паша пропал, потому что ты перешла кому-то дорогу, и на тебя будут оказывать давление. Мы с Клюевым пока не знаем, кто в этом виноват. – Значит, это были не просто записки. – рассудила Ольга. – Почему я? Почему? Почему Ева должна расти без отца в первый месяц жизни? – У меня в Подмосковье дача, вечером поедем туда, возражения? – Да нет у меня никаких возражений. Тем более, сейчас май, ребёнку нужен свежий воздух. Я просто хочу, чтобы это скорее закончилось. – Вот и хорошо. – радостно ответила Марина и ушла в спальню, проверять внучку. *** Ева не спала, тянула ногу в рот и хлопала ресничками. – Э-э-й, кто проснулся... Доброе утро! Пойдём к бабушке на ручки? Ева недовольно фыркнула и заканючила. – Сейчас пойдём к мамочке, не переживай, лапушка. Ччч, не плачь, хорошо? – от покачиваний бабушки девчонка успокоилась, и Марина вышла с ней на кухню. Оля тут же подорвалась с места, перехватила дочку с такой силой и опасением, будто над ними нависла грозовая туча, а они находятся в поле. – Кушать хочешь? Подожди немножко, сейчас. Арефьева приложила малышку к груди, та мгновенно захватила сосок и жадно чмокала. Оля надавила на грудь, и вокруг рта Евы образовались молочные потёки, а на лбу выступила испарина. – Труженица моя. – ласково произнесла Ольга и поцеловала дочку в макушку. – Нас, наверное, бабушка ждёт...Пойдём скорее? *** Вечером Оля сложила в сумку небольшое количество вещей, взяла дочку на руки и тихо, почти ювелирно покинула квартиру. Марина уложила внучку в автокресло, завела автомобиль, и когда все были готовы, выжала педаль газа. Сумерки разбавлялись светом фонарей и фар от встречных авто. Оля задремала. – Спите, моя пташечки. – с нежностью сказала Аверина и мчала по трассе.